last but not least

«и даже после долгих встреч мне всегда не хватает тебя». в голове проносится, а вслух сказать оказывается невозможным. эгоистичным быть нельзя, хоть и с желанием боролся каждый миг. чонсонуне хватает. не хватает времени проведенного вместе, даже если и оно равно каждой свободной минутке. не хватает тепла чужого тела, даже если тепло в жар переходит. сону отпускать не хочется ни на секундочку, лишь держать в объятьях собственных и по волосам гладить. по ночам колыбельные петь, чтобы засыпал лучше, а утром готовить завтрак, лишь бы его солнце голодным не было и дарило свое тепло. держать подле себя, укрывать от всех бед и быть тем самым, на кого положиться можно и любить. любить так, как не любит никто другой. - даже после долгих встреч мне всегда тебя не хватает. это странно, да? с губ чужих слетает и ветром уносится куда-то вглубь чонсонова сердца. сону улыбается грустно, кажется действительно переживает, что с ним не так что-то, что сказал какую-то глупость. чонсон отвечать не спешит, лишь ближе подходит и обнимает крепко, гладя по волосам, как он всегда делал, когда сону успокаивал. руки чужие в ответ обхватывают и спину поглаживают. наконец молчание прерывается, и чонсон глубоко вдыхает. - если это странно, то я самый странный человек на планете. постоянно скучаю по тебе, хоть и видимся все свободное время. хочу увидеть, даже если и попрощались пару минут назад. не было ни одной секунды, когда бы я о тебе не думал. ты - все что занимает мою голову, ты - то чем я живу. сону голову не поднимает, лишь утыкается носом куда-то в шею, и обнимает еще крепче. всё волнение испарилось и все что осталось в голове - это глупое смущение. смущение от того, что мог подумать, что чонсон его осудит, хотя знал, что он самый добрый человек на этой планете и любит его бесконечно. как и сону его. - просто будь рядом. всегда.