Часть 10

      19:02.       Капитан Мин последний раз набирает номер мужа. Снова электронный голос оповещает его о том, что абонент не может ответить на звонок. В груди бьётся тревога, а в мозгу всплывают сказанные слова. Он убирает телефон во внутренний карман и выходит из машины. Команда уже ждёт его во главе с капитанами Чоном и Кимом. На улице темнеет с каждой минутой, погружая город в ночной мрак.       — Все всё помнят? — спрашивает Чонгук, окидывая взглядом команду.       — Мы не должны спугнуть его, — настороженно произносит Намджун и смотрит на наручные часы.       — Всем приготовиться, — строго говорит Юнги и снимает пистолет с предохранителя.       Группа из восемнадцати человек. Чёрные костюмы, каски, бронежилеты, полная экипировка. Автоматы взведены, а в глазах ни капли сомнения. Лишь решительность и готовность. Готовность выполнить свой долг, поймать преступника, пожертвовать собой, если это понадобится. Команда ждёт сигнала.       Капитан Мин сверяет время и понимает свой взгляд на друзей. Смотрит прямо, не моргает. Чонгук коротко кивает ему и переводит взгляд на Намджуна. Тот моргает в знак согласия и взмахом руки даёт команду приготовиться всем. Тяжёлое дыхание, блеск глаз и короткий жест крепкой руки.       Команда двинулась. Быстрыми, но короткими шагами полицейские приближались к складскому помещению на окраине города. Здание окружали другие развалины, деревья и проржавевшие карусели. Это была территория старого парка аттракционов, который забросили пару десятков лет назад. Разбитые окна, перекосившиеся двери и разрисованные графити стены украшали помещение снаружи.       На растрескавшемся от времени асфальте отражалась уже появившаяся луна в лужах. Тени от танцующих причудливый танец голых ветвей падали на тусклые, поросшие плесенью стены. Редкие жуткие скрипы старого металла разносились по территории, а ранее яркие карусели выглядели устрашающе. Оставленный плюшевый медведь сидел на сломанной временем скамье, превратившись в вечного смотрителя этого парка. Тележка, в которой раньше продавались сладости и напитки, стояла накренившись, а отвалившееся колесо валялось рядом.       Многое в этом парке осталось нетронутым человеком, но покорёженным временем. Раньше это место приносило людям радость. Теперь же скудные воспоминания и страх.       Спецгруппа двигалась тихо, приближаясь к зданию, в котором не было признаков жизни. Поднятая вверх капитаном Чоном рука с сжатыми в кулак пальцами, спрятанными в чёрную перчатку, заставила всех остановиться. Чонгук прислушался. Тишина.       Разогнув указательный и средний палец, Чон сделал несколько жестов вправо и влево, давая указания окружать здание. Двенадцать человек двинулись вдоль стен помещения, а шестеро направились к входу. Капитаны Мин, Ким и Чон перестроились и держались за спинами штурмовиков.       Подойдя к полуприкрытой двери, группа остановилась. Юнги повернулся и взглянул на друзей. Его взгляд не оставлял и доли сомнения. Он готов. По глазам напротив он понял, что напарники решительны. Они с ним. До конца. Напряжение витало в воздухе, а нервы искрились от адреналина. Секунда, и…       Мигалки загорелись на подъехавших машинах, окрашивая территорию в красно-синие цвета, над крышей взмыл в воздух вертолёт как будто из-под земли и осветил прожектором территорию, дверь выбита ногой — и команда в здании. Огни фонариков на автоматах освещают обшарпанные стены, чтоб полицейские могли передвигаться в кромешной тьме. Голоса в рациях передавали обстановку, а нервы были натянуть, как струна.       Быстые шаги, распахнутые по очереди двери, хруст разбитого стекла под ногами и запах гари, забивающий ноздри. Стрелка часов отсчитывала секунды, приближая конец операции. И вот, впереди она — та самая дверь, которая скрывает того, за кем шла напряжённая охота уже несколько лет. Мгновение…       Врываясь в подвальное помещение, они увидели его. Доля секунды — и огромный нож летит в полицейских, попадая в стену рядом и падая, разрезая тишину звоном. Выстрел — и он падает, зажимая плечо. Юнги не опускает пистолет, из которого только что вылетела пуля, оставляя того, кто заслуживает смерти, в живых.       Капитаны в несколько шагов подходят к тому, от которого исходят болезненные стоны.       — Ты навсегда потерял его, — смотря в чёрные глаза полицейского, шипит мужчина на полу. — Ты опоздал.       Не медля ни минуты, раненого альфу поднимают, сковывают руки наручниками и выводят на улицу. По рациям разносится сообщение о завершении операции «Капкан», но группа не расслабляется, а дальше прочёсывает здание.       Трое альф стоят в освещённом несколькими лампами помещении. Нет окон, только большая вентиляционная решётка, столы с инструментами, цепи, наручники и крематор. Осмотревшись, они заметили следы высохшей крови на краю стола. Запах гари не давал дышать полной грудью, а стены будто давили.       — Я вызываю команду следователей и специалистов из лаборатории, — произнёс Чонгук и вышел из комнаты, передавая по рации требования.       — Как ты? — спросил Намджун, глядя на друга.       — Не могу поверить, что это он, — ответил Юнги и, сняв каску, зачесал волосы назад.       — Юнги… — замялся капитан.       — Я слышал, — отвернулся от товарища Мин и задрал голову наверх, тяжело дыша.       — Пошли. У нас много дел, — заглянул Чонгук в комнату и крикнул полицейским.       — Да. Идём, — отозвался Юнги и, окинув взглядом помещение, вышел.

***

      — Тэ, любимый, не жди меня сегодня. Ложись спать, — ведя свой джип, говорил Чонгук по громкой связи.       — Я не хочу один, — расстроенно послышалось в салоне.       — Обними Милашика и засыпай, а я приду утром и займу его место.       — Милаш! Это Милаш, Чон Чонгук, а не какой-то там Милашик, — фыркнул Тэхён.       — Милаш, Милаш! — поправил сам себя Чонгук. — Тэ, я спросить хотел. Ты с Чимином не виделся сегодня? — осторожно поинтересовался альфа.       — Нет. Утром он прислал мне смс, что едет домой, и всё. Я ему звонил вечером, но телефон отключён. Я плохо себя чувствовал и днём несколько раз засыпал, — стал оправдываться омега, сам не зная, почему.       — Понятно, — как бы между прочим ответил капитан. — А сейчас как себя чувствуешь?       — Не съезжай с темы, Чон. Что случилось?       — Да нет, ничего. Просто Юнги не может дозвониться до него.       — Что? — запереживал Тэхён.       — Да я думаю, что всё хорошо, просто он спит уже наверно, — попытался успокоить любимого Чонгук.       — Наверно. Завтра ему наберу, а если он не ответит, то поеду к нему, — сказал Тэхён. — Я опять хочу спать.       — Ложись, любимый. Мне тоже пора. Целую тебя, — сворачивая к отделу, произнёс альфа.       — Целую, — чмокнул в трубку омега и сбросил вызов.

***

      Юнги несколько раз по дороге на работу набирал номер мужа, но тот по-прежнему не отвечал. Слова того, кого уже доставили в участок, постоянно звенели в голове, разжигая страх и волнение.       — Как дела? — на пороге участка стояли Хосок и Сяо Ли.       — Мы взяли его, — ответил поднимающийся по ступенькам Намджун. В его руках были каска и автомат.       — Остальные? — поинтересовался омега.       — Подъезжают, — ответил альфа и встал, облокачиваясь спиной на стену.       — А вот и они, — раздался голос Хосока, и на парковке появились два автомобиля.       — Его доставили? — закрывая машину, крикнул Мин.       — Будет через полчаса. Пока в больничке, — крикнул в ответ начальник отдела.       — Отлично, — послышался голос Чонгука.       — Очную? — подходя к друзьям, поинтересовался капитан Чон.       — Я сгоняю домой. Чимин не отвечает весь день, — сказал Юнги.       — Хорошо. Без тебя не начнём, — ответил Хосок и, повернувшись, зашёл в участок.       Юнги развернулся и быстрыми шагами сбежал по лестнице, открывая машину на ходу. Через пятнадцать минут автомобиль Юнги подъехал к дому. Опять темно. Забежав домой, альфа громко позвал омегу, но только тишина последовала в ответ. Но запах. Он был дома. Он заезжал. Его духи. А может, это галлюцинации? Может, кажется? Может, альфа уже сходит с ума от волнения и страха?       Бросившись по комнатам, он заметил, что Чимин и правда был дома. Его вещи лежали на кровати, а на тумбочке был разобран мобильный телефон. Альфа зашёл в ванную. Да, он принимал душ, сырые следы на полу ещё не до конца высохли, а аромат геля для душа можно было уловить в воздухе.       — Где ты, малыш? — спросил в пустоту Юнги.       Выходя из ванной, его внимание приковало полотенце, брошенное на полу. Подняв его, альфа замер.

***

      В камере, на кровати, больше походящей на полку, лежал с закрытыми глазами омега. А фантазии всё ещё подкидывали яркие картинки светлого и счастливого будущего. Дом, мужчина его мечты, а под вишнёвым деревом ползает по мягкому газону малыш.       Солёный ручеёк струится из глаз, и омега смахивает его холодной кистью. Так не может быть. Не должно.

***

      В участок доставили мужчину с перевязанным плечом. Конвой проводил подозреваемого в допросную и оставил, приковав к столу. За зеркалом стояли Хосок, Сяо Ли, Намджун и Чонгук. Мужчина сидел и смотрел на дверь, выжидая того, кто будет вести допрос. Но медленно перевёл взгляд на зеркало и оскалился безумной улыбкой. Он знал, что за ним наблюдают. Знал и наслаждался.       «Начинайте, я подъезжаю», — на телефон Чонгука пришло сообщение от напарника. Хосок кивнул, и капитаны вышли из наблюдательной комнаты.       — Ну здравствуй, Чонгук. Намджун? — раздался знакомый голос подозреваемого. — А где он?       — Он? — садясь за стол, спросил Чонгук, а Намджун так и остался стоять у стены, скрестив руки на груди.       — Да. Юнги. Я хочу, чтоб он был тут, — цедил альфа.       — Не переживай, он удостоит тебя такой чести и скоро будет здесь, — Чонгук открыл папку с документами. — Начнём.       — Давай, — откинулся на спинку стула мужчина и брякнул цепью, которая шла от наручников к столу.       — Четыре года назад ты похитил и убил первую жертву. Но она была особенной для тебя. Ну или же ты убил его не специально?       В кабинет зашёл капитан Мин, и Чонгук остановился.       — Здравствуй, Юнги. Давно не виделись, — оскалился подозреваемый.       — Ну здравствуй, Йен, — Юнги сел напротив патологоанатома, ассистентом которого работал Сокджин. — Рассказывай. Тебе всё равно не отвертеться.       — А что рассказывать? Я вам давал сотни подсказок, но вы так и не смогли их расшифровать.       — Мы слушаем! — нотки стали в голосе отражались от стен.       — Как вы вышли на меня?       — Ты допустил ошибку, — послышалось из-за спины, и Намджун подошёл к столу.       — Где?       — В Японии. Думал, если продавать органы убитых тобою людей в другую страну, через сеть и подставных лиц, тебя не вычислить? — усмехнулся Мин.       — Как? А, хотя, ладно, уже не важно. Вы не понимаете, я спасал жизни!       — Отнимая их у других? — взгляд Чонгука давил.       — Я оберегал своё. Вам просто не понять, — человек становился похож на безумца. Зрачки заполняли радужку чернотой, а с губ не сползала страшная улыбка.       — Своё? Объясни, — Намджун опёрся руками о стол.       — Мой омега! Мой Джин~и! Я должен был защитить его, — голос принял скулящий тон, а от услышанного у альф на мгновение заложило уши.       — Джин~и? Какой Джин~и, Йен? — спросил Чонгук, хоть сам уже знал ответ на этот вопрос.       — Мой Джин~и. Мой. Они хотели забрать его у меня. Я не мог им этого позволить. Они хотели, чтоб я остался один. Без него. А я не мог. Мне нужен он. Он мой, — тараторил альфа.       — Кто хотел забрать? — раздался голос Намджуна.       — Они. Те омеги. Они хотели, чтоб Джин~и бросил меня. А я не мог этого допустить!       — Почему ты думаешь, что они хотели? — спросил Чонгук.       — Они подавали документы. Они хотели прийти на его место. А он бы ушёл. Он бы оставил меня. А я не мог этого допустить. Не мог, понимаете. Он мой!       — С чего ты думаешь, что он ушёл бы? — Мин не сводил с него глаз.       — Он хотел. Он говорил однажды, что его позвали в другую лабораторию. И он подождёт, пока не найдётся новый ассистент. А потом бы он ушёл.       — И ты не придумал ничего лучше, чем убить, — заключил Чонгук.       — А как бы я ещё мог удержать его? Я и так оберегал его от всяких проходимцев.       — Как оберегал? — спросил Намджун.       — Знаешь, цветы, записки и сладости посылать в лабораторию было глупо, — зыркнул на альфу Йен и ехидно улыбнулся, что не осталось без внимания капитанов. — Он мой!       — Понятно. И ты решил избавиться от конкурентов. Но ты же знаешь, что он арестован за убийство последней жертвы, — спросил Чонгук.       — Последней? — усмехнулся убийца. — Не думаю так, — перевёл он взгляд на Юнги. — Как Чимин?       В глазах Юнги вспыхнул гнев, а сердце пропустило удар.       — Почему Юнги? Почему Чимин? Чем они тебе помешали? — Чонгук схватил и сжал руку друга под столом, не давая тому натворить глупостей.       — Из-за него мой брат проиграл тот бой в далёком юношестве. Помнишь, Юнги? Помнишь того парня, которому ты сломал не только шею, но и всю жизнь? Вспоминай, — шипел Йен, а у Юнги всплывали картинки того дня.       Это был бой в среднем весе. И на ринге встретились соперники из разных городов. Юнги, нанеся несколько ударов, отправил юношу в нокаут, а тот, неудачно упав, сломал шейный позвонок. И понятно, что Юнги был не виноват, что это стечение обстоятельств, но, видно, не для всех.       — Ты знаешь, что это не моя вина, и на его месте мог оказаться любой, — ответил альфа.       — На его месте должен был оказаться ты, — дёрнулся на стуле Йен, но цепи удержали его на месте.       Юнги не повёл даже бровью, не сводя холодных глаз с лица напротив.       — Последний омега? Волос Джина был найден на теле, — вернул разговор Намджун.       — О-о-о, это был самый лучший план. Я хранил этот волос почти год. Пока мой ученик готовился к своему дебюту.       — Ученик?       — Да, я нашёл себе преемника. Но Джин... Мой Джин заговорил снова об уходе. Я не мог его отпустить. Представляете, ему понравился альфа! Какой-то там альфа. А как же я? Я любил его столько лет! Я оберегал его! Я ждал! А он решил уйти! Этого не могло произойти. Нет. Только не со мной.       — И ты решил его наказать? — раздался грубый голос Намджуна.       — Он не должен был так поступать, — мотая головой в разные стороны, растяжно говорил Йен.       — Ясно. Почему Хеллоуин? Почему мумии? — Чонгук смотрел, прищурившись.       — Однажды я рассказал Джину, что не люблю этот праздник, а он сказал, что зря и взял меня с собой на украшение одного из парков. Он там помогал. Мумии в его исполнении — это что-то нереально красивое. Ни одна моя мумия не сравнилась бы по красоте с его.       Капитаны слушали эту исповедь, а у самих волосы шевелились на руках.       — Я думаю, что на сегодня этого достаточно. Завтра придут результаты анализов и экспертизы, и мы продолжим, — произнёс Юнги и закрыл папку с документами.       — Вы же отведёте меня к Джину? — с глазами, в которых читалась надежда и голосом ангела спросил Йен.       — Конечно! Только к нему, — ответил Намджун и улыбнулся, но глаза блеснули опасностью.       Мужчины встали и направились к двери.       — Передавай привет Чимину, — с ехидной улыбкой произнёс преступник. — Если найдёшь его.       Юнги бросил холодный взгляд, а Чонгук толкнул его вперёд, направляя к двери. В коридоре их уже ожидали Хосок с Сяо Ли.       — Идите по домам, — скомандовал омега. — Всех жду, — взглянув на настенные часы в участке, — в одиннадцать.       — До завтра, — ответил Юнги и пошёл к выходу, но, не доходя, свернул в свой кабинет.       Альфы зашли за ним следом и закрыли дверь.       — Что такое, Юнги? — спросил Чонгук, подходя к столу друга.       — Он не берёт трубку, машины нет в гараже, — ответил альфа.       — Может, он… — не успел договорить Намджун.       — А ещё вот, — капитан выложил на стол небольшой пакетик.