Ад

Эмма сделала шаг назад, когда пелена чужих воспоминаний отступила. Она взглянула вниз, фокстерьер по кличке Мика поскуливала у её ног. Лисьи глаза смотрели на неё из-под маски, как бы выжидая реакции. И тут осознание ударило в голову. Эмма повернула голову вправо: перед ней так и стояло огромное чёрное двадцати этажное здание. Но теперь оно казалось совсем другим. Будто обветшалым, заброшенным и пришедшим в непригодность. События минувших лет переваривались в голове одно за другим, и хозяин леса уже не был таким устрашающим. Не казался фольклорной лисицей или чем-то пугающим. Жертва науки, каких миллионы, только вот он был особенный. Как это так, что операция на головной мозг вселила в него и божественный дар? Воспоминание об одноименной личности не заставило себя долго ждать. Эрик? Тот самый? Не может быть, что человек, который был под боком пол жизни, оказался давним товарищем лиса. И тут в голову будто вонзились тысячи иголок, сердце заболело, перед глазами вновь застигла чёрная пелена. Эмма упала на колени от бессилия и непонимания ситуации. Пальцы рук впились в голову, раздирая чувствительную кожу. Ногти старательно цеплялись, оставляя за собой очередные царапины. Неужели вечный скептик Эрик мог упасть на колени перед полубогом, а позже и принять дар в виде метки? Нет-нет-нет, это была лишь татуировка в честь любви к животным... -Ты врёшь! - Крикнула Эмма в бессилии, глотая солёные слёзы. - Я показал тебе свои воспоминания. Я не могу врать в этом аспекте. И я собирался наделить тебя этим даром, - Сделав задумчивую паузу, он продолжил, - Интересно... Другие реагировали не так ярко. - Ты разрушаешь мою жизнь! - Ударив себя кулаком по голове, выкрикнула Эмма, - Я добивалась доверия Эрика годами! Ты знаешь, какого это быть неприглядной маленькой девочкой, которую даже родная мать не принимает? Добиваться внимания того, кто никогда бы его на тебя не обратил? А теперь ты просто-напросто мне показываешь, что он обладает какой-то магической меткой? Лис сделал шаг назад, никак не ожидав такой реакции. - Эмма, я понятия не имел, что вы с Розенбергом хоть как-то связаны. Я только собирался тебе всё объяснить! - Уж попытайся...- Прошептала в ответ Эмма, стараясь хоть как-то взять себя в руки. - Эмили, я понимаю, что данная информация воспринимается для тебя как нечто шокирующее и пугающее, но возьми себя в руки и выслушай меня. Насколько я понял, Минамото был не настолько глуп, насколько я полагал, и он предусмотрительно создал барьер, кончающийся на той поляне. Если я пройду через него, то примерно через десять минут я начну задыхаться. Из-за этого я годами, повторюсь, годами, живу на этой чёртовой поляне, изредка прогуливаясь до сюда. Знаешь, сколько человек я встретил за четыре года? Четверо, включая тебя. Да, я видел вдалеке люд, но только четверо зашли на поляну. Мне давно надоело такое существование, что я придумал план: каждому, кто зайдёт на поляну, я предложу сделку. Если человек согласится, то я наделю его особенным даром, а если нет... - Лис сделал паузу, думая, как преподнести нужную информацию, - То я превращу чужую жизнь в ад. Я заставлю тебя страдать. Ежедневно, ежечасно и ежесекундно тебя будет преследовать одна лишь ненависть. И ты ещё скажешь мне "спасибо", ведь я открыл твои слепые глаза. И ты захлебнёшься в собственной злобе, пока не найдёшь корень проблемы, и сама не приползёшь ко мне на коленях. Либо ты поможешь мне сразу, быстро и безболезненно. И ни одна птаха на небе не забудет твоего имени, покуда у нас образован союз. Понимаешь, к чему я клоню? - Ты уже превратил её в ад! - Эмили, ты даже не представляешь, на что я способен. Посмотри на меня. Эмма собрала всю свою оставшуюся силу в кулак, и осмелилась поднять свой взор на объект её ненависти. Он снова выглядел как монстр в её глазах. Перед её глазами стоял лис, поднявший лапу вперёд. Подушечки лап светились светом, а из-под маски вылетал лоскутами чёрный дым. - Я предлагаю тебе сделку: Либо ты примешь новый дар и будешь следовать моему плану, чтобы помочь мне, либо я превращу твою жизнь в ад. Мика в страхе прибилась к коленям, чуя, что это не совсем привычная и нормальная ситуация. Эмма вытерла слёзы с щёк, и пошатываясь, встала. В голове снова поселились сомнения. С одной стороны, после определённого травмирующего события, Эмма стала до жути альтруистичной девушкой, готовой помочь каждому. И, вроде как, лис был жертвой в этой ситуации. А с другой стороны, за два дня он успел натворить настоящий ужас в её жизни. Она взяла Мику на руки и решительно произнесла: - Я не собираюсь оказывать тебе услугу. На морде лиса было ноль эмоций и он лишь убрал лапу. - Я тебя услышал. Эмма зашагала назад, мысли в голове прокручивались одна за другой. Ещё три дня назад она и подумать не могла, что в её жизнь ворвётся городская легенда, разрушающая её жизнь. Жизнь девушки крутилась вокруг университета, рутины, прогулок с собакой, и конечно же, Эрика. А теперь ей приходиться терзать себя вечными сомнениями и страхами. Поразительно, что открытие Хаджимэ Минамото повлияло на человека, которого он даже не знал. А ещё и проект "01" с его сверхчеловеком... Ещё никогда трансгуманизм не был так близок. Люди всегда одновременно так и жаждали прогресса, так и боялись его. Но неужто ли все страхи были оправданы? Вселение сознания в животное противоречит всей природе этого мира. Если грешный зверь стал кем-то на подобии бога, то кем же станет безгрешный человек? Шаг за шагом, и перед глазами вновь простирается поляна. Обитель Хозяина леса. Оглушающая тишина настолько давила на голову, что Эмма поскорее побежала к барьеру, чтобы наконец услышать щебет птиц, колыхание листвы, хотя бы звук собственных шагов... Прыжок - и жизнь вновь заиграла привычными красками. Всё будто более живое, настоящее. Пелена барьера сошла с глаз. Ты вернулась, и ты не одна. Хотя стойкое ощущение одиночества давило на плечи тяжким грузом. В бренную голову поселились семена сомнений и страхов. Эмма никогда не сомневалась в Эрике. Нет, ни за что. Он бы не стал. Он скептик, он реалист и человек дела. Эмма опустила взгляд вниз, чтобы взять свой мобильный телефон из кармана чёрных джинс. Кровь свернулась на новых порезах от ногтей. Ого, а она даже и не заметила... Экскориационное расстройство преследовало её всю жизнь. Оно стало частью её. Оно поселилось в её мозгу и не планировало уходить. Стресс в детстве на почве вечных конфликтов с матерью или просто тяга к самоповреждению - она не знала, что именно стало катализатором данного расстройства. Бинты и перекись стали постоянными гостями её домашней аптечки. Дрожащей ладонью Эмма взяла телефон в руки и сразу увидела уйму пропущенных вызовов от Эрика. И по привычке её палец потянулся к кнопке "перезвонить", как она поняла: Нет. Нужно быть осторожной. Она убрала телефон обратно в карман и пошагала домой. В её голове уже был план. Придя домой, она попыталась собраться с духом. Нужно быть спокойной, не паниковать и не оголять душу. Эмма сняла с Мики шлейку, наконец-то переоделась в домашнюю одежду, приняла душ, обработала порезы, и только потом позвонила Эрику. Несколько продолжительных гудков, и раздался знакомый голос из динамика телефона. - Эмма? Что случилось? - С беспокойством и осторожностью спросил Эрик. - Мика вырвалась из шлейки и побежала за кошкой. Ты не представляешь, как я испугалась... Я пока её ловила у меня телефон разрядился, не могла перезвонить, извини... - О боже. Сейчас-то всё в порядке? - Относительно... Пожалуйста, приедь завтра. Я соскучилась. - Приеду, не переживай. - И пожалуйста, отвези меня в вуз. - Отве... - Он резко прервался, будто что-то осознав, - Так завтра выходной у всех. Какой-то дебильный государственный праздник, не? - Точно! Тогда тем более приезжай! - С радостью воскликнула девушка. - Куда я денусь? - Ладно, давай, буду ждать. - До завтра, дурёха - Сам не лучше! - С улыбкой прохихикала Эмма и бросила трубку. На её лице отражалось замешательство. С ней разговаривал её любимый человек, родной голос, но видела она уже в нём нечто другое. Нечто, из чего она хотела изъять истину. Эмма легла на кровать в своей спальне и приготовилась ко сну, предварительно выпив снотворного и успокоительного. Русые волосы расплескались по подушке, ресницы затрепетали, а позже и вовсе захлопнулись. Она смогла уснуть спокойным сном, несмотря на события минувшего дня. Утро. Откроешь глаза - а ничего и не поменялось. Нет, не то чтобы ты надеялся на какие-то изменения, однако странно. Вроде, просыпаешься, и всё также. Но ведь с годами всё меняется. И либо жизнь всегда текла в таком русле и ты этого просто не замечал, либо жизнь превратилась в течение реки, в которой оно то замедляется, то ускоряется, то останавливается вовсе. Звонок! И теперь жизнь уже не кажется остановившейся. Что-то, да происходит. Эмма встрепенулась и быстро встала со своей уютной кровати. Она подбежала к входной двери, не сомневаясь, что за ней стоит одноимённая персона. Дверь распахнулась, и в объятия сонной Эммы моментально рванул Эрик. Привычный Эрик, без ссор, нападок, и нелестных комментариев. Потрескавшиеся губы парня скользнули сначала по щеке, потом спустились ближе к подбородку, и наконец найдя чужие губы, он довольно выдохнул через нос. Эмма растворилась в поцелуе, будто сегодня обычный день, а Эрик не обладатель магической метки. Поцелуй продлился несколько секунд, а позже отстранившийся Эрик тепло взглянул на девушку. Эмма ответно окатила Эрика своим взглядом. На голове как всегда красовалась небрежная причёска, русый цвет волос подчеркивал красоту зелёных глаз. Эмма нежно поцеловала своего возлюбленного в щёку, на что Эрик выпустил невольный смешок. - И тебе доброе утро... - Заботливо произнёс Эрик. Это было лучшее утро за последние несколько дней. Но не думайте, что Эмма позабыла о лисе и о своём плане. Она всё держала в голове. Когда время уже близилось к вечеру, двое возлюбленных лежали в объятиях друг друга на кровати. Девушка положила голову на чужую грудь и приобняла одной рукой, пока он держал свою ладонь на её талии. Уютная тишина заполонила комнату, пока Эмма не выдала беззаботное: - А я книжку новую начала читать. Там главный герой - животное, которое познало грех. - Абсолютно спокойно и беспечно сказала Эмма. В груди Эрика сердце начало биться быстрее, мышцы напряглись на долю секунду. Он нервно сглотнул и также беспечно ответил: - Интересно. Эмма приподнялась на локтях и посмотрел прямо в чужие глаза. Её голос звучал холодно и вдумчиво. - А мне интересно, какие же у меня всё таки слабые и сильные стороны. Вот он, момент истины. По лбу Эрика потёк пот, он резко встал с кровати. Ох, эту физиономию надо было видеть. Паника, страх, непонимание - и всё это охватила одна гримаса ужаса. Эмма следом встала с кровати и также вдумчиво продолжила: - Ты чего? Я тоже ходила на поляну. Тоже разговаривала со зверем. - Эмма произносила это без эмоций, не давая себе дать слабину. Она смотрела прямо в его глаза, в которых виднелся поистине животный страх. Эрик вцепился правой рукой в ткань своей одежды, а левой прикрыл её, не давая девушке взглянуть на метку. - Как ты смел мне ничего не рассказывать ебучих четыре года? Может, ты даже и не Эрик? Я уже и не знаю, кто ты, раз уж ты это скрывал. И сколько раз ты воспользовался меткой? Один, два, может пять, или вообще десятки? А всё, чтобы манипулировать мной. Знать, на что стоит надавить, а на что не стоит. Я правильно тебя понимаю? - Эмма, нет! Я правда тебя люблю! - Выкрикивал он, попутно пятась спиной в коридор, - Но ты не должна была об этом знать, "Красная лисица" тебя убьёт! - Со слезами на глазах кричал Эрик уже в коридоре. - Я не боюсь Хозяина леса. - Я не про Хозяина леса, Эмма! Есть вещи куда страшнее! - Тогда почему ты молчал про них всё это время?! - Я хотел тебя защитить - От кого? Скажи мне, Эрик! Эрик стоял в коридоре с полным шоком на лице. Он сделал ещё пару небольших шагов назад и взял рукой канцелярский нож, что лежал справа от него на небольшом столике с зеркалом. - Я уже и не знаю... - Будто раскаиваясь, прошептал Эрик, взявшись за нож. Раз, и нож уже направлялся в сторону живота Эммы. Девушка открыла рот от ужаса в панике, не зная, что делать. Доля секунды, и в чужую ногу вцепилась собака. Мика рычала и кусала ногу Эрика, защищая свою единственную и любимую хозяйку. Эрик закричал и выронил нож из рук. Он быстро начал двигать ногой, чтобы избавиться от "шавки", но зубы вцепились так, что боль чувствовалась не только в голени, а будто по всему телу. Тонкая ткань штанов пропиталась кровью, в воздух поднялся едкий запах металла. Эрик собрал всю волю в кулак, наклонился, и сжал шкирку собаки настолько сильно, что Мика жалобно заскулила от боли и отпустила его ногу. Он откинул собаку к стене, и выбежал из квартиры, быстро накинув на босые ноги свою обувь. Эмма молча стояла в узком проёме коридора. На светлом полу образовалась целая лужица крови, а Мика жалобно прибилась к стене. Эмма так была благодарна своей собаке, что лужица крови на полу была не последствием ударов ножа в живот. Эмма побежала к входной двери, чуть не подскользнувшись на крови, и закрыла её на все возможные замки. "Нужно схватить тряпку, нет, сначала проверить Мику, нет, нужно посмотреть в окно, куда поехал Эрик, нет, сначала выпить успокоительное, или... " - Мысли крутились в голове, заставляя её болеть. Но это внутри, а снаружи она в панике стоит в коридоре и царапает своё запястье ногтями, пока её собака продолжает жалобно скулить. Эмма всё таки подбежала к Мике, уже сама истекая кровью, и начала гладить её. Капли крови с запястье пачкали белоснежную шерсть. - Тише, тише... Т-с-с-с... Он ушёл, я здесь... - Полушепотом приговаривала она, пытаясь привести в чувства не только Мику, но и себя саму. Внушить, что он ушёл и всё позади... Мика была давним подарком от уже умершего отца Эммы. Она всегда любила животных, а собака породы фокстерьер была её сбывшейся мечтой. Мика была единственным напоминаем о папе. Не описать словами, как она ей дорожила. Эмма бы никогда не смогла смириться с мыслей, что собака рано или поздно уйдёт из жизни. Спустя пару часов Эмма смогла успокоиться, не без помощи её любимых таблеток, конечно. Она не понимала ничего, лишь лежала на кровати, гладя собаку. О какой "Красной лисице" её предупреждал Эрик? Зачем он пытался её прикончить? И главное, что будет дальше? Лис уже превратил её жизнь в ад, как он и обещал, или это только начало конца? Может, если бы она приняла метку, то смогла бы всё спокойно обсудить с Эриком? Она уже не могла примерить на себя фамилию "Розенберг", она уже не видела совместного будущего. Ей было страшно до дрожи. Человек, который витал в её мыслях уже двенадцать лет. Человек, который всегда жил бок о бок с ней. Человек, которого она не узнавала. Это всё был Эрик Розенберг. Жизнь стала похожа на самый страшный кошмар. И вновь утро, а она и не спала вовсе. Думала, боялась, но не плакала. Слёз уже не оставалось. Лишь страшные мысли и прогнозы на будущее. Пора выходить в университет, пора собираться, но нет, она будет лежать дома в шоковом состоянии. Хотя, всё таки она хотела выйти из дома по самой глупой причине: купить сигареты. Она никогда не курила, лишь попробовала в лет пятнадцать, и подумав, что это та ещё гадость, больше ни разу не баловалась никотином. Но, может, это бы помогло? Хотя бы немного? Небольшой, но, всё же, вклад? Она неспеша встала с кровати, вышла в коридор и обулась. Она даже не удосужилась переодеться в уличную одежду или привести себя в порядок. Нет, зачем ей? Она просто выйдет в магазин под домом за пачкой сигарет. Держа в одной руке телефон, а в другой ключи от квартиры, она неспеша вышла из дома. Конечно, она боялась встретить Эрика с покушением на убийство уже посерьёзнее, но она хотела забыться в никотине, наплевав на всё. Пройдя четыре пролета ступенек, она вышла на улицу. Солнце ослепляюще светило прямо в глаза, что характерно для весеннего утра. Спустя двадцать минут она вернулась в квартиру, но уже с пачкой сигарет в левой руке. Только она хотела вставить ключи во входную двень, она обнаружила, что она уже была открытой Эмма быстро шмыгнула внутрь, и увидела ужасающую картину: По всему коридору лужи крови, задело даже стены. На полу лежат клочки одежды и белой шерсти. Эмма моментально побежала вглубь квартиры. - Мика! Мика, ко мне! - Кричала она из-за всех сил. Но Мики не было дома. Нет, не может быть. Ни за что... Эмма выбежала из квартиры, по лицу текли слёзы, лёгкие горели от дыхания. Неужели Эрик воспользовался ключами и...? Эмма бежала по пустующим улицам, обсматривая каждый поворот и каждую щель. Она бы не справилась с потерей Мики. Поворот, и Эмма оказалась на заброшенной стройке. Пережиток прошлого, которого всё никак не могут снести. Изнутри полуразрушенного здания слышалась возня и шаги, а также чей-то пронзительный вопль. Девушке было всё равно на опасность, которая её может там подстрекать, главное - убедиться, что с её любимой собакой всё в порядке. Эмма взбиралась по шатким ступенькам, в нос ударил запах чего-то сожженного, а вопли всё усиливались. Разговор доносился всё чётче, стуки и лязг, соответственно, тоже. Эмма забежала на четвёртый этаж. Перед ней стояло пятеро мужчин вокруг костра. В костре рычало и вопило непонятное связанное нечто, а через долю секунды его вопль прекратился, заменяя его на тщетные попытки издать хотя какой-то звук. Одним из пятерых мужчин был Эрик Розенберг. Он поднял на неё взгляд полный слёз, и как-то торжественно объявил: - Культ Красной лисицы, Эмма. И тут же на Эмму повернулись все остальные люди. Они смотрели на неё как на добычу, как на мышь в мышеловке. Эрик продолжил: - Ты узнала то, чего не должна была. И культ был вынужден изъять у тебя самое дорогое... Эмма бросила взгляд на тлеющее тело в костре, от которого уже мало что осталось. В останках она узнала Мику. Девушка побежала прочь, глотая солёные слёзы. Вниз по пролёту, потом направо... За ней даже не слышались шаги, походу, культу было не до неё. Она наконец-то поняла, что имел в виду и Эрик и Лис. Вот, что такое "Красная лисица", вот, что такое "жизнь, превращённая в ад". Эмма выбежала со стройки и бежала дальше по дороге. Страх забрал у неё зрение и разум, страх управлял ей полностью. Но ещё больше её окутывала злоба и грусть. Чувства поглотили её полностью, не оставляя места разуму. Она набрала номер отца на телефоне, попутно продолжая убегать неизвестно от чего. Как и следовало ожидать, абонент был недоступен. Но она так надеялась, что сейчас трубку поднимет любимый папа и успокоит её. Она лишилась отца. Она лишилась уважения матери. Она лишилась любимого человека. Она лишилась последнего, что осталось от папы. Не в силах бежать дальше, она упала на ближайшую лавочку и закурила сигарету, захлёбываясь в слезах. Она забралась на скамейку с ногами, и курила горькую, невкусную сигарету. Она даже не знала, как правильно курят, но продолжала усердно глотать едкий пар. Улица вокруг была полностью пустая, раннее весеннее утро, все либо дома, либо на работе, либо а учебном заведении. И только она рыдает и курит. Или, не только она? Мимо проходящий молодой человек тоже уселся на лавочку. Он имел светлорусые растрепанные длинные волосы, немного заросшее щетиной лицо, и очень уставшие карие глаза. Присев рядом он также закурил и задал самый простой на свете вопрос: - Чё ревём?