1.

- моему терпению пришёл конец, Матвей. я устал от твоих постоянных упрёков в мою сторону! то, что у тебя было с Руслан, уже в прошлом. я ведь не он. почему ты так относишься ко мне?!       разгорячённый Володя стоял напротив Крименова с абсолютным недоумением. им на лица падали очень мешающие большие хлопья снега, от которых не спасала даже крыша над подъездом. время уже близилось к ночи.       всё началось со слов Владимира : "смотри, какая красота за окном! давай прогуляемся?" парни почти целый день проводи время вместе : гуляли в парке, сходили на выставку картин Ван Гога, грелись в кафе, а под вечер снова отправились в парк. казалось, что лучше быть уже просто не могло..не могло, ведь стало только хуже. Третьяков решил проводить парня до дома, что было очень большой ошибкой. по пути они начали спорить, а теперь стояли около дома Матвея и чуть ли не орали друг на друга. всему виной послужил звонок по работе. - Руслан здесь вообще, блять, каким боком?! он давно в прошлом. - тогда почему ты мне не доверяешь? - я ведь просто попросил показать, кто тебе звонил! для меня это важно. - для тебя лишь важно знать, что я не пропаду. ты вообще нихуя не доверяешь мне. - Володь... - от такого вывода Крименов застыл на месте. как он мог ему не доверять?.. Вова знал все его изъяны, болячки, его прошлое от и до, какие-то мелочи по типу любимых цветов и еды. он знал абсолютно всё и принимал это. каждый раз от осознания этого в груди парня будто что-то приятное распускалось или расцветало. оно окутывало теплом изнутри, давало понять, что он кому-то нужен. что он ему нужен. а Матвей опять всё испортил. какой же он жалкий. мерзкий. доставляет лишь одни проблемы. как его вообще возможно полю-       вдруг это что-то снова пробудилось, опуская парня с небес на землю. Третьяков крепко обнял его одной рукой за талию, давая понять, мол, если что - можешь падать, а второй взял за руку Крименова. чувствовались лёгкое поглаживание, опора и забота. каким же светлым в его глазах был Владимир... - Вова, я не хотел.. извини.. я больше никогда не буду так делать. я правда тебе доверяю.. я..правда я... - слёзы сами потекли из глаз, обжигая своим теплом холодные из-за мороза щёки. ком в горле мешал сказать что-либо ещё, да и что ещё мог сказать Матвей, кроме извинений?       чужая рука прикоснулась к голове и аккуратно уложила на твёрдое плечо, а после, несколько раз почти невесомо погладив, вернулась на прежнее место. Третьяков сильнее сжал руку, окончательно давая понять, что он никуда не денется, что он настоящий, что он рядом.