Вместо Эпилога. Калейдоскоп любви

С тех пор, как Лин Цюши сделал свой окончательный выбор и переместился сюда, прошло уже 6 месяцев. Их отношения за это время вышли на новый уровень, ко многим вещам он уже успел привыкнуть, но все равно Лин Цюши не переставал удивляться, насколько Жуань Ланьчжу стал раскованным и откровенным в своих эротических фантазиях и сексуальных желаниях. Наглым и абсолютно бессовестным образом применяя свое безудержное воображение к Лин Цюши, когда бы ему не заблагорассудилось, — в любое время дня и ночи, без малейшего стеснения, с интересом и энтузиазмом исследователя, впервые осваивающегося в новой для него теме, и предлагающего Лин Цюши вместе попробовать провести разного рода эксперименты и осуществить такие практики, о которых Лин Цюши никогда не слышал и представить не мог, не то чтобы подумать, что когда-то сам будет в подобном участвовать в качестве одного из главных действующих лиц. Иногда Лин Цюши даже думал, что неутомимый пытливый ум Жуань Ланьчжу вкупе с таким же неутомимым телом просто сведут его с ума. Особенно, когда Лин Цюши, запыхавшийся после очередного захода по занятию любовью, пытаясь отдышаться, буквально через пару минут с удивлением снова обнаруживал на себе пару красивых вожделеющих глаз Жуань Ланьчжу, готового к новым «подвигам» на постельном поприще. И если бы Лин Цюши не знал этого наверняка, так как сам же и решил, что не будет вмешиваться в код и настройки Жуань Ланьчжу, намеренно ничего не меняя и не совершенствуя в их с Жуань Ланьчжу профилях, сохранив их виртуальных персонажей в точности идентичными тем, что были в прошлой версии, и загрузив своё собственное сознание и виртуального Жуань Ланьчжу в эту вновь созданную версию реальности, он, вероятно, мог бы сомневаться, задаваясь вопросом: что не так с Жуань Ланьчжу? Сейчас же он думал, насколько же Жуань Ланьчжу мог быть другим — развязным и смелым, и насколько далеко идущими оказывались его планы на Лин Цюши относительно их совместного времяпрепровождения. Жуань Ланьчжу был для Лин Цюши, как огромная книга, со своими секретами, хитросплетениями, захватывающими поворотами сюжета и увлекательными отступлениями, которую читаешь с большим интересом, не зная, что тебя ждет дальше, при этом понимая, что скучно точно не будет. Лин Цюши гадал, когда же тот утомится, но этого, похоже, не будет никогда, — настолько Жуань Ланьчжу был неудержимо изобретательным и изощренным. И это касалось многих вещей, не только секса, конечно. Все, от ежедневной рутины по ведению их совместного быта, которая, к счастью здесь, рядом с Жуань Ланьчжу таковой не воспринималась, — в этом Лин Цюши довольно быстро убедился, — разнообразных развлечений, обустройства новой квартиры и до занятий любовью с ним, каждый раз дарило Лин Цюши невероятное ощущение радости, тепла и счастья и было наполнено новыми яркими захватывающими впечатлениями. Как будто Жуань Ланьчжу все те невыносимые годы разлуки, что они были вдали друг от друга, только и планировал, что и как они будут делать вместе во все оказавшееся в их распоряжении время, когда они наконец-то снова окажутся вдвоём. А уж если они попадали в кровать, по хищному изголодавшемуся взгляду, влажно, с наслаждением, облизываемым губам и задумчиво-мечтательному выражению лица Жуань Ланьчжу, Лин Цюши понимал, что закончится это не скоро. В такие моменты Лин Цюши часто задавался вопросом: «Неужели Жуань Ланьчжу всегда был таким ненасытным и просто это не проявлялось в такой степени во время их прохождения Дверей? Или он теперь просто понимал, что Лин Цюши никуда уже от него не денется и самым наглым образом пользовался ситуацией?» Но потом Лин Цюши сам себя останавливал и говорил, что пора прекращать ворчать. Лучше, чем было сейчас, трудно было бы и представить: любимый Жуань Ланьчжу рядом, они живут в прекрасном красивом месте, каждый занимается тем, чем давно хотел заниматься. Жуань Ланьчжу, с его аналитическим складом ума и высоким интеллектуальным потенциалом, — инвестициями и крупной недвижимостью; Лин Цюши же, разогнавшись в обычной реальности, и здесь, в созданной им виртуальной реальности продолжал заниматься своими научными исследованиями и разработками. Со временем, он, в принципе, даже планировал писать научные статьи и публиковать их там (правда, под псевдонимом, чтобы не шокировать людей из обычной реальности, потому что для них там он погиб при испытании своего новейшего оборудования), так как он никогда не был эгоистом и раз уж вынужденно, ему удалось создать новую реальность и установить связь между мирами, то он намеревался дозированно делиться своими наработками, чтобы ускорить прогресс в реальном мире. Так что им было, чем заняться, каждый был доволен своей новой жизнью. По выходным они встречались с друзьями, которые теперь здесь тоже имели возможность заниматься тем, чем всегда хотели, и быть теми, кем всегда мечтали. Такая вот всеобщая идиллия получилась. Лин Цюши надеялся, что со временем они вообще смогут свободно выходить и путешествовать и по другим мирам и пространствам, а возможно, если ему удастся найти и установить пространственно-временную связь, то и в прошлое и будущее, но пока он предпочитал не загадывать так далеко, хотя он уже делал неплохие успехи. Например, ему удалось научиться контролировать исходную Игру, записанную и сохранившуюся на Диске Гао Давэя, из которой ему пришлось «вытаскивать» своего ненаглядного, обожаемого Жуань Ланьчжу. Он даже по простоте душевной успел тайно от Жуань Ланьчжу найти Сяо Кэ (представившись им Мастером Игры) и помочь ей остаться в Игре, дальше он планировал таким же образом помочь Ли Дунъюаню и Тань Цзаоцзао (потому что в тот момент это были реальные люди, которые чувствовали реальную боль, и он не разделял теории и взглядов Жуань Ланьчжу на то, что потом-то все равно все с ними стало хорошо), но не вовремя был застигнут Жуань Ланьчжу за этим делом, чему тот сразу положил конец — строго и решительно пресек все попытки Лин Цюши вмешиваться куда бы то ни было, чтобы существенно не поменять ничего в прошлом, потому что они пока не знали наверняка, не располагали достаточным объёмом данных, как это могло бы отразиться, в том числе на них самих, в будущем. Лин Цюши скрыл своё лицо от Сяо Кэ и Сюн Ци под широким капюшоном, благодаря, чему они его не узнали (если честно, они так были обрадованы этой новой возможности, хотя и ограниченной, но все же надежде на жизнь хотя бы в Дверях для Сяо Кэ, что не обратили особого внимания на личность помогшего им Лин Цюши). Но это стало поводом для Лин Цюши в очередной раз серьезно задуматься над вопросом, почему же он не помнит лица Гао Давэя, когда думал о нём, каждый раз видя все, что было с ним связано, как в тумане? Из-за того ли, что он в том своём, привычном для Лин Цюши, воплощении программиста-отличника исчез в принципе из всех реальностей, оставшись только в его воспоминаниях и превратившись в совершенно незнакомого для Лин Цюши экономиста в далекой Америке? Из-за того ли, что сам не хотел, чтобы Лин Цюши его помнил, но ведь "стереть" что-либо из головы Лин Цюши даже ему было бы не под силу... Из-за чего-то ещё? Лин Цюши пока некогда было заниматься этим вопросом и он решил отложить его, но в перспективе, на будущее, сам себе поставил задачу в этом все же разобраться. Когда он задавал подобные вопросы Жуань Ланьчжу, надеясь подключить его ИИ к решению некоторых вопросов, так и оставшихся без ответа, тот всегда нежно улыбался, обхватывал его сзади руками поперёк груди, опускал голову ему на плечо, упираясь в него подбородком, обнимал крепко-крепко и шептал, что прошлое осталось в прошлом, а его сейчас интересует только настоящее и будущее вместе с Лин Цюши. Или просто, без всяких слов, вовлекал его в такой жаркий поцелуй, что Лин Цюши вообще забывал, о чем он только что думал. Так что Лин Цюши, безусловно, было чем заняться, его мозг постоянно работал. *** На крыше огромного высокого пятизвездочного отеля располагался двухуровневый пентхаус с открытой обогреваемой террасой, благодаря чему она почти круглогодично утопала в зелени, и большим бассейном. После жаркого весеннего дня с начавшим уже активно припекать дневным солнцем, прохладный вечер поздней весны с легким свежим ветерком воспринимался как спасение после полуденного зноя. Полупрозрачные сумерки быстро растаяли за горизонтом, уступив полноправное место густо разливавшейся вокруг иссиня-черной темноте и мерцающей холодным серебристым светом почти полной луне, воцарившейся на небосклоне. Лин Цюши, в накинутой на плечи свободной распахнутой белой рубашке и плавках, облокотившись на бортик бассейна, не спеша, с удовольствием потягивал коктейль, смакуя его вкус и наслаждаясь тишиной и спокойствием весеннего вечера. Он, слегка запрокинув голову, на мгновение прикрыл глаза, когда услышал негромкий всплеск воды на противоположном конце бассейна и почувствовал всем телом мерную вибрацию от ее движения. Открыв глаза, он тут же неминуемо встретился с другой парой глаз, буквально поглощавших его. - Вот ты где, Цюши. Позволишь к тебе присоединиться? — слова Жуань Ланьчжу звучали легко, но непринужденность в голосе, граничащая с почти беспечностью, не могла скрыть того напряжения, с которым смотрели глаза, на расстоянии уже раздевая Лин Цюши, и волнения, с которым тяжело поднималась и опускалась красивая, обнаженная грудь, угадываясь по мельчайшим деталям, которые не могли укрыться от взгляда Лин Цюши, стоявшего напротив. Жуань Ланьчжу, как ловкий и сильный хищник, в стремительном движении, нырнул в воду у своего края бассейна и через несколько секунд, доплыв до другой его части, вынырнул уже около Лин Цюши, настолько неожиданно быстро преодолев разделявшее их еще совсем недавно расстояние, что поверг Лин Цюши в легкое замешательство, когда он во всей красе оказался совсем близко к Лин Цюши… На опасно близком расстоянии, с минимальным пространством, искрящем от напряжения, установившегося между ними. Картина, представшая перед Лин Цюши в этот момент, завораживала: вода, отражающая лунный свет, тонкими переливами струилась по волосам Жуань Ланьчжу, небрежно откинутым со лба назад, и мощному, стройному телу; живой лихорадочный блеск в глазах обдавал таким жаром, что Лин Цюши на несколько секунд показалось, как будто это было не освежающим вечерним купанием в прохладной воде, а тысяча темных солнц, заключенных в глазах напротив, внезапно согрела его своим ярким, опаляющим свечением. Жуань Ланьчжу подошёл еще ближе, приблизившись к Лин Цюши практически вплотную, и медленно, словно изучая в подробностях, обведя его фигуру страстным горячим взглядом, на выдохе прошептал: - Как ты прекрасен… Его глаза задержались на эротично просвечивающих темных сосках, призывно, заманчиво выделяющихся на светлом фоне прилипшей к телу влажной светлой ткани рубашки и затвердевших под его жарким взглядом. Жуань Ланьчжу на мгновение закусил нижнюю губу, а затем мягко обхватил ладонью Лин Цюши за нижнюю челюсть и своим большим пальцем с нажимом провёл по его губам, несильно сминая их и неглубоко погружая палец в его рот. Лин Цюши, приоткрыв рот, завороженно смотрел на него, как кролик на удава. Большого, невероятно красивого и сильного удава. В такие моменты Лин Цюши чувствовал свою уязвимость перед мощью и силой Жуань Ланьчжу. Безусловно, он доверял ему во всем, но иногда даже немного жалел, что желая сохранить их самих в первоначальном виде, намеренно не стал изменять и усиливать свои физические параметры, чтобы хотя бы немного уравнять их характеристики, приблизившись в чем-то по силе к Жуань Ланьчжу (хотя, возможно, именно это ему и нравилось в Жуань Ланьчжу), который сейчас с легкостью приподнял его и, обхватив за талию, потянул на себя. Лин Цюши, приподнявшись на цыпочках и оттолкнувшись от дна бассейна, запрыгнул на него, обхватив руками и ногами его торс, и они слились в продолжительном горячем поцелуе. Когда Лин Цюши перестало хватать воздуха, и он почти что начал задыхаться, Жуань Ланьчжу как-то неожиданно быстро отпустил его на этот раз из своих крепких объятий, а затем медленно опустился перед ним на колени прямо в бассейне. И только когда его макушка скрылась под водой, к Лин Цюши вновь вернулась способность связно мыслить, хотя и ненадолго. Почувствовав, как проворные ловкие пальцы Жуань Ланьчжу быстро снимают его плавки и сжимают поясницу и ягодицы под водой, Лин Цюши гибко прогнулся всем телом навстречу горячим губам, в то же мгновение обхватившим головку его члена, и перешедшим сразу к активным посасывающим движениям. Лин Цюши застонал в голос и откинулся на кромку бассейна. Ему казалось, что он даже слышит влажные хлюпающие звуки, хотя они, конечно же, поглощались водой, сливаясь в ровный лёгкий плеск небольших волн от действий Жуань Ланьчжу под водой, ударяющихся о стенку бассейна. Через непродолжительное время последовательные глубокие движения сменились более жесткими и интенсивными. Это было почти на грани, запредельно для чувствительного, распаленного Лин Цюши, поэтому он очень скоро получил свою невероятную и столь ожидаемую разрядку. Пока Лин Цюши судорожно глотал воздух, все ещё пытаясь отдышаться, Жуань Ланьчжу вынырнул и тут же поцеловал его глубоким влажным поцелуем. Сознание Лин Цюши было ещё где-то далеко, поэтому такие развратные вещи, как вкус собственной спермы на своих губах, не в полной мере и не сразу дошёл до него, только на краю сознания он ощутил щекочущее, обдающее то жаром, то холодом странное, но приятно чувство... — Ну и ласки у Жуань Ланьчжу!.. И, судя по всему, вся порция спермы Лин Цюши была проглочена им целиком, ни капли мимо… - Ланьчжу, как тебе удается такое проделывать? Ты каждый раз удивляешь меня… — еле выговаривая слова от внезапно накатившей волны расслабляющей усталости прошептал Лин Цюши, — Ты проглотил это все?.. - А ты хотел бы, чтобы мы испачкали тут все вокруг? — не отрывая взгляда от его влажных губ, парировал Жуань Ланьчжу. - Ну, после нас хотя бы не придется чистить бассейн, — констатировал Лин Цюши. — Хорошо, иначе пришлось бы просить Мия прийти вне очереди в его выходной день и убраться здесь. Хотя, я и сам бы мог, но ты мне обычно этого не позволяешь... - Я подумываю над тем, чтобы вместо Мия нам присылали бы кого-то другого. Не нравится мне в последнее время, как подолгу на тебе задерживается его взгляд, — нахмурился Жуань Ланьчжу. - Ланьчжу, ты бываешь иногда просто невыносим! Как ты только умудряешься и здесь ревновать меня буквально к каждому столбу, ну или уборщику?.. — закатил глаза Лин Цюши и тут же был пойман, подхвачен на руки Жуань Ланьчжу, покружившего во время поворота вокруг своей оси, будто в танце, развернувшегося вместе с ним на руках в толще воды, как будто не ощущая ни малейшего сопротивления со стороны воды. Жуань Ланьчжу, как крейсер, не сбавляя скорости, без учёта поправки на воду, рассекая водную поверхность, вынес его на руках из бассейна, миновав прозрачные, почти невидимые, стеклянные двери, отделявшие террасу от квартиры. Он двинулся в сторону спальни, расположенной на втором этаже их двухуровневого жилища. - Предлагаю продолжить нам в спальне, — не терпящим возражений тоном сухо сказал Жуань Ланьчжу. - Можем нанять какую-нибудь Мию, раз тебя не устраивает Мий, — примирительным тоном предложил Лин Цюши. Жуань Ланьчжу раздраженно вздохнул и поднял глаза к небу: - Боюсь, тебя это не спасет... то есть, думаю, это ничего не даст. Или ты забыл, что девушек ты тоже привлекаешь? Да ещё как! Думаю, придется тебе создать для нас робота-помощника с ИИ, так вообще никаких проблем больше не возникнет, потому что это поможет в корне решить проблему. - он хищно улыбнулся и в нетерпении облизал свои губы, когда опрокинул Лин Цюши на спину, перед собой на кровать, - Или давай найдем что-то более подходящее из уже существующей робототехники. Думаю, мы оба зарабатываем достаточно, чтобы не загружать себя хотя бы этим… Однако, мы отвлеклись на не относящиеся к делу вопросы… - Что тогда относится к делу? — нежно улыбнулся Лин Цюши и посмотрел на него испытующим взглядом. - Скажи мне, чего ты хочешь и как... — перешел сразу к делу Жуань Ланьчжу. Он наклонился к Лин Цюши, провел языком по его ушной раковине, прильнул ненадолго губами к мочке уха и спустился вдоль по боковой поверхности шеи к нежным впадинам над тонкими ключицами дразнящими легкими поцелуями. Лин Цюши почти обреченно вздохнул: он слишком хорошо понимал, что стояло за игривым настроением Жуань Ланьчжу, спровоцированным внезапной вспышкой ревности, и что за этим последует, — а именно долгая бессонная ночь — своеобразный "секс-марафон", вероятнее всего, плавно перетекающий в следующий день и так вплоть до следующего вечера или даже до следующего утра. Словно это не Лин Цюши должен был бы пытаться наверстать упущенное за последние 50 лет, а Жуань Ланьчжу (который в общем-то особо и не почувствовал этого времени, относительно спокойно проведя его в неактивном состоянии, записанный в виде кода внутри диска Гао Давэя и размещенный в форме программы в неком облачном хранилище). Лин Цюши уже успел понять, что это был один из самых излюбленных приёмов Жуань Ланьчжу: усыпить его бдительность, а потом брать от него все и столько, чего и сколько он хотел. И дело не в том, что Жуань Ланьчжу был эгоцентричен или жаден (хотя жизнь в Дверях по большей части располагала к этому), или в том, что он заботился об удовольствии Лин Цюши меньше, чем о своем собственном, - таким он никогда не был, просто по отношению к Лин Цюши все было для него по-другому, и он жутко ревновал, проявляя недюжинные собственнические инстинкты, и, похоже, что, даже не смотря на то, что теперь Лин Цюши навсегда был возле него, это даже в какой-то мере усилилось. *** Лин Цюши лежал распластанным посреди кровати, Жуань Ланьчжу уже какое-то время лаская самые нежные и потаенные участки его тела неспешными, только распаляющими воображение и провоцирующими стойкое возбуждение движениями, неторопливо, в размеренном ритме трахал его на темных атласных простынях в сгущенном полумраке комнаты. Толкался он несильно и неглубоко, отчего по телу Лин Цюши разливалась сладкая истома, жар, идущий изнутри тела и, казалось, распространявшийся по венам, но это было слишком поверхностно, этого было мало, чертовски мало, и хотелось сильнее, резче и быстрее. - Можешь делать это активнее? — приоткрыв рот и судорожно глотая воздух, как выброшенная на берег рыба, простонал Лин Цюши. - Что? — сделав вид, что не расслышал, переспросил Жуань Ланьчжу. - Можешь трахать меня жестче? Глубже и сильнее… - Я думал, ты приверженец нежного секса. Или это не так? Но если ты просишь, то я могу делать это пожестче, так, как ты хочешь, — с этими словами Жуань Ланьчжу наклонился, накрыл его рот своим, порывисто целуя пылким проникающим поцелуем, не сдерживая себя, пока тот не начал задыхаться от недостатка кислорода, и в этот момент он стал входить в его тело энергично и часто, максимально глубоко, на всю длину. Оторвавшись от его губ, и, предоставив тем самым ему, наконец, возможность стонать во весь голос, громко и протяжно, Жуань Ланьчжу отстранился и практически на вытянутых руках, держа его за бедра, продолжил активные фрикции, фактически вжимая его тело в кровать. Потом выпрямил и подтянул его ноги на себя, перехватив их у щиколоток и ненадолго скрестив у себя на груди, продолжая вбиваться, что есть силы, а затем и вовсе, вновь разведя их в стороны и направив вверх, уложив практически на уровне головы Лин Цюши, лег на него сверху, прижав его голые стопы к подушке и получая в ответ такие сладкие, несдержанные стоны, граничащие уже с полувсхлипами. - Ну как, малыш ЛинЛин, так тебе нравится больше? — с торжествующей самодовольной улыбкой, играющей на красивых губах, спросил Жуань Ланьчжу. - Хах, Ланьчжу... Какой я тебе малыш? Я вообще-то на 2 года старше! — попытался ответить Лин Цюши, а затем хотел добавить, что можно и чуть помедленнее, но не смог, потому что в этот момент Жуань Ланьчжу, слегка изменив угол наклона, нашел нужную оптимальную позицию, задевая и непрестанно стимулируя самый чувствительный участок внутри его тела. Лин Цюши, практически сложенный пополам, чувствуя приятную тяжесть тела Жуань Ланьчжу на своих бедрах, дышал часто и поверхностно, почти задыхаясь от бешенного темпа, не в состоянии пошевелиться или вздохнуть поглубже, ярко ощущая все «прелести» гиперстимуляции, стальную хватку и мощь рук Жуань Ланьчжу, надежно зафиксировавших и удерживающих его тело снаружи, и яростно вдалбливающегося в него изнутри. В этот момент мозг Лин Цюши превратился в странную кашицеобразную субстанцию, думать связанными фразами он больше не мог. Он был в состоянии только издавать глубокие гортанные звуки, зажмурив глаза и громко выстанывая имя Жуань Ланьчжу. - Самая сладкая музыка для моих ушей, — наклонившись к нему и задевая губами мочку, в самое его ухо прошептал Жуань Ланьчжу, — и картина для моих глаз просто восхитительная! Видел бы ты себя сейчас! Возможно, мне стоило бы записать это, чтобы показать тебе, как ты сейчас выглядишь для меня, со стороны. Смотрится и звучит просто потрясающе! Такой милый и нежный, такой горячий и несдержанный… хороший мальчик. А сейчас я хочу, чтобы ты кончил для меня. При этих словах Лин Цюши весь залился пунцовой краской, от груди до кончиков ушей, и с приглушенным низким стоном, наконец пришел к долгожданному и мощнейшему освобождению, резко толчкообразно излившись на свой живот. Следом за ним, совершив ещё несколько размашистых, почти неконтролируемых движений, финишировал Жуань Ланьчжу. *** Придя в себя после столь бурного оргазма, немного отдышавшись и решив смыть с себя липкие последствия их страсти, они приняли душ вместе. Жуань Ланьчжу и здесь не упустил возможность ещё раз овладеть Лин Цюши, на это раз, взяв его сзади. Прошло совсем немного времени, буквально не больше получаса, когда Лин Цюши, маячивший перед Жуань Ланьчжу в тонкой фланелевой пижаме, вновь обнаружил на себе полный неприкрытого желания взгляд лежащего на кровати в коротком легком шелковом темно-синем халате, небрежно наброшенным поверх обнаженного тела и, впрочем, мало что закрывавшего, и наблюдавшего за ним Жуань Ланьчжу. - Что? — уперся в него взглядом Лин Цюши. - А что? — игнорируя этот его вопросительный взгляд, как ни в чем не бывало ответил Жуань Ланьчжу. - Почему ты опять смотришь на меня такими глазами? - А какими глазами я на тебя смотрю? — в очередной раз поддразнил Жуань Ланьчжу. - Какими? Ну такими... снова «голодными»? — озадаченно произнес Лин Цюши. - Я — нет, но вот он, видимо, снова уже проголодался, — бессовестно улыбаясь, кивнул Жуань Ланьчжу, взглядом указывая на свою промежность. - Мы же только что оба кончили. Этого было недостаточно? — искренне недоумевал Лин Цюши. - Мне всегда тебя будет мало, ты разве это ещё не понял? — многообещающе облизнулся Жуань Ланьчжу. — Хочешь проверить сам? — в приглашающем жесте он слегка развел свои бедра. Полы короткого шёлкового халата, который и так не особо что прикрывал в силу своей весьма ограниченной длины, при этом слегка приподнялись и расползлись в стороны, обнаруживая снова начавший возбуждаться член. - Зачем мне проверять? Я просто сделаю это, — с этими словами Лин Цюши пристроился рядом с ним на кровати, и, помогая себе снизу рукой, принялся облизывать и посасывать блестящую влажную головку сверху. - Ах, Цюши... какой же ты сладкий и славный… и почти что невыносимо милый... — произнес довольным низким голосом Жуань Ланьчжу, поглаживая его по талии и пояснице, лаская бедра, мягко прикасаясь к ягодицам, и незаметно, в очередной раз, потянулся к верхнему ящику стола прикроватной тумбы... Как и следовало ожидать, в течение этой и последующей ночи Лин Цюши был еще не раз прижат к кровати и оттрахан с разной степенью интенсивности иногда в довольно жесткой, граничащей с агрессивной, манере. Теряясь от насыщенности ласк, в один из таких моментов он подумал, что Жуань Ланьчжу, вбиваясь в его все ещё воспринимаемое им как достаточно хрупкое, человеческое тело, с ненасытностью хищника, дорвавшегося до своей долгожданной добычи, играя и делая вид, что ненадолго отпускает, но полностью контролируя процесс и никогда до конца не выпуская его из своих цепких рук, наверное, хочет залюбить его до смерти. Тут внезапно все их ночи яркими, красивыми, не похожими одна на другую картинками вереницей пронеслись в его затуманенном энергичными физическими ласками сознании, а затем рассеялись и снова начали возникать, но уже по-другому, сменяя друг друга в яркой цветной чехарде бесконечного разнообразия и складываясь наподобие цветных стекол калейдоскопа. Лин Цюши в этот момент в очередной раз кончал, ощущая, что, если Жуань Ланьчжу не сбавит обороты и процесс будет столь же насыщенным, такими темпами его тело скоро нужно будет собирать по кусочкам. Последнее, о чем он успел подумать, перед тем, как провалился в трудно передаваемое, позволяющее парить, обволакивающее мягким теплом ощущение прятной опустошенности и кратковременного забытья, была мысль, что куда больше, чем калейдоскоп смерти его устраивает калейдоскоп любви. Этот мир, конечно, в каком-то чисто физическом плане был куда как меньше обычной реальности, но в плане бесконечности существования и развития был просто огромен и ничем не ограничен, несоразмерно велик по сравнению со всем, что он знал раньше, в физическом мире, и уж куда более наполненным, осознанным и прекрасным, чем жалкое бессмысленное существование в одиночестве в том мире без Жуань Ланьчжу. Сейчас же в этой новой реальности они вместе наслаждались своими бесконечными возможностями и долгожданным совместным времяпрепровождением. Реальная виртуальность получилась гораздо лучше, чем кто-либо из них ожидал… Жизнь расцветала все новыми красками. Им, по определению, не могло бы быть скучно друг с другом — затейник Жуань Ланьчжу всегда мог быстро найти им занятие для души и тела. Да и помимо постельных утех, освоения все новых позиций, которым мог бы позавидовать иной ценитель камасутры, им явно было, чем заняться… Впереди их ждало ещё много открытий. В их совместной, бесконечно долгой, наполненной яркими красками, зашкаливающим уровнем любви и искренним счастьем жизни, — такой, какой они сами хотели и создавали ее для себя и друг для друга каждый день, проведенный вместе.