Часть 6 Первые уроки (2 часть)

Мы с Гарри направились по коридору, следуя за группой первокурсников, которых вёл Перси. День только начинался, но уже чувствовалось волнение — впереди нас ждали первые настоящие уроки в Хогвартсе. После Защиты от Тёмных Искусств у нас была Травология, и мы должны были встретиться с Пуффендуйцами в теплицах. Солнечный свет пробивался через высокие окна коридоров, отражаясь от старинного каменного пола. Гриффиндорцы и Пуффендуйцы быстро шли по широкому двору, направляясь к теплицам, которые виднелись за ухоженными газонами. Тёплый осенний ветерок доносил ароматы свежей травы и влажной земли. — Интересно, что нам покажут на Травологии? — пробормотал Гарри, шагая рядом со мной. — Судя по книгам, растения в магическом мире могут быть опаснее, чем многие существа, — заметил я, припоминая страницы из «Волшебных трав и грибов». — Великолепно, ещё одно место, где можно случайно погибнуть, — проворчал Рон, запихивая руки в карманы. Мы подошли к теплицам, где нас уже ждала профессор Спраут. Она была невысокой коренастой женщиной с округлыми щеками и цепким взглядом, который напоминал мне бабушку, готовую пристально следить за тем, чтобы её внуки не замёрзли на сквозняке. Она носила потёртую рабочую мантию болотного цвета, усеянную пятнами от земли и сока растений. Из-под мантии выглядывала толстая шерстяная кофта с явно самодельной вышивкой в виде каких-то листьев. На голове у неё красовалась широкополая шляпа, потрёпанная временем и покрытая едва заметными зелёными прожилками — возможно, следами от лиан или мха. Казалось, она проводила столько времени среди растений, что те начинали принимать её за свою. — Добро пожаловать, первокурсники! Сегодня у нас с вами первый урок Травологии, и мы будем работать с растениями, которые требуют аккуратности и внимания. Надевайте перчатки — они у вас есть? Мы с Гарри быстро надели защитные перчатки из драконьей кожи, которые были выданы нам на сборы. Пуффендуйцы уже стояли в рядах, обсуждая предстоящий урок. — Сегодня мы изучим дьявольские силки! — бодро объявила профессор Спраут, подводя нас к большой деревянной кадке, наполненной густыми тёмными лозами. Некоторые студенты нервно переглянулись. — Не переживайте! Эти ещё молодые и не такие агрессивные, как взрослые. Но всё же будьте осторожны: если растение попытается вас схватить — оставайтесь спокойными. Оно реагирует на движение, — объяснила профессор, поправляя шляпу. Затем она начала распределять нас по парам. — Гарри Поттер и Рон Уизли, Артур Пендрагон и Сьюзан Боунс, Эрни Макмиллан и Невилл Лонгботом… Я посмотрел на свою напарницу — светловолосую девочку с внимательным взглядом. Сьюзан выглядела уверенной, словно уже читала про дьявольские силки и знала, как с ними справляться. — Думаешь, это сложно? — спросила она, надевая перчатки. — Зависит от того, насколько они голодные, — пошутил я, за что получил от неё лёгкий укоризненный взгляд. Тем временем Гарри и Рон уже подошли к своей кадке. — Вот только не хватало, чтобы меня сожрало растение на первом же уроке, — проворчал Рон, неловко держа палочку. — Расслабься, — сказал Гарри, следя за тем, как извивались тёмные лозы. — Просто не делай резких движений. Профессор Спраут ходила между рядами, поправляя учеников. — Осторожнее, мистер Лонгботом, не так близко! Отлично, мисс Боунс, вы всё делаете правильно… Мы с Сьюзан осторожно начали свою работу. Я аккуратно коснулся одной из лоз палочкой, и она слегка дёрнулась, словно прислушиваясь. Сьюзан сосредоточенно наблюдала, готовая вмешаться, если что-то пойдёт не так. Внезапно со стороны раздался вскрик. — Аааа! Оно меня схватило! Все обернулись. Дьявольская силка обвилась вокруг запястья Рона, и тот пытался отдёрнуть руку, что лишь сильнее злило растение. — Рон, не двигайся! — быстро сказал Гарри. Рон замер, и через несколько секунд растение ослабило хватку, словно теряя к нему интерес. — Видите? — сказала профессор Спраут, довольная примером. — Всё дело в самообладании. — Да, конечно, — пробормотал Рон, натягивая перчатку обратно. — Легко говорить, когда тебя не пытаются сожрать. Закончив работу, мы аккуратно сложили инструменты и сняли перчатки. — На следующий урок мы будем изучать особые удобрения для волшебных растений, — объявила профессор Спраут. — Приготовьтесь запачкаться! — Удобрения? — скептически переспросил Рон. — После дьявольских силок это как-то… разочаровывает. — Не торопись, мистер Уизли, — загадочно улыбнулась Спраут. — В некоторых удобрениях больше магии, чем в заклинаниях. Мы с Гарри обменялись взглядами. После сегодняшнего урока я уже готовился ничему не удивляться. Мы с Гарри вышли из теплиц, стряхивая с мантии прилипшие кусочки земли. Рон, ворча себе под нос, догнал нас, но вскоре свернул в другую сторону — у Пуффендуя был другой учебный маршрут. — Как думаешь, Трансфигурация будет сложной? — спросил Гарри, разглядывая наш учебник. — По словам профессора Макгонагалл в «Введении в трансфигурацию», это одна из самых точных и требовательных дисциплин, — ответил я. — Ошибки могут привести к весьма… странным последствиям. Поднявшись по мраморной лестнице, мы оказались перед дубовыми дверями аудитории, где уже ждали ученики Рейвенкло. В группе мелькали знакомые лица: Терри Бут, Падма Патил, Майкл Корнер. Они выглядели сосредоточенными и даже немного взволнованными. Дверь открылась, и мы вошли в просторную, но строго обставленную аудиторию. Вдоль стен тянулись высокие книжные шкафы, заполненные фолиантами по трансфигурации. В воздухе витал слабый запах пергамента и чего-то едва уловимо металлического — возможно, это было связано с процессом превращения предметов. За учительским столом стояла профессор Макгонагалл. Минерва Макгонагалл высокая, статная женщина с непроницаемым выражением лица. Её проницательные глаза скрывались за тонкими квадратными очками, а губы были плотно сжаты, словно она всегда находилась на грани между одобрением и суровым замечанием. Её волосы, гладко зачёсанные назад, были собраны в тугой пучок на затылке, отчего она выглядела ещё строже. Тёмно-зелёные мантии, расшитые серебристыми узорами, подчёркивали её строгость, а высокие воротники придавали ей почти королевский вид. На плечах лежала длинная накидка из плотной ткани, на которой можно было различить едва заметные гобеленовые узоры в виде кошачьих силуэтов. Но самое примечательное — это её взгляд. Он был острым, цепким, словно она могла заглянуть в душу каждого студента и сразу определить, кто подготовился к уроку, а кто пытался схитрить. — Добрый день, первокурсники, — начала профессор Макгонагалл, оглядывая нас с высоты своего опыта. Голос её был чётким, уверенным, с лёгким намёком на строгость, но без лишней суровости. — Добро пожаловать на Трансфигурацию. Этот предмет — один из самых сложных в вашей программе, и вам потребуется немало терпения и усердия, чтобы овладеть им. В отличие от простых заклинаний, трансфигурация требует не только волшебной силы, но и точного понимания природы вещей. Малейшая ошибка — и результат может быть непредсказуемым. Она взмахнула палочкой, и книжный шкаф в дальнем углу вдруг сжался, сложился в себя и… превратился в изящный письменный стол. Ученики ахнули. — Видите? Но если сделать это неправильно… Ещё одно движение палочки — и стол резко дёрнулся, ноги у него стали кривыми, а один угол осел вниз, словно растаял. — …результат оставляет желать лучшего, — заключила Макгонагалл, взмахнув палочкой снова, возвращая стол в прежний вид. Некоторые ученики переглянулись, осознавая сложность предстоящей дисциплины. — Сегодня мы начнём с основ. Ваша задача — превратить спичку в иглу. Это упражнение проверяет точность, концентрацию и ваше понимание структуры предметов. На партах появились небольшие коробки со спичками. — Волшебные палочки наготове. Взмах должен быть точным, а формула заклинания — чёткой. Концентрация играет ключевую роль. Попытайтесь представить, как меняется структура спички, её материал, плотность… Мы с Гарри переглянулись и взяли по спичке. — Transmuto acuum, — произнёс я, взмахнув палочкой. Спичка дёрнулась, её кончик стал металлическим, но осталась деревянная основа. Гарри попытался снова, но у него лишь слегка изменилась форма предмета. Рейвенкло схватились за задание с энтузиазмом: Майкл Корнер быстро добился тонкого металлического отблеска на своей спичке, а Падма Патил уже сморщила нос, разглядывая свою, которая стала полупрозрачной, словно стеклянная. По рядам ходила профессор Макгонагалл. — Мистер Поттер, больше концентрации. Вам нужно чётко представлять иглу. — Мистер Пендрагон, ваша работа близка к правильному результату, но не хватает точности в деталях. Попробуйте ещё раз. Мы снова взмахнули палочками. На этот раз моя спичка приобрела серебристый блеск и слегка заострилась. Гарри добился похожего эффекта, хотя его игла была кривоватой. — Гораздо лучше, — отметила профессор. — Но вам ещё есть над чем работать. Спустя полчаса большинство учеников уже добились приличных результатов. Невилл, правда, каким-то образом превратил спичку в нечто похожее на глиняный кусочек, но Макгонагалл лишь вздохнула и терпеливо объяснила, в чём ошибка. — На сегодня достаточно, — подвела итог профессор. — Домашнее задание: прочитать главы о законах Гампертца и принципах необратимости. Мы покидали класс с разными эмоциями. Гарри выглядел удовлетворённым, Рейвенкло обсуждали детали заклинания, а я задумался о том, насколько сложной может быть Трансфигурация, если это был лишь первый шаг. Мы с Гарри спускались в подземелья, чувствуя, как воздух становился холоднее и сырее. Каменные стены, подсвеченные тусклыми зелёными лампами, казались влажными, а в воздухе витал стойкий запах сушётых трав, грибов и чего-то более едкого, почти металлического. — Надеюсь, Снейп не такой страшный, как о нём говорят, — пробормотал Гарри, листая учебник «Руководство по зельеварению для начинающих». — Он преподавал здесь ещё до того, как мы родились, — ответил я. — Думаю, он знает, как держать дисциплину. Рона с нами не было — его группа отправилась на другой урок. Мы вошли в просторный класс, наполненный стеллажами с банками, где плавали странные ингредиенты: сушёные когти, змеиную кожу, пиявки и прочие загадочные субстанции. Вдоль стен стояли котлы, мерно выпускающие пар. Дверь закрылась почти бесшумно, и в класс скользнул профессор Снейп. Он был высоким, худощавым мужчиной с бледной кожей и чёрными, будто маслянистыми, волосами, спадающими на плечи. Его тёмные мантии развевались, словно тени, а пронзительный взгляд пробежался по рядам. — Вы здесь… — начал он низким, глухим голосом, — чтобы научиться искусству тонкого владения зельями. Он двигался между рядами мягко, почти бесшумно, словно тень. — Магия в своей истинной форме… — он на мгновение замолчал, уперев взгляд в Гарри. — Здесь не место глупым размахиваниям палочками. Здесь важны концентрация, терпение… талант. Он обошёл класс и остановился рядом со мной. — Пендрагон, — произнёс он, внимательно изучая меня. — Любопытно. Я выпрямился, ожидая продолжения. — Ваши предки знали толк в алхимии… Интересно, передался ли вам их дар? Он задержал на мне взгляд, затем медленно отвернулся. — Сегодня вы будете варить Обыкновенный отвар для сна. Это простое, но требовательное зелье. Малейшая ошибка, и вместо сна получите лихорадку или что похуже. На доске появились чёткие, размашистые инструкции. — Приступайте. Я внимательно изучил рецепт. В зельеварении важна точность, и мне это всегда нравилось: всё зависело от последовательности, концентрации и понимания свойств ингредиентов. Я аккуратно нарезал корень валерианы, стараясь, чтобы кусочки были одинакового размера, затем осторожно измерил экстракт лунного цветка. Он придавал зелью мягкость, но если переборщить — отвар станет слишком сильным. — Впечатляюще, — раздался голос Снейпа у меня за спиной. Я поднял голову. Он наблюдал за моими действиями с выражением… не то одобрения, не то скрытого интереса. — Редко встретишь первокурсника, который не режет ингредиенты, как бездарный мясник, — произнёс он тихо. Некоторые слизеринцы — особенно Малфой — переглянулись. Снейп прошёл дальше, изучая работы учеников. — Малфой, твой отвар слишком густой, добавь воды. — Поттер, почему он голубоватый? В рецепте не сказано, что он должен менять цвет. Гарри неловко потянулся к ингредиентам, но Снейп лишь взмахнул палочкой, возвращая его котёл в исходное состояние. — Начните заново. Я продолжил работу, стараясь не отвлекаться. Рядом со мной Дафна Гринграс, светловолосая девочка со Слизерина, молча варила своё зелье. Она работала методично и уверенно, её отвар уже приобретал нужный оттенок. — У тебя хорошо получается, — заметила она, мельком взглянув на мой котёл. — Ты тоже неплохо справляешься, — ответил я, слегка помешивая отвар против часовой стрелки. Когда время подошло к концу, Снейп снова прошёлся по классу, оценивая результаты. Он остановился у моего котла. — Почти безупречно, — произнёс он, склонившись ниже. — Цвет идеальный, консистенция правильная… Некоторые слизеринцы снова переглянулись. — Посмотрим, сможете ли вы поддерживать этот уровень… или же это простая случайность, — тихо добавил он, выпрямляясь. Гермиона выглядела слегка раздосадованной, но ничего не сказала. — Урок окончен, — объявил Снейп. — Домашнее задание: прочитать главы о свойствах снотворных зелий и их возможных побочных эффектах. Мы быстро убрали вещи. Когда мы вышли в коридор, Гарри посмотрел на меня с удивлением. — По-моему, ты ему понравился, — сказал он. — Если «понравился» означает «будет пристально следить за каждым моим шагом», то да. — усмехнулся я. Мы направились в Большой зал — впереди был обед и обсуждение уроков. После первого урока зельеварения я чувствовал себя странно. Не сказать, что зелья мне не понравились — наоборот, у меня даже получилось неплохо. Снейп, хоть и вел себя так, будто только слизеринцы достойны его внимания, явно заметил мои старания. Однако атмосфера в подземельях давила, а слизеринцы вели себя так, будто мы были не просто учениками, а их соперниками в каком-то непонятном соревновании. Теперь, сидя за длинным столом Гриффиндора, я чувствовал себя чуть легче. Окружающий гул голосов, звон столовых приборов и аппетитные запахи помогали отвлечься. Я накладывал себе жаркое, украдкой посматривая на других первокурсников. Гарри сидел напротив, выглядел задумчивым — наверное, тоже переваривал впечатления от зельеварения. — Этот Снейп… — наконец заговорил он, отставляя вилку. — Он ведь правда меня невзлюбил? — Ну, он, кажется, всех нас невзлюбил, — пожал я плечами. — Кроме слизеринцев. Рон, который сегодня обедал с нами, хмыкнул: — Я же говорил, что он будет предвзятым. Да он даже не посмотрел в мою сторону, а я ведь тоже старался. Я знал, что Рон не был на зельеварении, так как у Пуффендуя расписание немного отличалось, но промолчал — он, видимо, просто подыгрывал нам, чтобы поддержать разговор. Гермиона сидела немного дальше, рядом с другими гриффиндорками, и иногда бросала на нас взгляд, будто собиралась вмешаться, но потом передумывала. Я задумался об уроках. Макгонагалл была строгой, но справедливой — трансфигурация казалась мне сложной, но захватывающей. Спраут, напротив, была доброй и терпеливой, особенно с теми, кто не разбирался в травологии. Но Снейп… В его взгляде было что-то, что мне не нравилось. — Я так и знал, что слизеринцы будут вести себя высокомерно, — продолжил Гарри, пододвигая к себе кусок хлеба. — Малфой и его дружки смотрели на нас так, будто мы вообще не должны были родиться волшебниками. — Гринграс вроде бы не вела себя так, — заметил я. — Она просто… работает. Причем хорошо. — Может, она так же хитра, как все они? — буркнул Рон. Я пожал плечами. Гринграс действительно казалась довольно спокойной и не пыталась насмешничать, в отличие от Малфоя и его компании. Интересно, она всегда такая или просто пока не видит смысла проявлять себя? Я взглянул на часы. Впереди нас ждал еще один урок — астрономия. Надеюсь, он пройдет легче, чем зельеварение.