5: Треск

Прошло несколько дней после начала эксперимента. Пока что физическое состояние у всех в норме. Некоторые объекты нервничали больше остальных, но этого следовало ожидать. Пока что нет никакой борьбы за еду, и это хорошо. Нет физических столкновений, что тоже хорошо. Я лишь волнуюсь об Субъекте 4 и Субъекте 1 (Их номера соответствуют порядку, в котором они зашли. Лайтболб первая, Пеинтбраш вторые, Фан третий, Маршмеллоу четвертая). Их ментальное здоровье ухудшается, хотя для этого у меня нет веских доказательств. И это будет сложно проверить в любом случае. Дата записи: 1546 От лица Рассказчика: Шли дни и группа почти приспособилась к их новому окружению. Лишь несколько споров о последней сладкой картошке, но в остальном дела шли отлично. Лайтболб продолжает болтать без умолку. Она как бесконечная библиотека всех возможных историй. Пеинтбраш как голос разума, они следят за тем, чтобы все придерживались расписанию. Фан ведёт себя как обычно, но он продолжает быть на стороне Тест Тьюб, наблюдая за ней, как она наблюдает за ними в течение дня. Маршмеллоу молчит. Больше чем обычно, но в остальном всё остаётся таким же. Однако всех их объединяет одна вещь. Они все скучают по дому. От лица Тест Тьюб: Я опустилась в свое офисное кресло. Ещё не наступило время для их пробуждения, так что я могу пока заняться заполнением журнала и прочим. Перечитывая заметки, я подмечаю изменения в поведении 1-ой и 4-ой. Я имею ввиду Лайтболб и Маршмеллоу. 1-ая не такая… жизнерадостная как обычно. Кажется, она гораздо чаще замолкает, когда я показываюсь или наши взгляды встречаются. Также она больше не рассказывает анекдотов или просто не такая уже придурковатая. Коречно, она всё ещё остаётся несуразной, но уже не так явно. Перейдем к 4-ой. Она пугает меня. 4-ая продолжает молчать, но остаётся непоколебимой. Мне кажется, что молчаливость может является результатом физиологических нарушений, или я просто раньше никогда этого за ней не замечала. Я снова смотрю на них из окна… Что я вообще делаю? Они мои товарищи по команде… мои друзья. Я их держу запертыми в этой комнате, как будто как каких-то животных, как лабораторных крыс. Схожу ли я тоже с ума в этой лаборатории или я всегда была такой? Дыши, Тест Тьюб… Дыши. Помни о цели. Мы делаем это ради ответов. Наука всегда могла их дать. А когда вы хотите получить ответы, то вы должны быть готовы к самопожертвованию. Наука не знает морали. Даже если это означает, что мы все умрём здесь внизу… Зато я буду иметь прекрасные записи об этом для учебников истории.

***

Прошло около 5 часов. От лица Маршмеллоу: Я приваливаюсь к стене. Эхо, эхо, эхо. Болтовня, болтавня, болтовня. И снова, снова, снова. Одно и то же, каждый день. Такое чувство, будто бы мы здесь уже несколько месяцев. Этот шум, он не прекращается. Когда я сплю, когда дышу, и даже когда вроде как вокруг тихо. Только непрерывное эхо смеха у меня в ушах. Затем я оглядываюсь на Лайтболб. Я смотрю, как она смеётся сейчас. Неужели она и есть голос, который приследует меня? Насмехается надо мной с оптимизмом, который я хочу вернуть? Я осознаю, что да, да это всё она. Она насмехается над всеми нами. Смеётся, смеётся, смеётся. Улыбается, радуется, остаётся оптимистичной. У неё есть то, чего нет у нас. Радость. И это ранит… Так не честно. Как она может оставаться такой счастливой?! Мы же помрём в этом месте. Я всматриваюсь в неё, и затем ко мне приходит осознание… Лампочка сделана из стекла. Стекло легко бьётся. Если оно разобьётся, больше не будет насмешек. Идеально.