Ритм сердца

Стинт посмотрел на колю, словно ожидая ответа, но давал ему время. Это было странное, почти нежное молчание. Впервые за долгое время лида почувствовал, что не обязан ничего говорить. — Ты знаешь, как это странно, да? — пробормотал стинт, опустив взгляд. Его пальцы нервно крутили ручку от ноутбука. — А что странного? — коля приподнял бровь, но не отодвинулся. — Ну… это. Мы. Этот разговор, — макс вздохнул, глядя куда-то мимо. — Ты ведь всегда такой... лёгкий. А я? Чёрт, я вечно всё усложняю. Лида усмехнулся и наклонился ближе. — стинт, если бы ты всё время был простым, я бы не тратил на тебя столько времени. Стинт поднял глаза, не в силах скрыть удивление. Стинт же, словно почувствовав, что это тот самый момент, осторожно дотронулся до его руки. — Ты думаешь, я просто так приходил каждый раз, чтобы проверять твои биты? Чтобы напоминать тебе поесть? — его голос стал тише, почти шёпотом. — Ты… ты всегда так делал, — пробормотал макс. — Я думал, это просто… дружба. Коля усмехнулся, но в его улыбке было что-то совсем другое — тепло, смешанное с нервозностью. — Это и есть дружба, но, может, чуть больше. Я не собираюсь давить на тебя, просто хочу, чтобы ты знал: мне не всё равно. Словно в подтверждение своих слов, Стинт чуть сжал его руку. Макс почувствовал, как сердце начинает биться быстрее. — Ты всегда так уверен в себе, — тихо сказал он. — Ты делаешь это легче, чем думаешь, — ответил коля, и в его словах было что-то успокаивающее. Они замолчали. В студии слышалось лишь тихое гудение техники, но эта тишина была уютной. Стинт вдруг усмехнулся. — Ты ведь даже не слушал, что я тут насочинял, да? — Я слушал тебя, — парировал коля, легко отводя взгляд. — Но если ты хочешь, я могу и трек оценить. стинт покачал головой, чувствуя, как напряжение уходит. — Давай я лучше сыграю. Живьём. Только не смей смеяться, если будет фигня. Коля сел обратно на диван, скрестив руки за головой, с той самой фирменной расслабленностью. — Давай. Покажи, что ты умеешь. Стинт взял гитару, не слишком уверенно провёл по струнам. Мелодия была проста, но в ней было что-то глубокое, личное. И когда он начал петь, коля вдруг замер. В каждом слове, в каждом аккорде звучало что-то, что невозможно было не почувствовать. Это был голос, который макс никогда не показывал никому — искренний, немного уязвимый. Когда последний аккорд стих, коля поднял глаза. — И? — спросил он, стараясь выглядеть уверенным, но не смог скрыть волнения. Лида не ответил сразу. Он встал, подошёл ближе, медленно, словно не хотел разрушить этот момент. — Это было честно. Это был ты, — сказал он, глядя прямо в глаза макса. Макс почувствовал, как что-то внутри сжимается и тут же расправляется, будто с его плеч сняли груз. — Ты странный, знаешь? — усмехнулся он, но голос дрогнул. — И тебе это нравится, — улыбнулся коля, и в его голосе прозвучала лёгкая уверенность. В этот момент стинт понял, что сопротивляться больше нет смысла. Слова, сомнения, страхи исчезли. И когда лида наклонился ближе, он не отстранился. Их поцелуй был простым, но в нём была вся та искренность, которую они боялись выразить словами. Это было как финальный аккорд их незаконченной песни.

***