2. Признание?

– Куда пойдём? – спросил Люциус, поворачиваясь на Лололошку, который активно рассматривал торговый центр и примерно прикидывал маршрут их прогулки. Красноглазый просто смирно стоял рядом, дожидаясь пока друг начнёт говорить.     – Смотри... – Дейвисон подошёл ближе, положив свою руку на плечо одноклассника и слегка наклонившись к нему, находясь на уровне чужого уха, на что блондин закусил губу, но всё же посмотрел на указанное место. Это был какой-то не особо примечательный магазинчик с цветами и разными милыми вещами. Хоть и не особо заметный, но скорее всего часто посещаемый. Пока он рассматривал этот специализированный магазин шатен продолжил говорить. – ... давай зайдём туда?     – Что? Зачем? – беловолосый вопросительно приподнял бровь, глядя на подозрительно радостного друга, который слишком сильно хотел зайти в этот универмаг. Что это за настрой? Чёрноглазый повернул голову к нему, немного прищурив очи.     – Ты не помнишь? Скоро день святого Валентина, я хочу купить подарок сестре. – начал говорить парень, отходя от друга и поправив свою куртку. – Ты только не подумай, я просто поздравить её хочу. У Ви, конечно, жених есть, но от шоколада она никогда не откажется.     – Ох, вот как... – Люциус повернулся к магазинчику, ощущая лёгкое волнение. Конечно он не забыл об этом дне, тем более когда у него есть очень важные планы на этот праздник, просто строить дурачка у парня всегда получается. – Тогда давай зайдём, я не против...     – Пошли!     Лололошка потащил друга за руку, ярко улыбаясь. Дойти до этого универмага было недолго. Шатен сразу пошёл в отдел с шоколадом, выбирая что-то в красной яркой упаковке. Всё-таки Вививилка любительница цвета крови и роз. Парень взял специально собранный набор с шоколадом и игрушкой внутри, не забыв положить в корзину букет прекрасных орхидей.     Люциус тоже ходил и осматривался. Всё тут было обустроенно под скорый день всех влюблённых, так что почти на каждом шагу были сладкие наборы с шоколадом и иногда мармеладом, а также букеты цветов. Блондин покрылся розовым, глубоко выдохнув, но всё же взял в руки какой-то сладкий набор в светло-голубой упаковке и букетик красивых незабудок.     Встретились эти двое уже на кассе. Красные глаза быстро прошлись по всему, что взял друг и парень впал в ступор.     – Для кого второй набор? – Люциус в замешательстве уставился на то, что понабрал Дейвисон, который тоже удивлённо посмотрел в ответ. – Ох, не думал, что твоя сестра настолько любит сладкое...     – А, нет... – Лололошка слегка поматал головой, отводя взгляд. – Это для кое-кого другого... – парень улыбнулся, положив товары, которые он хотел купить, на прилавок. – А сам для кого цветочки и шоколад собираешься покупать? Для Воланда? – юноша посмеялся, словив на себе возмущённый взгляд друга.     – Нет. – блондин глубоко выдохнул, покрываясь розовым. Он убрал прядь передних волос за ухо, поджимая губы. Он даже слов не находил, чтобы ответить. Парень просто решил, что раз Лолик не говорит ему для кого покупает второй набор, то и он не скажет. Хотя, в принципе, и так не собирался... – Это для кое-кого... другого. – беловолосый передразнил одноклассника, победно ухмыльнувшись.     – Ладно, ты выиграл. – Дейв снова посмеялся, оплачивая покупки. Дальше после него к кассе подошёл красноглазик. Шатен осмотрел пакет, в который ему упаковали цветочки и сладкий набор, мысленно удивляясь, что туда влезло всё это. В другой свободной руке он держал второй набор с шоколадом в немного розоватой, но всё же по цвету ближе к красному, коробочке.     – Куда дальше? – спросил Люциус, переводя взгляд с чёрного пакета, куда ему упаковали подарочные наборы, на друга, который уже направлялся к выходу, поэтому беловолосый быстро пошёл за ним. Лололошка внимательно осматривал торговый центр, что-то ища глазами.     – Я вот не знаю... – Дейвисон склонил голову набок, бегая глазками по магазинчикам. Он повернулся на одноклассника, снова мило улыбаясь. – Может, сходим в парк? Я слышал, что там обустроили зону для парочек, хочу посмотреть.     Люциус ничего не ответил, просто кивая. Эта идея казалась странной, что именно они пойдут смотреть на эту зону. Зная Лололошку, то он сто и один процент захочет сфоткаться там. Так что это и смущало, но парень не мог отказать этим горящим прекрасной идеей глазам. ***     Зона эта была... милой. Люциус даже не знал как её можно описать более детально. Ну, стоит лавочка, место для поцелуев, качели на двоих... а, ещё красивые цветочки, посаженные в клумбу рядом. Создавалась вполне приятная атмосфера, вроде...     – Как чудесно! – Лололошка с горящими глазами осматривал цветы, переходя на разные рисунки, изображённые вдоль асфальта этой самой зоны. Он положил свои покупки на лавочку и взгляд красных глаз всё время цеплялся за сладкий набор, что не был предназначен для сестры Дейва. Любопытство съедает его изнутри.     – Может, всё же скажешь для кого... купил этот шоколад? – всё же спросил беловолосый, обращая внимание друга на себя. Шатен похлопал глазами, сначала не соображая что от него хотят. Долго же до него доходит.     – Для тебя. – Лололошка широко и одновременно неловко улыбнулся, а Люциус округлил глаза, не веря в услышанное. Подождите... для него? Парень ощущал, что его лицо вспыхнуло красным. Он чувствовал бабочек в животе, что резко запорхали все вместе. Дейвисон лишь подошёл ближе, хватая одноклассника за руку. – Ты ведь мой лучший друг... Пусть этот день создан для влюблённых, но я всё равно люблю тебя, словно родного брата, которого у меня нет.     Что ж... чьи-то бабочки в животе мгновенно умерли. Люциус в шоке уставился на него, а потом поджал губы, выглядя крайне разочарованным. Он прокашлялся в кулак, делая шаг назад. На что он вообще надеялся? На романтичное признание в любви? Ага, размечтался.     – Ох, эм... – шатен заметил подавленное состояние красноглазого и, видимо, искренне не понимал почему он расстроился. Хотя, некоторые предложения были... Но он свято верил, что прямо сейчас очень сильно ошибается. – Давай сфотографируемся? – нерешительно спросил Лололошка, доставая из кармана телефон. – Может, когда-нибудь я признаюсь по-настоящему... – последнее, о чём он подумал, потащив Люциуса за собой.