Глава 19 - "Сюрпризы такие, какие они есть"

— Твою мать! Грохот, звук, похожий на небольшие взрывы, мат и чей-то болезненный вой. Близнецы, временно вступившие в перемирие, ударились кулачками и возвратились к тарелкам с омлетом и беконом. Наверное, от большого милосердия Митюша сделал на магнитофоне громче песню Max Don't Have Sex With Your Ex, а Орех подвывал. Я тоже, как ни в чём не бывало, работала с соковыжималкой. Да, от неё тоже много шума, но разве из-за этого следует лишать детей необходимого витамина С? Скрывать не буду, мы мстили за прошлую ночь и что после атаки дихлофоса двое ломанулись ко мне в ванную и туалет, а уборка… До сих пор руки чешутся их прибить. В общем, эта ночь была тяжелой, так как нам пришлось ещё и затаскивать Космоса на диван к остальным. И лучше бы компашке очнуться ночью и свалить, так как я Паше с Митей разморозила безлимит на шалости. Да, не особо педагогично, но дети не должны копить в себе негатив. Плохо сказывается на ментальном здоровье, как и бессонная ночь. — Это что за?.. — донеслось из ванной. — Сука… Оно не стирается! — Дай взглянуть. Бля-я-я, у меня тоже. Мальчики ехидно улыбнулись, снова стукнувшись кулаками. Мой смех трансформировался в глубокий кашель. Приложившись носом к платку, налила им сока и устроилась в своем уютном кресле, укрывшись клетчатым пледом. Трое злых мужчин ввалились на кухня с жаждой возмездия в глазах. Отчаянно кусаю щёку изнутри, это было нечто! Ночные гости выглядели не только, как жертвы похмелья, но и разнообразных психических расстройств. — Как завтрак? — спрашиваю я, игнорируя банду пьянчуг. — Объедение, — светским тоном сказал Павлик. — Как ваше здоровье, матушка? Не стало ли лучше? — Нет, Павел. Недуг только крепчает, — в доказательство громко чихнула. — Но благодарствую за заботу. — Издеваетесь? — прошипел Аркадий. — Издеваются, — мрачно ответил ему Космос. Мы продолжали не замечать их, хотя у всех прорывались мерзопакостные улыбки. Да и как им не прорываться? Все с художественно разрезанной одеждой в зоне груди, отсутствием рукавов на рубашках и дырами на брюках, напоминающие дизайном дуршлаг. Но если бы это было всё — у всех появились ярко выраженные отличия. Космосу близнецы прокололи уши, вдев мои цыганские сережки. Пчёлкин стал счастливым обладателем изумрудной копны волосы, а Аркадию сбрили половину его мужественной щетины и намертво приклеили ручку от двери к ладони. — Вам нужно больше спать, маменька. Желательно в тишине, подальше от суеты и стресса, — наставительно заметил Митя, стараясь отчаянно не коситься на их с братом жертв. — Я тоже так считаю, — улыбаюсь я, делая глоток кофе. — Киса! — не выдержал возмущенно Космос, а после с грохотом отодвинул стул рядом и сел. Серёжки игриво зазвенели в тишине, вызывая у нас всеобщий приступ хихиканья. — Ладно, это всё, но ничё, что твои оболтусы нам партаки сделали? Партаки, Марина! — Говори за себя, — прошипел Пчёла, взбешенно глядя в карманное зеркальце на свои кикиморские патлы. Кажется, зелёнкой красили. А вот это неожиданно. Мальчики тут же стали быстро сметать бекон с тарелок, а после проскользнули с разбегу между широко расставленных ног Аркадия, глядящего на меня с немым осуждением. — Да-а? — удивилась я. — Ну-ка, покажите. И они показали. Свеженькие, аккуратные партаки чуть выше костяшек, причём у всех троих. Посочувствовать почему-то не получилось. Если «олкаш» и «выпевоха» ещё заставили меня держаться, то после «бухнаря» я уже сама гоготала в голос. — Ахахахаха! И в чём… ха-ха, не считая грамматических ошибок, они ошиблись? — еле выдавила сквозь смех я. — Мать года просто, — хлопнул в ладони собственно «бухнарь» в этой троице. — Так, Ариэль, в моём доме опасно так выражаться, можно и на барбекю попасть… Ха-ха, ой… кхе-кхе! — закашлялась я до слёз. Затем стёрла с воспаленных глаз влагу и благодушно посмотрела на разъяренных мужчин. — Да ладно вам, будет что вспомнить на старости, мужики. Зато пить теперь будете в разумных мерах. Смотрите, какой урок хороший получился. — Улыбочку! — воскликнул Митя. Все трое повернулись на вспышку, а я успела показать большие пальцы вверх. Хихикающие мальчики тут же ускакали с опасного для них места. — Бекончика с омлетом? — предложила миролюбиво, поднимаясь с кресла, так как было чувство, если не близнецов, то меня точно побьют. После еды и парня, доставившего комплекты с одеждой для несчастных выпивох, Аркадий добрил моей бритвой вторую часть лица, отодрал с кожей ручку и поспешил убраться. Космос, наверное, порвал себе мочки, когда сдирал сережки с ушей, но тоже не стал задерживаться в доме. С Пчёлой же вышло сложнее, ради которого спустилась сама за краской вниз, ибо все попытки смыть маслами или перекисью водорода зелёнку с его волос потерпели поражение. А он заявил, что не покинет мою квартиру, пока зелень не сойдет с его прекрасной шевелюры. Тогда я перестала смеяться, поняв, что угроза-то самая настоящая. За это время папа успел приехать за мальчиками, которым пришлось ещё второпях гладить костюмы. Паша нарядился в пирата, а Митя в Зорро. Те были так довольны своей проделкой, что согласились даже пофоткаться с ругающимся Витей, которому я тщательно красила волосы. К слову, тот и ещё ко всему прочему опаздывал на встречу. — Киса-а-а, — мрачно зашипел Пчёла. На голове его переливалась в свете краска. Оттенок волос будет темнее на тон его природного цвета, зелень так просто светлым не перекрыть. Ну не могла я не смеяться! Зато в мире определённо соблюден баланс: самочувствие ужасное, а настроение выше некуда. — Извини-извини, просто подумала, что план твой рабочий оказался. Ночь-то ты всё-таки провёл у меня, — хихикнула я, выкидывая испачканные перчатки с зубной щёткой и миской в мусорку. Затем показала большой палец, сказав: — Во, Витюш. Как говорится, мужик сказал — мужик сделал, да? Я в востор… Апчхи! Вот, правду говорю. — Аркадий — святой человек, раз столько тебя терпел, — выдал истину Пчёла, пока я, посмеиваясь и задыхаясь от насморка, искала свой носовой платок в кресле. Согласно закивала, так как терпеливости бывшему супругу правда не занимать. Заняв место в своём любимом кресле, обняла обеими руками чашку чая с лимоном. Пчёла сидел на диване, представляя из себя забавнейшее зрелище в строгом костюме и вспенившейся краской на голове. — Так как получилось, что вы с Космосом напились в компании Аркаши? — полюбопытствовала я важно. — Тебе это не понравится, так что я просто промолчу, — отозвался лениво Витя, едва не прикоснувшись пальцами к волосам. Затем отдёрнул руку от головы и поморщился. — Сколько ещё сидеть? — Ещё… э-э-э, пятнадцать минут. Зато теперь Павлик к тебе благосклонен. — Из боязни получить люлей за зелёнку. Эти изыски парикмахера точно ему принадлежат, все руки были перемазаны в этой дряни, — проявил небывалую внимательность мужчина. — Знаешь, Пчёлкин, тебе ничем не угодить. — Тяф! — согласился со мной Орех, устраиваясь в ногах. Через двадцать минут и Пчёла покинул квартиру. Значит, правда опаздывал, а иначе бы поболтал ещё о своём мужском наболевшем. Я тоже занялась своими делами. Связалась с Сеней, узнала, что Волкова они поймали и держали в квартире, которую брала на случай чёрного дня. Сегодня приехать не получается, но завтра уже придётся решить эту проблему и представить Льву его, а дальше уже по знакомой схеме. Остаток дня прошёл уже более спокойно и даже очень был похож на выходной. Мы с Орехом бездельничали напропалую, валяясь на диване под пледом и смотря какой-то драматичный сериал по телевизору. Ну я ещё сморкалась, громко чихала, пила горький сироп солодки для горла и таблетки для ноги, рекомендованные врачом. Усиленно создавала признаки жизни. А потом начались странности. — Иду-иду, — воскикнула я, топая к двери. Кто-то без устали наяривал в звонок. За дверью оказался какой-то мужчина в серой форме. — Здравствуйте. — Здравствуйте. Марина Анатольевна? Киваю, глядя, как мужчина ставит коробку с инструментами на пол, сказав: — Эту ручку надо заменить? — Да. А вы от кого? — Не велено говорить, но не беспокойтесь работа оплачена, хозяйка. Вы идите, я позже вас позову и отдам комплект ключей. Надо же, у кого-то проснулась совесть, что одна женщина с двумя детьми будет находиться без хорошего замка. Знать бы ещё кто. Через минут сорок я закрыла за мастером дверь и направилась творить себе новую порцию чая. Только не успела я сесть снова на диван с напитком, как раздался опять звонок. — Марина Анатольевна? — выдал мужик в уже синей форме. Затем критично подёргал новую ручку, спросив: — Так, а где менять-то ручку? Выпроводив с извинениями товарища, отошла на пару шагов, остановилось и с опаской посмотрела на дверь. Было у меня недоброе предчувствие, что это ещё не всё на сегодня. Довольные своей первой Ёлкой Паша с Митей вернулись с кучей подарков и морем впечатлений. Наперебой стали рассказывать, как участвовали во всех конкурсах, а затем спёрли у Деда Мороза посох и играли им с друзьями в хоккей, пока классная руководительница не отчитала их. Папа же, купив мне ещё лекарств, стал показывать получившиеся фотографии. Стало грустно, что на них не было меня. Тогда я себе пообещала, что в следующем году у нас троих будет куча снимков. После ужина, я стала звонить гостям на предстоящее торжество. Очень бы хотелось, чтобы у них не оказалось планов на этот вечер. Это был полный крах. Люда сослась на таинственную встречу со своим личным Дедом Морозом, Космос тоже сообщил, что у него имеются планы и даже Рокер, у которого никогда не имелось дел в этот праздник, слился! Мне даже в бреду почудилось, что на заднем фоне у друга услышала женский голос, но это навряд ли. Рокер же до потери пульса влюблён в себя. — Все слились? — удивилась Эвелина, которую я застала на пляже Доминиканы. — Нет, я бы, конечно, приехала, но, боюсь, что моего медвежонка уведут. Сама понимаешь, на безбедную старость ещё пахать и пахать. А в России кто сейчас по обменнику? Блатные и менты, которые их покрывают? — А что насчёт меня? — обиженно заметила я. — У тебя имеется агент в лице Гордеюшки, да и у Лёвушки ты хорошо устроилась. Вот, если бы он был свободен, то тогда бы примчалась на охоту, а пока у меня всё хорошо, — прощебетела бывшая коллега. — Коза ты, Федорцова. — Эгоизм присущ всем разумным тварям, — патетично заявляет Эвелина. — А насчёт этих динамщиков скажу, что на них надавили. Мой четвёртый, который с винодельнями был, так ревновал — крышу просто напрочь сносило. Помнишь, я тебе рассказывала, что в моём любимом салоне пропали все мужики, да? Его же рук дело было. — В итоге, ты и его упустила, изменив со своей парикмахершей, — фыркнула я. — Он ждал от меня измены, её и получил. Это его вина, не моя. К слову, Мартин до сих пор мне алименты платит за жестокое обращение, — шаловливо хихикнула эта свободюбивая нахалка. — Как бы там ни было, на любую силу найдётся другая. — Не понимаю, о чём ты говоришь. Но до сих пор думаю, что это было подло с твоей стор… Звонок требовательно затрезвонил. Говорила, что сегодня ещё кого-нибудь принесёт нелёгкая! Пришлось поковылять к двери, так как мальчики ушли, наконец, умываться. А это часа на полтора, пока они вдоволь накупаются. На пороге обнаружился Белов, собственной мрачной персоной. Невольно осмотрела кусок лестничной площадки за его спиной, в надежде увидеть огромную, светящуюся в ночи стрелку, указывающую на мою дверь. Ужас-то какой, всё прут, как тараканы, ничем не отравить. — Хотя нет, Эва, я сейчас поняла, о чём речь, — проговорила я в трубку. Саша приподнял вопросительно одну бровь. — Расскажешь потом! Выключив телефон, поправила вязаный белый кардиган на плечах и с выжиданием уставилась на него. — Войду? — ровным голосом поинтересовался Саша. — Нет, — сухо отвечаю я и выхожу в тапочках на лестничную площадку, захлопнув дверь. — Здесь поговорим. Уголок губы Белова приподнялся в насмешливой улыбке, когда я прислонилась спиной к двери и сложила руки на груди с упрямым видом. Этого человека не намереваюсь впускать туда, где находились мои дети. И плевать, что у них с Витей дружба до гроба. Было у меня чувство, что неспроста заявился ко мне Белов. Чутьё не обмануло. Саша какое-то время молча смотрел мне в глаза, а после начал говорить: — Полагаю, ты ещё не в курсе, что Вершинин пошёл на попятную, когда Витя предложил новый договор, но с полной передачей прав на тебя. Что? Я одеревенела на месте, ощущая, как дыхание перехватило. Лёва ничего подобного мне ещё не сообщал. Зачем Пчёле понадобилось влезать в эту паутину? Они с ума там все посходили, что ли? Зато теперь я стала догадываться, что послужило причиной Пчёлкину напиться в компании супруга, который точно присутствовал на этих переговорах. Конечно, с одной стороны это решало мою проблему и Введенский будет доволен выполненной задачей, но с другой… помоги мне Господь. Мой ценник стал известен. — Он отдал вам тридцать миллионов, — прошептала глухо я, настороженно глядя на Белова. — Оставил, как отступные, — холодно поправил Саша, зажигая сигарету. Через минуту невольно закашлялась от гуляющего вокруг, въедливого дыма. — И раз у нас с Вершининым заканчивается всё так благополучно, то у меня к тебе будет просьба, Киса. — Свалить с жизни Пчёлы, — догадалась я. — Раз он явился к Лёве, то ты опасаешься, что пойдёт дальше. Только у нас с ним ничего и нет, кроме мальчишек. Я знаю своё место, Белов, и тебе советую не забывать о своём. — Умничка. Сама же понимаешь, что с твоим возвращением у него всё порушилось. Витя мог бы жениться на Ксюше в следующем месяце, — протягивает мужчина, с прищуром вглядываясь в меня. Он протянул руку к моему лицу, скользя костяшками по щеке. — Если не уедешь на Дальний Восток, то Витя узнает, что когда-то давно драгоценная Марина бегала к его другу на свидания. Он же так и не знает, кто был твоим первым парнем? А узнает, когда у этих двоих опять внезапно всё вспыхнет. Понимала, что дело было даже не в Пчёле. Лезть к Вершинину в пик его злости вообще опасно, но попытка Белова надавить на меня откровенно взбесила. Даже в болезни, моё тело моментально вспомнило, как себя вести в экстренных ситуациях, пользуясь давящим напряжением. Кто говорит, что женственность не может являться оружием — глубоко ошибается. Аккуратно вытащила лимонный леденец изо рта, не спуская завлекающего взгляда с холодных голубых глаз, и щелчком пальцев отбросила его назад. Саша не успел даже удивиться, как мои ладони скользнули по его плечам. — Ну, так чего тянуть-то? — снисходительно улыбаюсь я и сама впиваюсь поцелуем в его губы, обнимая за шею. Запах победы завис в воздухе, когда мужчина обомлел, оставшись безучастным к моим поцелуям. Я также резко от него отстранилась и отошла на шаг, вытерев рот рукавом кардигана. — И ты меня ещё пугаешь? — язвительно полюбопытствовала я, брезгливо на него посмотрев. Его глаза налились ледяным пламенем. — Белов, ты потерял огонёк по всем фронтам. Может это мне тебя шантажировать? Знала на чём играла, но мне было плевать. Боль вбилась под самые рёбра, хотелось расплакаться. Витя действовал втайне, пытаясь перекупить меня, как вещь у Лёвы. Он считал, что это так просто. Что я никчёмная игрушка с вычеканенным ценником сзади. Аркадий и Витя попросту каждый раз обесценивали все мои труды. Надоело. — Дрянь, — процедил Саша и резким движением припечатал к двери. Следующий поцелуй был порывом чистой, неприкрытой ненависти. Ни влечения, ни флирта или чего-то взаимно тёплого, а сплошная, едкая, как кислота, злость. Саша целовал меня грубо, кусая до боли губы, и сжимая над головой запястья до онемения. И всё же мне хватило, чтобы желание вскипело в венах. Отвечать на ласки с такой же животной страстью, распаляясь всё сильнее. Свободной рукой он погладил мой живот, прошёлся по бедру и подхватил под коленом, заставляя обвить ногой его талию, прижимаясь пахом к моему. Я умела отключать рассудок, когда этого требовала необходимость, иначе бы давно сошла с ума. И сейчас позволила разуму помутниться, разрешая инстинктам вести меня. К чёрту всё. Тяжело дыша, со стоном выгибаюсь в груди, когда горячий рот накрывает чувствительное место на шее. Ладонь сжимает бедро, а язык вырисовывает круги по коже. Рой горячих мурашек царапает спину. Теперь слышны только наше прерывистое дыхание и звук работающего лифта. Но тут раздаётся щелчок, поваричивающегося дверного механизма. Белов рывком отходит от меня, да и я тоже принимаю пристойный вид, когда распахнётся дверь. — О, ещё один, — выдала баба Маша, с подозрением вглядываясь в нас. — А я-то думала, что опять пришлындались эти богохульники. Облизнув губы, я осипшим голосом произнесла: — Не беспокойтесь, баб Маш, они больше не вернутся. А это мой… э-э-э, врач Александр Николаевич. Пришёл посмотреть меня, — последнее уже мстительно сказала, всё пытаясь восстановить дыхание. — Я же болею. — А-а-а-а, — многозначительно кивнула баба Маша, задумчиво глядя на еле сдерживающего смех Белова. — Ну, вы потом зайдите ко мне, а то копчик болит, что ни сидеть, ни лежать уже мочи нет. — Всенепременно. Только я ещё с пациенткой Кисиной не закончил. Если что, вышлем кого-нибудь свободного, — довольно вежливо отозвался Белов. — Так что, не бойся, мать, вылечим. — Спасибо, — растрогалась баба Маша, хватаясь ладошкой за сердце. — Хоть один настоящий мужчина здесь побывал, а то только пьянь залётная ночью галдит. Надо же, впервые бабу Машу вижу такой довольной. Я закусила щёку изнутри, пока дверь баба Маша закрывала, а после тихонько рассмеялась. Да уж, знала бы старушка правду, такого «врачевателя» метлой драной его бы погнала. — Как понимаю, теперь мне можно угрожать только смертью? — хмыкнула я. — Что? — не понял Белова, а после нахмурился. В глазах появился осмысленное выражение, а после он идентичным тоном полюбопытствовал: — Как понимаю, уже были прецеденты? — Не твоё дело, — с улыбкой парирую я. — А мне всё равно интересно стало, — отозвался он и сделал пару шагов к лестнице. — И да, нам же обоим выгодно об этом не распространяться? Оба вспылили, с каждым бывает. Говорила же, что всё блеф чистой воды. Не стал бы Белов заводить вторую любовницу при красавице жене, не султан всё-таки. Даже из выгоды держать Льва за яйца. Отношениями с Витей он дорожил после случая с Валерой. — Ничего и не было, Белов, — невинным тоном отвечаю я, прежде чем скрыться за дверью.

***

Впервые за шесть лет в офисе стало спокойно, но отчего-то сумрачно. Люда занималась архивацией документов на компьютере, иногда прерываясь выполнить короткие поручения Космоса Юрьевича и Виктора Павловича, или же сообщить, что к ним приехал некий Шмидт. С гостем они надолго закрылись без ожидания Александра Николаевича. Как подслушала краем уха девушка, тот серьёзно заболел. Когда время близилось к вечеру, все трое покинули кабинет в довольном расположении духа. Подвыпившие, но не пьяные, но это не мешало им называть кого-то «ходячим трупом». Люда предпочла сделать вид, что ничего не слышит. Это была самая разумная политика в её положении на данной работе. Но один из троицы предпочёл отделиться от развесёлой компании. Накинув пальто, Космос пару мгновений постоял, ожидая, пока голоса друзей стихнут внизу. — До сих пор возишься, Люд? — выдал Холмогоров, присаживаясь на краешек стола и с любопытством перебирая ручки на столе. Только от его возни мелкая канцелярия рассыпалась по полу. — Уже заканчиваю. — Люда быстро печатает по клавиатуре, скосив быстрый взгляд на мужчину. — Что-то хотели, Космос Юрьевич? — Нет… то есть, да. — Он неловко почесал макушку, глядя на сгорбленную у компьютера фигурку в сером строгом сарафане. — Люд, это… у тебя какие планы на Новый Год? Тонкие пальцы на клавиатуре замерли. Девушка вскинула удивлённый взгляд широко распахнутых голубых глаз на Холмогорова. Неужели Виктор Палыч и его подговорил отказать Марине? — Да как обычно, к родителям приехать на праздники, — проговорила смущенно она. — Понимаю, семейный праздник всё-таки, — улыбнулся Космос, а после вскинул решительный взгляд. — Я тут подумал, может, как-нибудь пересечёмся на праздниках? Если, конечно, у тебя нет других дел… — Ах, вы об этом, — с облегченным смешком выдохнула Люда, положив ладонь на лоб. Затем пояснила на вопросительный взгляд начальства: — Виктор Павлович вчера велел отказать на приглашение Марины, вот я и подумала… в общем, неважно. — И до тебя, значит, добрался со своей правдой жизни, — хохотнул Космос, а после ловко спрыгнул со стола, принявшись подбирать упавшие ручки. — Так что, насчёт другого приглашения? — Я уже родителям пообещала, что приеду, — с извинительной улыбкой сообщила девушка. — Может, в следующий раз. Погрустневший Космос, извинившись, быстро попрощался с секретаршей и спустился вниз вслед за остальными, но Шмидт и Витя не стали дожидаться его. Зря, Космос хотел поговорить с Пчёлой насчёт его безрассудного желания пободаться с Вершининым. Не нравилось ему, что хозяин «СтройАтланта» стал газовать назад. Сам же Пчёла в этот момент направлялся к родителям, настоятельно просивших его зайти. В планах ещё было встретиться с Аркадием, оказавшимся весьма адекватным мужиком в целом. Два дня назад ночью даже он грешным делом подумал: и чего Кисе не хватало в браке? Ну, в самом деле нормальный же пацан, с серьёзными намерениями, ещё и при бабках. Мать его детей оказалась легка на помине, когда впереди него мелькнула серебристая иномарка со знакомыми номерами. Машина её водителя. Маршрут сразу потерпел небольшие изменения. Судя по тому, как Арсений сразу уехал, оставив девушку у подъезда, то Марина намеревалась побыть в гостях у отца. А значит мелкие тоже проводили время с дедулей. И по каким же делам эта больная хромоногая заноза моталась? — Эу, женщина, так вы болеете? — весело окликнул Пчёла девушку у двери, наполовину высунувшись из внедорожника. Девушка удивлённо к нему повернулась, неловко поправив вязаную жёлтую шапку с помпончиком на голове. Её облик потерпел непривычные изменения: никакого меха, укладки и сапожек на длинных каблуках. Теплые коричневые брюки, ботинки с противоскользящей подошвой, варежки и зелёный пуховик составляли её образ. Даже черные волосы были заплетены в две толстые косы. Она медленно спустилась по лестнице, стараясь не опираться на побаливающую ногу. Закопавшись с носом в шерстяной горчичный шарф, Киса принялась дожидаться, пока Пчёла подойдёт к ней, слегка раскачиваясь на месте. Теплолюбивая девушка отвыкла уже от русских холодов, а сегодня, наконец, ударили морозы. — Привет, — произнесла Киса. — Так, по делам моталась, заодно в домик съездила. Украшения интерьера там, расчистка территории, подарки, продукты и всё такое. Сегодня с мальчиками решили выехать. — Почему мне не сказала? Дала бы адрес, я бы сам съездил. — Да ну, — отмахнулась беспечно она, засовывая руки в карманы куртки. — Дома лежать устала, а так хоть какое-то разнообразие. Сам-то что здесь делаешь? — Тебя преследую, конечно, — фыркнул Пчёла. Рассмеявшись на скептичный взгляд, честно признался: — Мама попросила заехать, а на трассе гляжу — машина знакомая. Дай, думаю, узнаю, что за темные делишки Кисина опять воротит. И ведь не ошибся. — Мальчики меня попросили, пока никого не звать пару дней. Хотя, гости и так в отказ ушли. — Подчеркнуто внимательный взгляд на спокойного, как скала, Пчёлу, а после Киса незначительно добавила: — Да и у тебя, наверняка, ещё дела. — Не без этого, — ответил Витя. — Но, если хочешь, я отодвину их на утро и отвезу вас в ваш курортный городок. Хоть примерно узнаю, куда потом ехать. Шмыгнув носом, Киса задумалась. С одной стороны, хотелось устроить выволочку за их беспредел в отношение её, а с другой портить мальчикам первый Новый Год в России с настоящим отцом не желала. Это могло и подождать, в отличие от остального. Посмотрев в родные голубые глаза, девушка с хрустом в сердце всё больше понимала — их дорожкам не суждено слиться в одну, как бы в глубине души ей не хотелось. Да и план уже имеется, в котором не было Вити Пчёлкина. Всего пару лет терпения, и подневольная птица вырвется на свободу, а иначе никак. Тогда пришлось вновь проглотить приступ гордости и улыбнуться так, будто её с роду ни одна собака не кусала. А она это умела, как никто на свете. — Знаешь, а хочу! — дерзко проговорила Киса, стукнув его кулаком по плечу. — Тем более, не мне одной же это всё надо? Ты тоже принимай участие, а то, паразит, взвалил всё на хрупкие женские плечи и радуешься. А я всё-таки не лошадь ломовая вам. Пчёла просиял после этих слов, посчитав ворчание Кисиной — хорошим знаком. Быстро приобняв растерявшуюся на мгновение девушку за плечи, он чмокнул её в щёку и заявил: — От родителей сразу к вам, договорились? — У тебя полчаса, — строго отсекла разрумянившаяся Киса и торопливо пошагала по скользкой дорожке к подъезду. Стараясь аккуратно подниматься по лестнице, Марина подумала, что надо было назначать час. Пока она поднимется, а в затем спуститься со своей ногой — час точно минет. К счастью, в последние дни наметился прогресс в лечении и нога перестала пульсировать от каждого шага. Добравшись до квартиры отца, девушка замерла на пороге. Лёгую праздничную радость смело, как ветку снежной лавиной. Сердце похолодело от аромата знакомых духов «Красная Москва», а после взгляд затравленно уткнулся в женскую пару обуви и пальто. Шапка отлетает в на столик для ключей, когда Киса рывком устоемилась на смех мальчишек. Внутри распирало от злости. Как она посмела сюда заявиться? — Мам, а к нам бабушка из Одессы приехала на Новый Год! — воскликнул Митя, вскочив с дивана ей навстречу. — А ты говорила, что она занята своими делами. Зелень в глазах затопила ядовитая желтизна, как бывает у разъяренной пантеры, когда она теряет терпение и нападает на раздражителя. Киса впилась диким взглядом в болтающую женщину с мальчиками. Губы скривила ледяная насмешка. Всё та же прическа с чёлкой, очки и повадки. Сука старая! Анатолий с предостережением и виной посмотрел на свою дочь. Сам не знал, как правильно поступить, так как Ирина подошла к внукам во время их прогулки, а те привели её домой. Отвести бывшую жену в сторону не получалось, так как та отчаянно цепляла внимание мальчишек, искренне радовавшихся появлению бабушки. — Марина, дочка, как я рада тебя видеть, — с улыбкой проговорила Ирина, поднимаясь с лучшего места на диване, уступленного ей близнецами. — Жаль, что ты не сказала о своём приезде в Россию. Я бы вернулась ещё раньше, чтобы пообщаться с внуками. Вернув себе самообладание, Киса прошла в гостиную, елейно прощебетав: — Всё времени не было, мама. Сама знаешь, что рассеянная у тебя. Дай я тебя обниму. Такой сюрприз! Не успела Ирина сделать шаг назад, как девушка поймала её в объятия, как коршун ловит полевую мышь на лету. — Чтобы через пять минут и духа твоего здесь не было, иначе я за себя не ручаюсь, — зашипела Марина в ухо ей. — Это несправедливо, Мари. Всё, что у тебя есть — моя заслуга, а ты не разрешаешь даже видеться с моими внуками, — прошептала обиженно Ирина. — Им необходимо влияние взрослого, образованного человека. — Иначе что? В жиголо не возьмут? — Жестокость тебя не красит, — сухо заметила бывшая Кисина, пытаясь выкарабкаться из крепкого захвата. — Да и легко тебе говорить с твоим положением сейчас. Только ты забыла, кому должна быть благодарна, что до сих пор не подаёшь быдлу в занюханной забегаловке. В мгновение женщину пробрало до мурашек, когда Киса проникновенным голосом шепнула: — Если задержишься, то среди моих людей найдутся те, кто не побрезгуют даже твоей постаревшей плотью. Надеюсь, потом дождусь благодарностей за такой эротический подгон в твоём-то возрасте. Разжав резко объятия, Киса отошла от побледневшей родительницы с ослепительной улыбкой. Всё, что нужно, она сказала. — Паш, Мить, айда на кухню чай делать. Ваш папа скоро зайдёт за нами. Несмотря на весёлый голос, близнецы интуитивно почувствовали, что отказать маме чревато серьёзными последствиями. Видимо, она совсем не обрадовалась появлению бабушки. Бросив подаренные игрушки на ковёр, они покорно потопали за мамой, живо принявшейся рассказывать об огромной ёлке возле их домика. Когда они вернулись с подносом в гостиную, то новообретенной бабушки и след простыл. Только угрюмый дед собирал альбомы, вытащенные его беспокойной женой.