Часть 4
27 ноября 2024, 21:00goldenBoy, 12:41
Я исправил ошибку, всё работает. Надеюсь, что заказчик будет доволен.
Только тут, спустя какое-то время, он вернулся к проекту для Энни, уже немного отвлёкшись и почувствовав лёгкую усталость. Но работа не ждала, и он понимал, что скоро нужно будет отправить окончательный результат. Всё же, после таких перебоев с кодом, было непросто вернуться к проекту с таким же энтузиазмом. Он снова открыл файл с сайтом для Энни и начал окончательно корректировать детали, придавая дизайну ту легкость, которую она так хотела. Всё же для него было важнее завершить работу качественно, и он решительно продолжил. После нескольких часов работы, когда Армин наконец удовлетворил все требования Энни, он откинулся на кресло, чувствуя легкость и удовлетворение от проделанной работы. Он посмотрел на экран, где свежий, улучшенный сайт для Энни лежал в идеальной готовности. Это был результат, который он мог гордиться. Необычный, с юмором, но при этом оставался стильным и простым — так, как просила Энни. В нем ощущалась та легкость, которую она искала, но вместе с тем всё было продумано до мелочей, как и всегда у Армина. Он внимательно осмотрел каждый элемент, чтобы убедиться, что все правки были учтены, и отправил ссылку на сайт. «Готово», — написал он в сообщении, при этом ощущая приятную усталость от работы. Мелкие сомнения исчезли. Это был не просто заказ, это был результат, в который он вложил часть себя, даже несмотря на весь сложный процесс. После отправки ссылки Армин не сразу закрыл вкладку с мессенджером. Он перевёл взгляд на экран и задумался на мгновение. Затем переключился на разговор с Микасой, решив проверить, не поблагодарила ли она его уже за помощь с сайтом. Она, конечно, была благодарна, но её благодарности всегда были немного… чрезмерными. Как только он открыл чат, на экране появилось сразу несколько сообщений. silent_art, 12:01 Армин, ты герой silent_art, 12:01 заказчик остался доволен и передавал благодарности silent_art, 12:02 но чаевые передать он забыл нам обоим >: ^(goldenBoy, 13:06
Не за что :)
goldenBoy, 13:06
Я всегда рад помочь
silent_art, 13:07 слушай, а ты обедал? silent_art, 13:07 давай я свожу тебя покушать в знак благодарностиgoldenBoy, 13:09
Я соглашаюсь только потому, что хочу с тобой увидеться, а не потому что нуждаюсь в оплате своей работы
silent_art, 13:10 буду ждать тебя у своей квартиры через пол часа! Армин быстро собрал вещи, закрыл рабочие вкладки на компьютере. Он думал, что за день ему уже удалось многое, и что встреча с Микасой сейчас будет приятным завершением этого продуктивного утра. Его быстрое решение пойти с ней в кафе было немного спонтанным, но он не мог устоять перед тем, чтобы не воспользоваться возможностью провести время с другом, особенно в таком хорошем настроении. Он оделся в рубашку с жилеткой, джинсы, а в конце накинул сверху лёгкую куртку и схватил рюкзак, поглядывая на экран с сообщением Микасы. Она, как всегда, была уверена в себе, но, несмотря на её настойчивость, Армин знал, что она оценивает его помощь искренне. Помощь, которую он, по большому счету, не считал чем-то особенным. Она просто была частью их дружбы — так и должно было быть. Ощущая, как постепенно исчезает напряжение, он улыбнулся. Действительно, несмотря на свою любовь к порядку и рутине, всё новое и непредсказуемое приносило радость. В этом не было никаких сомнений. Так вот и возникла эта спонтанная встреча, такая же лёгкая и не обременённая планами, как и сама Микаса. В его голове пронеслись мысли о том, что работа с Микасой и её честные, порой немного детские благодарности всегда наполняли его уверенность. Он радовался, что мог сделать что-то полезное, и этот момент сам по себе заставлял его чувствовать себя лучше. Микаса действительно была хорошей подругой. Армин подумал, что ему повезло, что у него есть такие люди, как она. Скоро он был уже на улице, направляясь к квартире Микасы. Он замедлил шаг, наслаждаясь приятным вечерним воздухом, пока мысли о прошедшем дне не начали плавно переходить в раздумья о новой встрече. Это будет не просто дружеское времяпрепровождение, а настоящий способ отдохнуть от рутины. Микаса всегда умела поднять настроение. Но Армин чувствовал, что этой встречи он ждёт с нетерпением не только потому, что он был рад помочь, но и потому, что она была приятной неожиданностью в его жизни. Когда он подошёл к её квартире, он остановился, посмотрел на часы, убедившись, что не опоздал. Его грудь наполнилась лёгким волнением, когда он поднимал руку, чтобы постучать в дверь. Микаса жила не одна, а со своим дальним родственником. То ли дядей, то ли братом двоюродным, Армин так и не разобрался в их семейном древе, а Микаса всегда обращалась к нему просто по имени. Его то он и побаивался, потому что со стороны он всегда выглядел очень суровым. Благо дверь открылась до того, как Армин успел в нее постучаться. Микаса уже выскакивала из дома, прощаясь, и, улыбнувшись Армину, они последовали в сторону кафе. Микаса долго жаловалась на заказчика, на то, как долго он ее мучал и придирался к деталям. — Я больше никогда не буду делать карточки товара! — возмущалась Микаса, слегка размахивая руками, — Как не возьмусь за подобного рода работы, то всегда какие-то засранцы попадаются! Армин смеялся с её возмущением, понимая её чувства. Придирчивые заказчики — это всегда проблемы. Проблемы не столько с работой, сколько с людьми, которые настаивают на безупречности, порой требуя невозможного. Когда клиент не доволен, ты всегда готов сделать правки, пересмотреть что-то, исправить детали. Это нормально. Но когда заказчик начинает цепляться за мелочи, которые не имеют значения, это уже выходит за рамки обычной работы. И вот тогда начинаешь ощущать, как твой труд превращается в нечто совершенно несуразное. Проблема в том, что заказчики часто не видят общей картины, не могут оценить весь процесс, который ты прошёл, чтобы довести проект до того состояния, в котором он находится. Они цепляются за те мелочи, которые только им кажутся критичными, в то время как ты уже потратил часы на совершенствование общей концепции, на улучшение функционала, на визуальные правки, которые, на твой взгляд, должны удовлетворять их ожиданиям. И вот, вместо того, чтобы почувствовать гордость за свою работу, ты снова чувствуешь, как она уходит в никуда, потому что кто-то нашёл пару пикселей, которые можно было бы выровнять ещё чуть-чуть. Армин знал, как это ощущается. Ты вроде бы уже закончил, гордишься тем, что сделал, а заказчик пишет и говорит: «А вот этот оттенок не тот» или «А тут не так, а вот тут слишком много белого». И все эти «мелочи» становятся поводом для бесконечных правок. Иногда ты начинаешь сомневаться, не проще ли просто отказаться от таких клиентов, не связываться с ними вообще. Но ты знаешь, что это не выход. Ты и сам не можешь оставить работу недоделанной, даже если на самом деле это всего лишь незначительная ошибка, которую легко исправить. Однако, когда таких мелочей становится много, они начинают съедать твою уверенность, твоё время, и ты чувствуешь себя измотанным. Что ещё хуже, такие придирки заставляют тебя думать, что ты не способен сделать что-то идеально, даже если ты вложил в проект всё, что мог. Мелкие недочёты становятся такими раздражающими, что начинаешь чувствовать, как они подрывают твое настроение, а вместе с ним и мотивацию. Ты хочешь бросить, оставить всё как есть, потому что чувствуешь, что твоя работа и так хороша. Но, тем не менее, ты снова возвращаешься к правкам, снова проверяешь каждую строку, каждый элемент дизайна, потому что твоя репутация на кону. Армин не раз сталкивался с этим. Он знал, что правки — это нормальная часть работы, но когда клиент начинает требовать невозможного, и ты понимаешь, что он будет продолжать настаивать на своих придирках, это начинает раздражать. И вот тогда появляется искушение: бросить всё, не тратить больше времени и сил на бесполезные попытки удовлетворить чьи-то несуразные ожидания. Ты начинаешь сомневаться, не проще ли оставить проект и не мучить себя в поисках идеала, который, возможно, просто не существует в глазах этого конкретного заказчика. Но в конце концов, ты возвращаешься к компьютеру. Потому что работа для тебя — это не просто завершённая задача, а процесс, в котором ты стараешься сделать всё, как можно лучше. Ты не можешь оставить работу недоделанной, даже если иногда это кажется невозможным. И, несмотря на все придирки, ты продолжаешь, потому что знаешь: в конце концов, твой труд заслуживает признания, а идеал всегда будет в тебе, даже если его не могут оценить другие. Кафе, в которое они пришли, было стильным и уютным, с мягким освещением и тихими разговорами, создающими атмосферу уюта. Кафе было популярным среди студентов, которые хотели пообедать в спокойной обстановке. Официант проводил их к столику у окна, откуда был виден шумный город, но внутри царила тишина и расслабленность. Армин и Микаса заказали основные блюда — он выбрал пасту с морепродуктами, а она — стейк с овощами. Столик оказался удобным для того, чтобы не только поесть, но и поговорить. Микаса заказала для них оба напитка — ей нравился холодный латте, а Армин попросил крепкий эспрессо, чтобы взбодриться после работы над проектом. Официант принес их заказы, и на столе появились большие тарелки с аппетитными блюдами. Микаса сразу же взяла нож и вилку, начав резать стейк, её движения были быстрыми и уверенными, как всегда, а Армин с интересом наблюдал за ней. Он знал, что она всегда относилась к еде с уважением, и её уверенность в каждодневных делах всегда вызывала у него уважение. — Как думаешь, Эрен сильно надуется, если узнает, что мы пошли куда-то вдвоем? — улыбнулся Армин. — О, я думаю, он будет в ярости, — посмеялась Микаса, а после чего сразу потянулась за телефоном, — Позируй! Он наклонился чуть ближе к столу, на мгновение задумавшись, и затем сделал ещё один жест, наклонив голову вбок и растянув лицо в улыбке, будто показывая миру свою внутреннюю лёгкость и готовность пошутить. В его глазах всё ещё сохранялся какой-то след серьёзности, но перед Микасой он не мог не быть расслабленным, как в старые добрые времена. Микаса сделала несколько снимков, её взгляд был сосредоточен, но в нем чувствовалась и скрытая радость, будто она сама наслаждалась этим моментом — не только фотографируя, но и ощущая, как всё вокруг их обстановки становится весёлым, непринуждённым. Несколько движений, после которых телефон Армина завибрировал. Ему пришло уведомление, что он был отмечен в истории Микасы. Он быстро взглянул на фотографию, подпись которой гласила «с любимым засранцем». «Эрен нас размажет», — промелькнуло в мыслях у Арлерта, но он быстро отложил телефон и вернулся к еде. Реакцию Эрена не пришлось особо долго ждать. Когда ребята закончили с едой, на телефон Микасе начали названивать. Она прикрыла рот рукой, смеясь, после чего повернула экран телефона к Армину и он увидел, что звонок шел от Эрена. Микаса взяла трубку и пыталась так открыто не смеяться, но возмущенные возгласы Йегера доходили даже до Армина. — И что это значит? — слышался приглушенный голос Эрена по ту сторону телефона, — Я думал, что я твой любимый засранец! Его пришлось долго убеждать, что все это была шутка. Армин совсем не пожалел, что сегодня решил разрядить обстановку.***
Утро началось для Энни привычно. Она всегда вставала ровно настолько рано, чтобы успеть привести себя в порядок и позавтракать, но сегодня её ждала особенная рутинная задача — практические занятия. Без лекций, без теории — только спорт, только дело. Такой день мог быть ей интереснее, но не всегда оправдывал ожидания. Она медленно потянулась, взглянув на часы. До начала занятий оставалось не так уж и много времени. Взяв спортивную сумку, Энни привычно проверила её содержимое: форма, бутылка воды, защитные бинты и пара запасных кроссовок. В общем, всё, что могло пригодиться. Она накинула на себя лёгкую куртку, и вскоре была уже на пути к спортивному залу. Практические занятия, как и всегда, начинались с разминки. Энни знала её наизусть, как табличку умножения, и выполняла движения автоматически, не задумываясь. Растяжка, базовые упражнения, прыжки и наклоны — всё это казалось для неё слишком простым и скучным. Разминаясь рядом с однокурсниками, она всё время ловила себя на мысли, что могла бы использовать это время куда полезнее. Пока её сокурсники, пыхтя и утирая пот, с трудом выполняли элементарные задания, она лишь смотрела на них краем глаза, зная, что справляется быстрее и лучше большинства. «И зачем мне это нужно?» — пронеслось у неё в голове. Она хорошо знала свои сильные стороны. Боевые искусства были для неё не просто хобби или дисциплиной, это была вторая натура. Отточенные движения, быстрая реакция, чёткий контроль тела — всё это приходило к ней естественно. Она не раз замечала, что знает многие техники лучше, чем их преподают. На этот раз задание было особенным. Преподаватель предложил отработать захваты и освобождения — одну из её сильнейших сторон. Пока другие ученики пытались разобраться с инструкциями, Энни уже уверенно показывала партнёру, как правильно выполнять движения. Даже сам преподаватель одобрительно кивнул, заметив её отточенные навыки. — Леонхарт, ты будто родилась с этим даром, — сухо заметил он, хотя Энни чувствовала, что это был, скорее, похвала с оттенком зависти. Она просто кивнула, без лишних слов, и продолжила работать. Занятия продолжались до обеда. Энни занималась как с партнёрами, так и в одиночку, отрабатывая удары на манекенах. С каждым занятием она чувствовала лёгкую усталость, но при этом знала, что справилась лучше, чем кто-либо. «Они даже не стараются», — мелькнуло у неё в голове, когда она заметила, как некоторые её сокурсники выполняли движения без души, просто чтобы «отбыть номер». После занятий Энни медленно вышла из спортзала, чувствуя лёгкую усталость, но на этот раз не физическую, а скорее моральную. Её ум всё время пытался найти новые цели, новые задачи, которые могли бы увлечь её, но рутинные занятия просто не давали простора для роста. Как только занятия закончились, Энни, перекинув спортивную сумку через плечо, направилась к воротам университета. Она уже предвкушала, как окажется дома, где сможет в одиночестве перевести дух и восстановить силы. Но её планы рухнули, когда два знакомых силуэта замаячили вдалеке. Она сразу узнала их. Это были Райнер и Бертольд — её старые друзья и напарники по тренировкам. Оба только вернулись с соревнований, и их энергия, казалось, заполняла весь воздух вокруг. Райнер, с его крепким телосложением и золотистой шевелюрой, был словно живой олицетворением силы. Он стоял прямо, уверенно, в кожаной куртке поверх простой белой футболки, излучая ту самую дружелюбную, но немного навязчивую харизму, которую Энни знала слишком хорошо. Его голос, громкий и бодрый, раздавался ещё до того, как она успела приблизиться. Райнер всегда был как старший брат — заботливый, но иногда слишком настойчивый. — Энни! — его голос звенел в воздухе, пока он махал ей рукой, а улыбка растянулась почти до ушей. — Смотри, кого мы здесь поймали! Ты даже не скучала, признавайся! Бертольд, напротив, был его полной противоположностью. Высокий и немного сутулый, с тихой улыбкой на лице, он выглядел менее уверенно. Его карие глаза постоянно искали опору — будь то взгляд Райнера или короткий контакт с Энни. Он стоял в тёплом свитере тёмного цвета, перекинув через плечо спортивную сумку. Несмотря на его спокойный внешний вид, Энни заметила, как Бертольд старался скрыть волнение. В его улыбке была какая-то мягкость, даже неловкость, которая выдавала, что он рад видеть её, но не знает, как это выразить. — Привет, Энни, — его голос был тихим, но тёплым, — Мы вот только приехали… Ты как? Энни приподняла бровь, её выражение лица оставалось сдержанным, хотя в глубине души она почувствовала лёгкое облегчение. Эти двое были чем-то знакомым, стабильным в её жизни, даже несмотря на всю их навязчивость. — Нормально, — коротко ответила она, не давая повода для долгих разговоров. Она знала, что Райнеру этого будет достаточно, чтобы завязать беседу, а вот Бертольд не станет настаивать. — Мы вот, кстати, подумали, почему бы не посидеть где-нибудь, отметить нашу победу на соревнованиях? Энни поежилась. После упорных тренировок меньшее, что есть хотелось — это куда-то идти, но сияющий взгляд Райнера заставлял ее почувствовать угрызения совести впервые за долгое время. Она прекрасно понимала, что действительно первым делом после своего приезда они двинулись сюда, к университету, чтобы поймать Энни сразу же после пар. К тому же девушка была уверена, что встреча их была не такой случайной, как преподнесли ее ребята. Какое-то время они точно простояли у ворот в ожидании. Благо в ее светлой голове промелькнула чудная мысль, которая даже заставило ее открыто улыбнуться. — Может, пойдем ко мне в общагу и закажем доставку? Райнера удовлетворял и такой результат. Он раскинул руки в стороны, будто желая захватить Энни в свои объятия, но сдержался. Потрепав девушку по голове, он радостно согласился с ее предложением и они двинулись в сторону общежития. Райнер и Бертольд двинулись вслед за Энни, которая, закинув сумку на плечо, направилась к своему общежитию. Райнер, как всегда, шёл бодрым шагом, не умолкая ни на секунду, а Бертольд держался позади, перекидывая рюкзак с плеча на плечо, будто не знал, куда деть руки. — Вот знаешь, Энни, я иногда поражаюсь твоему хладнокровию, — начал Райнер, легко зашагав рядом с ней. — Если бы я только что отработал такие практики, как у тебя, то валялся бы где-нибудь на траве, умоляя судьбу о пощаде. А ты — всё как танк: спокойная, невозмутимая. — Может, я просто хорошо это скрываю, — буркнула она, не отрывая взгляда от дороги. — Да брось, мы-то знаем тебя, — Райнер засмеялся, хлопнув Бертольда по плечу. — Правда, Берт? — Угу, — коротко отозвался Бертольд, слегка улыбнувшись. Энни только фыркнула. Ей не хотелось спорить, но она прекрасно понимала, что Райнер просто не упустит возможность поразмышлять вслух. — А ещё, — продолжил Райнер, явно наслаждаясь собственными рассуждениями, — я уверен, что если бы мы взяли тебя на соревнования, ты бы там всех разнесла. Честно говоря, мы с Бертом тут обсуждали… — Ты обсуждал, — тихо поправил Бертольд, но Райнер не обратил внимания. — …что без тебя в нашей команде чего-то не хватает. Ты как знаешь, этот… последний штрих в картине. Энни замедлила шаг, резко остановившись и повернув голову к Райнеру. — Последний штрих? — с прищуром переспросила она. — Ну да, — Райнер невинно улыбнулся. — Ты же знаешь, мы с Бертольдом — ребята громкие, шумные. А ты… ты добавляешь… э-э-э… гармонию, что ли? Бертольд тихо засмеялся, спрятав улыбку за кулаком. — Райнер, если ты ещё раз скажешь что-нибудь в этом духе, я передумаю насчёт приглашения в общежитие, — отрезала Энни. — Ладно-ладно! — Райнер поднял руки в жесте сдачи, но не мог скрыть широкой улыбки, — Всё, замолкаю. Однако через минуту он снова заговорил, правда, уже немного тише. — Знаешь, Берт, мне кажется, мы должны заказать что-нибудь вкусное. Я, например, мечтаю о большой пицце. С ананасами. — Ты серьёзно? — Бертольд скривился, впервые за всё время поднимая голос, — Кто вообще ест пиццу с ананасами? — Настоящие ценители вкуса, — с важным видом ответил Райнер, бросив взгляд на Энни, — Вот Энни точно меня поддержит. Правда, Энни? — Даже не рассчитывай, — бросила она через плечо, продолжая идти к общежитию. Они шли вдоль университетских корпусов, пока здания начали сменяться небольшими зелёными зонами и аллеями, ведущими к общежитию. На улице начинал дуть лёгкий ветер, поднимая опавшие листья. Райнер продолжал болтать, обсуждая всё, что попадалось ему в голову — от прошедших соревнований до того, как Бертольд слишком серьёзно относился к еде. Бертольд только тихо ворчал в ответ, но его уголки губ всё равно были чуть приподняты, будто он тоже наслаждался этой лёгкой прогулкой. Энни, слушая их перепалку, вдруг поймала себя на мысли, что, несмотря на всю шумность Райнера, его присутствие как-то смягчает напряжение, накопившееся за день. Когда они наконец добрались до комнаты, Райнер первым делом устроился за стол, с лёгкостью отбросив рюкзак в угол. Бертольд, который обычно действовал чуть сдержаннее, присоединился к нему, аккуратно положив свои вещи рядом. Оба, едва успев снять куртки, тут же достали телефоны и, наклонив головы к экранам, начали оживлённо обсуждать, что заказать. — Суши? — спросил Райнер, листая меню в одном из приложений. — Ты же не любишь рыбу, — хмыкнул Бертольд, мельком взглянув на экран соседа. — Тогда пицца? — предложил Райнер, сверяясь с другим вариантом. — Но на этот раз я выбираю начинку. — Если ты скажешь ананасы, — начал Бертольд, приподняв бровь, — я уйду. Энни усмехнулась, наблюдая за этой привычной для них перепалкой. Сняв куртку, она спокойно прошла к небольшой кухонной зоне, достала кружку из шкафа и поставила чайник. Шум их голосов наполнял комнату, но её это совершенно не раздражало. Она привыкла к этому фоновому гулу, который сопровождал любую встречу с этими двоими. Заварив себе чай, девушка вернулась к столу и, не торопясь, опустилась на стул напротив ребят. Она скрестила ноги под столом и сделала первый глоток горячего напитка, наслаждаясь его мягким вкусом. Чай был простым, без особых ароматов, но для неё это был способ немного отдохнуть. Райнер с Бертольдом по-прежнему были погружены в свои телефоны, обсуждая то одно, то другое. Их разговоры казались нескончаемыми, и они постоянно перебивали друг друга. — А что если заказать буррито? — предложил Райнер. — Ты же знаешь, что у тебя потом изжога будет, — парировал Бертольд, едва подняв взгляд от экрана. Энни лишь покачала головой, сделав ещё один глоток чая. Она не вмешивалась в их спор, потому что, честно говоря, ей было всё равно, что именно они выберут. Главное, чтобы они наконец определились. Этот момент, казалось, заморозил реальность вокруг. Энни смотрела на них и вдруг поняла, почему так ценит эти редкие встречи. С Райнером и Бертольдом она могла быть самой собой, не пытаться что-то доказывать или подстраиваться под чужие ожидания. В их шумной компании всегда был уголок для её спокойствия. Даже сейчас, когда они спорили о выборе ужина, Энни чувствовала себя на удивление расслабленно. Она откинулась на спинку стула, прикрыв глаза на секунду, позволив себе ненадолго отвлечься от окружающего мира. Гул голосов Райнера и Бертольда стал приятным фоном, словно это была не оживлённая беседа, а убаюкивающий звук волн или шорох деревьев. — Энни! — выкрикнул Райнер своим строгим голосом, заставив девушку испугаться и вздрогнуть. Она ненавидела, когда он так делал, но иногда у него просто не было выбора. Уж слишком глубоко в свои мысли она зарывалась, — Мы решили. Будет две пиццы. — Хорошо, — вздохнула она, не отрывая взгляда от чашки с чаем. В какой-то момент она поняла, что повисла тишина, звук мужских голосов пропал и даже стало немного не по себе. Она вернула взгляд на парней и поняла, что они оба сидели, уставившись на нее, — Чего пялитесь-то? — выпалила Энни, явно недовольная таким положением дел, — Ждете моего одобрения? Разрешаю, заказывайте. Райнер рассмеялся, хлопнул рукой по коленке и принялся оформлять заказ, уточняя у Энни адрес и другие детали. Следующие минут сорок прошли за болтовней о всяком. Как только еда приехала, то эти двое грозных мужиков сразу набросились на нее. Энни терпеливо ждала, когда пыл парней немного утихнет. Она наблюдала за Райнером и Бертольдом, которые, казалось, ели не просто от голода, а чтобы победить в какой-то невидимой битве за право съесть самый вкусный кусок. Райнер, с пачкой салфеток наготове, размашисто жестикулировал, продолжая свой рассказ о каких-то особенно напряжённых моментах на недавнем соревновании. Бертольд, более сдержанный, всё же не оставался в стороне, тихо кивая и время от времени вставляя свои замечания. Энни, наконец, взяла свой кусочек пиццы, аккуратно оторвав его от общего круга. Она медленно надкусила его, ощущая, как сыр тянется за первым кусом. Пицца была горячей, ароматной, но больше всего ей нравилось то, что она наконец могла немного расслабиться. — И всё-таки, — начал Райнер, протянув руку за очередным куском, — ты нас не перестаёшь удивлять, Энни. — Чем же? — отозвалась девушка, бросив на него холодный взгляд. — Тем, как ты умудряешься держать нас на расстоянии, — Райнер усмехнулся, — а потом всё равно соглашаешься на такие вот посиделки. — Я соглашаюсь только потому, что это удобнее для меня, — ответила Энни, пожав плечами. — Конечно, конечно, — протянул Бертольд с усмешкой, но его глаза блестели от лёгкого поддразнивания. Энни не удостоила его ответом. Вместо этого она вернулась к своему кусочку пиццы, наблюдая за тем, как Райнер и Бертольд продолжают спорить, кто съел больше. Её мысли снова начали ускользать куда-то вдаль. Шум в комнате постепенно стал фоном, а перед её глазами возникали обрывки воспоминаний. В какой-то момент Райнер хлопнул ладонью по столу, привлекая её внимание. — Энни, а ты вообще довольна тем, как прошёл день? — спросил он, подперев голову рукой. — Нормально, — сухо ответила она, но в её голосе чувствовалась доля усталости. Райнер посмотрел на неё пристально, словно пытаясь понять, что именно кроется за этим коротким ответом, но, как всегда, решил не настаивать. — Ладно, — протянул он, откидываясь на стуле. — Главное, что мы наконец-то снова собрались. Бертольд кивнул, поддерживая друга, но Энни только слегка улыбнулась, смотря в свою почти пустую чашку с чаем. Несмотря на всю свою сдержанность, она ценила эти моменты — когда шум вокруг был не раздражающим, а уютным, а компания друзей напоминала, что даже в её замкнутой жизни есть люди, которые хотят быть рядом. Дверь к комнату распахнулась и к ним зашел еще одна представительница друзей Энни — Хитч. Она сама давно знала Райнера и Бертольда и любила проводить с ними время. Дрейс раскинула руки в стороны и помчалась обнимать парней, которые не могли ответить ей взаимностью, так как были все измазаны в пицце. — По какому поводу праздник? — начала расспрашивать Хитч, указывая на коробки с пиццей. Этот вопрос привел их к еще одному долгому разговору, в котором Энни толком не принимала участия. Когда пицца была утилизирована в желудки ребят, они на какое-то время замолчали. Тяжесть еды их пересиливала, из-за чего они не могли не проронить ни слова. Для Леонхарт эта тишина уже показалось непривычной. Пока Райнер и Бертольд «откисали», облокотившись на спинки стульев и отклонив назад головы, Хитч переместила свой взгляд в телефон, просто просматривая разные новости. — Ой-ой! — прозвучало со стороны Хитч, отчего взгляды ребят упали в ее сторону, — у Аккерман новая история! — Дрейс продолжала улыбаться и вести себя, как ребенок. Энни, поняв, что дальше информация была ей не особо интересна, слушала свою подругу только в пол уха. — Кто это? — поинтересовался Райнер, возвращаясь в обычное положение. — А, эта девушка у нас в универе учится на факультете изобразительного искусства, Микаса Аккерман. Она очень крутая и рисунки у нее просто невероятные, я по ним с ума схожу. Жалко только, что она редко постит… — Ну и чего у нее там за история? — также монотонно продолжал Райнер. После его фразы повисла небольшая тишина. Хитч с хмурым видом разглядывала историю, до определенного момента никому ее не показывая. Она то и дело увеличивала пальцами изображение, вглядываясь в детали. — Смотри, Энни, — подала наконец голос Дрейс и протянула своей подруге телефон, на котором была открыта история. Энни с неохотой подняла голову и взглянула на экран телефона, который Хитч протянула ей с явным энтузиазмом. Сердце девушки едва не подпрыгнуло в груди, когда она увидела на экране знакомое лицо. Он был таким же, как она его помнила — тот самый парень, которого она лишь недавно встретила, тот, кто делал для неё сайт. Но теперь он был не просто исполнителем её заказа. Он был запечатлён в совершенно другом контексте, на фоне, который ей не приходилось раньше видеть. Он был на фотографии с Микасой, а подпись под снимком была… слишком личной. «С любимым засранцем…» — эти слова, едва уловимые, но почти интимные, словно перевернули всё внутри неё. Она не могла знать шутка это или что-то серьезное, но ей определенно не нравилось увиденное. Её глаза застигли фотографию, а в голове будто промелькнула молния. Ощущение первого удара пульса было одновременно резким и отстранённым. Внезапно её грудь сжалась, и в горле появилась странная тяжесть, как будто она пыталась проглотить что-то большое и неприятное. Всё внутри неё забурлило. Это был неожиданный укол ревности — не такой, как она когда-то представляла. Ревности не от ярости, а от какой-то нелепой боли, от чего-то, что нельзя было сразу объяснить. Это был странный, почти чуждый ей момент: она не могла точно понять, что именно в этой фотографии её задело. Это были глаза или улыбка, может обстановка или компания, в которой находился Армин? И вот, взгляд снова остановился на Армине, запечатлённом на фотографии. Это был тот же парень, с которым она недавно обменивалась сообщениями, тот, кто работал над её сайтом. Но теперь он был совсем другим. На снимке он выглядел более расслабленным, нежным, как будто его жизнь в этот момент была абсолютно простой и беззаботной. Его улыбка была искренней, теплой, и она прямо-таки передавалась через экран. Он был красивым. Не просто симпатичным, как он всегда казался ей на расстоянии, но настоящим образом — с выразительными глазами, мягким выражением лица, которое не стремилось к совершенству, но было таким, что невозможно было оторвать взгляд. Это был тот тип красоты, который мог бы захватить внимание любого. Он был как будто настоящим и живым, живым в этот момент. Энни почувствовала, как её сердце на мгновение замерло. Как-то незаметно для самой себя, она задержала дыхание, и какой-то комок подступил к горлу. Армин был не просто красив — он был… счастлив. С ним было легко, весело. Он казался таким естественным и беспроблемным, таким человеком, с которым могла бы быть на одной волне. От этого ощущения внутри неё опять всё сжалось. Она пыталась оправдать свои мысли, но что-то в этом не укладывалось. Это было не столько чувство зависти или ревности, сколько какой-то странной тоски. Казалось, что его счастье, его мир на этой фотографии был настолько чуждым её внутреннему состоянию. И, в то же время, она не могла не признать, что этот парень, этот Армин, на снимке, выглядел именно таким, как она никогда не ожидала увидеть его. В какой-то момент Энни поймала себя на том, что она на самом деле хочет узнать его получше. Не через работу, не через интернет-общение, а именно такого — с улыбкой, с этими глазами, полными счастья. И это чувство было почти невыносимо странным для неё. Она пыталась сгладить его, словно оно вообще не касалось её, но оно продолжало вертеться в голове, как будто не давая ей покоя. Энни быстро отвернулась, стараясь не показывать свою реакцию. Она ощущала, как тепло приливает к её щекам. Это был не тот момент, когда можно позволить себе слабость. Пытаясь избавиться от этого странного чувства, она сделала глубокий вдох, сосредоточив взгляд на чём-то другом, лишь бы не смотреть на экран. Но оно всё равно оставалось, это чувство неопределённости, которое словно свербило где-то в груди. Это было настолько неожиданно, что она почувствовала себя потерянной в собственных эмоциях. Вся её уверенность в том, что она не будет испытывать таких чувств, казалась обманчивой. Всё вокруг вдруг стало зыбким, и она не могла понять, стоит ли позволить себе чувствовать это или лучше просто оставить все эти мысли за пределами разума. — Микаса, значит, с ним близка, да? — проговорила она, в этот раз мягче, чем обычно. Голос не звучал сухо, как раньше, но и не был совсем тёплым. Однако у Хитч не ускользнуло, что что-то изменилось в реакции подруги. — Похоже на то, — Дрейс пожала плечами и какое-то время помолчала, снова пялясь в телефон. Она обдумывала реакцию Энни на случившееся, явно понимая, что дело пахнет керосином. Игриво ухмыльнувшись, Хитч снова решила взять все в свои руки. Быстро что-то напечатав в телефоне, она покорно начала ждать результата после содеянного. Когда звук уведомления озарил комнату, Хитч подскочила со стула и сделала пару широких шагов в сторону Энни, встав у нее за спиной, она снова протянула ей телефон, чтобы та наблюдала над появляющимся сообщениями.hitchD_D, 18:13
привет, Микаса!
hitchD_D, 18:13
слушай, я давно на тебя подписана и мне очень нравится твое творчество
hitchD_D, 18:14
а еще мне (и не только) понравился парень в твоей истории. Его же Армин зовут, верно?
hitchD_D, 18:14
мы вот с ним недавно познакомились
hitchD_D, 18:15
я вот тут подумала, что может быть вы составите нам компанию в эту субботу?
hitchD_D, 18:16
у нас планируется крутая вечеринка!
hitchD_D, 18:19
можете позвать с собой еще кого-нибудь, мы принимаем любых гостей!
silent_art, 18:24 привет, спасибо за комплимент: 3 silent_art, 18:25 насчет приглашения silent_art, 18:26 я то не против, сейчас узнаю у Армина сможет ли он Переслано от goldenBoy, 18:30 Я не против silent_art, 18:31 мы еще одного товарища с собой возьмем, раз уж вы разрешили :) silent_art, 18:32 а не то он на нас совсем разобидится… Хитч убирает телефон с поле зрения Энни, выпрямляясь, она начинает печатать Микасе благодарное сообщение. Когда она заканчивает осыпать девушку разными словами, Дрейс снова наклоняется вперед и шепчет Энни на ухо: — Ну почему я должна устраивать твою личную жизнь?Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!