Вернутся к фанфику

Часть 5.

18 сентября 2025, 10:14
Просторная квартира, в которой было слышно эхо при разговоре — новое место обитания Ким Сухо. Она была большая, слишком большая. Хотя и уступала по размерам поместью, но в современных реалиях она была огромной, как жилище для короля. Ксавьер, не имевший достаточную насмотренность на современную мебель, оставил квартиру практически пустой: белые стены без краски и обоев, благо, заштукатуренные; лампочки, свободно свисавшие с потолка; на полу была холодная плитка. Конечно, под ней были тёплые полы, но на дворе вовсю царствовало лето, поэтому Ким Сухо не включал их — слишком расточительно. Все комнаты были белыми и пустыми. Их было три: просторная кухня, назначение которой выдавали только переносная газовая плита и огромный холодильник, под завязку забитый едой; ещё были «комната с кроватью» и «полностью пустая комната». Вот и всё. Тем не менее, это было лучше, чем общежитие. Плитка на полу холодила затылок и спину. В огромное окно пробивались лучи дневного яркого солнца. Отражаясь от стен, они ужасно слепили глаза, но занавесок не было. Ксавьеру они были не нужны, ведь он приходил в эту квартиру достаточно редко, по ночам, лишь чтобы тихо улечься в кровать к Ким Сухо и засветло уйти. Он теперь работает ещё больше, чтобы скорее выплатить кредит за квартиру. Денег всё ещё было много, его первоначального взноса хватило с избытком, поэтому остальные деньги Ксавьер оставил на ремонт в квартире, который стал мягкой, необязательной ответственностью Ким Сухо. Он уволился с работы. Диплом был получен, но Сухо не чувствовал, что готов и дальше работать инженером-проектировщиком. Стоило только подумать о том, чтобы опять проводить ночи за чертежами, вырывая волосы на себе от чувства, что он ничего не успевает, как тело пробирала неконтролируемая дрожь. Нет, хватит. Многолетнее дело, на которое он потратил миллиарды нервных клеток, испарилось за мгновение, стоило ему умереть в Маджетано. Осталось лишь единственное подтверждение тому, что это всё был не сон — Ксавьер, — но тот настолько быстро приспособился к жизни в мире будущего, без привычной магии, что Ким Сухо ловил себя на мысли: его многолетние приключения действительно могли быть лишь ярким сном. Ким Сухо протянул руку к потолку, но дотянуться, естественно, не смог. Он понимал это головой, но глаза, которые слепил яркий свет, видели белый прямо перед собой. Сухо закрыл глаза и накрыл их ладонью. Может, от безделья, может, от накопившейся усталости, а может, от одиночества, но он чувствовал себя опустошённым. Не хотелось ничего: ни есть, ни делать — только лежать и плевать в потолок. Представилось, как маленький Ллойд Фронтера сидит на его груди и кричит, чтобы Сухо поднялся и сделал хоть что-то. Ким Сухо с тихим кряхтением упёрся в пол и начал подниматься. Не потому, что появились силы, а просто — если он отморозит почки, это явно доставит неприятности Ксавьеру. Совмещённый санузел был единственным местом, которое выглядело как полноценная комната: огромные квадраты матовой тёмно-серой плитки с минималистичным рисунком были выложены и на стенах, и на полу. Зеркало с подсветкой тоже было большим, под ним стояла двойная раковина. Дальше располагался душ, перегородка в котором была прозрачной, из стекла. Этот момент был Ким Сухо непонятен: зачем отгораживать пространство внутри комнаты, если можно всего-то купить просторную кабинку? Но дизайном этой комнаты Ксавьер вряд ли занимался самостоятельно, поэтому причин предъявить ему претензии Ким Сухо не видел. Тем более, ещё не было ни единого раза, когда бы они пользовались этой комнатой одновременно. Ким Сухо включил подсветку в зеркале и приблизился к нему. Лицо стало бледнее. Явный жёлтый оттенок ушёл, хотя болезненная желтизна преследовала его ещё со времён смерти родителей — очень давно. Кто бы мог подумать, что дело было в его ужасном питании. Ким Сухо невесело усмехнулся. Одна пачка лапши в день вряд ли кому-то прибавила здоровья. Было глупо надеяться, что болезни обойдут его стороной. Сухо оттянул нижнее веко. Идеальные белки глаз. Ему больше не нужно работать и учиться целыми сутками, так что и капиллярам больше не было смысла лопаться. Зубы? Белые. Волосы? Черные и мягкие. Концы не секутся, а бальзам, на котором теперь красуется лицо Ксавьера, сделал их блестящими и послушными. Чёлка отросла и доставала до носа. Ким Сухо завел одну сторону за ухо, но упругие волосы тут же соскользнули обратно. Сухо усмехнулся снова — конечно, это ведь не послушные европейские волосы. Умывшись холодной водой, Сухо зашёл в импровизированную спальню. Лёг на кровать. Рядом с головой всё так же лежал телефон, где светилось неотвеченным его сообщение: «Как дела? Ещё много работы?» Видимо, много. Сухо промотал переписку вверх. И улыбнулся, увидев кучу картинок с котятами и подписью «с добрым утром», отправленные Ксавьером. Тот оказался неожиданно сентиментальным. Вряд ли кто-то мог сейчас подумать, что восходящая звезда моделинга из Кореи был в прошлом кровожадным рыцарем. Ким Сухо вышел из приложения чата и вбил в поиск название недавно вышедшего фильма. Он когда-то читал новеллу, по которой был снят фильм. Отзывы к фильму были не слишком хорошими, но у Сухо всё равно была куча свободного времени, которое нужно куда-то тратить. Началась первая сцена и он почувствовал внезапную сонливость. Фильм продолжал идти, когда Сухо положил телефон возле себя и прикрыл глаза, собираясь просто слушать. И сам не заметил, как провалился в сон. …его разбудил запах жареного мяса. Хотя, если быть точнее, этот запах разбудил его желудок — Ким Сухо сегодня ещё ничего не ел. Желудок заурчал, и эта вибрация уже его разбудила. Неторопливо выныривая из объятий сна, Сухо потянулся и всё ещё с закрытыми глазами пошёл на запах еды. Ксавьер застыл, когда сонный Ким Сухо обнял его со спины и забрался холодными руками под толстовку, грея их о чужой живот. В спину уткнулся пушистый лоб, а затем послышалось сопение. Ксавьер не смог сдержать улыбку. Складывалось ощущение, будто Ким Сухо пришёл досыпать, повиснув на нём. Тёплое чувство разлилось где-то в груди: Сухо редко шёл первым на физический контакт. — Я разбудил Вас? — тихо спросил Ксавьер, помешивая мясо в глубокой сковороде. — Нет, — ещё тише соврал Сухо. — Я дожарю мясо и добавлю овощи, всё будет готово через десять минут. Вы потерпите? — Угу, — пробурчал Сухо и потёрся лбом о крепкие лопатки. Он и правда скучал. — Как ты только научился готовить, если жил в деревне? Сам Сухо не умел. Сначала не было необходимости: мама готовила вкусно и сытно, даже если в холодильнике не было много еды, а потом уже не было нужды учиться — на хорошие продукты просто не было денег. Ксавьер хмыкнул и убавил огонь на плите, после чего обернулся и обнял Ким Сухо в ответ. Его волосы пахли шампунем Ксавьера. — Я талантлив во всём, — довольным тоном ответил Ксавьер. Ким Сухо боднул его в плечо. Сонное состояние и зудящее чувство опустошения, которое пришло из-за голода, заставляли Сухо чувствовать себя слишком расслабленным, будто это не его тело и не его ситуация. И одновременно с этим лёгкие поглаживания Ксавьера по голове приземляли, говоря, что тот не исчезнет, как королевство, как родители и брат. Как все его деньги. Ким Сухо прижался крепче. Да, за деньги больше всего обидно. — Я должен Вам кое-что рассказать. Голос Ксавьера разбил мирную атмосферу, в которую погрузилась кухня. Ким Сухо отстранился, чтобы увидеть его сосредоточенное лицо. Неприятное предчувствие будто пощекотало внутренности Сухо. — Мне предложили контракт в Европе. На полгода. Глаза Сухо расширились. Он почувствовал, как кровь отливает от лица и пошатнулся. Ксавьер перехватил его крепче, не позволяя упасть. «Чёрт, — подумал Ким Сухо, — у меня упал сахар.» — И ты… согласился? Хриплый вопрос вырвался сам собой. И, судя по виноватым глазам Ксавьера, ответ предполагался положительный. Сегодня Ксавьер пришёл домой спустя три дня отсутствия. За эти долгие дни одиночество грызло и грызло Сухо, который и так чувствовал себя опустошённым и покинутым, а теперь… почти двести дней без Ксавьера? — Ты бросишь меня… — неверяще сказал Ким Сухо. И с удивлением увидел искренний испуг в глазах Ксавьера. — Нет! Нет-нет, — Ксавьер отпустил плечи Сухо, чтобы обхватить его голову и прижаться ко лбу торопливыми поцелуями. — Я Вас не брошу, нет. — Тогда что? — Я… — Ксавьер осёкся. — Я знаю, что не в праве решать за Вас, но я думал, что Вы полетите со мной. Ксавьер прижался к нему собственным лбом, преданно заглядывая в глаза. Облегчение затопило Ким Сухо. Он против воли улыбнулся. — Да, я хочу полететь с тобой. Тогда и Ксавьер улыбнулся в ответ. Снова прижав к себе Ким Сухо, он зарылся в его волосы носом и застыл так, отдыхая в объятиях любимого человека. Сухо стоял, неловко свесив руки. В груди всё ещё чувствовалась неудовлетворённая тяжесть, но он надеялся, что благодаря отпуску она пройдёт и он снова сможет дышать полной грудью. Как тогда, во Фронтере.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!