Другое время

Гравити Фолз 1982    Форд пришел в сознание, глаза медленно открылись, солнце светило в лицо через окно его кабинета. Очки держались на носу под странным углом, ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что его лицо было прижато к поверхности стола. Ему не нужно было подниматься, чтобы увидеть отпечаток на щеке. Он застонал, медленно садясь и чувствуя, как хрустит позвоночник. Он почувствовал легкий вес на плечах и понял, что на него накинуто одеяло. Он не помнил, чтобы оно было у него прошлой ночью, он никогда не пытался обеспечить себе комфорт во время работы, так что он мог лишь предположить, что это сделал Фиддлфорд.    Форд прошелся рукой по волосам, поправляя свои перекошенные очки. Он провел очередную ночь за заметками и планами по порталу, вместо того чтобы спать. Он был уверен, что Фиддлфорд найдет несколько отборных слов. Он удивился тому, что его ассистент не разбудил его просто для того, чтобы высказать все сразу. Конечно, Форд бы начал спорить, что сон это лишь лежачий полицейский на дороге прогресса. Всего через неделю они будут готовы к испытаю портала. Как мог кто-либо расслабиться или уснуть, когда они на пороге истории? Несмотря на то, что он не был заинтересован во сне больше, чем необходимо, он старался не раздражаться на друга слишком сильно. В конце концов, Фиддлфорд был хорошим человеком, который делал все, что мог, чтобы помочь ему, и это касалось не только его невероятных технических способностей. Черт, да если бы не он, Форд бы оставался без еды чаще, чем он мог бы сосчитать. Он бы не позволял себе ничего кроме белого хлеба и кофе, пока их проект не закончится. -Не забывай, что случилось с Икаром, - говорил Фиддлфорд, отправляясь спать далеко за полночь. -Он махал крыльями недостаточно сильно, - отвечал Форд.    Форд фыркнул, поднимаясь и снимая с плеч одеяло, а затем повесил его на спинку стула. Он не был уверен, почему так упорно задерживался до глубокой ночи. В конце концов, его Муза так добродушно и щедро предложил прекрасное решение. Он сделал больше работы, чем когда-либо, с того момента как он позволил ему пользоваться своим телом, пока отдыхал. Они определили график на месяцы, а возможно и на годы. Единственным недостатком было жжение в правом глазу, но он справлялся. Пара обезболивающих и монокль, и он снова был готов к работе. Он просто списывал это на ограничение его смертной формы, о которой ему часто напоминала его Муза.    Но даже с его помощью, Форд был настроен завершить работу настолько, насколько это возможно. Он не хотел расслабляться и оставлять всю работу на него. Как он мог присвоить себе работу, если ее делал кто-то другой? Если он хочет быть признанным среди таких гениев как Тесла и Эйнштейн, тогда ему нужно приложить столько усилий, насколько способно его тело.    Но он ведь все равно мог предоставить себе время, чтобы сделать сэндвич или типа того. Как минимум это предотвратит лекцию от его ассистента.    Форд поднялся с места своей работы и направился наверх. Он знал, что Фиддлфорд упоминал о том, что хочет сходить в город, чтобы купить немного продуктов, но он решил, что в холодильнике должно быть хоть что-то. Он пошел на кухню и с облегчением нашел там ростбиф в упаковке и несколько кусочков сыра. Он положил их на стол и потянулся к шкафу, чтобы достать хлеб.    Сэндвичи с ростбифом были его любимыми с детства. Он помнил то бесчисленное количество раз, когда мама готовила их на обед и клала в его маленький коричневый рюкзак. Бывали дни, когда хулиганы забирали его еду или портили все только ради веселья, но когда рюкзак все-таки дожидался обеда, это было прекрасно. Мама привыкла обрезать корочки для него, когда он был маленьким, но он подрос и настоял на том, что он достаточно взрослый чтобы есть с ними. Но иногда, когда им нужно было куда-то рано утром, и они торопились, она обрезала корочки по привычке. Странно, учитывая, что оставляя их, она бы тратила меньше времени. Стэнфорд всегда смущался, когда это происходило и ему нужно было вытащить сэндвич в школе, но на самом деле не был против. Он думал, что это даже мило. Иногда она давала ему не ту коробку с обедом, и ему приходилось меняться со Стэнли, который всегда предпочитал арахисовое масло и джем.    Стэнфорд почувствовал, как замер, его руки повисли в воздухе, пока он тянулся к шкафу для посуды. Он не знал, почему его мысли принесли это из неоткуда. Он просто думал о доме, но думать о доме означало думать о…    Стэнфорд уже мог чувствовать растущее разочарование, пока думал об этом. Он тряхнул головой, доставая тарелку и собирая бутерброд.    Это не должно было быть чем-то удивительным. Сэндвичи ассоциировались с детством, а детство ассоциировалось с его близнецом. Конечно его мысли придут к этому. Невозможно полностью этого избежать, несмотря на его лучшие усилия игнорировать это. Это происходило не только в обычные моменты дня, но иногда и когда он исследовал что-то или делал заметки в дневнике. Он всегда мысленно бил себя каждый раз, когда ловил себя за добавлением небольших заметок с упоминанием Стэнли, перед тем как быстро их вычеркнуть. Если бы он не беспокоился, что ему не хватает места, то он бы просто вырвал страницу и начал бы все заново. Он был уверен, что ему понадобится новый дневник, когда портал будет завершен в любом случае. Нет сомнений, что оставшаяся треть объема будет быстро заполнена, как только они успешно протестируют портал. Он мог только представить какие новые открытия он сможет сделать и описать во всех деталях.    И вот куда он пришел, использует работу, чтобы отвлечься от разочарований. Ну, это точно лучше, чем думать о нем. Что угодно было лучше, чем мысли о нем. Но даже если он так думал, что-то внутри скручивалось, будто противясь этому. Форд сказал себе, что это просто голод и закончил нарезать сэндвич.    Положив нож в раковину, Форд глянул на часы и с удивлением обнаружил, что уже 15:30. Как долго он спал? Почему ему понадобилось так много времени, чтобы заметить? Даже если у него был способ закончить работу во сне, он не мог просто спать целый день!    Часть его думала, что может, стоит последовать совету Фиддлфорда и отдохнуть еще немного, дабы избежать подобных ситуаций в будущем, особенно если у него был способ не допустить этого. Эта часть пересилила его желание закончить проект до конца без сбоев. Не задумываясь, Форд поспешил вниз, в подвал, а сэндвич так и остался лежать забытым на столе. Нью-Мексико 1982    Стэнфорд почувствовал, как что-то поднимает его с земли, перед тем как рухнуть с ног на спину. Его очки так сильно подлетели, что упали с его лица и легли на грудь. Он быстро их поднял и прощупал, не сломаны ли они, прежде чем вернуть их на место.      Он несколько раз моргнул, когда обнаружил, что пялился на кирпичную стену, и на улице было в разы темнее, чем секунду назад. Он мог видеть тускло освещенную заднюю дверь с надписью «только сотрудникам» и кота, ползающего по краю ближайшего мусорного бака. Воздух был теплее и больше пах землей, чем было до этого, еще он мог слышать громкие гудки машины вдалеке. -Ч-что? Где мы?    Но Стэнли не ответил. Стэнфорд повернул голову и обнаружил, что он сидит на тротуаре один. -Стэнли?    Единственным ответом были очередные далекие гудки и скрип деревьев. Стэнфорд сделал дрожащий вдох, оттолкнувшись, поднялся на трясущиеся ноги.  -Стэнли!    Кот резко обернулся, его желтые глаза сузились, когда он зашипел на него, а Стэнфорд развернулся и побежал к другой части здания. Но он не ушел далеко и быстро остановился, так как стало темнее. Он осмотрелся и понял, что он оказался в каком-то переулке. Он прожил в Стеклянном Осколке всю жизнь и никогда не видел подобного места, а они со Стэнли знали город как свои пять пальцев.    Но Стэнфорд не сильно думал об этом, он был сосредоточен на том, что Стэнли здесь нет. Стэнли стоял рядом с ним меньше минуты назад, а сейчас он пропал.     Он чувствовал, как сердце начинает биться чаще, пока он осматривался, но не нашел ничего кроме темноты и мусора. Он споткнулся, перед тем как оказаться спиной к кирпичной стене, одна дрожащая рука сжала грудь. Этого не могло произойти! Стэнли стоял прямо рядом с ним. Как он мог исчезнуть? Или сам Стэнфорд был тем, кто исчез? Его брат остался дома или тоже попал куда-то еще?  Знал ли он, где был Стэнфорд? Он не мог вспомнить момент, когда он был один, а сейчас он был один и… потерян.    Стэнфорд мог почувствовать, как теперь все его тело дрожит, его голова кружилась, а в груди потяжелело, он пытался восстановить дыхание. Он закрыл глаза, игнорируя запахи и звуки, и попытался представить себя дома.     Подобное случалось с ним только один раз. Это было начало предыдущего учебного года, и им с братом снова поручили мыть посуду. На этот раз Стэнфорд почувствовал слабость и уронил кофейную кружку отца, разбив ее на несколько кусочков. Он едва ли раньше ломал что-то, тем более что-то из вещей отца, и это вызвало у него полноценную панику. Он не мог дышать и был на грани слез. Он был благодарен, что родителей и Шерми не было поблизости, но ему все равно было стыдно, что он так расклеился перед близнецом. Это было так плохо, что он едва не потерял сознание, Стэнли пришлось помочь ему сесть на пол, чтобы успокоиться. -Форд, все в порядке! Все будет в порядке! – Стэнли уверял его, держа руку близнеца в обоих своих. – Я постоянно ломаю вещи, это не так плохо. Ну же, Шестопал, ты меня пугаешь. -Я- я не- могу, - Стэнфорд заикался и не мог говорить. -Эй, ты сейчас отключишься, - Стэнли сел рядом с ним, продолжая держать его руку. – Просто… старайся дышать со мной, хорошо? Вот так, дружище.    Это заняло невероятно много времени, прежде, чем  к Стэнфорду вернулась способность хотя бы говорить, а тем более, чтобы нормально дышать. Но Стэнли не дразнил и не шутил ни единой секунды; все, что Стэнфорду было необходимо знать, так это то, что брат воспринимает это серьезно. Они вместе сидели на кухонном полу, дышали, пока к Стэнфорду не вернулись силы, чтобы снова встать.     Как только все уладилось, они быстро закончили остаток посуды, прежде чем немедленно побежать наверх за клеем. Они провели почти час, пытаясь собрать кружку обратно. Она выглядела… достаточно устойчивой, хотя они оба понимали, что отец никогда не сможет снова из нее пить. Они поставили ее в самый конец шкафа, надеясь, что какое-то время он не заметит.      Отец заметил на следующее же утро. Он немедленно позвал их обоих вниз и потребовал рассказать, кто был ответственен за то, что ему теперь придется покупать новую кружку. Стэнфорд вспомнил, как его трясло, когда он стоял там, заложив руки за спиной. Однако Стэнли открыл рот прежде, чем Стэнфорд успел среагировать, и сказал, что это он разбил ее и пытался починить. Конечно, отец наорал на него, назвал криворуким и назначил его на целую неделю уборщиком в магазине.    Стэнфорд знал, что тогда он не мог ничего сказать. Если отец узнает, что Стэнли соврал, то они не просто оба получат наказание, а у Стэнли оно будет хуже. Стэнфорд знал, что позволить близнецу взять всю вину на себя, было неправильно, но он так же знал, что будет намного хуже, если правда вскроется. Стэнли в любом случае не хотел, чтобы он что-то говорил, он не был зол на брата всю ту неделю наказания. Стэнли всегда делал все, чтобы защитить брата, будь то хулиганы в школе, взрослые или отец, когда он был зол. Удивительно, как эта черта появилась у него.    И на этот раз Стэнли не было рядом, чтобы сказать, что он в порядке, что он в безопасности. Черт, он ведь даже не был уверен в безопасности ли он. Но он знал, что не добьется вообще ничего, если не сможет двигаться. Так что он медленно лег на землю, сложил руки вместе на груди и попытался представить своего близнеца, говорящего ему дышать. Он выдохнул через нос так медленно как мог, а потом вдохнул через рот. Он повторил это несколько раз, каждый раз представляя, что рука, сжимающая его руку, принадлежала его брату.      Это помогало не так как раньше, но Стэнфорд, вскоре понял, что может дышать ровно. Вот так, дружище. когда он посчитал, что у него есть для этого силы, он медленно толкнулся от земли. Какое-то время все, что он мог это стоять на месте, пялясь на землю, держась за ремни рюкзака так, будто от них зависела его жизнь. Он еще раз глубоко вдохнул и посмотрел на переулок, где он мог видеть дорогу. Если он собирался пойти куда угодно и найти своего брата, ему стоит начинать двигаться. Его колени дрожали, а ступни медленно вели к краю переулка.    Даже оказавшись на улице, Стэнфорд все еще не имел ни малейшего представления, где он находился. Он не видел никаких дорожных знаков, и здесь не было никаких машин, чтобы прочитать номера. Оглядевшись, он увидел, что находится между магазином и пиццерией, оба были закрыты. Он обнаружил несколько маленьких, написанных на испанском знаков на окнах.     Он посмотрел налево, затем направо. Спустя несколько минут раздумий, он пошел налево. Он не знал, что планирует делать, но ему нужно было узнать, где он находится. Возможно, это поможет найти Стэнли быстрее.    После всего нескольких минут шага, Стэнфорд заметил яркий свет впереди и увидел что-то, что выглядело как небольшая закусочная, которая к счастью оставалась открытой. Она была полна людей, большинство из которых носили очень странную одежду. Это был первый признак жизни, который он увидел с того момента, как его сюда забросило. Он думал о том, чтобы зайти внутрь и спросить у сотрудников, куда ему идти, но перспектива говорить с незнакомцем, тем более в незнакомой местности, заставляла его нервничать. Он тряхнул головой. Он не мог позволить волнению завладеть им, он должен был понять, где он, чтобы найти брата.    Глубоко вдохнув, Стэнфорд заставил себя пройти через входную дверь. Его немедленно встретили теплый воздух и запах жира. Он увидел один ряд табуреток и более дюжины кабинок, из которых только половина была занята. Повара и официантки, казалось, не покидали другую часть стойки, быстро двигаясь и выкрикивая заказы один за другим. Кажется, никто не смотрел в его сторону, когда он зашел, и он был благодарен за это. Он пытался набраться смелости, чтобы спросить у кого-нибудь дорогу, когда красивая официантка с коричневыми волосами, завязанными в неряшливый пучок, пошла в его сторону. Она посмотрела на него усталым взглядом, но потом ее лицо загорелось. -Привет, милый, - сказала она мягким голосом. – Ты проголодался? Можешь сесть, где хочешь. -Ой, н-нет, - быстро сказал он. – Я здесь не чтобы есть, у меня нет денег… -Да? Ты кого-то ищешь? – она слегка нахмурилась. -Вроде того. Я эм… Я немного потерялся. Можете сказать, где я? -Ты в Санта-Фе, дорогой. Мы на Вест-Аламеда-стрит, - она подняла брови.    Стэнфорду понадобилось время, чтобы переварить сказанное. Санта-Фе…  это в Нью-Мексико, на другом краю страны. Он теперь был даже не в Нью-Джерси. -Санта-Фе… верно… - Стэнфорд пытался не показывать волнение в голосе. – Аламеда-стрит… -Эй, если ты знаешь, куда тебе нужно, то здесь есть автобусная остановка, там, дальше по дороге, - сказала официантка, показывая в направлении, откуда он пришел. – Ты уверен, что не хочешь поесть сначала? Я, возможно, могу дать тебе немного печенья из подсобки.    Последнюю часть она сказала приглушенным голосом, подмигивая. Стэнфорд почти ее не слышал, его голова продолжала кружиться. Он оценил ее доброту, но не хотел рисковать и ввязывать кого-либо из них в неприятности. У него и так уже хватало неприятностей. -Нет, мама сделала мне сэндвич. Все равно спасибо. -Без проблем, дорогой.     Официантка отошла, чтобы помочь клиенту в соседней кабинке. Стэнфорд стоял здесь всего секунду, прежде, чем развернуться и выйти за дверь. Холодный воздух заставил волосы на затылке и шее подняться или они уже были в таком положении. Его мозг все еще пытался осознать, что она ему сказала. Он видимо телепортировался в сердце Нью-Мексико. Это оставило ему больше вопросов, чем ответов.     Он посмотрел в сторону, которую ему указала официантка и медленно начал идти вдоль улицы. Его мысли немедленно вернулись к моменту до его попадания сюда. Он думал о том как странно светилась и искрилась рулетка, и как его буквально бросило в другое место. Это было как что-то из комиксов Стэнли. Он помнил, как Стэнли кричал его имя, перед тем, как ослепнуть. Он так же помнил, что Стэнли держал рулетку, когда все произошло. Где бы его близнец ни был, возможно она все еще у него была. Это значило, что даже если Стэнфорд поймет, как устройство работало, он не смог бы его использовать, чтобы вернуться назад. Еще одна причина найти брата раньше, нежели позже. Стэнфорд не любил плохо думать о своем близнеце, но рулетка и так уже была треснута на одной стороне, а Стэнли имел привычку случайно ломать вещи.    Когда он приближался к автобусной остановке, налетел сильный ветер, подхватив мусор и перенеся его через дорогу. Случайный клочок газеты внезапно вылетел на тротуар, Стэнфорд наступил на него, как раз в тот момент, когда он остановился. Он глянул вниз на страницу и увидел что-то вроде статьи о местном мужчине, который ограбил заправку и забрал все говяжьи палочки. Стэнфорд подобрал бумагу и посмотрел внимательнее, его глаза упали на дату.    Девятое января 1982 год.    Стэнфорд понял, что смотрит очень долго. Его дрожащая хватка разжалась прежде, чем бумагу подобрал ветер и понес ее на землю. Этого… не может быть, верно? Не может быть! Переместиться в другой конец это одно, но путешествия во времени?     Мир вокруг, казалось, начал вращаться, что Стэнфорд чуть не потерял равновесие, но ему удалось устоять на месте. Он едва замечал свои собственные движения, пока шел до скамейки, чтобы сесть. Несколько секунд все, что он мог делать, это пялиться вниз, на свои ноги. Рациональная часть его мозга пыталась сказать, что это было безумием, не было ни одного способа путешествовать во времени. Другая его часть, та, что ближе к паникующему сердцу, говорила ему посмотреть в глаза фактам.     Стэнфорд обнял сам себя, сильно сжимая рукава куртки. Он не хотел расклеиваться. Он хотел быть смелым, как Стэнли, быть способным выйти и встретиться лицом к лицу с чем угодно, что встречается на пути, чтобы найти брата, но он просто не знал, как это сделать. Они были в совершенно разных штатах, в совершенно разном времени, без единой мысли как попасть домой, если, конечно, он вообще мог вернуться домой. Даже если он найдет автобус, который доставит его прямо в Нью-Джерси, это не будет его Нью-Джерси. Его семья могла больше не жить в том же здании. Неужели его не было все это время? Думали ли они, что он просто пропал? Узнают ли они его, когда увидят? Узнает ли его Стэнли?     Стэнфорд был уверен, что если он просто успокоится и немного подумает, то он сможет разработать план на будущее. Стэнли всегда говорил, что он довольно хорошо справлялся с давлением, когда нужно было думать. Но прямо сейчас, в эту секунду, он не мог прийти совершен но ни к чему, он съежился и начал шмыгать носом.    Он едва заметил звук шагов на тротуаре рядом с ним.