Вернутся к фанфику

Часть 1

11 мая 2025, 07:15
Тёмные коридоры. По ним шагали двое подростков лет семнадцати. Самый высокий — с чёрными волосами до плеч, из которых торчал черенок с листочком, — был одет во всё чёрное. Мужской длинный кожаный плащ спадал с плеч, руки скрывались в кожаных перчатках с массивным перстнем, на ногах — тяжёлые чёрные ботинки. Один глаз — левый — хищно смотрел вперёд. Правый был закрыт чёлкой — за ней скрывался реалистично роботизированный протез. От него веяло угрозой и охотничьим инстинктом. Рядом с ним шёл другой, чуть ниже ростом. Он носил тёмно-оранжевую одежду и рюкзак за спиной. Его длинные белые волосы были собраны в низкий хвост, на макушке — два пера: синее и красно-оранжевое. Чёрный комбинезон облегал его фигуру, на руках — четыре острых чёрных пальца. За спиной покачивался маленький белый хвост, а ноги обтягивали сине-красные гетры и чёрные туфли с небольшим каблуком. Они шли стремительно, ни разу не оглянувшись. — Мда, — заговорил высокий, — что ни день — то пиздец. — Согласен, — отозвался второй. — День даже не начался, а уже задание. — И работать придётся с мисс Блуми. — Ничего не поделаешь. Всё-таки врата Б-ранга открылись. — А я — чистильщик А-ранга. К тому же охотник. Я таких, как она, сотнями валю. Он замолчал, затем добавил почти без эмоций: — Может, прикончим её? Грейс скажем, что она пожертвовала собой, чтобы нас защитить. — Успокойся, Эбби, — строго сказал второй. — Если ты так сделаешь, одним только наказанием не обойдётся. — Да-да, Энджел. Понял. Они подошли к массивной двери. Та открылась с тихим скрежетом, впуская их в новые коридоры. Сделав шаг вперёд, Эбби внезапно замер. Что-то было не так. Пол есть, но не чувствуется. И в ту же секунду под их ногами словно исчезла опора. Они сорвались вниз — в огромный, тёмный, бездонный туннель. Стены скользили мимо, казалось, времени на испуг просто не оставалось. На лицах — ни намёка на панику. Только у Энджела мелькнуло лёгкое беспокойство. Эбби же был абсолютно спокоен. — Врата, что ли? — бросил Энджел, глядя вниз. — Никогда не видел, чтобы врата открывались вот так, — отозвался Эбби. — А я, между прочим, не первый год с ними работаю. — Особенно странно, что на базе мы всегда их закрываем. Они всё падали, и теперь снизу виднелся слабый желтоватый свет. — Такими темпами мы в лепёшку превратимся, — пробормотал Энджел. Эбби нахмурился, поднял руку вверх и сжал кулак с массивным перстнем. — Держись, — бросил он, хватая Энджела за плечо. В следующую секунду из перстня вырвался парашют. Бело-серебристое полотно резко замедлило их падение, и они мягко пошли на снижение. Наконец они коснулись земли — жёлтого, гладкого пола. Эбби приземлился на одно колено, упираясь кулаком в пол, словно рыцарь. Энджел приземлился рядом, чуть оступившись, но удержался. Как только они встали, кольцо на пальце Эбби втянуло парашют обратно с тонким звоном, словно убирая крылья. Они огляделись. Над головой — ничего. Того тёмного туннеля, из которого они только что падали, больше не было. Ни дыр, ни отверстий — только тусклая одинокая лампочка, гудящая в тишине. Жёлтый свет от неё тревожно дрожал, отбрасывая длинные, неестественно вытянутые тени. Перед ними тянулись бесконечные коридоры. Стены — выцветшие, покрытые пятнами жёлтые обои с одинаковым затёртым узором. Пол — линолеум, будто вспухший от времени, липкий и немного пружинистый. Воздух стоял тяжёлый, словно старый офис, в котором никто не открывал окна десятилетиями. Он пах плесенью, затхлостью и чем-то сладковато-химическим, будто дешёвым освежителем воздуха. — Что за… — Энджел осмотрелся. — …офис ада? Эбби не ответил сразу. Он медленно провёл рукой по стене. Она была тёплой. Слишком тёплой. Слишком живой. — Это… не врата. Или не те, что мы знаем, — наконец сказал он. Коридоры тянулись в обе стороны, уходя в бесконечность. Некоторые — прямые и узкие, другие — широкие, с развилками, как в странном лабиринте. Свет повсюду был одинаково тусклым. Неестественно стабильным. Здесь не было окон. Не было выхода. Ни звука, ни движения. Только бесконечный шёпот тишины, проникающий под кожу. Эбби нахмурился, зажмурился и приставил пальцы к ушам, одновременно активируя связь через глаз. — Приём, база, вы меня слышите? — произнёс он чётко. Визор на глазу мигнул, искажаясь рябью. Вместо ответа — резкие помехи, визг и короткий писк. Эбби тут же отдёрнул руку, скривившись. — Не получилось, — сказал он, — только шум. А у тебя? Энджел молча достал рацию, щёлкнул переключатель и проговорил: — Приём, база, это С-3-15. Меня слышно? Рация ответила таким же искажённым треском. Энджел постучал по ней кулаком, будто это могло что-то изменить. Потом снова прислушался — безрезультатно — и покачал головой. — Глухо. Эбби провёл рукой по стене, вглядываясь в тусклые линии обоев. — Врата или нет — неважно. Нужно осмотреться. И выбраться. Энджел кивнул. Без слов он достал из рюкзака чёрный фломастер и начертил на стене крупную метку — чёткий символ, похожий на перевёрнутую букву «Т». — Чтобы не потеряться, — пояснил он. В коридоре по-прежнему стояла тишина. Только гудение лампы над ними. И ощущение, будто за каждым углом кто-то наблюдает. Они пошли вперёд. Шли, шли и шли — шаг за шагом, не оглядываясь. Без развилок, без поворотов. Только один прямой, бесконечный коридор, одинаковый во всех деталях. Тот же линолеум под ногами, те же выцветшие обои. Всё казалось клонированным, словно они застряли внутри декораций, где каждая стена — копия предыдущей. Минуты текли, растворяясь в вязком воздухе. Время здесь будто замедлилось. Энджел раз за разом сверялся с часами, но стрелки не двигались. Рация молчала. Глаза уставали от однообразия, и даже шаги звучали тише, будто приглушённые самой тишиной. И вдруг Эбби остановился. — Подожди. Он подошёл к стене слева. На ней — та самая метка. Та же линия, те же штрихи. Чёткие, свежие следы фломастера. Энджел подошёл ближе, нахмурился. Проверил колпачок фломастера, потом стену — не стёрлось. — Что?.. — выдохнул он. — Мы ведь не сворачивали. — Нас водят по кругу, — глухо сказал Эбби. — Или пространство само закольцовано. Он провёл пальцем по стене — линия оставалась на месте. Настоящая. Они действительно вернулись туда, откуда начали. Тишина вдруг показалась ещё тяжелее. Гудение ламп стало громче. Слишком громко. Они приняли решение свернуть. В этот раз — в боковой коридор. Энджел шёл впереди и, как обычно, оставил на стене метку — жирный штрих фломастера. За ним следом двигался Эбби, держась на расстоянии пары шагов. Свет впереди был такой же тусклый, воздух — такой же гнилой. Они свернули за угол. Первым зашёл Энджел, Эбби — сразу следом. Но сделав шаг за угол, он вдруг остановился. Энджела не было. — Что? — выдохнул Эбби, замерев. Перед ним тянулся длинный, абсолютно прямой коридор. Ни дверей, ни поворотов, ни мест, где можно было бы спрятаться. Только жёлтые стены, линолеум и тот же химический, затхлый запах. Он обернулся. Угол, за который они только что свернули, был на месте. Он не мог ошибиться. Энджел шёл всего в двух шагах. — С-3-15? — громко позвал он, обозначая позывной Энджела. — С-3-15?! Ответа не было. — Энджел? — уже громче, с явной тревогой в голосе. Тишина. Неестественная, слишком густая. Он огляделся. Стены словно сдвинулись ближе. Лампа надо головой мигнула — раз, другой… затем затихла, вернув прежний дрожащий свет. — Какого чёрта… — прошептал он. Он снова зажмурился, сжал пальцы у уха, активируя протез глаза: — Приём, С-3-15, меня слышно? Снова — помехи. В этот раз резче, словно кто-то пытался заглушить сигнал. Он опустил руку. И тогда, в полной тишине, сзади, далеко в коридоре, раздался звук. Щелчок. Еле слышный. Как будто кто-то коснулся стены ногтем. Потом ещё один. Эбби медленно обернулся. Коридор был пуст.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!