Агония

Закатное солнце окрашивало небо в оттенки красного, желтого, фиолетового. Прямо на траве рядом с ним, прислонившись к плечу, сидел юноша, что согревал его душу больше солнца. Чья улыбка вызывала священный трепет, а прикосновения заставляли выскакивать сердце из груди. Чжун ли утопал в нежности. В воздухе витал аромат крови. Раздавались взрывы, от которых в ушах звенело и плыло перед глазами. Перед ним на земле, побагровевшей от его собственной крови, лежал юноша, что задыхался в агонии. Чжун Ли захлестывал ужас. У него не было обеих ног — лишь кости виднелись среди кровавого месива, а одна рука буквально повисла на куске мяса и кожи, не оторвавшись полностью. На белоснежной ткани расцветал алый цветок в области живота. Юноша смотрел на Чжун Ли своими невероятными глазами — прекрасными, голубыми словно море, словно безоблачное небо. И шептал что-то сухими, потрескавшимися губами совсем беззвучно. Его взгляд медленно стекленел. — Нет… — Выдохнул судорожно Чжун Ли. Его ноги подкашиваются и он рушится на колени рядом с обмякшим телом, сгребая его в объятия. — Умоляю… Чжун Ли распахивает глаза и судорожно втягивает воздух. Сердце бешено колотится в груди, футболка прилипла к спине от холодного пота. Он срывается на ноги и едва не теряет равновесие от внезапной смены положения. Бросается к кушетке, на которой лежит, подключенный к аппаратам жизнеобеспечения, юноша. Все устройства мерно сигналили, заверяя, что беспокоиться не о чем. Мужчина потянулся ладонью к умиротворенному бледному лицу, убирая рыжие пряди со лба. И лишь тогда заметил, как сильно дрожит его рука. Зрачки двигались под сомкнутыми веками — Чайлд находился в глубокой фазе сна. Мужчина тряхнул головой, пытаясь избавиться от жуткого наваждения после кошмара. Накрыл чужую ладонь своей, поглаживая большим пальцем ласково. — Все будет хорошо… я обещаю.