Часть 6

      Точка зрения Чарли

      Обычно с неврологом Беллы разговаривал Карлайл, а потом передавал новости нам. Почему-то всем было легче слышать их от него. Наверное, потому что он заботился о Белле не меньше нашего. Она не была для него просто пациенткой, одной из многих.       Поэтому, когда другой врач вызвал нас в больницу и отвёл в небольшую отдельную палату, я внутренне приготовился услышать самое худшее.       Фил поддерживал Рене. Не задумываясь, я потянулся и сжал её другую руку. Но, кажется, это было правильное решение: она, казалось, обрела чуть больше силы.       Каллены сидели молча и неподвижно, словно статуи, ожидая, что скажет доктор Робертс.       — Изабелла впала в кому, — начал он, и я почувствовал, как непроизвольно напрягся. Белла. Она предпочитает, чтобы её называли «Белла».       — На данном этапе прогноз неутешительный. Мы не можем сделать ничего, кроме как ждать. И даже если она выйдет из комы, надежды не слишком много. Я наблюдал пациентов с похожим течением, которые приходили в себя спустя месяцы. Всегда бывают те или иные последствия. Человеческий мозг — загадка, которую наука лишь начала постигать. Мы не можем объяснить всё. Мне жаль.       Жених Беллы заговорил первым:       — Можем ли мы что-нибудь сделать?       Доктор Робертс снял очки и начал методично протирать стёкла, словно обдумывая ответ. Медленно он снова надел их, прежде чем встретиться взглядом с Эдвардом.       — Окружите её тем, что она любит, — сказал он наконец. — Всем знакомым. Говорите с ней о ваших общих воспоминаниях. Постарайтесь её вернуть. Это всё, что мы знаем о помощи пациентам в коме.       Эсми плакала, закрыв лицо руками и пытаясь сдержать рыдания. Карлайл придвинулся к ней ближе, обняв за плечи, и что-то шептал на ухо.       Мы молча вышли в коридор. Карлайл оставил свою жену под заботой Элис, прежде чем подойти ко мне.       — Нам нужно составить график, — тихо сказал он. — Чтобы кто-то из нас всегда был здесь.       Я неловко кивнул.       — Вы можете сами этим заняться? — механически спросил я.       Сомневаюсь, что я смог бы сейчас этим заниматься.       — Конечно, шеф Свон. Когда закончу, сообщу вам, чтобы вы могли внести изменения, если захотите.       — Спасибо, доктор Каллен.       — Не за что.       Я подождал, пока сяду патрульную машину и отправлюсь обратно домой, и только тогда дал волю слезам.       

      Точка зрения Эдварда

      Моя смена началась в пять вечера и длилась до полуночи.       Я пытался протестовать, желая получить большего времени, но Карлайл осадил меня одной фразой.       — Мы тоже любим Беллу, — это всё, что ему требовалось сказать.       Он не имел права сидеть рядом с ней, не после того, что случилось. Но ради остальной части семьи я не стал спорить дальше.       Я появился в больнице, держа в руках вещи, которые, как я надеялся, помогут ей очнуться. После того как врачи подтвердили её стабильное состояние, Беллу перевели в обычную палату. Так что места теперь было предостаточно.       Положив вещи на стол, я подошёл к ней и оставил лёгкий поцелуй на её закрытых веках и неподвижных губах.       — Я принёс тебе кое-что, Белла, — сказал я, стараясь сохранить в голосе весёлые и лёгкие интонации.       Я включил CD-плеер, убавив громкость до минимума, чтобы не потревожить других пациентов. По комнате разлились мягкие звуки колыбельной Беллы, мелодии, которую я написал специально для неё. Белла всегда любила её.       Следующим я достал одеяло с моей кровати и бережно накрыл её.       — Помнишь это, любимая? Ты тогда долго не могла меня простить за то, что я запер тебя в своей комнате. Ты так упорно хотела спать на полу, чтобы досадить мне. Но когда я вернулся утром, ты уже лежала посреди кровати, крепко обнимая это одеяло. Мы так и не закончили тот спор, любимая, так что поторопись. Просыпайся.       Я замер в ожидании, но ничего не произошло. Ни единого движения, ни единого еле заметного жеста.       Я сел рядом с кроватью и начал пересказывать все счастливые моменты, когда мы были вместе.

      Точка зрения Элис

      С огромной стопкой альбомов в руках я бесшумно вошла в палату Беллы. Моя смена начиналась сразу после Эдварда: в полночь, когда на этом этаже оставалось не так много людей.       — Есть изменения? — тихо спросила я, когда он нехотя поднялся, уступая мне место у кровати.       Он коротко покачал головой в ответ.       — Тебе нужно поохотиться. Если что-то изменится, я сразу позвоню.       — Спасибо, Элис, — устало отозвался Эдвард, оставив прощальный поцелуй на губах Беллы, прежде чем медленно выйти из комнаты.       Когда он ушёл достаточно далеко, я прекратила блокировать свои мысли. Скрывать их от Эдварда было невероятно сложно, но пока мне всё удавалось, и он ни о чём не догадывался.       Я открыла первый альбом, положив его на кровать рядом с Беллой.       — Помнишь?       Это была фотография с выпускного вечера.       — Ты сначала так разозлилась, но всё в итоге получилось хорошо, правда? Ты была очень красивая.       Мой голос затих, пока я вновь попыталась увидеть её будущее.       Ничего.       Я пыталась убедить себя, что это из-за комы. Но даже это не давало утешения — если бы Белле предстояло выйти из неё, я бы это увидела.       — Не умирай, — прошептала я. — Пожалуйста, не умирай, Белла.       

      Точка зрения Чарли

      Я ушёл со смены пораньше, и после быстрого ужина и душа отправился в больницу. Не помню, чья сейчас была очередь сидеть с Беллой, но я решил, что могу заглянуть и сам.       Даже Джейкоб записался в список. Я знал, что между ним и Калленами не всё гладко, но сейчас обиды были оставлены в стороне. Я никогда не понимал их разногласий и, честно говоря, сейчас мне было безразлично.       Я был благодарен Карлайлу за то, что он добился изменения правил посещения. Теперь вместо того, чтобы следовать жёсткому расписанию, кто-то мог оставаться с Беллой круглосуточно. Все продолжали бодриться. "Она проснётся, Чарли, ей просто нужно время. С ней всё будет в порядке. Белла сильная. Вся в вас, шеф Свон. Настоящий боец."       Внутренне я начинал сомневаться, как, вероятно, и остальные. Но мы держались, стараясь вселить друг в друга надежду. Только это не давало нам окончательно сломаться.       В холле собрались школьные друзья Беллы. Они терпеливо ждали своей очереди, чтобы навестить её. Я кивнул в знак приветствия. Джессика, Майк Ньютон, Тайлер Кроули, Анжела Вебер и ещё несколько ребят, чьи имена я вспомнить не мог.       — Как она, шеф Свон? — тихо спросила Анжела, поднявшись мне навстречу.       — Всё так же, — я даже сумел выдавить слабую улыбку. — Через несколько минут вы сможете зайти к ней. Только недолго, хорошо?       — Не торопитесь, — тихо сказала Анжела, прежде чем вернуться к своему парню.       Пройдя по коридору, я тихо толкнул дверь и остановился.       Самый крупный парень из Калленов — Эмметт, его звали Эмметт — сидел рядом с кроватью Беллы, спиной ко мне. Он мягко что-то говорил ей, и, хотя я обычно против того, чтобы подслушивать, я обнаружил, как невольно напрягаюсь в попытке разобрать его слова.       — Знаю, что не часто бывал рядом, — сказал он, уперевшись локтями в колени. — Но ты для меня как младшая сестра, и надеюсь, ты это понимаешь. Доктор сказал окружить тебя всем, что тебе дорого, поэтому я принес…       Он вытащил из-за стула огромного мягкого медведя. Тот был светло-коричневым — цвета молочного шоколада и глаз Беллы — и на шее у него был повязан ярко-синий бант. В высоту эта штуковина достигала, вероятно, фута два.       — Наша маленькая внутренняя шутка, — грустно усмехнулся Эмметт. — Ты помнишь, да, сестрёнка? Конечно, помнишь. Так вот, теперь он станется с тобой, а когда я не смогу быть рядом, пусть он напоминает тебе обо мне. И не говори Розали, что я это сказал, но она тоже посылает тебе свою любовь.       Розали — та блондинка, которая всегда держалась особняком и казалась немного высокомерной. Я считал, что нелепо думать, что она вообще кого-то может любить.       — Ну, Белла, мне пора, скоро приедет твой отец. Так что поправляйся, ладно?       Прежде чем я даже подумал о том, чтобы вернуться в коридор, Эмметт неловко поднялся со стула и обернулся. Он, похоже, не слишком удивился, увидев меня.       — Добрый день, шеф Свон.       — Эмметт.       Меня захлестнула волна сочувствия, когда он поравнялся со мной. Его глаза покраснели, а лицо было скаженно страданием.       Я остановил его, когда он проходил мимо:       — Э-э, Эмметт.       — Да, сэр?       — Она любила тебя. Любит, — резко исправился я. — Я знаю, она считала тебя старшим братом, которого у неё никогда не было.       Эмметт улыбнулся.       — Спасибо, шеф Свон.       — А ещё, Эмметт, её школьные друзья в зале ожидания. Передай, пожалуйста, что они могут войти?       — Конечно, шеф, — согласился он, и я похлопал его по спине, когда он покидал комнату.       Я подошёл к кровати, чтобы немного побыть с Беллой наедине.       Альбомы Элис были разбросаны повсюду, раскрытые на фотографиях, которые сохранили счастливые моменты. Чёрное одеяло укрывало Беллу — вероятно, Эдвард принёс его. А огромный медведь Эмметта сидел у изголовья.       Я вытащил из кармана куртки единственное, что у меня было из Аризоны — маленький кактус в горшке, который Белла привезла с собой, когда переехала ко мне.       — Можешь мне не верить, но он выжил. Я подумал, тебе понравится. Напоминание о солнце.       Я аккуратно поставил его на тумбочку.       — Итак, Беллз, ты, наверное, и не представляла, сколько людей тебя любит. Весь Форкс сидит там, в зале ожидания. Ты нужна нам, малышка, так что возвращайся поскорее.       Я поплотнее завернув её в одеяло.       — Знаю, я не лучший отец. Вечно пропадал на рыбалке или на службе, а следовало больше времени проводить с тобой. Я так часто оставлял тебя одну. Не знаю, говорил ли тебе это когда-нибудь, но сейчас я не представляю свою жизни без тебя.       Тут кто-то осторожно поскрёбся в дверь, и я поспешно вытер глаза, прежде чем пригласить:       — Входите.       Джессика вошла первой, необычно сдержанная, за ней последовали Анжела и остальные.       Я немного подвинулся, чтобы они могли поговорить с ней, и терпеливо ждал, пока они не уйдут, оставив меня с Беллой.