Часть 24

В течение следующего месяца Кастиэль обнаружил, что становится всё более и более оберегающим. Сначала это были мелочи: он одержимо следил, чтобы Дин вовремя принимал витамины; пытался взять на себя больше работы по дому (хотя тот не позволял); напрягался, чтобы убедиться, что омега не испытывает стресса. Ему было трудно даже выпускать Дина из виду. Кас честно не хотел быть таким чрезмерно опекающим, но не мог сдержаться, особенно когда Сэм переехал жить в Крикс-Айд. Он чувствовал, что хочет постоянно быть рядом со своей парой на тот случай, если что-то понадобится. Альфа видел, что Дина это раздражает, поэтому, изо всех сил, пытался держать себя в руках. На самом деле, всё было не так напряжённо. Дин начал больше расслабляться, доверяя своему партнёру, и Кастиэлю это очень нравилось. Он часто обнаруживал, что баюкает Дина в постели, осторожно проводя руками по нежному животу омеги. Сердце альфы колотилось, а кровь быстро бежала по венам, когда он, в очередной раз, осознавал, что там растёт их щенок. Омега молча закатывал глаза, но Кас видел его тайную улыбку. Джек был очень активным. Это означало, что Дин большую часть времени отдыхал. Но щенок с удовольствием играл с Кастиэлем, не обращая особого внимания на отсутствие омеги в его развлечениях. Через некоторое время Кас выбрал имена для детей. Для девочки он хотел Эмму, а для мальчика — Эмори. Дин смеялся, но альфа был уверен, что оба имени звучат мило. Теперь, когда Дин благополучно перешёл во второй триместр, они освободили гостевую комнату и начали обустраивать её для своего щенка. Кастиэль предложил нейтральный цвет, например, жёлтый, но Дин хотел, чтобы комната была светло-голубой. Кас, естественно, согласился. Они поставили симпатичную белую кроватку у стены. Вдоль других стен были полки с игрушками. В одном углу стоял пеленальный столик, а в другом — кресло-качалка. Всё, что могло понадобиться ребёнку, было аккуратно размещено в комнате. Дин был в восторге, делая покупки и обустраивая детскую. Он сказал Кастиэлю, что не смог сделать этого для Джека, и что его инстинкты, действительно, удовлетворены подготовкой дома к появлению ребёнка. Он использовал в основном свои собственные деньги, несмотря на протесты альфы. Однако, Кас не был этим расстроен. У омеги, наконец-то, появились собственные, с трудом заработанные деньги, которые он мог потратить. Дин нашёл идеальный способ это сделать. Омега долго рисовал облака, разноцветные воздушные шары и воздушных змеев на стенах. Кастиэль наблюдал за этим процессом из дверного проёма с нежной улыбкой. Он не знал, что Дин был художником. Омега был очень расслаблен и счастлив, работая над стенами. В конце концов, Дин, Кастиэль и Джек окунули свои руки в белую краску и аккуратно оставили отпечатки ладоней в колонке рядом с дверным проёмом. Они даже позвали Леди и помогли ей поставить небольшой отпечаток лапы на стене. Омега скрупулёзно написал даты и возраст под отпечатками ладоней, оставив место для ручки ребёнка. Касу всё это очень нравилось. Всякий раз, смотря на Дина, он чувствовал, как его сердце расширяется от счастья так сильно, что почти причиняет боль. Ему хотелось завернуть свою пару в мягкий плед и принести как можно больше вкусняшек. Чарли объяснила, что гнездовое поведение было инстинктивным в любых его проявлениях. Так что Кастиэлю не следовало смущаться, даже несмотря на то, что он был альфой. Касу, честно говоря, было всё равно, что люди думают о его гнездовании. Со своей стороны, Дин, казалось, сопротивлялся любым действиям, которые были связаны с гнездованием, за исключением обустройства комнаты щенка. Омега иногда открывал бельевой шкаф и смотрел на ткань или заглядывал в шкаф Кастиэля, но затем закрывал его и уходил. Кас несколько раз спрашивал, почему он это делает, но парень только краснел и отворачивался. В глубине души альфа понимал, что это может быть связано с тихой обидой Дина на себя, как на омегу. Гнездовое поведение Каса стало настолько диким, что их кровать было почти на фунт выше со всеми этими новыми одеялами и подушками. Зато пахла она идеально, как Дин и Кастиэль. В конце четвёртого месяца, когда живот Дина стал более заметен, его пищевые привычки резко изменились. Парня тошнило от запаха бекона и всего того, что он любил раньше. Зато хрустящие луковые кольца с яблочным вареньем, фасолевый суп с мёдом и кусок вишнёвого пирога, щедро политый горчицей, стали, не слишком частыми, но постоянными в меню беременного омеги. Джек, каждый раз, кривился от одного вида этих «особенных» блюд. Кастиэль, поговорив с Чарли по телефону, только улыбался таким закидонам. В их маленькой семье, ожидающей пополнение, было уютно и спокойно. Но внутренний голосок, нашептывающий Касу, что всё идёт, как-то, подозрительно хорошо, не давал насладиться тихим счастьем. Тщательно скрывая нарастающую тревогу от своей пары, альфа молился всем Богам, в которых не верил, дать ему сил, чтобы уберечь Дина и Джека от приближающейся опасности.