Двадцать второе декабря. Пятница

«Дорогой Гарри! Ты весь год был очень хорошим мальчиком, поэтому можешь взять вот эту сладкую карамельную тросточку. С любовью, Санта. Шутка! Это всё ещё мы — создатели этого замечательного календаря Фред и Джордж Уизли. Рекомендуйте наши несравненные, охренительные Адвент-календари всем своим друзьям, коллегам и просто хорошим знакомым. Адрес магазина «Волшебные Вредилки»… — Клоуны, — проворчал Гарри, облизывая карамельную тросточку. »…Если Вы старательно выполняли все наши задания (а мы-то знаем, что именно так Вы и поступали — одного наказания оказалось более, чем достаточно, верно?), … — Гарри нервно покосился в сторону шкафа, из недр которого донёсся предупреждающий перезвон бубенчиков. — … то сейчас уже, вероятно, чувствуете себя, как выжатый бубонтюбер. Поэтому… та-да-да-дам! — Ваше сегодняшнее задание будет не особенно сложным: ПРОСТО ПОСТАРАЙТЕСЬ НЕ ОБЛАЖАТЬСЯ НА РОЖДЕСТВЕНСКОМ МИНИСТЕРСКОМ БАЛУ! Мы настолько добры и великодушны в преддверии Рождества, что аж самим противно даже решили существенно облегчить Вам выполнение сегодняшнего задания. В своём шкафу Вы найдёте великолепную парадную мантию и бальные туфли из драконьей кожи. Вы ведь не думали заявиться на бал в потной аврорской форме или магловских джинсах (как бы шикарно те ни сидели на Вашей подтянутой заднице!)?». Гарри, внутренне содрогнувшись, на негнущихся ногах подошёл к шкафу, будучи на девяносто девять процентов уверенным, что обнаружит там точную копию Роновой мантии с рюшами — той, в которой друг щеголял на четвёртом курсе, на Святочном Балу. Однако, к изумлению Гарри, в шкафу его поджидал воистину королевский наряд: такой в котором не зазорно было бы появиться на балу и самому Годрику Гриффиндору, случись ему жить в наше время. — Ух ты, — только и смог выдохнуть Гарри, подойдя к зеркалу при полном параде. — В кои-то веки выглядишь, как приличный человек, — ворчливо прокомментировало зеркало. — Вот бы ещё волосы в надлежащий порядок привёл — а то ведь прямо отражать больно! — Ну уж прости — некоторые проблемы «Экспеллиармусом» не решить, — пожал плечами Гарри. Хедвиг Вторая пришла в неописуемый восторг при виде преобразившегося хозяина и, забыв про традиционные утренние вкусняшки, принялась наворачивать вокруг него круги почёта. Совушку совершенно не волновало, что волосы её обожаемого хозяина по-бунтарски торчат в разные стороны, портя всё впечатление от дорогого наряда. — Видишь? — с упрёком сказал Гарри зеркалу. — Она любит меня. А тому, кто любит — плевать на твои недостатки, понятно? И всё же на душе стало немного, совсем немного тревожно: не решит ли Драко Великолепный высмеять его «воронье гнездо», как в старые добрые школьные времена? ***** В Аврорате сегодня всё было вверх дном. Мало того, что девчонки-авроры, во главе с Парвати, перекинули всю текущую работу на мужчин, мотивируя это тем, что им, видите ли, нужно, как следует подготовиться к вечернему мероприятию… Мало того, что лондонские волшебники в преддверии праздника, как с цепи сорвались (Гарри с Роном три раза за утро аппарировали на Косую Аллею разнимать пьяные дуэли в пабах и лавочках)… Мало того, что Рон каждую свободную минуту донимал Гарри догадками относительно личности его спутницы на сегодняшнем балу («Лайза Фэлпс из Портального Управления? Она ещё всегда тебе без очереди портключи выдаёт. Отличный выбор, дружище! Не она? Хмм… О, знаю! Офелия Фелтон — та блондиночка-секретарша из Визенга… Тоже нет? Неужели наша Луна? Погоди-ка, но у неё же Рольф… Святые гиппогрифы, только не говори, что это Сельма Боббин, дружище. О, Мерлин, так вот почему ты водил её книззла к целителю! Гарри, приятель, да ей же лет девяносто!») … Так вот, словно всего этого было мало, шеф Робардс притащил с собой на работу внуков, прибывших на Рождество из Соединённых Штатов Америки. Шестилетний Робин и четырёхлетний Мэтью носились по всему Аврорату, прятались в шкафах с документами, катались на лифтах и с визгом гонялись за летучими записками, чуть полностью не парализовав работу матёрых, видавших виды мракоборцев, пока Луне не пришло в голову организовать дежурство. Сама она взялась развлекать малышей первой, и так увлекла их поисками наргловых гнёзд, что, когда настала очередь Гарри — ему даже выдумывать ничего не пришлось: Робин и Мэтью просидели положенные тридцать минут Гарриного дежурства в засаде под его письменным столом, только носы тихонечко сопели. Ну, а разве аврор Поттер виноват, что нарглы так и не появились? Возможно, прилетят как раз во время дежурства аврора Уизли. Злорадно ухмыляясь, Гарри опрометью выскочил из кабинета, оставив своего лучшего друга разбираться с нарглами, а сам поспешил в лабораторию к Драко, чтобы ещё раз отрепетировать грёбаный вальс, который им предстояло отплясывать вечером перед всем честным народом. ***** Несмотря на благие намерения ученика и его строгого учителя, репетиция пошла книззлу под хвост, стоило этим двоим коснуться друг друга. «Да и ну его, этот дурацкий вальс!», — успел подумать Гарри, пока Драко, опустившись перед ним на колени, ловкими пальцами расстёгивал ремень аврорских брюк. «Более или менее я движения пом… ох! помню…», — ну, Гарри честно пытался думать о предстоящем торжественном открытии бала, пока Драко тёрся щекой о его обнажённый пах, дразняще покачивал в ладони яички, проезжался языком по члену, словно по карамельной тросточке, причмокивая, слизывал щедро сочащуюся влагу — неоспоримое доказательство своих стараний… «Ну, подумаешь, опозо… оооо…рюсь перед всей Магической Британией, невелика бе… да! Да-да-да-да-да…»… — Да, детка! Да, вот так! Мерлин, как же хорошо! Ну, собственно, если хорошенько поразмыслить — не так уж и необходима была эта репетиция. ***** — Я что-то не понял, — нахмурился Рон, когда Гарри и Драко, благополучно открыв Ежегодный Министерский Рождественский Бал, подошли к ним с Гермионой — рука в руке. — Не, ну, то есть, я понял, что ты, Малфой, как известный супер-пупер балерун, тренировал нашего Гарри, но… где девушка-то, с которой ты, Гарри, должен был… ооо…ооо, — Рон замер с открытым ртом, уставившись на то, как Гарри и Драко переплетают пальцы. — Нет никакой девушки, верно? — просипел он, хватаясь за бокал с «Игристым Фейским», словно за спасательный круг. — Нет, — ухмыльнулся Гарри, крепче сжимая длинные, изящные пальцы. — Никакой девушки нет, Рон. — Мерлиновы яйца, — пробормотал друг, одно за другим запихивая в рот добрый десяток канапе. — Мерлиновы обвисшие волосатые… Ай! — Рональд! — сердито пихнула мужа в рёбра Гермиона. — Гарри, Драко, поздравляю! Наконец-то, мы так рады за вас! — Наконец-то? — выпучил глаза Рон. — Что ты имеешь в виду, говоря «наконец-то», дорогая? И кто это: «мы»?! — Ай, не бери в голову, любимый. Пойдём-ка лучше танцевать. Как это — ты «устал»? Впрочем, не страшно. Кажется… я краем глаза видела где-то тут Виктора… ***** Джинни таки удалось затащить на бал своего нового кавалера — стройного белокурого француза, ловца команды «Les Pigeons Parisiens» по имени… Эмиль-Антуан Клермон. (Гарри слегка вздрогнул, услышав это имечко). Хвала Мерлину и всем святым волшебникам, этот Эмиль-Антуан не имел никакого отношения к его любимому Драко Малфою, и судя по тому, какими влюблёнными глазами он смотрел на Джинни — нисколько не интересовался парнями. ***** Парвати Патил добилась своей цели, попав на страницы всех газет и журналов Магической Британии, опередив по количеству сенсационных фотографий даже Поттера с Малфоем, ведь её парой на Рождественском Балу был… сам глава Британского Аврората — овдовевший пять лет назад Гавейн Робардс. ***** Однако истинными королём и королевой этого бала стали Фердинанд Дроссельмейер и Мари Штальбаум, чья история любви стараниями Риты Скитер мгновенно облетела всю Магическую Британию и в одночасье сделала юных влюблённых всеобщими кумирами. ***** Что же до Гарри Поттера — он был бесконечно, безгранично, безумно счастлив, что внимание Магического Сообщества обратилось на сей раз вовсе не в его сторону. Гарри Поттеру было вполне достаточно любви и внимания от одного-единственного волшебника — Драко Малфоя.