Часть 1

Поиски истины втоптаны в грязь И между близкими разорвана связь, В розницу литрами святая вода, Устлан молитвами путь в никуда. БИ-2. «Бог проклятых»

Боль ледяным огнем текла по венам, выкручивая мышцы, прижигая нервные окончания, заставляя сжимать зубы до хруста, скрипа эмали об эмаль, задыхаться от недостатка воздуха в сжавшихся легких, словно получив мощный хук в солнечное сплетение… Все чаще приходило чувство, что если закрыть глаза, то легко можно представить себя вернувшимся в могилу и пожираемым червями. Так явственно порой под кожей что-то двигалось, выгрызая внутренности, принося почти нескончаемую муку. Дополнительную боль приносили веревки, которыми его руки и ноги были примотаны к подлокотникам и ножкам этого Трона Боли. Сохранять спокойствие не удавалось. Глаза периодически заливало черным и становилось только хуже. Его персональный палач заходил в комнату, странно пах чем-то знакомо родным, заунывно речитативил «экзорцизамус те, омнис иммундус спиритус», брызгал обжигающей нервы водой. Найдя глубоко внутри себя сферу чего-то светлого, прижимаясь к ней, оборачиваясь вокруг нее, он чувствовал облегчение. Глаза светлели и смотрели на палача зеленью травы. Тот куксился, отчетливо и вкусно пах виной, бормотал что-то о «потерпи, Дин, станет легче». Иногда получалось его злить, выплевывая слова о хреновой попытке взросления. Тот злился, взрывался, и со словами о спасении его, Дина, жалкой задницы всаживал в мышцы шприц с порцией очередного приступа агонии, после которой наступало странное облегчение. Он не мог сказать, когда именно понял, что веревки и железо не давят и не держат, и ему можно спокойно встать, что и сделал. Встряхнул руками, разгоняя по жилам азарт и предвкушение мести своему палачу, охоту на человечка, что приносил с собой такой вкусный запах вины и страха. Да, какой-то частью себя, Дин знал, что палачом является брат, пытающийся изгнать из него демоническую сущность. Но вот чего не знал Сэм, так этого того, что изгнать демоническую сущность из него было невозможно. Метка не делала старшего из братьев Винчестеров демоном, она лишь усиливала темную сторону принявшего ее до почти полного Абсолюта. Убить Сэма… Дин еще не решил будет ли убивать мелкого или просто погоняет его по коридорам. Хотя, певшая в крови Тьма, звала и гнала вперед. Дин воскресил в голове план бункера: — «Гараж — нет; хозблок — брата там не будет, но есть…инструменты, о, да! А Сэмми, скорее всего, найдется в библиотеке» — и сделал шаг вперед. И тут же зашипел от приступа боли. Он совершенно забыл, что находится внутри ловушки для демонов. А Тьма, являющаяся первородной, слишком близка к ним по определению. Дина передернуло, он постарался сосредоточиться, выпнуть светлое в себе наружу. Оно растянулось тонкой нефтяной пленкой по поверхности темных глубин. Дин снова шагнул, на этот раз было не больно, только кожу обдало ледяным дыханием. Ну, держись Сэмми, я иду искать. Кто не спрятался, тот и… сам виноват. Он вошел на кухню, открыл ящик, поиграл минуту с кухонным тесаком, полюбовавшись на его широкое лезвие. Но отложил, взяв вместо него молоток, удобно устроившийся в ладони. Покрутил, представив себе красочную картину хрустнувшего черепа братца и разлетающихся по стенам мозгов. Ухмыльнувшись, он сказал сам себе: «О да, самое то для тебя, мой маленький Сэмми».

***

В бункере царила расслабленная тишина. Сэм отложил семейные фото, найденные среди записей брата, испытывая светлое чувство ностальгии, грусти, счастья и твердой уверенности в том, что делает и нотку вины за болезненность всех процедур по избавлению от демонической сущности для Дина. Неясное чувство погнало его к комнате с ловушкой для демонов. Подойдя к хранилищу и увидев стул внутри ловушки пустым, Сэм испытал недоумение и тут же его обдало волной ужаса. Получалось, что демон в обличии Дина шарится где-то в бункере. Неизвестно где и непонятно что замышляет. Это было очень-очень-очень… не-хо-ро-шо. Нож для убийства демонов, казалось, сам собой прыгнул в руку. Сэм застыл на месте, облокотясь о стенку, но встрепенулся услышав еле слышный звук открывающихся/закрывающихся дверей и далекий голос… Дина (?), призывающий его «оторваться вместе с братом». Повеселиться, да. Потом отмер и насторожась, рванул в техблок. Оглядываясь по сторонам, не обнаружил Дина и осторожно забрал связку ключей. Но чуть не подпрыгнул на месте, услышав слишком близко хлопнувшую дверь. Матерно выругавшись про себя, оберегая сломанную не ко времени руку, Сэм пытался удержать в одной ладони и кольцо с ключами и нож, рванул к электрощитовой. Добравшись весь в поту, он дрожащими в пальцах ключами открыл дверь и, осторожно пробравшись к щиту, опустил ручку рубильника, выключив основное питание и активировав режим закрытия всех дверей. Да, теперь он в еще большей опасности, но главное демон в Дине не сможет покинуть бункер. А все остальное на взгляд Сэма было решаемо. ~~~ — Будешь должен. — Зачем ты мне помог? — Чистый расчет. Ты в восьми километрах от логова Винчестеров. И, по всей видимости, направляешься к ним. А Дин совсем распоясался. В обличии демона от него не было совсем никакой радости. Реши проблему. — Ты же понимаешь… что, возможно… придется его убить. — Тосковать не стану. ~~~ Побегав то ли от Дина, то ли в его поисках по территории примерно 200 квадратных метров, Сэм устал как… как достигший назначенной цели вестник-марафонец. Тяжело дыша, утирая время от времени пот со лба, застилающий глаза, он остановился в очередном пролете. Прижавшись спиной к стене, Сэм заглянул за угол через левое плечо, коридор был чист. Выдохнув, он отлип от нее и стал разворачиваться, чтобы проверить в другой стороне, при этом уловив краем глаза что-то тревожащее. Лишь охотничья выучка помогла быстро среагировать и, резко отклонив голову назад, избежать метившего в висок молотка. Двойное охвостье просвистело буквально в миллиметре от лица и воткнулось в стену сбоку, войдя в нее довольно глубоко. Сэм на автомате выбросил руку вперед. Лезвие ножа, зажатого в ней, уперлось режущей кромкой в горло Дину. Тот, отпустив рукоятку застрявшего в стене молотка, убрал руки, словно не считал младшего достойным противником. — Ух ты. Гляньте-ка… Давай, — нагло ухмыляясь, произнес демон и, подначивая перерезать ему горло, нарочито подался вперед. — Не тяни, — и надавил горлом на лезвие, будто специально напрашиваясь на смерть. Сэм сжал зубы от злости и бессилия, часто и нервно дыша, а потом все же убрал нож. Сейчас и навсегда понимая, что не сможет убить брата, какое бы существо тот из себя не представлял. Дин развеселился от слабости раскисшей жертвы, и глаза залило черным цветом. Он шагнул вперед, но слух не уловил тихого… …Шурхх-хлоп… и его обхватили со спины сильные руки. «Кас,» — облегченно возликовала какая-то его часть. Тьма же в Дине была в раздражении от прерванной охоты. Жертва в зоне досягаемости, дразнящая его запахом, в котором перемешались печаль, облегчение, такая вкусная нотка страха, заставляла скалить зубы и не убирать мрак из глаз. Существо рыкнуло, но ангел за спиной внезапно применил свое моджо. Отсвет ангельской мощи обжег не хуже того «лекарства», что вкалывал ему Сэм, и хищник зарычал от испытанной боли и невозможности вырваться из этих обьятий. Добыча перед глазами облегченно выдохнула, напомнив выражением лица виденного когда-то щенка бассета. Дин раздраженно рыкнул еще раз, но обнимающий его ангел лишь что-то успокаивающе прогудел, продолжая обжигать благодатью. Наблюдать за тем, как на лице несостоявшейся жертвы (любимого младшего братца, ха!) начало проступать искреннее недоумение от того, что что-то пошло не так, как хотелось, когда… …Шурхх-хлоп… их не стало в бункере.

***

Вынырнули (?), вылетели (?), проявились они где-то… судя по обрушившимся на рецепторы запахам, в каком-то забытом всеми (и богами тоже) месте. Тепло, почти безветренно и влажно, и долгий шорох медленно накатывающих на песок волн. Этот ублюдский ангел, расцепив руки, оставил его и отступил немного назад. Дин резко развернулся, понаклонял голову влево-вправо к плечам, разминая шею и рявкнул: — Побережье? — Скорее остров, — спокойно ответил Кастиэль, перед этим оглядевшись. Радужка приняла свой обычный цвет и охотник, глядя в синеву напротив, устало-обреченно спросил: — И зачем… забрал из бункера, можно же было все решить там? Или собираешься сам продолжить это «лечение»? — последнее было выделено саркастичным тоном. — Я думаю, что если до сих пор Сэму это не удалось, то, наверное, это бесполезно. — Тогда зачем остров? — Много соленой воды, к тому же вам, демонам, перемещение без вызова неподвластно. В отличие от… — От вас, крылатых обломщиков, — перебил Каса Дин. — и это чертовски плохо. — Еще бы, — флегматично отозвался ангел. — Я могу нарисовать пентаграмму вызова, не вечно ж ты будешь бдить надо мной. — Можешь, — согласился Кас. — Но задумайся, зачем тебе это? А так мы будем искать выход вместе. Мужчина фыркнул, не отводя взгляда: — На что ты надеешься, Кас…тиэль? — На то, что Дина в тебе больше, чем Тьмы, — отозвался тот, склонив голову влево в своем извечном жесте. От этого словно что-то щелкнуло внутри и мрак тихо затих, как взбаламученная взвесь оседает вниз. — Может, не стоит делить, может, это все и есть я? — Для этого мы и тут, разобраться, что к чему, не устраивая локального Армагеддона. Дин хмыкнул, окинул взглядом пляж, затем опустил глаза, и поинтересовавшись: — Мы ведь тут одни? — уселся на плоский камень, лежавший в шаге от него. Азарт охоты и раздражение от того, что она не удалась, покинули его одномоментно и внезапно. Это было странно, но думать об этом было лениво и в данный момент неконструктивно. Ангел сначала согласно кивнул в ответ на прозвучавший вопрос, но видя, что Дин не смотрит на него, коротко ответил: — Абсолютно. — Прекрасно. Песчаный берег, море, солнце и никого на мили и мили — просто персональный Рай, — насмешливо выдал Дин. — Отпуск это прекрасно. Не стой столбом, присаживайся, — он шлепнул ладонью по камню, на котором оставалось место. Снимая с себя рубашку и оставаясь в футболке, он добавил: — Только… Плащ свой сними, смотреть жарко. Теперь пришла очередь вздохнуть ангелу, пристроившемуся на камне рядом с Дином. Тот даже отследить не успел когда, но Кас уже был в белой рубашке, с закатанными до локтя рукавами. — Тц… Быстро ты, — с ноткой уважения в голосе произнес охотник. Через минуту они — Дин, избавившись от ботинок с носками, закатал джинсы (Кастиэль бросив краткий взгляд, последовал его примеру), — мирно сидели под не сильно жарким солнцем и пальцами ног зарывались в песок. — Сейчас бы еще сюда пару бутылочек холодного пивка… — отвлеченно пробормотал Дин, бросая мимолетный взгляд на сидевшего рядом мужчину. Но не дождавшись ни ответа, ни каких-либо действий от ангела, добавил, поигравшись пальцами одной руки: — ну нет так нет. Эти двое долгое время провели, сидя не шелохнувшись, будто две статуи из камня, по прихоти ландшафтного дизайнера одетые в человеческую одежду, в тишине, нарушаемой лишь плеском волн, криком редких чаек и шелестом пальмовых листьев, глядя при этом куда-то в неведомое. Разговаривать и что-то выяснять желания ни у одного не возникало. Дин не знал и знать не хотел, что там на уме у Кастиэля, а тот молчал. Обоюдное молчание, как и монотонный плеск и шорох волн, успокаивало и расслабляло, нарушать его не тянуло. Думать и задумываться о чем-то конкретном не хотелось тоже, так что он мысленно махнул рукой на все и закрыв глаза, подставился солнечным лучам. Солнце уже клонилось к закату, когда Дин все же лениво поинтересовался: — И что делать-то будем? В отличии от тебя, мне надо пить, есть и… ну, неважно. — он хмыкнул и глумливо добавил: — Души собирать для Ада. — И много собрал? — низко пророкотал ангел. — Моя карьера демона только началась, — парировал Дин. — И почти сразу закончилась. Бесславно, — резюмировал Кас. — С чего ты взял, — ощетинился Дин. — Надежный источник. — Ащ-щ…гребаный Король. Ну и черт с ним, — поухмылялся игре своих же слов Дин. И сплетя пальцы, выгнул ладони до хруста. — И тут мы возвращаемся к вопросу, прозвучавшему ранее. Что будем делать? — Что делать? — переспросил Кас. И с недоумением выдохнул: — А я и не знаю. Лечить… Нет, мне больно от твоих криков. — Я не кричал, — сузив глаза, произнес Дин, но потом добавил: — Ну, почти. — Ты забыл, Дин. Я спас твою душу из Ада… — Да-да, я помню, что был достоин спасения… — Даже не сомневайся в этом, Дин. — И сейчас? — он сглотнул внезапно образовавшийся в горле комок. — Всегда, Дин, всегда. Последовавшая тишина была оглушительна. Кастиэль поднялся с камня, повел плечами и, на секунду сцепившись взглядом с Дином, качнул головой, молчаливо предлагая следовать за собой. Тот хмыкнул, поднявшись, зачем-то пару раз подпрыгнул на камне, поднял рубашку, валяющуюся чуть в стороне, отряхнул ее от песка и, с выражением скепсиса на лице, последовал за ангелом вглубь острова.

***

— Зачетно, — произнес он, когда перед ним открылась картина того места, куда его привел Кас. — Сам строил или кто помогал? А, неважно, — махнул рукой Дин, когда тот повернул к нему нахмуренно-недоуменное лицо. — Неплохая хижинка, не дворец, но и не развалины… — Дин, твой сарказм я в полной степени не понимаю. Я что-то сделал неправильно? — Нет-нет-нет, — поднял ладони в примирительном жесте Дин. Но, уже через пару шагов, все же не выдержал: — Прости, Кастиэль, но дом американского ранчеро на тропическом острове это… сильно. Дин первым прошел к дому. Остановившись у крыльца, он оглядел веранду и двухместную деревянную скамью-качелю, что-то неразборчиво (даже для тонкого ангельского слуха) пробурчав себе под нос. Подошел к двери и легонько тронув пальцами ручку, отворил ее. Пахнуло давно нежилым, но прошедшим влажную уборку, помещением и чем-то еще неуловимым на грани узнавания. Войдя внутрь, он одобрительно угукнул, оценив минимализм в обстановке. Именно так выглядело бы его гипотетическое жилище, если бы он когда-нибудь бросил Охоту и осел надолго на одном месте. Ну, не совсем он, а тот Дин, которым он был до принятия Метки. — А ничего тут так. Осталось переодеться в ковбойские костюмы, завести мустангов и козочек… И устроить Рай для двоих, — ухмыльнулся Дин. — И показывать это по телекам в Аду и Раю, как шоу «Ангел и демон — живы вместе». Ну круто же, а? — Не знаю как в Аду, а в Раю нет телеков, — отозвался Кастиэль. — Эх, всю малину испортил. Ладно, сделаем вид, что мы все такие же, какими и были, — сказал охотник, усаживаясь на небольшой двухместный диванчик. — Не получится, Дин. Не тогда, когда от тебя тянет тьмой, — покачал головой Кас. — Ага, вот мы и вернулись в точку «лечения» меня любимого, — развел руками тот, затем почти сразу хлопнув левой ладонью по подлокотнику. — Ну и?.. Ты сам признал, что способ Сэма… — Очень болезненный для тебя. И бесполезный. Почти. Но лечить придется. — Вряд ли можно вылечить это, — и мужчина постучал пальцем по своему предплечью с похожей на букву замысловатой закорючкой, что ментально уколола склонившегося над ней ангела искрой первозданной тьмы. — Мы в любом случае найдем выход, Дин. — Даже и не знаю, хочу я, чтоб твои слова были правдой или нет, — устало отозвался тот. — Эти эмоциональные качели так утомляют, — словно в подтверждение своим словам он зевнул. — Хочешь спать? — с еле заметной ноткой интереса спросил ангел. — Человеческие привычки так просто не изжить, Кас. Хотя да, это не о тебе. Ладно, так о чем мы? — О том, что будем искать, как избавить тебя от метки. — Сидя на острове? — Только ты, Дин. На некоторое время… — Во избежание соблазнов и побега, я буду вынужден изолировать тебя тут, — очень похоже изобразив Кастиэля, передразнил Дин. И добавил уже обычным голосом. — Ладно, посижу недолго. День, два, неделю, месяц, годы? Кастиэль вместо ответа пожал плечами. Дин без слов хлопнул правой ладонью по сиденью диванчика рядом с собой. Ангел молча сел, снова воцарилась тишина. Кастиэль щелкнул пальцами, в камине разгорелся огонь, разгоняя сгущающийся мрак, и в доме стало намного уютнее и светлее. Хотя что такое темнота для нечеловеческих, по сути, созданий? Отражения язычков пламени танцевали в глазах обоих зрителей. Потом будет много чего, но сейчас это молчание на двоих не тяготило ни одного из них. Спустя несколько минут Кастиэль повернулся к Дину поинтересоваться о чем-то. Но не издал не звука, ибо охотник мирно спал, запрокинув голову на спинку. Кивнув в подтверждение каких-то своих мыслей, ангел, стараясь двигаться как можно тише, вытащил из стоящего у стены сундука небольшую подушку и теплый клетчатый плед. Подсунув подушку под голову Дину, он укутал того пледом, при этом мягко улыбаясь и невольно любуясь возникшей перед ним картиной. Пусть спит, а у него еще есть дело. И, пожалуй, не одно. Ему надо знать, а знанием обладает только… одно существо. И избежать встречи не удастся никому.