Глава 1 - Первый стук

Прозвучали громкие глухие стуки. Я стоял в своей комнате, пытаясь понять, что это был за шум. - Что-то меня разбудило. Кажется, где-то разбилось окно. …Или открылась дверь. Непросто будет найти эту брешь. Это огромный дом. В нем десятки комнат. Я давно уже в них не заглядываю. Просто я ужасно устал. Поджег фитиль керосиновой лампы и пошел к окну. В отражении на меня смотрел юноша среднего роста. Рыжие, взъерошенные волосы. При этом маниакальный взгляд с огромными кругами от недосыпа. Одет в белую ночную рубашку без пуговиц, которая окутывает все тело с головы до ног. На шее красуется синий шарф в тёмно-синюю полоску, чуть более светлые носки, в тех же тонах, и зелёные тапочки. А за окном темный и мертвый лес. Не люблю его мрачность. От него всегда исходит нечто зловещее. — Какая ужасная боль!.. Будто кто-то пробивает дыру в моей бедной голове! — сказал я, держась рукой за висок. Пламени лампы было недостаточно, чтобы осветить всю комнату. Пришлось включить свет. Я зажмурил глаза, постепенно привыкая к яркому свечению. Моя комната довольно миниатюрная. Темно-синие обои, которые обрываются ближе к потолку, где обосновались большого размера пятна от сырости. На стенах поменьше, но взамен, их украшают множество мелких порезов. Справа расположена кровать с двумя белыми подушками и одеяло, одетое в клетчатый пододеяльник. Над ней висит коричневый ковер, покрытый разводами. В левом верхнем углу возле окна висела маска, с виду похожая на африканскую. Даже я не помню откуда она родом и как попала в мой дом. У кровати, на полу стояла огромная белая чашка с цифрой «13». Под маской расположена печка, на которой стоит чайник с нарисованным цветочком и коробок спичек. Боль к тому моменту отступила. Недолго осматриваясь, я выключил свет. Дом довольно старый и часто перегорают лампочки, поэтому почти большую часть времени пользуюсь лампой, чередуя с огромной свечой. Я отправился на поиски шума. И это не первый раз такое происходит. В доме что-то не так. Все будто в порядке, но одна невидимая деталь ломает все. Даже порой чувствую присутствие кого-то, как кто-то меня трогает. Всегда успокаиваю себя, что мне показалось или смахиваю все на сквозняк. Пройдя по коридору, я дошел до главной толстой деревянной двери, которая ведет прямиком в лес. — Значит звук все-таки шел отсюда! Как же я мог снять засов? Не запереть на замок? Я в самом деле устал. Даже начал ходить во сне. Прошлой ночью очнулся тут, на пороге. Если бы не было заперто - я оказался бы там, снаружи! По ночам эта дверь всегда должна быть надежно закрыта. Проверил дверь. Заперто. Откуда тогда шум? Да и как я не мог определить причину шума? Если повредить стекло или же дверь, то звуки будут сильно отличаться. У меня не было ответа. Я вернулся в свою комнату. На улице далеко не лето. В доме ещё прохладно. Спустился в подвал, взяв с собой немного веток и старой паленой бумаги для розжига. Вернувшись в свою комнату, поместил все это в печку и зажег. Через несколько минут я заварил себе что-то вроде чая, если можно так его назвать. Когда-то я клал разные лесные ягоды для более интересного вкуса. Сейчас же добавкой стали некогда засохшие травы. Некоторые из них начал использовать по несколько раз. Сел на кровать, издающую скрип, попивая, и думал о чем-то неважном. — Я устал. Я страдаю бессонницей. В темноте мне все чаще мерещится странное. Но кошмары всегда исчезают к утру. Долго ли еще до рассвета? Даже не помню, когда все началось. Просто стал меньше спать. Не хотелось, считал, что энергии много. Но когда ложился в кровать, то попросту лежал до утра, так и не уснув. А на утро чувствовал себя мертвецом. Я достал свои старые карманные часы и окинул их взглядом. — Стоп! А куда подевалось время? Такое чувство, что все застыло. Почему так долго длится ночь? Что-то не так! Ко мне начало подкрадываться волнение. Если верить часам, не прошло и 10 минут. По ощущениям - целый час. Я осмотрел часы на поиск неисправности, потряс пару раз то вверх, то вправо. Хоть они не новые, но работают как надо. Или это я ошибаюсь? Встав с кровати, я направился к комнате с радиолой. Обои были в коричневом цвете, как ни странно, тоже оборваны, но с множеством изображений уха, будто сами стены хотят слышать музыку. Под ногами шершаво улегся потертый в полоску ковер, усыпанный темными застарелыми пятнами. Слева у стены притулилась совершенно бесполезная детская табуретка. Я не помню, чтобы когда-либо на ней сидел. Справа — деревянный, видавший виды школьный стул. И вот в центре комнаты огромная красная радиола, монстр, который занимает пол комнаты, с кучей труб. Над ней зияла огромная черная дыра. А за ней стена, покрытая несколькими записями, написанными мелким почерком. В одной из них даже изображено строение уха. Под потолком, укутанные в стеклянные сферы, тускло горели две лампочки. Слева, в углу комнаты, высокая лампа, которая была выше меня. Я включил свою любимую песню, сел на стул и стал наслаждаться музыкой. — Вот так. Время можно и поторопить. Если утро ко мне не идёт, я сам до него дотянусь. Из радиолы начала исходить жизнерадостный иностранный мотив. Звучал прекрасный женский голос, успокаивая и говоря, что все будет хорошо. Хоть текст песни далеко не об этом, но почему бы не вообразить нечто иное? После прослушивания музыки все стихло. Даже звуков сверчков не было. От такой тишины было не по себе, но я привык. Я и дальше сидел некоторое время на стуле, пока медленно не открылась с характерным скрипом входная дверь. От неожиданности пальцы со всей силы вцепились в стул, сердце на мгновение замерло, а потом сжалось в комок. Как она вообще могла открыться? Я же проверял, дверь была заперта на замок. Засов был на месте. Я медленно шел к ней. Она была открыта на распашку. Когда же я был у двери, то было ощущение будто сам лес смотрит на меня. А открытая дверь – приглашение на прогулку. — Ночью страшно туда выходить. Но я обязан проверить. Убедиться, что это ветер. Меня наполняло волнение. Будь моя воля, я бы вообще не выходил из дома. Надо просто убедиться, что там никого нет и быть не должно. Да и кто может быть? Я здесь живу один, сколько помню это место. Я вышел в лес. Ледяной воздух мгновенно обжег легкие. Деревья буквально гнили заживо, обретая жутковатые формы. Ни одного цветка в округе. Ни листьев. Только сухая трава, если ее можно таковой назвать. Я медленно обошел дом несколько раз. Ничего подозрительного, но понял, что это преждевременное утверждение. За деревом, краем глаза я мельком увидел чью-то прядь волос. Подойдя к тому месту, ничего не было. Ни следов, никаких других признаков чего-то живого. Как оказалась, это была ничем не примечательная ветвь дерева. — Иногда мне мерещатся вещи, которых просто не может быть. Я порой даже вижу на небе новые звезды. Но я не отмечаю этого в рапортах и архивах. Просто депрессия… или может быть, я даже болен. Говорят, это называет дрёмой и приводит к сомнамбулизму. Это пройдет. Больше я не знал, что мне здесь делать. Холод понемногу начал окутывать меня. Надо возвращаться домой. Зайдя в дом, я уже ничего не помнил. Было все как в тумане.