Вернутся к фанфику

Chapter 36 | Глава 36

15 августа 2025, 14:25
Изуку нужно было передохнуть после того, как Ингениум задал этот вопрос — сказал эти прекрасные, великолепные, удивительные слова.

Кто на самом деле убил Ликана?

Изуку собирался поцеловать Стейна, собирался. Этот человек был чёртовым благословением. Он сделал это. Несмотря на свои мысли, Изуку сохранял на лице невозмутимое выражение (да благословит Господь уроки Незу и в этом тоже). — Стейн убил Ликана, разве вам не говорили? — Ингениум нахмурился ещё сильнее. Изуку молился, чтобы тот продолжил. — Мне так сказали, — подтвердил Инжениум. — Но Стейн сказал что-то другое. — И что же он сказал? — спросил Изуку, вызывающе приподняв бровь. Плечи Ингениума поднялись до ушей. Повисла долгая тишина, в которой никто из них ничего не говорил, а затем Ингениум, похоже, принял решение. — Он сказал, что не убивал Ликана, — твёрдым голосом и стальным взглядом Ингениум принял вызов Изуку. — И я склонен ему верить. — Вот оно как?.. — пробурчал Изуку, делая заметки, чтобы передать их Цукаучи, когда тот появится (если появится, он уже давно не появлялся. Изуку подумал, не имеет ли к этому отношение та медсестра), которые подверглись жёсткой цензуре. Он знал о плане Изуку, но не знал всех тонкостей. Ему и не нужно было знать. — Почему же? — Потому что он был прав. — Ингениум выплюнул эти слова, явно испытывая боль от того, что вообще подумал об этом, не говоря уже о том, чтобы произнести их перед тем, кого Ингениум считал частью полиции. Той самой полиции, которая сказала героям, что Стейн убил Ликана. — Он был прав. У него не было причин отрицать, что он убил Ликана. Мы все знали, что Ликан был в списке жертв Стейна, и мы все просто предполагали, что он его убил, но мы так и не нашли убедительных доказательств, а теперь у нас есть убедительные доказательства того, что он этого не делал. — Я бы вряд ли счёл одно устное отрицание веским доказательством, — возразил Изуку. — Но это хорошая мысль. — Изуку настроил свои функции так, чтобы они выдавали его нерешительность. Нерешительность, на которую обратил внимание Ингениум. — Ты знаешь. — понял Ингениум. — О боже, ты морочишь мне голову. Ты знал, что Стейн не убивал Ликана. — Изуку подавил волнение, наблюдая, как в голове Ингениума крутятся шестерёнки, как они встают на свои места и соединяются. — Ты знал… — Это секретная информация. — Наконец сказал Мидория. — Секретная информация, твою мать. — Выплюнул герой. — Ты свалил убийство про-героя на серийного убийцу, потому что знал, что никто не усомнится в этом! Ты подставил невиновного! — Стейн не невиновен. — твёрдо заявил Изуку. Ему часто приходилось напоминать себе об этом. — Он может быть невиновен, а может и не быть в этом конкретном случае, но Стейн далеко не невиновен. — Ладно, неважно. — Ингениум согласился с этим пунктом. — Но это не меняет того факта, что настоящий убийца Ликана на свободе. Они вообще столкнулись с какими-нибудь последствиями? — Изуку не смог сдержать передергивания. — Мидория-сан… — Были… непредвиденные обстоятельства. — Изуку пытался подобрать слова. — Была причина, по которой Ликан оказался в «списке» Стейна, как вы выразились. — Ингениум побледнел. — К сожалению, они оказались правдой. — Какая причина может оправдать убийство? — расхохотался герой. — Кто-то убил профессионального героя, и с ними ничего не случилось? — Это был несчастный случай, — сказал Изуку уже тише. В его голове крутилась запись убийства Ликана. Крики Игучи-сан. Её плач, её мольбы. Её просьбы. — Ты не хочешь знать. — Думаю что хочу. — возразил Ингениум. — Как можно случайно убить профессионального героя? — Изуку сглотнул. — Я серьёзно, Ингениум, — Изуку постарался вложить в свой голос как можно больше искренности. — Ты сейчас думаешь что я просто уклоняюсь от ответа. Это не просто дело об убийстве. — Изуку увидел, как мужчина открыл рот, услышал, как он вдохнул, готовый снова взорваться, и успел выпалить прежде, чем тот успел. — Что ты знаешь о слухах вокруг Ликана? — Ингениум замолчал, всё ещё с открытым ртом, а затем закрыл его. — Потому что я их знаю. Я знаю их ближе, чем любой другой человек, занимающийся этим делом, потому что я раскрыл его. — Брови Ингениума взлетели вверх. — Я уже составил список причин, по которым Стейн захотел бы убить Ликана — необходимо было знать, какие герои были в наибольшей опасности, и с одной из ранее снявших обвинение в сексуальном насилии и дюжины других женщин в Интернете, рассказывающих о своих… столкновениях с героем, было нетрудно понять, что Ликан занимал довольно высокое место в этом списке. — Но обвинения были сняты, — заикаясь, пробормотал Инжениум. — Это… это невозможно… — Ты когда-нибудь слышал, как звучит изнасилование, Ингениум? — Изуку серьезно прервал его, глядя на героя, его руки сжимали блокнот так сильно, что могли порвать страницы. — Потому что я знаю. Ты знаешь, каково это — слышать, как кто-то умоляет сохранить ему жизнь, кричать, рыдать и умолять, но тебя не слышат? — Рот Ингениума, отвисший после того, как его отрезали, захлопнулся. — Женщина, которую ты так бессердечно назвал убийцей, как раз возвращалась домой из бара. Она праздновала помолвку подруги. — Ингениум выглядел так, словно его вот-вот стошнит. — Скажи мне, если бы это была твоя мать… черт, твой брат, может быть, друг. Ты бы обвинил их в том, что они сопротивлялись? — Ей не нужно было его убивать, — сказала Ингениум. — Она… она могла уйти после этого. — Так и было, — ответил Изуку. — Ликан умер от потери крови. Или, возможно, покончил с собой, трудно было сказать из-за всей этой крови. — Ингениуму нечего было сказать после того, как Изуку раскрыл правду. — Я же говорил, что ты не хочешь знать. — Но я действительно хотел знать. — прошептал профессионал. — И я рад, что узнал. Я не могу поверить… почему ты не рассказал людям? — Ингениум устремил на Изуку обвиняющий взгляд. — Почему ты позволил людям сделать из него мученика? Ты сам это сказал, ты слышал, что он сделал с той женщиной и многими другими, как ты мог… — Я уверен, что вы уже догадались, Ингениум-сан. — Изуку сардонически улыбнулся. — Но я не самый старший из сотрудников. — Ингениум нахмурился. — Моё слово не имеет большого веса по сравнению со словом такого человека, как начальник полиции. — Цурагамаэ позволил это? — Ингениум практически взвизгнул. — Он приказал это сделать, — Изуку моргнул, глядя на профи. — Кто ещё мог обладать такой властью? — Я не знаю! Я просто… я подумал, что, может быть, это было какое-то внутреннее прикрытие. — Ингениум поднял руки и запустил пальцы в волосы, глядя на Изуку с болью и отчаянием. Отчаянно желая, чтобы мальчик сказал ему, что он ошибается. — Ты хочешь сказать, что начальнику полиции сказали, что Ликан действительно был там, насиловал женщин и был убит за это, а он всё скрыл, чтобы обвинить Убийцу Героев? — На то были причины. — Изуку решил, что должен рассказать обе стороны истории, чтобы герой мог принять взвешенное решение о том, на чьей он стороне. — Цурагамаэ-сан считал, что если бы общественность узнала, что Ликан на самом деле был насильником, то это привлекло бы слишком много внимания к полиции, и после смерти Ликана они выставили бы Стейна героем. — Конечно, они будут проверять полицию! — Ингениум был в ярости. Изуку буквально видел, как у него поднимается давление на мониторе рядом с кроватью. — И это правильно! Они захотят узнать, почему они позволили ему стать героем, если знали о его преступлениях. — Изуку кивнул в знак согласия. — И как они вообще сделают Стейна героем? О Стейне даже не упомянули бы! — Изуку не смог сдержать внутреннего смешка. Он действительно выбрал для этого подходящего героя, если Ингениум сказал почти то же самое, что и Изуку, когда Цурагамаэ впервые сказал ему всё это. — Также был вопрос о вынесении приговора. — заметил Изуку. — Это вызвало бы возмущение, если бы жертва, ставшая убийцей, была подвергнута какому-либо наказанию за то, что защищалась от профессионального героя, даже если для этого потребовалась смертельная сила. Но если бы они не назначили наказание, то это натолкнуло бы общественность на мысль, что они могут убивать нападающих. — Это чушь собачья, — Про-герой покачал головой, наконец-то убрав руки с волос и сжав их в кулаки. — Это обоснованное беспокойство? Конечно, но использовать это в качестве оправдания… — Ингениум сделал паузу, чтобы глубоко вдохнуть. — Простите, я просто… это безумие. — Я прекрасно понимаю, что ты переживаешь, Ингениум, — Изуку слегка улыбнулся. Это было предложение мира, товарищества. Увидев это, Инжениум немного расслабился. — Я уверен, что ты чувствуешь то же, что и я, когда впервые услышал об этом. — О боже, — глаза Ингениума расширились, и он посмотрел на Изуку с неподдельным ужасом. — Ты же раскрыл это дело, ты сказал, что слышал… — Изуку поморщился, и тот замолчал. — Прости, кажется, я только что понял… ты, должно быть, умирал внутри, держа это в себе. — Ингениум сглотнул. — Тем более что ты согласен со мной, а я вёл себя как придурок. — Даже не беспокойся об этом, — Изуку покачал головой. — Это очень много, и ты никак не мог подготовиться к тому, что на тебя вот так вот обрушится всё это. Особенно после того, как на тебя напали. — Изуку изобразил свою самую сочувствующую улыбку. — Тебе очень повезло, что ты жив, ты один из двух профессионалов, которых убийца-герой оставил в живых, и один из трёх человек вообще. — ну, четверых, если считать Всемогущего, но Изуку старался не думать о сердечном приступе, который у него случился, когда он услышал, что Стейн отправился к Всемогущему чтобы спросить о худшем дне в жизни Изуку. — Верно… повезло. — Ингениум выглянул в окно, солнце уже почти село. Изуку видел огни ночной жизни Хосу, сияющие внизу на улицах. — Эй, Мидория-сан, — Изуку заворчал. — Ты сказал, что знаешь Стейна лучше всех, что ты изучал ошибки героев, чтобы понять, на кого Стейн нацелится. Мальчик кивнул, а потом понял, что Ингениум не сможет этого увидеть, пока он отводит взгляд. — Так и есть, — сказал Изуку. — Ты думаешь — Я имею в виду, был ли я в том списке? — Изуку судорожно вздохнул. — Ты знал, что Стейн придет за мной? Чувство вины, тяжёлое и удушающее, навалилось на плечи Изуку. Оно сдавило его горло и заполнило лёгкие, как ил из злодея-идола. Оно давило на его пищевод, как нога Кацуки, жгло глаза, как свежие слёзы. Подросток вытер глаза, и его рука стала влажной. Он шмыгнул носом, благодаря богов за то, что Ингениум не смотрит на него. Наконец, после долгой паузы, Изуку сглотнул. — Нет, тебя не было в том списке. — Изуку мог сказать это с уверенностью. Ингениум был настоящим героем, и поэтому следующая ложь жгла ему душу. — Я не знал, что на тебя будут охотиться. Я думал, что Стейн считает тебя настоящим героем. Тогда Ингениум оглянулся на Изуку. Зеленоволосый мальчик надеялся, что он не выглядел таким огорченным, каким себя чувствовал. — Делает ли это меня плохим человеком, Мидория-сан… — Ингениум и сам выглядел немного заплаканным, когда жалобно улыбнулся Изуку. — Если, по-моему, это лучший комплимент, который я когда-либо получал? Эти слова были подобны удару под дых. Изуку захотелось блевать прямо на больничную койку. — Я так не думаю, — выдавил он. — Потому что я чувствовал то же самое. ___________________________ После этого у Изуку было всего несколько минут наедине с Ингениумом, прежде чем приехала его семья. Изуку успел рассказать герою большую часть своего плана о том, как он собрал жертв Ликана и собрал дело, которое будет обнародовано. Изуку даже не нужно было ничего говорить герою о том, что он хочет помочь — Ингениум предложил это прежде, чем он успел спросить. — Просто дай мне знать, когда ты выйдешь на публику, — сказал Ингениум, выглядя как надёжный, истинный герой, которым, как знал Изуку, он и был, даже будучи прикованным к постели и избитым до полусмерти. — Я поддержу тебя своей версией событий. — Ты уверен? — спросил Изуку, просто чтобы убедиться. Чтобы убедиться, что Ингениум был уверен. — Если ты это сделаешь, то будешь активно выступать против полиции. Во многих странах между героями и полицией уже существует раскол. Ингениум смерил Изуку самым решительным взглядом, который Изуку когда-либо видел, и ему пришлось задаться вопросом, не так ли чувствовали себя другие по ту сторону решительного взгляда самого Изуку. — Если полиция хочет больше работать с героями. — Заявил тот. — Тогда они должны тратить меньше времени на то, чтобы вести себя как злодеи. У Изуку было не так много времени, чтобы обговорить детали, прежде чем прибыли остальные Ииды. Их прервал стук в дверь. Они переглянулись, прежде чем Изуку пригласил их войти. Дверь распахнулась, и Изуку первым увидел Ииду Тенью, который вбежал в комнату с таким видом, будто бежал сюда из U.А., хотя присутствие его гораздо менее взволнованных родителей за его спиной говорило о том, что они, скорее всего, приехали сюда на машине. — Брат! — Изуку встал со своего места и подошёл к изголовью кровати, рядом с Ингениумом. — Тенсей, слава богам… — Сердце Изуку болело за мальчика, чей голос дрогнул на последнем слове, и когда он поднял голову, Изуку увидел, как из его глаз текут слёзы. — Простите, что вмешиваюсь. — тихо сказала мать семейства, обращаясь скорее к Изуку, чем к кому-либо ещё. — Вы обсудили всё, что нужно? Изуку переглянулся с Ингениумом и кивнул. — У меня есть всё, что мне нужно, — Изуку увидел, как Тенья в шоке вскинул голову. Должно быть, мальчик не заметил его в своей спешке. — Если мне понадобится что-то ещё, я могу вернуться позже или написать по электронной почте. — Мидория-сан? — Тенья моргнул. — Но… ты же только что… — Вы знакомы? — На лице Ингениума было такое же удивлённое выражение, как и у его брата. Изуку кивнул. — Я работал на Незу в качестве аналитика во время спортивного фестиваля, но, к сожалению, это дело важнее. — Правда? — отец Ингениума, Иида Киёши, как вспомнил Изуку, хмыкнул с любопытством, если не с сомнением. — Я думал, что Незу-сан нанимает только героев, а ты выглядишь слишком молодо, чтобы быть героем. — он зашипел, когда жена шлёпнула его по руке в качестве наказания. — U.A. нанимает только героев. — поправил его Изуку. — Незу-сан нанял меня в качестве независимого аналитика. Я работаю не на U.A., а только на Незу. — Мужчина всё ещё хмурился. — Простите, меня зовут Мидория Изуку, я частный детектив и ведущий эксперт по делу Стейна. — Глаза мужчины расширились. — О, простите мою грубость. — Он поклонился, и Изуку это не понравилось так же сильно, как поклоны Теньи. — Я не понял. Меня зовут Иида Киёши. Он кивнул, затем посмотрел на его жену, которая поспешила поклониться. — О боже, простите меня. — Изуку нахмурился. Что она сделала? — Кажется, я не представилась раньше, меня зовут Иида Харуми. — Она выпрямилась с очень материнской улыбкой. — Пока можешь называть меня Харуми, чтобы не запутаться. — Все в порядке. — Изуку поспешно замахал руками. — И не нужно никаких извинений. У вас у всех был очень долгий и напряженный день. — Раздался стук в дверь, привлекший внимание присутствующих. Когда никто не заговорил, Ингениум позвал войти. Цукаучи вошёл в палату в сопровождении медсестры, которая была там раньше. Изуку прикусил губу, чтобы не рассмеяться. — О, здравствуйте, семья Иида. Простите за вторжение. — Детектив вежливо поклонился. Когда он выпрямился, его взгляд встретился со взглядом Изуку. — Я просто хочу задать несколько вопросов. — О, Мидория-сан уже сделал это, — сообщил Ингениум мужчине, который удивлённо моргнул. — Полагаю, мы уже обсудили всё, что нужно. Я согласился написать по электронной почте, если вспомню что-нибудь ещё. — Изуку кивнул и, отойдя от головы профи, передал свои записи Цукаучи, который одобрительно их просмотрел. — Понятно, — кивнул он. — Тогда мы сейчас уйдём. Спасибо за сотрудничество, и я желаю вам скорейшего выздоровления. — Спасибо. — Ингениум опустил голову. — Ах, Мидория-сан! — Изуку остановился и оглянулся на Харуми-сан. — Прежде чем вы уйдёте, пожалуйста, — Изуку посмотрел на протянутый ему листок бумаги. — Мой номер, — Изуку нерешительно взял листок, глядя на женщину с явным замешательством. — В этом мире нет ничего, что я могла бы предложить или сделать, чтобы должным образом отблагодарить вас за то, что вы сегодня спасли моего сына, но если вам когда-нибудь что-нибудь понадобится… Что угодно.. — Изуку слегка удивился серьёзности в её голосе, а когда он встретился с ней взглядом, то увидел лишь стальную решимость. — Я и моя семья всегда будем рядом с вами. Изуку в замешательстве посмотрел на Ингениума, но тот ухмыльнулся. — Моя мама — судебный репортёр. — Глаза Изуку расширились, и он заулыбался в ответ герою. — Спасибо, Харуми-сан, — поклонился Изуку. Это было идеально. Они могли использовать это, чтобы убедиться, что ничего не изменилось, когда они пойдут в суд со своим делом. — Я свяжусь с вами, если мне когда-нибудь понадобится ваша помощь. — Но пока что, — заговорил Цукаучи, стоя позади Изуку. Зелёноволосый парень обернулся и увидел, что детектив с опаской смотрит на Изуку. Изуку лишь улыбнулся. Мужчина нахмурился. — Мы пойдём. — Обе стороны попрощались, и как только Изуку и Наомаса вышли из комнаты, детектив повернулся к Изуку. — Что ты сделал? — невозмутимо спросил он. Изуку ухмыльнулся. — Понятия не имею, о чём ты говоришь, — слегка пошутил он. — Это был долгий день, — поспешил он продолжить, когда Наомаса открыл рот, чтобы расспросить его подробнее. — Нам пора идти спать. Цукаучи явно не хотел на этом останавливаться, но он вздохнул и позволил Изуку вывести его из больницы. Когда они уходили, Изуку записал номер Ииды Харуми в свой телефон, уже предвкушая предстоящую ночь. Ему так много нужно было сказать Стейну.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!