2

      На протяжении нескольких минут Мила рассматривет свое отражение в зеркале. Белая пудра придавала ей не здоровый оттенок лица, но таким образом она пыталась скрыть последствия её бессонной ночи. Абсолютно вся её одежда чёрная. Ощущение, что она собралась на чьи-то похороны, хотя… Если так подумать в каком-то смысле так и есть. Сегодня умрёт либо её друг, либо режиссёр. Не один вариант её не устраивал, но на это она никак не повлияет.       Стоя около зеркала она наверно уже минут десять красит губы коричневым карандашом, этот процесс её успокаивал в какой-то степени. Девушка ждёт пока ей позвонит брат, чтобы она вышла. Ей было страшно зато, как отреагируют друзья на её появление на берегу, ведь никто ещё не вкурсе, что доктор — она. Почему она вызвалась быть им? Отец часто брал маленькую Милу с собой на работу и много рассказывал о ней. До класса девятого она даже задумывалась о поступление в медицинский, но скорее всего на неё просто было оказано огромное давление отца, а т.е. его желание, чтобы она тоже была врачом.       В горле сушит с самого пробуждение, бутылка от энергетика была пуста всего за пару минут, чашка кофе улетела с такой же скоростью, а сколько же было выпито воды. За минут сорок Зуева скурила где-то штук пять сигарет, вот-вот и передозировка никотина ей будет обеспечена, и первая помощь понадобится ей. Но таким образом она успокаивала себя. Аромат ванили, амбры и мускуса смешался с запахом сигарет. На телефон пришло сообщение от брата — значит он приехал. Девушка не спеша обула кроссовки, накинула куртку, взяла свой чёрный рюкзак, куда сложила вещи, которые помогут ей при первой помощи. Девушка закрыла дверь и ещё несколько раз повторила себе: «Дверь закрыта», чтобы наверняка не забыть об этом и потом не волноваться по пустякам, но даже при этом, когда она спустилась на этаж ниже, она всё-таки ещё раз поднялась и перепроверила.       Медленно перебирая ноги она спускалась, разглядывая надписи в подъезде. Их было не очень много, но нарисованы они чётко и метко. «Только мёртвый не боится смерти», «Идеи не умирают», «Искусство требует печень», «Никогда не сдавайся! Сдаются: квартиры, шлюхи и слабаки!!!». И любимая надписью была на первом этаже, её протегал Киса. «Принцесска» сверху корона, а рядом сердечко, где внутри буква «М». Пускай она не любила, когда он её так называет, но в глубине душе ей однозначно нравилось. А что насчёт Кислова? Ни ответа, ни привета. За весь вчерашний день он не объявился. Мила ждала, что он напишет хотя-бы краткое «Прости меня, принцесска», но хотеть не вредно же, да? И почему её это так парит?..       — Доброе утро… — села Мила в машину и поцеловала сидевшего за рулём Гену в щеку.       — Доброе, лучик. — улыбнулся ей и они тронулись с места. — Пацаны не знают, что ты будешь там. Знают, что будет доктор, а кто не знают.       — Думаешь злиться будут? — ногти свои рассматривала, будто впервые видит их.       — Не знаю, скорее всего. — сильнее выдавливал он педаль от чего они с каждой секундой ехали быстрее. — Я бы не волновался за эту движуху сильно, если бы в ней не участвовала ты. И я думаю все будут придерживаться этой же позиции.       — Позлятся и перестанут. Да блять! На моём месте вы бы все поступили, как я. Ну не могла бы я сидеть на одном чёртовом месте, зная чем вы занимаетесь. — объясняла она довольно громким тоном.       — Не кричи, я понял уже. — вцепился он крепче в руль.       Дальше всю дорогу они ехали молча. Каждый думал об одном, но поразному, а смысл оставался тем же. У них есть надежда, что сегодня никто не умрёт, и пострадавший легко отделается. Точнее все на это и рассчитывают. Мила думала о том, чтобы они в общем-то передумали, но это шанс состоял из одного процента на все девяносто девять. Гена внимательно следил за дорогой и даже не включил музыку, а ведь обычно из его машины при любом случае доносились мелодии песен. Он очень переживала за сестру, не дай бог что может там случится. Тишина только напрягала ещё больше. Зуева же рассматривала вид за окном, будто едет тут впервые в жизни. А можно она действительно зря напросилась? Вот они преодолели этот путь от дома Милы, до места назначения, казалось они ехали вечность. Вот они уже идут к берегу, где были видны знакомые силуэты, а страх так и брал вверх.       — Гендос… Это че? — обратился Кислов к другу увидев рядом свою подругу. Они поздоровались пожав руку друг другу, а девчонку обнял поглаживая по голове, по его выражению лица читалось непонимание.       — Знакомься. — улыбнулся Гена, — Это Мила — наш доктор на сегодняшний день, по совместительству моя сестра. — пока говорил поздоровался со всеми остальными, как и его сестра.       — Зачем ты ввязал её в это? — спокойно спрашивал Хенк. — Ладно, мы, но она.       — Так. Хватит. Обсуждать это уже бесполезно, потому что я уже тут. Гена до последнего не хотел, но я настояла. — оправдываясь говорила. — Не могла я зная об этом сейчас спокойно дома сидеть.       — Блять, чёрт с тобой. — ответил Боря, подошёл к ней и руки на плечи положил. — Когда всё будет происходить главное стой в стороне, по возможности ты будешь с кем-то стоять… Ну я думаю когда понадобится твоя помощь ты поймёшь.       — Блять, принцесска! Ты вообще не уловаливаешь суть происходящего? — Ваня старался соблюдать спокойствие из-за всех сил, — Ты сейчас должна спать дома, пить чай или чем ты занимаешься обычно?! — руки свои на плечи ей положил, а сам на неё смотрел.       — Я тебе не принцесска, отвали Кислов. — девушка скинула его руки, показывая свою обиду, а сама подошла поближе к воде наблюдая за ней.       — Кис, слушай. А ты это… Лодку тип на рыбалку взял? — голос Мела, который был весь подавлен, заставил Ваню переключиться с девчонки.       — Ну типо труп если че притопить, не? Типа пару камней, верёвка… И всё. Скинули. — быстро объяснил он и хотел пойти в сторону подруги, он понимал причину из-за которой она резкая по отношению к нему.       — Не ну да, да. Чтобы по честному всё было. — Киса не вслушивалая в слова Гены, но следующие заставили обернуться. — Это ж так, типо… Для разводилово.       — Какое разводилово?       — Ну как какое? Ну если этот травмат деньги предложит, мы че не возьмём что-ли? — радостно улыбался Гена.       — Слыш, дуэль тебе нихера не сделка, ты понял? — с пассивной агрессией говорил Киса.       — Слыш, я понял, не наколяйся! Я сам на нервах сейчас! — резко начал кричать Зуев, что заставило Милу развернуться и наблюдать за ними.       — Да?       –Понял, нет? — Кислов лишь отвернулся назад и поймал взгляд сестры друга, собирался опять пойти к ней, но ему снова помешали.       — Да блять! — пнул Ваня песок, ведь он так и не подошёл к ней.       — Всё пацаны. — обернулся он в сторону подруги, — И Милок, он идёт. — Хэнк похлопал Меленина по плечу, а Мила подошла ближе к друзьям.       Режиссёр быстро направлялся в сторону компании. В руках он нёс пиво и пиццу. Сам был помятый, наверно только проснулся, хотя может снова Анжелку трахал, а пол ночи с женой лялякал, как он её любит. Напряжение наросло еще больше.       — Там дорогу кароче развязло. Блин, водила застрял и пришлось идти пешком. Парни, простите за опоздание. Оу… И столь красивая миледи. — Роман улыбался им, он ещё не осознавал всю суть серьёзности, как они. С одной стороны бред, хотя и с другой тоже.       — Баклан, ты свои словами на разбрасывайся, иначе я сейчас тебе вместо Егора глушану. — не понравилось Кислову, как он обратился к Миле, а та лишь ухмыльнулась, приятно с его стороны, — А вот это вот всё зачем? — имел он ввиду подачки, с которым он пришёл.       — Пацаны. И девушка. Я… — тяжело он выдохнул, — Я в общем всю ночь не спал. Думал там всякое… — из кармана досталась бутылка не из дешёвых виски, — Это однозначно косяк, каюсь. Но ведь кто не без греха, ведь так? — бутылку поставил на большой камень, где уже стояло пиво и пицца.       Мурашки по коже от этого разговора. Агрессия, волнение и адреналин переполняли организм. Дул сильный ветер, а из-за спины были слышны волны, которые сегодня были очень сильные. Мила стояла почти за спиной Кисы, будто таким образом он защищал девушку от потока плохой энергетики, которая так и веяла от Спилберга. Саму её немного потрясывало или от холода, или от волнения. Чуть стоявший впереди Ваня чуть-чуть наклонился назад, но так чтобы он оказался рядом с ухом подруги.       — Прости меня, принцесска. — тихо сказал он.       Мила слабо улыбнулась и погладила его по плечу. Не хотелось лишними передачками слов привлекать к себе внимание. Поморозить явно не получилось, он будто специально выбрал такой момент, где на неё всё давит, конечно же она простит его. Напряжение спало, хотя-бы между ними. Киса приобнял подругу за плечо, рукой поглаживая по нему. Девушка откинула голову на плечо друга и прикрыла глаза. Осознание, что сейчас это только все начинается добивало, ведь уже хотелось побыстрее свалить, объятия заставили чувствовать себя менее не очень в этом дерьме. Они конечно поймали вопросительный взгляд от Зуева старшего, но сейчас не до этого.       –Егор… Ты вообще правильно мне врезал. А-то, приехал какой-то хер с горы, ещё и девочнку соблазнил. — лёгкая усмешка, после которой уже не казалось, что он и вправду сожалеет. — Да я сам из Глубинки! У нас бы за такое сразу ноги отломали.       — Тебе сейчас их прострелят, урод. — сказала довольно тихим голосом Мила, поэтому услышал её только Кислов, который лишь усмехнулся. Сам носом уткнулся в голову девчонки, волосы приятно пахли шампунем и её духами, они всегда ему нравились.       — Ну вот. У нас даже круче получается. — ответил Кислов на рассказ, а тот лишь занервничал.       — Да, у вас круче… Да конечно круче. Я поэтому и хочу попросить у тебя, Егор, прощения. И заочно у Анжелы конечно. Прости меня.       — Ахринеть а. А компенсация? — недовольно заговорил Гена, на что Мила закатила глаза.       — Компенсация? Да, конечно не вопрос! Сколько вам там надо? — режиссёр стал по карманам своим лазить.       — Ааа… Полтинник! — ответил Зуев.       — Нормас чё. Пивко с вискариком, пиццей зажевали и помирились, да? — повернул Кислов голову в сторону стоящего рядом с ним Меленина, — Слыш, а по чём нынче девственность, Спилберг? — он аккуратно отстранился от девушки и подошёл к Роману. — Полтос и дальше поехали?       — Ну я правда даже предположить не мог, что она…       — Ага, слыш, что-то ты не сильно расстроился когда по телефону со своей женой сюсюкался. — в голосе Кислого была слышна агрессия.       — Я не принимаю изменений. — резко пришёл в себя Мел.       — Чё застыл то? — Ваня стукнул Хэнка по плечу. — Стволы доставай.       Хенкин открыл ящик, в котором и был тот самый гарнитур. Вчера Гена рассказывал сестре откуда он вообще оказался у его отца. Мила до последнего не верила, что он рабочий, ведь когда-то это был экспонат, а он чаще всего не рабочий.       — Сейчас я буду его при вас заряжать, чтобы вы удостоверились, что в пистолах нет абсолютно никакой разницы.       — Не… Пацаны… Мне это… — отнекиваться стал. — Семья…       — Раньше о них думать надо было, семьянин. — совершенно спокойно и резко выдала девочка, чего никто не ожидал услышать.       — Поскольку с вашей стороны нет секунданта я могу им быть. — обращался Хенкин к Роману. — И проследить, чтобы всё было по правилам.       Киса взял коробки от пиццы и отметил ими территорию, а после начал разъяснять что к чему.       — Значит так. Правила такие. Насчёт три противники сходятся к барьеру. Барьер — это пицца, до неё пять шагов. Можно стрелять сразу, а можно дойти до барьера. Главное его не переходить. В общем схема классическая… Пушкин с Дантесом.       — Пистолеты заряжены, вы видели как я это делал. — Хэнк был абсолютно спокоен всё время, Мила удивлялась его спокойствию. — Можете выбирать.       Можете выбирать. После этих слов ещё минуту был слышен только звук от волн. Эти слова будто оглушили двоих дуэлянтов. Первым сделал выбор Мел, ствол который остался Боря буквально впихнул в руки режиссёра. Рядом с Егором шёл Гена и подбадривал его, девушка лишь мимолётно улыбнулась и кивнула другу, показывая так, что всё будет хорошо, хотя сама она была в этом не до конца уверена. Стояла она по-прежнему на том же месте, так как ей ещё с самого начала сказали близко к происходящему не подходить, только после. Парни боялись, что не дай бог и пуля летит на миллиметр не туда, поэтому девчонке и сказали стоять на самом безопасном месте.       — Так всё. Расходимся по позициям. Давайте. — командовал Киса.       Глаза Меленина как пять копеек. Он был весь бледный и потерянный. Ещё немного и парень сам упадёт, без помощи какой-либо пули. Рядом с ним стоял Хенк и о чём-то говорил с ним. Киса объяснял, что-то режиссёру, Мила же смотрела по разным сторонам. Тяжелее становилось наблюдать за этим с каждой секундой.       — Сходимся насчёт три! — снова Ваня команды раздавал.       — Раз.       Девушка сильно сжала кулаки в карманах куртки и покусывала губы.       — Два.       Из-за спины её молча обнял Гена. Он тоже нервничал не меньше. Казалось это «два» длилось вечность, Кислов никак не мог осмелиться пару секунд сказать это проклятое «три».       — Три.       И вот они идут на встречу, направляя стволы друг на друга. Сердце колотилось с бешеной скоростью. Если сейчас Мела не станет — она сама застрелиться с той же пушки, с которой его убили. Можно было подумать, что Егор и Мила, особо не общаются, но это глубоко не так. Друзья каждый раз просят совета друг у друга и неважно, что за ситуация произошла. Мила знает, что Мел никогда её не осудит, а только поддержит и поймёт. А Егор знает, что Милок никогда его не осудит, и тоже только поддержит и поймёт.       Выстрел. Зуева подскочила и закрыла глаза. Гена стоящий сзади крепче прижал её к себе. На курок, так получилось, они нажали одновременно, но выстрел удачно сделал только один. Поворот головы в право. Стоит Мел, который расстерян и явно не вменяемый. Он стоит в одном положении уже пару секунд не подвижно. А в левую сторону уже несётся Мила падая на колени. Чёрные спортивные штаны стали моментально грязные, как и кроссовки, которые уже были все в песке. Егор попал прямо в цель, в живот Роману. Девушка оттянула белую футболку, которая стала уже частично красной. Она внимательно осмотрела тяжёлую рану. Хэнк нервно помогал ей и подавал какие-то вещи. У самой руки тряслись, хуже чем ветки деревьев при самом сильном ветре. За этим всем наблюдал Гена, он внимательно следил за действиями младшей сестры. Мама бы не простила его за то, что он ввязал её в это дело, но мамы бы и не простила Миле того, что не проконтролировала старшего. Ситуация — дерьмо. Сзади бежит Мел, который только сейчас пришёл в себя. Он спотыкался на каждом шагу. Пару секунд и его вырвало. Парень валиться на песок и будто начинает задыхаться в своём кашлем.       — Он не выживет. — медленно вставала Мила, пока говорила заикалась. — Задета важная артерия. Ему осталось три-четыре минуты.       Гена наклонился перед режиссёром, который уже весь посинел и дергался в разные стороны. Дальше всё как в тумане. Мила сделала пару шагов назад от почти трупа и наблюдала за всеми. У неё будто отняли слух, она совершенно ничего не слышала. Старший брат, что-то орал и бегал в разные стороны, брался за голову. Ваня стоял руками лицо протирал и смотрел на Спилберга. Мёртвого Спилберга. Рядом с ней стоял Боря, он был в почти в таком же ступоре. Кислов резко подбежал к подруге, он что-то говорил ей, но она даже не смотрела на него, не то что слушала. Поняв, что это бесполезный номер, он посадил её на камень. Всё как в сериале. Гена держит труп за руки, Киса за ноги, двоим им помогал Хенкин. Меленин всё ещё лежащий на песку, также просто наблюдал за этим. Парни погрузили Романа в лодку. Зуев побежал к Мелу, он поднимал его и вёл к лодке. Девушка за голову взялась, всю трясёт, даже колотит. Они пихают эту лодку в огромной спешке. Всё валиться с рук. Гена кладёт огромный камень в лодку и тут сразу же волна накрывает её. Стоят на половину в воде и толкают чёртову лодку, которая никак не поддаётся им. Гена отходит к берегу и без сил падает на колени. Милок не успела прийти в себя, как лодка уже отошла от берега.

***

      Всю дорогу до дома Зуева старшего они проехали молча. Спереди ехал Меленин, а сзади по среди двух друзей сидела Мила. Девушка осмотрела друзей. Хэнк смотрел в окно, а Киса смотрела на неё. Она посмотрела на него своими голубыми, уставшими глазами. Парень немного приблизился к ней и вытер остатки карандаша на губах, который благополучно размазался. С рюкзака дрожащими руками девушка достала пачку сигарет. Проклятая зажигалка выпала с рук, которая даже не зажглась. Тяжело вздохнув, она потянулась за ней, но её опередил Ваня. Он поднёс зажигалку к её сигарете, и ловко зажёг её с первого раза. Растягивали они сигарету на троих, сначала Милок, потом Киса, а после него Хэнк, итак опять. Парни все мокрые и дрожали от холода. Мила представляет на столько им холодно, если она до ужаса замёрзла. Надоела эта тишина и напряжение, кажется именно на этом моменте кукуха окончательно и поехала.       — Кто проживает на дне океана?.. — тихо сказала девушка, но поскольку в машине стояла тишина все услышали, она ели сдерживала истерический смех. Смех тут действовал, как защитная реакция на происходящее.       — Спанч боб сквепенс. — повернулся Киса в сторону подруги, буквально секунда и машина заполнилась их смехом.       — Блять. Это не смешно. — усмехнулся Хэнк, его порадовало, что хоть кто-то что-то ляпнул.       — Придурки. — улыбался Гена.       Один Мел никак не отреагировал.

***

      На кухне квартиры Зуева сидели Мила, Ваня и сам хозяин квартиры, кроме Меленина, он заснул в комнате друга. Боря решил сразу поехать домой, а потом просто подойти к друзьям, тем более он весь был мокрый. Кислову появляться в таком виде ещё пару часов нельзя, дома была мама, он не хотел чтобы она думала, что что-то случилось и переживала. Егор понятно. Ну а Мила после такого не могла бы находиться одна. Гена упёрся на кухонную тумбу, Ваня сидел на подоконнике, а Мила на табуретке.       — И что дальше? — спросила девушка, на что брат пожал плечами.       — Да ладно, прорвёмся. — ответил Киса хриплым.       — Блять, Ваня! Сидишь молчишь. — Мила встала со стула и вышла с кухни, а через минуту появилась снова на ней, — Сходи в душ. — протянула ему полотенце. — А Гена тебе сейчас даст каких-то своих шмоток.       — Да ладн…       — Не дури мне голову только сейчас! — перебила его, а Гена уже и одежду принёс.       — Милок права. Заболеешь ещё и пиздец. Бобик сдох. — поддержал брат сестру, — Пойду Мела проверю, а то вдруг… Блять, о чём я. — вышел он с комнаты.       — Ещё раз прости, прости, прости. — Кислов спрыгнул с подоконника и начал извиняться.       — За что? — не понимающе посмотрела Мила на него.       — Я мудак, козёл, баран, олень, петух, антилопа.       — Заканчивай этот зоопарк. — рука её поправляла волосы парня, которые уже через чур лезли ему в глаза. — В чем дело?       — Позвал гулять, а сам… Ну просто там такая тема…       — Я знаю. Мне Гена всё рассказал. Всё хорошо, я тебя так уж и быть прощаю. — слегка улыбнулась ему. — Давай вали, лечить тебя потом никто не намерен.              — А вот это уже обидно.       Они смотрят молча друг другу в глаза уже пару секунд. Ваня сейчас казался очень милым. Тёмные глаза ели видны из-под тёмных волос, а сам ещё и улыбается. Мила сейчас окончательно поняла, на что же ведутся все девчонки. Милое личико перекрывает все другие недостатки. Была бы возможность Зуева бы тоже повелась на него, но она не хочет мимолётной интрижки, не про неё это. Если признаться честно, то Кислов давно симпатизирует ей, а за последнее пару дней симпатия стала ещё больше. Уж больно слишком много новых телодвижений в её сторону. Девушка каждый раз обманывает саму себя, доказывая, что никаких чувств нет. Интересно, а что он думает о сестре лучшего друга? Если подумать, то в какой-то степени Мила — «запретный плод», ведь Гена уже давно твердит, если кто-то хоть дотронется до его сестры — лицо будет набито. Только вот Киса уже точно привлек внимание Зуева своим поведением. Рука Вани заправляет прядь волос девушки за ухо. Губы облизал, дыхание участилось. И вот…       — Господин Меленин потребовал тёплого чаю. — неожиданно зашёл Гена на кухню, — А…       — Пошёл я в душ, а то лечить потом никто не будет. — сразу сказал Киса и покинул комнату.       — Вот да, пойду я что-ли… Пойду я. — не придумала она отмазку.       — Стоять. — остановил сестру Гена, сейчас кажется устроит допрос. — Сделай чайку Мелу.       — А… Чай… Да, хорошо.

дом Милы, 22:38

      По приходу домой девушка сразу занялась стиркой. Абсолютно всё было в песке. Пришлось ещё и пылесосить, с одежды всё сыпалось. Тёплая ванна не принесла никакого удовольствия. В голове сразу всплывали моменты утра. Как его жена отреагирует на его смерть? Ребёнок? Какого ему будет? Она сразу вспомнила свою мать и какого ей было после потери родителя. Миллионы мыслей съедали её. В голове звон того проклятого выстрела. Когда она пыталась зацикливаться на другом всплывали воспоминания о Кислове. Замкнутый круг. Было принято решение позвать Риту к себе на ночёвку, она точно отвлекет её от посторонних мыслей. Отец опять работает в ночь, ничего нового. По бокалом разливается дёшево вино, которое принесла с собой подруга. Она определённо чувствует, когда подруге морально плохо.       — Вот я стою такая вся да. — история была на столько масштабная, что Рите пришлось встать и сыграть её по ролям, — Да закрой своё ебало уже… А она такая становится значит вот так со своей сигаретой и говорит: «Всё блондинки такие тупорылые?». Я стою тип еба-а-ать и тут начинается срач на всю улицу. — подруга отпила содержимое бокала.       — Блять, не верю, что Баранова могла такое высрать.       — Да я тебе реально говорю! — допивая до конца доказывала кудрявая, — Это моя любимая играет! — на фоне всё это время играли песни.

пара подруг друг другу волосы рвут

из-за того, что их обеих выебал общий друг

ну, а ему, на самом деле, на обеих плевать

ему, на самом деле, так немного нужно для счастья

      — Кстати, насчёт общего друга. — Рита разливала остатки бутылки, — Я его не понимаю! — если подруга начинала скулить о нём, значит алкоголь уже подействовал. — Никогда в жизни ничего плохого ему не сделала! А он за этой сукой увязался.       — Любовь зла. — слегка усмехнулась девушка.       — Сука! Ну что мне нужно сделать, чтобы он обратил на меня внимание? Ты слышала новость насчёт Бабич?       — Нет… — конечно слышала, сегодня с этой историей было связано её утро.       — Она с режиссёром трахалась! Шлюха ебаная. Ты представь, как отреагируют на это Мел? — Мила подавилась от этих слов.       — Представить страшно. — она выпила весь бокал залпом. — Забей ты хуй на него уже. Ты же просто ахуенная баба! Надейдешь и получше.       — Не хочу я лучше! — подруга сделала те-же манипуляции, что и тёмноволосая. — Вот у тебя когда-то была безответная любовь? Блять, Зуева! Я даже не помню такого, чтобы ты с мальчиком за ручку держалась. За тобой пол школы бегало, бегает и будет бегать, а ты сидишь красотка, еблом счелкаешь.       — А может у меня просто всё мои симпатии невзаимны?       — У тебя? Не смеши. — посмеялась с фразы Рита. — Стоп. Забыли про Мела. Что у тебя с Кисой? Отмазка, которую я слышу на протяжении года не принимается.       — Мы правда просто дру…       — Не принимается я сказала. — перебила её она. — М-да. Мне кажется для этого нам нужна ещё одна бутылочка.       А может если Милок сейчас расскажет об этом ей станет легче? Нельзя же всё в себе держать. Открывается верхняя полка и бутылка оттуда уже стоит на столе, а рядом ставиться ещё одна. Она решила, сейчас она расскажет об этом и напьётся, чтобы даже не вспоминать об этом. Пускай на утро будет плохо, но этот конченый день закончится на легке.       — Звони ему. — язык Риты заплетаеться, после рассказа подруги по её мнению она обязана помочь им.       — Не буду. — отрицательно махала она головой.       — Зуева, чё ты как баба?       — Я и есть баба.       — Звони.       — Звоню.       На телефоне висел контакт Кисы, она никак не могла решиться ему позвонить. Милок и Рита явно уже не давали отчёт своим действиям. На утро будет стыдно, но ничего.       — Ай блять, всё за тебя делать надо. — Рита нажимает кнопку звонка и сразу начинают идти гудки.       — Рита нахуй. — она легонько ударила её. — Убить мало.       Щёки покрыты румянцем. В комнате очень жарко, а две с половиной бутылки в организме подружек конечно тоже дают о себе знать. Телефон лежит по среди стола, он стоял на динамике. Мила мысленно считала гудки. Раз, два, три, четыре, …, сброс. Киса не поднял трубку. Наверно и к лучшему.       — Вот и всё. Я позвонила? Позвонила.       — Пиши ему. — Рита стукнула по столу кулаком.       — Ай, Ритка, иди спи. Задрала уже.       — Пиши.       — Нет.       Рита забирает телефон со стола и убегает в ванную комнату, там она и закрылась. Мила не теряя времени побежала за ней, но не успела. Теперь она на протяжении нескольких минут ломиться к ней.       — Рита, я тебя убью! Овечка тупая! Только попробуй написать ему что-то. — с комнаты доносился смех подруги, — Да что ты там делаешь?! Открывай давай! — Зуева со всех сил стучала по двери.       — Ты такая смешная… Пьяная ещё и злишься. — ещё больше рассмеялась та.       — А ты такая конченая, когда пьяная. Открыла быстро эту конченную дверь! — дверь открывается, Мила смотрит на Риту убийственным взглядом.       — На. — протянула она телефон. — Сел твой телефон, не успела я написать. Не судьба видимо.       — Даже мой телефон против этого…