4

      Сегодня погода была лучше всех тех дней. Светило яркое солнце и дул лёгкий ветерок. Волосы девушки развивались в разные стороны, но это не мешало ей восхищаться красотой набережной. Было ранее утро, если в обычное время тут почти никого нет, то сейчас тем более. Резкая боль в голове. Мила берётся за голову и присаживается на корточки. Перед глазами всё расплывалось. Утро моментом сменилось на ночь. Небо тёмное, а ветер дул ещё сильнее, стало очень холодно. Ощущение, что кто-то душит её не покидало. Попытка сделать нормальный вдох закончился тем, что с её рта полилась вода. Кашель рвал горло. Попытки найти телефон были напрасны. Девушка слабо кричала «помогите», но на что она надеется? В дали послышался какой-то шорох.       — Девушка, девушка! С вами всё хорошо? — прокричал незнакомец и побежал в её сторону.       — Помогите…       Мужчина склонился перед ней. Мила открывает глаза и видит его… Режиссёр Роман. Страдающее лицо стало шокированым. Она отрицательно махала головой и медленно отползала от него. Попытки встать были проигрышными. Девушка задыхалась в своём кашле. Тело не слушается, да и полностью ослаблено. Снова смех режиссёра… И снова Милок не может выбраться с из своего сна. Надо же всего-то понять, что это сон, так ведь? Кажется она сто раз поняла это, пыталась проснуться, но ничего не помогло. Страх стал реальностью? Ползти с каждым разом становилось тяжелее. Поворот головы… И снова камень привязан к её ноге. Замкнутый круг, который она проходит во второй раз.       — Что с вами, девушка? — на лице Романа была широкая улыбка.       — Отвали от меня, грёбаный Спилберг… — слабо проговорила она, давясь водой.       Выстрел в неё. Звон в ушах. Громкий, сумасшедший смех режиссёра. Опять адская боль по всему телу. Когда это уже закончится?       — Милок!       От громкого крика Зуева сразу подлетела. Лицо руками протирает, в себя прийти пытается. Глубокий вдох и выдох. Очередной кошмар. Ну сколько можно? Снится так, будто она его убила и это было по её воле. Так-то она даже жизнь пыталась ему спасти. Осталось надеяться, чтобы она не сошла с ума на фоне этих снов.       — Принцесска, ты как? — из своих мыслей вывел обеспокоенный голос друга, который скорее всего лежал всё это время рядом.       Мила медленно перевела свой взгляд на Кису, по которому и вправда было видно, что он волнуется. Зуева обратно повалилась на кровать. Несколько секунд и осознание. Она проснулась с ним в одной кровати. Мозг производит воспоминания со вчерашнего дня. На удивление, всё помнит. Воспоминания о барыге Германе заставили пройти по коже мурашки, а друг Иван своим присутствует рядом создавал напряжение и смущение. Напряжение, потому что помнит, что вчера наговорила и парень же попросит объяснений, а для неё этот разговор страшнее смерти. А смущение, потому что неловко из-за того, что ему пришлось вчера возиться с ней. Хотя, девчонка помнит всё, но ровно до того момента, пока она не заснула на руках парня. А может больше ничего просто и не было? Просто спала и всё. Надо надеяться на это. Голова ужасно болела, хуже чем обычно. Сил нет, чтобы даже встать. Почему все так тяжело. Контролировать себя было сложно, несколько секунд и от неё были слышны только тихие всхлипы.       — Мил… Я волнуюсь типо… — Ваня приблизился к девушке и приобнял. — Что тебе снилось?       — Режиссёр. — тяжело вздохнула она, голову поклала на грудь парня, — Меня мучают кошмары с ним второй день… Блять, ты не представляешь на сколько это страшно… — мокрые глаза посмотрели на парня.       — Представляю, представляю. Я хуй знает, чем тут можно помочь… Ты главное не думай об этом слишком много. — гладил Кислов её по голове.       — Я на самом деле так пожалела, что ввязалась в это, меня ебануто мучает совесть, но и вас придурков тоже не могла оставить… Я как вспомню, как я пытаюсь эту долбанную первую «медицинскую помощь» ебать оформить. Ай, это просто пиздец. — Мила не понимала, почему она всё это вывали ему, но раз сказала, так сказала.       — Тут вообще не парься. Ну ты же попыталась хоть что-то сделать, а могла расстеряться и сделать ни-ху-я. Так что… Ты — герой. — успокоить и вывернуть ситуацию в сторону Зуевой пытался, чтобы та не загоняла себя лишний раз.       — А может я могла сделать лучше? Спасти его? Может он бы сейчас не лежал на дне, если бы я помогла ему?! А если я подбежала на секунду раньше? Я бы могла сделать больше? — задавала ему кажется тысячу один вопрос.       — А если бы меня назвали Артёмом, а не Ваней? А может если бы я пошёл с левой ноги в первый раз, то я бы стал Роналдо? А может сейчас дом рухнет? — резко перебил её он, — Понимаешь, принцесска… Твои вопросы на уровне: «А если сейчас нас всех украдут пришельцы?», «А если сейчас на нас нападёт дракон?». Ты этим ещё больше терзаешь себя, пойми это. Нехуй сожалеть о сделанном. Сейчас мы тип просто несём ответственность за сделаное. А ты у нас итак молодец, что попыталась, что-то сделать. А вообще, я решу вопрос о том, чтобы ты больше не была доктором на дуэлях, если ещё мы собираемся проводить их. — он смог сделать так, чтобы она улыбнулась. — Во-о-от! Такая ты мне больше нравишься.       «А вообще, я решу вопрос о том, чтобы ты больше не была доктором на дуэлях, если ещё мы собираемся проводить их.» — это наверно, самое лучшее, что он может сделать для неё. Девушка очень сильно винит себя в смерти режиссёра. Ситуация хоть и была безвыходная, она в любом случае не помогла бы ему, но совесть штука такая.       — А грустной не нравлюсь? — сделала Мила разочарованное личико.       — Любой! Любой ты мне нравишься, принцесска. — они улыбнулись друг другу. — Как ты вообще после вчерашнего?       — Херово. Ну а если вспомнить, что было… Кажется тогда очень хуево. — слегка улыбнулась она.       — Блять, Милок, я клянусь. — привстал он немного и казался сердитым, — Сука! Ещё раз он мне на глаза попадётся — убью к чертям. — глубоко в её голубые глаза смотрел.       — Убивать не стоит…       — Это ещё Гендос не вкурсе… Наверно… — почесал затылок парень, — Там будет убит и он, и я. — глупо заулыбался он.       — А тебя за что? Ты наоборот же… Герой!       — Ну я тип, как ответственный должен был быть за тебя… Не знаю, но меня он точно виноватым сделает. Ну и по… — перебила его она.       — Спасибо тебе, Вань. Если бы не ты представить страшно, что было бы… О Гене даже не думай, выебываться будет — начну я качать права. — пару секунд молчания. — И ну блять, прости за игнор и в общем за ту ситуацию.       Милок, как никогда благодарна ему. Пускай между ними и возникло недопонимание, но друг другу они всё простили. Так странно сейчас видеть их лежащих в обнимку, будто бы не правильно это. Между ними явно было что-то более, чем дружба. Хватит это отрицать. У Кисы всегда горели глаза при виде подруги, абсолютно всегда. Месяц назад или пол года назад, они горели, как в первый раз. А Мила сияла от внимания, которое проявлял к ней друг. И это тоже было абсолютно всегда. Замечали это тоже все, но отнекивались и приписывали статус «Лучшие друзья», но как там говорят… Дружбы между парнем и девушкой не существует? Гробовая тишина. Друзья смотрят друг на друга влюблёнными глазами. Дыхание участилось, а окситоцин уже зашкаливал. Его губы так и манили её, но на этот первый, серьёзный шаг она не решалась. Да и в ней всё-таки было заложено, что парень должен делать первые шаги. В мыслях звучало только одно слово «Целуй, Целуй, Целуй!». Мила умилялась с его милого выражения лица. Тёмные глаза ели видны, которые внимательно разглядывали девушку, как только что новорождённый младенец. Нервничает Зуева, губы покусывает. Сколько можно уже тянуть? Ваня приближается к ней, между ними считанные миллиметры. Его рука нежно гладила щеку Милы, которая плавно перешла к шее. Он аккуратно заправляет прядь волос за ухо. Кислов тянется к её губам, но резко передумает. Парень отвернулся в другую сторону и тяжело выдохнул, Милок же была в ступоре. И что это было? Миллион плохих мыслей полезли в голову.       — Я не могу так с тобой. — начал он, а в глаза девушки читался страх и напряжённость, — Блять. Нет, нет, нет… Принцесска! — слабо заулыбался Ваня, — Всё ништяк! Нам просто надо поговорить. — не всё так плохо, как она думала.       — Умеешь напугать… — сели они напротив друг друга.       — Я начну. Я не умею, как Мел говорить красиво. Я не умею, как Хэнк рассуждать. И блять, мне сейчас ебануто тяжело сказать, как я хочу или там думаю… У меня в первый раз такое! Зуева, ты просто ведьма! Приворожила, сука. — улыбался он, — Какая же ты блять красивая. — Кислов заключил в объятия девушку. — Это маленькое такое отступление…       — Ты так расписался, чтобы сказать, какая я красивая? — усмехнулась она. — Ну спасибо, мне приятно.       — Издеваешься, принцесска. — парень лёг на колени к Миле, — Так вот. Я много думал… — резко дверь в комнату открывается.       — Вань, слушай я… Ой, извини, я не знала, что ты не один… — в пороге комнаты стояла его мама.       — Здравствуйте… — неловко улыбнулась ей Мила.       — Здравствуй. — женщина мило улыбнулась ей в ответ, — Я пойду чайник поставлю, я там печень купила… Приходите через минут десять на кухню, чай как раз остынет. — Лариса покинула комнату.       — Да, блин, ма! Постучалась бы хотя-бы если раньше уже пришла. — кричал сын ей в след, — Ну, начать со знакомства с родаками тоже не плохо. Это мы тип все прелюдии вычеркнули, так и свадьба недалеко.       — Я убью тебя, Вань. — тихо сказала она.       — Ну если хочешь можем прямо сейчас в ЗАГС поехать, я не против.       — Да, поехали. — совершенно уверенно ответила Зуева.       — Поехали.       — Поехали.       — Ну поехали.       — Ну реально поехали.       — Всё, хватит.       — Не поедем что-ли? — сделала Мила грустное выражение лица.       — Ай. — парень отвернулся от неё в другую сторону.       — Ну Ва-а-ань… — немного потрясла его. — Продолжай о чём ты говорил.       — Уговорила. — повернулся он к ней обратно, — Так вот… — его перебил звонок на его же телефон. — Я сейчас убью того, кто мне звонит блять! Не убью, это твой любимый братец, как всегда вовремя блять. — Ваня наигранно улыбнулся, а Мило слабо посмеивалась.       — Гендос, че те надо? Ты меня ебать, как отвлекаешь. Всё, всё, всё. Не горлопань. Да, со мной. — перевёл на неё взгляд, руки в замок сплёл. — Всё с ней хорошо. Да, сорян, что не позвонил. Да, Хэнк огромный молодец, а я баклан конченый, таких истребить мало. Через минут сорок. Всё, отбой.       — Всё хорошо? — поинтересовалась Мила.       — Нет, нихуя не хорошо! Я слишком долго собирался с мыслями, чтобы осмелиться на этот разговор, а мне что-то мешает постоянно! — злился, ведь так и правда происходит.       — Может не судь…       — Всё судьба! Вот сейчас мы и доведём до конца этот разгов… — на этот раз его опять перебила мама.       — Дети, идём пить чай! — кричала женщина с кухни.       — Да блять!       — Сейчас придём. — откликнулась Зуева, — Слушай, Вань. — ей было смешно с ситуации. — Сейчас мы спокойно пойдём пить чай с твоей мамой, а потом мы обязательно договорим, ладно?       — У нас есть на всё сорок минут, после твой брат заезжает за нами, так как он очень сильно хочет провести с нами профилактическую беседу, а потом мы едем в бухту и там решаем остальные важные вопросы.       — Всё успеем. Не переживай. — встала она с кровати.       Киса и вправду был злой из-за не состоявшего разговора. За эти несколько дней он перекрутил этот разговор сто раз во все стороны. Он придумывал, как начать, как закончить, продумывал ответ на каждую её реакцию. И вот он взял все силы в свои руки и решился, но что-то ему мешает. Выражение «А может не судьба», очень выбесило Кислова, не бывает такого, что не судьба! Судьбой мы управляем сами, остальное тупые оправдания на свою безответственность. Пускай не сегодня, пускай не завтра, пускай через десять лет, но он поговорит с ней. Больно сильно она нравится ему. У него это первая сильная, пылкая влюблённость. Ваня очень горит желанием быть с ней и ему ничего не помешает.       — Да, ты права.       — Слушай, а как я оказалась полностью в твоей одежде? — этот вопрос интересовал её с утра.       — Стечение обстоятельств. — парень подмигнул ей. — Пока переодевал не поглядывал, честно.       — Пиздец… — Мила мгновенно покраснела и засмущалась.       — Шутка! Ты почти сама справилась. Видела бы ты свое лицо. — он засмеялся.       — Идиот. — девушка закатила глаза. — Слушай, а можешь мне дать какую-нибудь кофту? А то мой топ как-то не очень подходит под мероприятия назначенные на день…       — И вправду. — Ваня положил свой любимый свитер подруге, — Жду вас со своей любимой мамулечкой за чашечкой чая, миледи. — он хотел выйти из комнаты, но Зуева его остановила.       — Ты уверен, что хочешь дать мне именно этот свитер? — она была вкурсе о его бешеной любви к этой вещи.       — Ну раз дал-значит уверен. — опять выйти хотел.       — Вань, подожди меня под дверью пожалуйста, пока я переоденусь… Мне стрёмно одной потом идти.       — Ой ну за поцелуй может быть. — ехидная улыбка появилась на его лице, а она лишь глаза закатила.       Неловкость, напряжение, смущение были первые минуты знакомства, а дальше оно испарилось полностью. Лариса — мать Вани, очень приятная, красивая, харизматичная женщина. За эти пол часа за одним столом Кислов чувствовал себя лишним. Сначала он ещё участвовал в их беседе, но потом уже началось «девичье», поэтому парень сначала залип в телефон, а потом и вовсе ушёл в комнату. Да и отсутствие парня вовсе не сыграло никакой роли. Он был нужен первые минуты, когда представлял девушкам друг друга. Общий язык нашёлся сразу же. Ваня представил Милу, как свою девушку. Отнекиваться и отрицать это было тупо, пускай ещё не официально, но это почти так.       — Та у неё ребёнок от другого! — доказывала Зуева женщине.       — Да ладно… Людка не смогла бы так. — вот они активно обсуждали очередную особу городка.       — Да, что за дела… — цокал Киса, — Людка ваша вообще шалава. — Мила и Лариса посмеялись с парня, — Я ну… Очень рад, что вы нашли общий язык. — по нему было видно, что ему это на радость, он так и светился.       — Чего ж ты раньше не познакомил меня с Милочкой?! Я очень рада, что ты нашёл такую красивую, умную и добрую девочку. — женщина расплывалась в улыбке.       — Сам рад. Ладно, мам, нам уже пора. Мне очень жалко, что я оторвал вас от таких важных разговоров.       — Уже?.. — грустно поинтересовалась Мила, а тот лишь положительно кивнул, — Я телефон в комнате забыла, принеси пожалуйста. — парень пошёл выполнять просьбу девушки, — На самом деле жалко, что нам пора… Я бы с вами ещё посидела. — Зуева встала из-за стола вместе с матерью парня.       — Я бы тоже! Обязательно приходи ещё, неважно есть Ванька дома или нет, нам и без него хорошо сиделось. — они вместе засмеялись. — Всегда переживала за знакомство с первой девушкой Ваньки, он же такой весь легкомысленный, нашёл бы себе какую-нибудь… Прости Господи!       — Я очень надеюсь я превзошла ваши ожидания.       — Ещё как!       — Ну Милок, ты ещё не обутая. — пришёл парень, а она ему только заулыбалась. — Вы плохо друг на друга влияете.

Он познакомил меня первой со своей матерью…

      Девушка быстро обувалась вместе с парнем. Их проважала Лариса. Прощались они крепкими, долгими объятиями, будто это их последняя встреча, но это явно не так. Ваня не торопил их, он наслаждался этим моментом. Что за картина ещё может быть красивее и приятнее? Глаза заискрились, будто он маленький мальчик, которому Дед Мороз принёс подарок на Новый Год. Спускались они в обнимку. Мила активно жестикулировала руками и делилась впечатлениями, а он слушал её с улыбкой до ушей. Сегодня хорошая погода. Яркое солнце, но воздух ещё холодный. Зуев старший ещё не подъехал к подъезду, друзья решили идти на встречу.       — Поговорим? — приобнимая шли они уже минут семь.       — Кстати д… Нет, не поговорим. — увидя перед собой машину брата, сказала она, а разъерённый брат уже выходил с машины. — Пиздец нам.       — И как это понимать? — Ваня и Мила молча переглянулись и убрали свои руки друг от друга, их объятия были закончены, — Блять, ещё раз спрашиваю. Как это нахуй понимать? — отчётливо проговорил Гена каждое слово.       — Ну мы стоим, че тут понимать? В чём предъявы? — совершенно спокойно ответил Киса.       — В чём предъявы значит? — младшая нервно сглотнула от слов старшего, — Какого хуя ты! — указал он пальцем на сестру, — Не поднимала мне целый вечер, ночь и утро блять! Какого хуя я последний узнаю о происходящем, мои любимые! — размахивал Зуев руками, — А какого хуя ты… — подошёл парень к другу, — Не позвонил мне и не о чем не рассказал? Сука, самый первый должен был это сделать! И какого хуя ты сейчас с ней и зажимаешься! — казалось он сейчас лопнет от злости.       — Ген, я тебе всё объяс… — перебил её друг.       — Есть предъявы? Так пошли отойдём поговорим. — Кислов сохранял спокойствие.       — Иди в машину. — сказал брат сестре.       — О чем говорить? Вы блять издеваетесь?! — возмущалась Мила. — Давайте сейчас спокойно вместе всё обсудим.       — Я нахуй не ясно сказал? — грубил старший, а та лишь посмотрела на Ваню, ожидая, что он ей что-то скажет.       — Принцесска. — подошёл Киса к ней и улыбнулся, — Всё будет хорошо, иди садись в машину. — сказал он ей на ухо и опять улыбнулся.

Если будет конец света и он скажет, что всё будет хорошо — я поверю ему.

      Мила сидит в машине уже на протяжении тридцати минут. Всю трясло от волнения, вдруг они друг друга поубивают? Губы кровоточат. В животе тугой узел. Музыка долбит во все щели машины, таким образом она хоть как-то отвлекалась. Зуева лежит на задних сиденьях и качает ногой в такт. Едкий дым выходит из-за рта девушки. В последнее время курение успокаивает только на пару минут. Свитер Кисы пах очень приятно. Девушке всегда нравился его одеколон, особенно в перемешку с вишнёвыми сигаретами. На чей-то телефон издался звонок. На режиме вибро, на водительском сиденье лежал телефон Гены, которому звонил Хэнк. Не долго думая Мила потянулась за ним и ответила другу.       — Ну алло, Борис Хенкин. — недовольным голосом проговорила она.       — Ген… А Милок! Вы когда уже будете в бухте? Я с Мелом вас заждался уже. Киса с вами?       — Где Киса и Гена я не знаю… — спокойно говорила она, хотя внутри была одна злость.       — Всмысле? — насторожился друг. — Что случилось? Ты где?       — Ты мне лучше расскажи, что случилось. — девушка понимала, что брат узнал всё от него.       — Я не понимаю… Что случилось? Мы сейчас с Мелом подойдём. Всё в порядке?       — У меня? У меня все в порядке! Уже сорок минут торчу в машине, а Гендосик с Кисулей пошли мило беседовать, а я даже не знаю куда и в каком направлении! — громким тоном говорила, чтобы показать всё свое недовольство, — И я даже блять не знаю, за что сейчас Киса будет получать. — промолвила она с сарказмом.       — Я сейчас позвоню Гендосу и узнаю, а то Киса не поднимает.       — Борь, ты идиот или дебил, скажи мне честно? Хотя мне кажется ты — ебейшее комбо.       — А блять… — Мила услышала, как он стукнул себя по лбу.       — Ага блять. Всё, ждите сколько надо будет. Хэнк блять, пизди в следующий раз меньше. — Зуева сбросила трубку.       Девушка перелезла на водительское сиденье. Брат не любил, когда кто-то сидит на нём, но ей иногда давал со своего позволения. Гена даже учил её водить, что произошло плюс минус успешно для такого чайника, как она. Мила дурачилась за рулём, будто маленький ребёнок. Сигналила, представляла различные ситуации под музыку. Голова поворачивается, а в дали виднеются силуэты парней. Гена с рассекшей губой. Ваня за нос держался, а его рука вся в крови, но шли они и смеялись. Зуева выключила музыку и быстро вылетела из машины.       — Вы нормальные вообще?.. Что с твоей губой, Ген? А с твоим носом, Вань? — тихо спрашивала Мила, подходя к ним       — А…Ну… — замешкался Гена.       — Придурки. Идиоты. Кретины. — девушка подошла к Кислову, с кармана достала салфетки, одну протянула ему, другой держала ей его нос, пока он вытирает руки.       — Ладно, голубки. — выделил он последнее слово, — С тобой будет тоже отдельный разговор, — перевёл парень взгляд на сестру, — У вас пять минут чтоб полялякать. — похлопал Гена их поплечам и пошёл в сторону магазина.       — У тебя такие глаза красивые. — разбавил тишину первый Ваня, на что она только слабо улыбнулась.       — Из-за чего вы сцепились? — Мила выглядела очень обеспокоенной. — Может в больницу? Вдруг с носом что-то…       — Да всё нормально! Всё за-ме-ча-те-ль-но! Ну теперь уже. Ты же знаешь меня и знаешь Гену. Слово за словом и сцепились, а так потом спокойно поговорили.       — Придурки…       — Идиоты и кретины. Да-да. Прости нас, принцесска. — обнял он её.       — Спасибо, что не убили друг друга.       — Всегда пожалуйста.       — Можно хотя-бы сейчас мне глаза не мозолить. — Гена пришёл с магазина. — Если я дал благословение, не значит, что можно обжиматься теперь на каждом углу.       — Благословение?.. — тихо повторила слова брата младшая и вопросительно посмотрела на друга.       — Если не сегодня, то завтра ты официально будешь моей девушкой, а благословение твоего брата — самый важный пункт. — тихо ответил ей.       — Харе шептаться. Тебе подгон. — Зуев кинул парню пачку чипсов и салфетки. — И тебе сеструха будет. Там слишком дохуя всего в пакете, в машине посмотришь.       По дороге в бухту всё напряжение спало. Брат купил сестре много сладкого, вредного, солёного, только чтоб её душа была довольна. Ему было тяжело осознавать, что с её сестрой могло что-то случится. Она — единственный яркий лучик в его серой жизни. Ради неё он готов на преступление, грабёж, убийство и так далее. Не подумайте, что Зуев очень тяжело переносит влюблённости сестры. Он наоборот только рад, что она будет с тем, кого он хорошо знает. Возможно Киса не самый лучший кандидат, но он тоже же не дурак, просто так лезть к сестре его друга. Тем более, все прекрасно знают, что Зуев убьёт за неё. А сцепились они совершенно случайно, всё было как и говорил Ваня. Гена больше был зол, на то что Кислов ему не позвонил и сразу же ничего не рассказал, а узнал-то он только на утро от Хенкина и то случайно!       — Блять, я сейчас с ума сойду! Где она может быть? Ритка не знает, а других подруг у неё нет! Может случилось что-то? Может она сейчас в каком-то подвале старого мужика или её уже вообще убили! — кричал с самого утра другу в трубку Зуев.       — Да не переживай ты… У Кисы она, там вчера такое было… Так Киса, как… А блять. — сонный был Хэнк, звонок от Гены его разбудил, поэтому он её ничего не соображал.       — И что там было блять? — разъерённо ответил он.       Дальше Боре пришлось всё рассказать, как было. Зуев наоборот был рад, что рядом оказался Кислов, но выбесило, что ему никто ничего не рассказал. Это же его сестра и самым главным условием для всех всегда было одно. Что-то случилось с Зуевой младшей — рассказать Зуеву старшему. Но! Но. Для Мела, Хэнка и Кисы правила давно не работает, с тех пор как они поняли, что подруга уже не маленькая. Да и лишний раз фигурировать в их семейных разборках не хотелось.       В начале поездки до бухты Мила активно по немногу ела содержимое пакета и конечно же делилась с парнями. Уже у всех поднялось настроение, Ваня с Геной о чём-то разговаривали, а Зуева втыкала в окно. Она задумалась, что они поссорились с Риткой из-за какого-то пустяка! Но гордость не даёт написать первой и считает она, что виновата подруга в их конфликте. Вот пусть сама первая и пишет. Будет ещё Мила лишний раз прогибаться. Интересно, что они надумают с дуэлями. Закончат или продолжат? Будут жить с этим или пойдут признаются? Ей уже всё равно. Как-бы не было — ей уже жить с этим всю свою оставшуюся жизнь.