Мир сожженного леса на старых скалах

Мел крошился в пальцах, оставлял белый след на джинсах. Потом еще тетка шею намылит за штаны. — Кои, ты главное не волнуйся, ладно? Кои взволнованным не выглядел — вытащил себе из кучи гнилой лист агавы и чавкал довольно. Тенни больше к себе обращался. Шутка ли — в чужой мир пробиться! Но надо. Ради спокойствия города. И собственного спокойствия. И гордости! Пространственная ткань рябила и поддавалась плохо. Видимо, место за помойной кучей не слишком подходило для переходов. Наконец-то замкнулась последняя спираль и Тенни глубоко вздохнул. Взял под мышку немного липкого Кою (койот с удовольствием повис дохлой таксой), губу прикусил и сделал шаг в неизвестность. Неизвестность встретила запахом жженой сосны и скалами. «Воздух пригодный, солнце не сжигает… Хотя пожары тут явно были». Тенни крался осторожно, чутко — чужой мир, чужие правила. Скалы крошились, щерились кактусами и терновником. «Главное, все делать по плану. Найти. Изгнать. Вернуться героем!» На одном из выступов зашуршала ящерка, следом Кои свалился под бревно — погнался за ней. Вот же… Тенни принюхался, выше полез. Вот сейчас, вот же рядом! И правда — оказалось, что все было рядом. Сначала музыка донеслась, веселая, но чужеродная, иномирная. А следом и фигура показалась — вся в черном, с замотанным лицом. И конечно же — отплясывающее дикий, непотребный танец. «Попался!» Тенни поторопился, с камня на камень прыгая — старенькие мокасины поехали, а руками и схватиться не за что! К белым меловым следам на джинсах присоединились прекрасные дыры. — Живой? Голос у демона был интересующийся, даже сочувственный. Конечно, он хозяин этого мира, знает, когда гости жалуют. — Я пришел тебя изгнать! Тенни решил, что лучше сразу свою цель озвучить. Пусть боится! У демона лицо черной тряпкой было замотано, но он все равно казался заинтересованным. — Правда? Зачем? — Ты не наш. Тебя привезли… тьфу ты, — пока Тенни поднимался, весь в пепле и пыли измазался. — Привезли люди с кусачими палками. — Конкистадоры? — Люди с кусачими палками! — Тенни упрямо головой мотнул. — Я говорю так, как говорили мои предки! — Неграмотно? — осторожно уточнил демон. Тенни засопел недовольно. Обряд изгнания шел как-то неправильно. Злобный дух не выглядел напуганным, хотя должен был дрожать от страха! — Я шаман! — Шаман с вонючей собакой. — Этой койот, — Тенни возмутился. Да что за наглость! — Бог хитрости и мудрости! — И сейчас он ест камни. Тенни обернулся и охнул. Бросился к Кои, вытащил пару камней из глотки. Койот, еще минуту назад задыхавшийся, отряхнулся и побежал кататься в пепле. — Я… я изгоню тебя. — Давай! — в голосе демона звучал интерес и веселье. Он даже на бревно уселся, голову в черной широкополой шляпе склонив. — Ты думаешь, что я глупый… Я не глупый! Я знаю, что раз ты из Европы, тебя шаманскими ритуалами не выгонишь, — Тенни полез рукой з спину и долго шуршал под накидкой. Вытащил огромный деревянный крест (вся спина иззанозилась). — Вот! — Ого! Это прямо с крыши, что ли? — в голосе существа послышалось уважение. — Сам украл? — Не важно, — Тенни засопел опять. Преподобный отец Брент обещал лично выстегать зад малолетнего шамана за такое святотатство стременными ремнями. — Я изгоняю тебя, демон! Демон вежливо подождал минутку и произнес, разведя руками: — Не работает… Ой! Крест крепко стукнул его прямо по обмотанному черной тряпицей лбу. Звук получился до смешного звонким. Тенни сверлил взглядом результат своих действий: — Не изгоняется… — Я тебе сейчас покажу не изгоняется! Видимо, удар крепкого соснового креста по лбу демону не слишком понравился — он враз выпрямился, его черное хлопковое пончо захлопало, как крылья. В два прыжка он оказался возле невоспитанного гостя и за шиворот через колено перекинул: — Раскидывается он тут… — Эй! Пусти! Не имеешь права! Я шаман! — Да хоть Папа Римский! Рука у демона была сильной, крепкой. Шлепки — болючими и ужас какими унизительными. Тенни аж за горло взяло, да как так можно-то? Он же шаман! — Пусти, урод! Тлальтекутли тебе в постель! Бойтату — в штаны! — Цыц, навозная муха. Я же и ремень снять могу. Тенни сразу умолк — и так стыдно! И больно, между прочем. Он ногами замолотил, пытаясь извернуться. Наконец-то, после дюжины шлепков демон удовлетворил свою жажду жестокости. Уронил гостя на землю, плащ черный отряхнул. — А теперь брысь отсюда. И собаку свою забери полоумную. — Это койот, — Тенни всхлипывал, слезы по запорошенным пеплом щекам размазывал. — Да хоть жаба. Он сейчас за грифами погонится и станет для них обедом. — Я тебя все равно изгоню! Демон в ответ засмеялся тихо, головой покачал. После подумал и кивнул шляпу свою широкополую поправляя: — Давай, пробуй. Изгонишь — получишь сокровище дикой прерии, клянусь сердцем черного орешника. Хоть повеселюсь немного. Тенни поднялся униженно, зло на демона глядя, а тому хоть бы хны. Уже в два прыжка ягуарных вновь на скалу вознесся, танцевать непотребно. — Обязательно изгоню! Не быть мне Тенскватавой, если не изгоню! Дома, впрочем уже ждали. И не только тетка, но и преподобный Брент. А Кои еще и умудрился извозиться в птичьем дерьме по дороге. Определенно, эту попытку стоит записать в неудачные.