🔒

«Зачем меня сюда привели?» - думает Джей, пока его родители мило общаются с высоким парнем лет двадцати пяти. Он был интересным, от него так и веяло купой холода, не смотря на то, что он мило улыбался старшим. Паку было страшно. Его настраивали на эту встречу целую неделю, говоря о том, как же важен этот психолог, что он поможет справиться с проблемами в его жизни. Он в это не верил. — Иди, милый, мистер Пак тебя уже готов принять — он тоже Пак, совпадение. Этот парень до сих пор не внушал доверия.  Дверь закрылась за ними, и Джей увидел очень просторный кабинет, выполненный в тёмно-зеленой тематике, так под стать этому психологу. Пак старший сел в своё кожаное кресло, указывая взглядом на мягкий диванчик напротив. Глаза в глаза получается. Взгляд этого парня прошиб разрядом тока и холода, Джей решив больше не испытывать этого, сел на удобный диван, стараясь смотреть куда угодно, но только не на холодного блондина. — Я Пак Сонхун — психолог протягивает свою руку через стол, смотря прямо на Джея. Его рука была такой же холодной как и он, взгляд всё ещё жутко пугал, никак не располагая к себе. — Пак Чонсон — он отвечал ровно, не смотря на то, что ему не нравилась эта идея. — Сколько тебе лет, Чонсон? — Сонхун берёт блокнот в руки и покручивая ручку в пальцах, оглядывает парня с ног до головы. До мурашек. — Мне исполнилось восемнадцать — вспоминая свой день рождения парень съёживается и опускает взгляд в пол. У него нет друзей. Только родственники были, которые по ясной причине не любили его. Он это знал. Ребёнок, которого приютили из-за гибели его матери, которая приходилась сестрой богатой владелице своего бизнеса. Пак был передан им, ему давали всё, он был так же богат, как и родной сын миссис Хван, но любви ему не давали, он только мешал. Странно, что его решили отдать к дорогостоящему психологу, не оставили всё как есть. — Как думаешь, почему ты здесь? — Пак наклоняется ниже и говорит тише, мимолетно написав что-то в своём блокноте. Как же напрягает. — Я...я неудачник?— Джей будто спрашивал это у себя, он точной причины не знал, ему говорили, что он не будет одинок. — У меня нет друзей, я довольно закрытый. — он говорил тихо, но психолог отчётливо его слышал, записывая в блокнот всё больше деталей. Нога на ногу, глаза в глаза. — Что ж, Пак Чонсон, основная проблема ясна, теперь давай искать почву твоих проблем. Буллят в школе? От этих слов словно хлыстом по лицу дали, воспоминания ярко вспыхнули в голове младшего. Эти крики..эти крики.. -И кто тебя теперь защитит, малыш Пак? Теперь не спрячешься за юбку мамаши - кулак прилетает прямо в нос, а слезы больно щиплют глаза, нельзя показывать слабость ублюдкам, он не слабак. -Да кто ты такой, чтоб говорить так о моей семье? - ногти больно впивались в кожу ладоней, пока он злобно смотрел на лицо Ли Хисына, жадно питающегося чужим страхом. -Я же знаю, ты боишься - он присел на корточки, на уровень тяжело дышащего Пака. Его насмешливый тон перешел на шёпот. Тонкие пальцы обхватили подбородок, пока большой палец прошёлся по подсохшим струям крови - Чонсон-а, ты всегда был трусом, признай это, я вижу в твоих глазах этот страх, страх будущего. Кто же теперь будет тебя залюбливать, милый, кто же тебе теперь купит место в Ханлим, кто же теперь купит тебе оценки? — Пак Чонсон — тихий голос шёл словно сквозь толщу воды — Чонсон! Прямо на парня смотрели совсем не обеспокоенные глаза психолога, а лишь раздражённый взгляд, который пробирал до мурашек. И снова он причиняет кому-то неудобства. — Простите — пальцами быстро вытирает солённые капли слёз, которые невольно пошли от болезненных воспоминаний. — Так я был прав — Сонхун задумчиво стучит ручкой по подбородку, иногда записывая то, к чему он прийдет в итоге - или это не всё? Мне сообщили, что Хваны не твои родители, что с отношениями в семье? — С этим у меня получше, правда... «Громкий смех, теперь его младшего брата, проносится на весь нижний этаж, пока Пак тихо лежал в объятиях подушки, с фото матери в руках. Их это никак не коснулось, и Джею даже не обидно, что скорби за его матерью никто не испытывает, но..почему так больно. Его не забывают брать на поездки, как ему обещали его бывшие одноклассники, ему не забывают покупать одежду, кормить, следить за его здоровьем, но каждый раз, когда дело касалось любви и заботы, всё испарялось. Может он и зря жаловался, не каждый и мечтает о такой жизни, но Чонсон не мечтал, он хотел хотя бы раз в неделю слышать, что он не один, что рядом есть люди, которые в любой момент могут его выслушать, обнять и притянуться ближе к равномерно стучащему сердцу» — Вижу, не все так замечательно, как хотелось — впервые за все время в этом кабинете, проскользнуло что-то вроде ухмылки, неужели это так смешно? — Думаю, работы здесь будет многовато — блондин встал со своего кресла и направился к столу, попросив секретаршу впустить приёмных родителей Чонсона. Эти минуты разговора психолога с приёмными родителями прошли словно под водой, он больше не слушал, лишь хотел побыстрее выйти с этого холодного кабинета. ————————————————— Прошло около пяти посещений этого холоднокровного психолога, а результатов, как таковых, нет. Чонсон всё такой же забитый ребёнок, с кучей страхов и комплексов. — Ты опять за своё, Ху-на? — расстроенный голос парня вывел Пака из раздумий, сидящий напротив Джейк со стаканом виски, выжидал его ответа, хотя этот вопрос можно было считать риторическим. — А что я теряю, очередной богатый ребёнок — немного затянувшись, Сонхун выдохнул дым прямо в пухлые губы Шима. — Но у него погибла мать. — А у меня оба родителя неизвестно где, не умер же. Бездушные слова Джейк запечатал в мягком поцелуе. О грустном детстве Пак рассказывал безболезненно, будто бы он не проживал свои 7 лет в детдоме, где его не любили, и оскорбляли за слишком выделяющуюся внешность. — Я поднялся на таких подростках, милый, не переживай. С возрастом мозги сами вправятся, пошли уже отдыхать — последний поцелуй и оба парня отправляются в свою спальню, где продолжают крепко обниматься и целоваться, принося нежность и удовольствие. Было ли это любовью? Ответа нет. Пак Сонхун вообще умеет любить? ————————————————— — Меня зовут на вечеринку — не смотря в глаза холодному Паку, говорит Джей, аккуратно перебирая пальцами свою брендовую рубашку. — Это же отлично — спокойно сказал Сонхун, прекрасно понимая, что это бред. Младшего всячески унижают, угнетают и часто избивали, пока Джей не перешёл на домашнее обучение. — Мне так не кажется..— Джей неуверенно взглянул на психолога, так же быстро убирая взгляд на настенные часы, ещё 20 минут приёма. Очевидно, Джей не такой дурак, коим его считает старший Пак, но он как психолог, всё таки мог посодействовать и настроить пациента на посещение этого мероприятия. Снова унижения и издевательства, переживёт, главное, чтоб у Сонхуна было побольше приходов этого парня и соотвественно денег.  Странно, что все время прибывания дома, Сонхун  был сам-не-свой. Такое поведение для него несвойственно, это даже раздражало, что тут же заметил работающий за компьютером Джейк. — Что-то серьёзное произошло, я тебя давно таким не видел, может даже никогда — такое поведение парня явно настораживало, но лезть к нему так же опасно. — Да я сам не понимаю — Сонхун подрывается с дивана, ходя со стороны в строну — это тревожность, будто я предчувствую что-то плохое. За три года моей работы у меня не было такого чувства. Сонхун не дурак, он понимает, что причина кроется в сегодняшних пациентах, но кто..правило психола, не проникаться клиентом, ни в коем случае не иметь чувств, чтоб это не мешало работе. Но о каких чувствах идёт речь! Пак Сонхун с ледяным сердцем, ему это просто не дано, сочувствие, близость душ, это выводит из себя. — Ну всё, тише-тише — Шим отрывается от работы и подходит к заведённому Паку, мягко обнимая его — может, просто накопилось? Иди отдохни, а я тут доработаю и прийду — Джейк оставляет тлеющий поцелуй на холодной щеке и возвращается к работе, вслушиваясь в тихие шаги позади.  Приняв душ и устаканив мысли, Сонхун все таки лёг в постель, прикрывая глаза. Как обычно ничего снится, темнота, холод, и Пак в этой темноте. Словно сквозь толщу воды слышится мелодия. — Сонхун..тебе звонят — сонный Джейк тормошит Пака за плечи и протягивает телефон. Экран тут же слепит. «Пак Чонсон» — это тот парень? — практика созвонов с клиентами была обычным делом. Паническая атака, тревожность, переживания, но никаких звонков ночью, это было условием для всех. — Спи, Джейк, я не собираюсь отвечать — звонок прекратился, но спустя пару минут, телефон завибрировал под подушкой — Да какого..— раздражённый Сонхун все таки поднимает трубку и выходит с комнаты. «Мама…мама..забери меня отсюда..пожалуйста. Мне так больно, мам, ты где» — всхлипы. Чонсон был на грани истерики. -Чонсон, это Пак Сонхун — твой психолог. Позвони своим родителям, пусть они заберут тебя. Ты пьян? «Нет! Нет, мамочка, не отдавай меня им, они меня не любят, мама, забери меня к себе, прошу..пожалуйста..забери..» Сонхун тяжело вздыхает. Он не знает, что делать, это не его проблемы. Кто заставлял этого парня так напиваться. Он не собирается за ним ехать. Или же.. -Скинь локацию «Правда? Мам, ты заберёшь меня»  -Мама? Мама, ты же заберёшь меня? - маленький Сонхун стоит рядом с какой-то женщиной, которая пообещала родителям Пака хорошо за ним присматривать -Будь взрослым мальчиком, Сонхун - мать даже не подошла обнять сына, холодно посмотрев тому в глаза - пообещай, что не будешь искать нас, у нас не было выбора, рожать тебя или нет, поэтому радуйся теперь, что ты живой. - последний взгляд матери прошибает до мурашек, наполненный отвращением и холодом. Его не любят, его ненавидят, им брезгуют. Сонхун жмуриться и сбрасывают трубку. Найдя подходящую одежду для ночных поездок, Пак проверят смс и планирует свой маршрут. Он обязательно возьмёт за это доплату. ———————————————-  Продираясь сквозь толпу пьяных школьников, Сонхун вглядывается в каждого, в надежде, найти Пака побыстрей. — Вы не знаете, где Пак Чонсон — блондин выхватывает одного из школьников, который стоял в небольшой, но громкой компании. — Эта шлюха? — пьяный смешок — Он на втором этаже в третьей комнате справа, но вам нужно встать в очередь, мистер. Ли Хисын. Пак сразу понял по его разговору. Главная проблема Чонсона в школе, он действительно был мерзким типом, коим его описывали, но это Сонхуна не касается, сейчас главная цель — найти своего клиента.  Открыв дверь, не смотря на всю собранность и хладнокровие Пака, он ужасается, заметив бутылки алкоголя, разбросанных презервативов, и сидящего в углу Чонсона. Весь в укусах и засосах, в некоторых местах синяки, засохшая кровь и засохшая.. — Уйди, Хисын. Тебе на хватило? Не хватило блять? — Чонсон поднимает голову. Нос разбит, все лицо мокрое от слёз, красные глаза, он разбит — Пак Сонхун? — голос становится тише, парень пытается оттереть слёзы и кровь, но получается плохо. Отойдя от шока, Сонхун приближается к Чонсону. Вся практика будто вылетела с головы, что сново вводило в тревожность, он же сотню раз мог видеть такое, так почему же, когда дело касается Пак Чонсона, он не может сосредоточиться, от слова «совсем»? — Тебя больше трогать не будут, поднимайся — на грани шепота говорит блондин, протягивая руку Чонсону.  Новая волна истерики накатила. Снова он слабое место, обуза, сколько ещё можно позориться, сколько ещё можно жалеть себя? Страх окутывал всё тело. Что он скажет родителям? Пак Сонхун сообщит об этом или нет, бросит здесь на растерзание одноклассникам или проявит милосердие, что не в его духе. — Перестань об этом думать, Чонсон — Паку всё же удаётся поднять парня — оденься, и поедешь со мной. Чонсон, будто в дымке смотрит в глаза психологу и это успокаивает. Обычно он так холоден и отстранён, но в данный момент, ему хотелось довериться, даже что-то завораживающее было в его ауре. Или это влияние алкоголя? Как они добрались домой Чонсон не помнит. Так же, как бережно холодные руки касались ран и ссадин, как его оттирали от грязи и всего прочего..о чем даже думать мерзко. — Я тебя не узнаю, Сонхун — Шим стоял перед диваном, на котором спал измученный Чонсон, а рядом, Пак, который аккуратно наносил мазь на израненную шею от укусов — я не видел, чтоб ты вообще о ком-то заботился. — Я и сам это прекрасно знаю — шипит Сонхун сквозь зубы — думаешь, мне нравится сейчас с ним возиться? Я просто это делаю ради денег, понимаешь? Нет. Джейк не поверит в это. Взгляд Сонхуна был совсем другим, и пусть Шим не психолог, но вряд ли, ты будешь так относиться к человеку, который значит для тебя лишь выгоду. — Делай, что хочешь — устало говорит Шим — я возвращаюсь в кровать, жду тебя — Джейк целует в макушку и выходит из комнаты, оставляя Пака наедине со своей головной болью. «Какого чёрта, Пак Чонсон?» Сонхун раздраженно смотрит на мирно спящего парня, и чувствует щемящую боль в сердце, почему ему так жалко его, он же сам виноват, сам нарвался. -Он сам нарвался - смеётся один из старших ребят детдома - ты же специально таким смазливым родился, да? Чтоб мы тебя трогали, Пак Сонхун. Видимо твои родители сразу прознали в тебе игрушку - Сонхун лежит на полу и не двигается. «Сейчас всё пройдёт, сейчас всё закончится, они уйдут». Но они не уходят. Раздевают Сонхуна, не смотря на крики, не смотря на слёзы, их это даже больше радовало - посмотри какой, брыкаешься? Значит просишь большего. - Пощёчина. Пак теряет сознание от страха и просыпается уже в кабинете медсестры, в который раз. Она безмолвно даёт ему обезбол и проводит в комнату. Всё по кругу, пока Сонхун не становится старше. — Холодно…— шепчет Чонсон сквозь сон и начинает ворочаться. Сонхун сжимает зубы и встаёт с дивана, не в силах удерживать эмоции внутри. Он должен уйти отсюда, и чем быстрее, тем лучше. По волосам гладит полусонный Джейк, а в голове белый шум, с этим нужно будет что-то делать. Сонхун обязательно подумает об этом, но только не сейчас, когда сердце так отчаянно проситься к спящему за стеной парню