Часть 20

***

Италия красивая страна. Солнечная и теплая, с изобилием растительности и очень жарким климатом. Тсуру здесь нравилось, он вообще был очень теплолюбивым человеком. Вот только не на постоянной основе, подтверждение этому он получал множество раз. Ещё в Японии подросток вывел, что лучшим графиком является два дня под ненавязчивыми лучами огненной звезды, а на третий прятаться где-нибудь в тени деревьев или в зашторенной комнате. По другому было либо слишком много, либо чересчур мало тепла. Это было забавным открытием, будучи ведьмой он таким диагнозом не страдал. Но он там вообще большую часть времени проводил в закрытых помещениях, так что может быть и развилась бы теплолюбивость с возрастом. Ведьмак не задумывался об этом, потому что проверить не было возможности, а понять что-то по воспоминаниям было трудно, да и не точно. Но в пропитанной солнечной жарой Италии ему всё-таки нравилось, пусть и было немного душно. Это компенсировалось частым употреблением жидкости и душем, когда он смог отыскать лабораторию. О, это было интересно. Первый адрес не оправдал себя и в Сицилии её не было. Он тогда растерялся,пытаясь вспомнить о других вариантах, что могли находиться поблизости. Заветные подвалы нашлись в Марселе, прямо под зданием чайной. Довольно весело, ведь этот домишко с вывеской в виде пузатого чайничка сразу привлекло его внимание, так как этот напиток ведьмак любил. Вообще, он зашёл туда чисто для того, чтобы выпить чаю и присмотреть какой-нибудь сорт, попутно перебирая знакомые по просмотру по картам адреса, где он мог бы обосноваться, но милая старушка продавщица похоже признала его, окликнув. Тсуру обернулся на её по-девичьи звонкий голос, не отягощённый прошедшими годами, но конечно же не узнал, так как ещё не был с ней знаком. Зато она сразу заговорила о том, что молодой синьор уже с неделю не навещал это заведение. А ведь он так любил её особый сбор, что частенько выбирался с цокольного этажа, чтобы распить его вместе. На моменте про нижние этажи подросток навострил слух, обращая больше внимания на незнакомку, явно дружную с ним-будущим. Милая дама в летах имела седые кудряшки, что в молодости скорее всего были каштановыми или черными, необычайно ясные карие глаза, светлые «улыбающиеся» морщинки в их уголках и мягкий месяц на устах. Носила она зелёную расшитую рубашку, синюю юбку полусолнце и нежно-сереневую шаль на плечах. Старушка была на первый и второй взгляд доброй, с легким и стойким нравом. Возможно немножко сплетница, но большая часть людей имеет этот порок. Она всё разговаривала и разговаривала, описывая события прошедших дней и зачастившие землетрясения, из-за которых слабо дрожит её сервиз. Время нескольких совпали с переносом в будущее, так что ведьмак списал их на побочку от этого. Всё же путешествие через года не прошло без последствий. Но его больше интересовали подвалы, так что, аккуратно прервав собеседницу поднятием руки, он написал в дневнике просьбу заварить чаю, пока он побудет внизу. Старушка, на бейдже которой было написано «Жасмин Лерой», извинилась за «старушечье нытьё», — хотя Тсуру и не был бы против послушать новости, если бы не обстоятельства — после чего поспешила уйти на кухонку за неприметной ширмой. Ведьмак же осмотрелся, после чего увидел ещё одну дверь, наполовину завешанную настенным ковром. Хозяйка лавки похоже собиралась его выбить от пыли, но что-то помешало. И хорошо, потому что иначе Тсуру бы дольше искал вход. * Быстро спустившись по пожарной лестнице, пусть тут и был лифт, он оказался перед автоматической дверью без ручки. Войти в неё можно было только приложив ладонь к цифровой табличке, а также посмотрев в камеру с распознаватель лица. Подросток, к своему счастью имел всё те же отпечатки, сетчатку глаза и лицо, потому что иначе бы внутрь бы не попал. Повезло ещё, что никакого кода не было, можно вознести хвалу ему из будущего за догадливость. Думать о том, что было бы, если бы он не смог пройти, решительно не хотелось. Мало ли он-будущий смог накрутить, имея доступ к дорогим и опасным предметам, веществам и технологиям. Лаборатория была классной. Ведьмак полностью был уверен, что если бы такое было заложено в его организм, в глазах бы засияли звёзды. Потому что это было помещение его мечты. Большая комната, служащая основной, вдоль стен обставленная столами и электрическими приборами, назначение которых нынешний Тсуру не всегда мог угадать. Пробирки, колбы, записи, куча папок, недоделанные проекты. Большой диван-кровать синего цвета в соседнем отсеке, усыпанный подушками и пледами, напротив него висел на стене телевизор. На полу лежал пушистый ковер, также стоял низкий чайный столик. В небольшом шкафу висела пара лабораторных халатов, сменная одежда и несколько алых ципао маленького размера, что оказались здесь возможно по случайности. На душе стало больно, но Тсуру силой воли оторвал взгляд от одежды, убирая свои трясущиеся руки в карманы кофты и закусывая губу. Думать о том, что Фонг мёртв, было ужасно. В груди что-то трескалось и скреблось. Потерев ноющие виски, подросток пошёл дальше. Ещё одна комната была занята ванной, но на некоторых полочках стояли баночки с неизвестными составами. Видимо ещё один вид экспериментов, но он был не в курсе о содержании. Удобная душевая, так как ванная бы сюда не поместилась, но для ученого это не столь важно. Быстрый душ был как-то ближе и практичнее его разуму. Больше помещений не было, но и этого хватало. О, Тсуру был влюблён в неё и без всего остального. Лаборатория ведала о своём владельце больше, чем могла рассказать его комната в Намимори. И это говорило о многом. Но ведьмаку было немного не до этого, пусть и хотелось до зуда в конечностях просмотреть здесь всё. Он отговаривал себя как мог, поспешно ища записи о последних годах, Бьякуране и исследованиях по теме Проклятья Аркобалено. Он сильно плавал а этой теме, так как мало кто будет делиться столь ценной информацией, тем более с как бы гражданским. Даже связь с одним из них не дала бы пояснений так быстро. Как ни странно, нашлись они быстро. Видно было, что он-будущий часто перелистывал свои выкладки, поэтому далеко не убирал. Листы были аккуратно сложены и вшиты в ярко-красную папку. Некоторые из них были помечены отпечатками, но похоже непреднамеренно. Кое-где странички были надорваны, показывая негативные эмоции учёного, но бережно заклеены скотчем, что блистал под мерным светом лабораторных диодных ламп. Почти буквально засунув свой нос в записи, перед этим сняв гогглы, переместив их на лоб, подросток внимательно вчитался в текст, набросанный неровным быстрым почерком, перемежающийся с напечатанными вставками. Выходило следующее: «После Битвы Колец Тсунаёши достаточно быстро забрали в Италию на короткий срок вместе с хранителями. Что там происходило, Савада младший не знал, но со слов брата и информаторов наследник мафиозного трона проводил время слегка занудно, но местами весьма увлекательно. Краткий курс обучения этикету и истории, знакомство с досье союзников и врагов Семьи, рассказы Иэмицу о работе. Сорванная «коронация», неведомая семья Шимон, из-за которой брат с хранителями ненадолго вернулся в школу Намимори, сбрендивший восставший дух Деймона ди Спейда, оказавшийся тем самым предателем первого поколения, перестрелки, более близкое знакомство с Варией, еще более углубленное обучение, выпуск нового оружия в виде коробочки (?), неожиданная смерть матери и отца, (что внезапно для всех скончался при поездке домой), передача титула крестного отца от Тимотео, садист Реборн, процветающая ядовитым плющом мафия. Позже появление Мельфиоре из слившихся вместе Джинглио-Неро и Джессо, сумасшедший Небо Маре, похищение малышки Юни, сбор пламенных пустышек, радиация для Аркобалено и их последующее вымирание, своевременное уничтожение колец Вонголы Тсуной для того, чтобы они не достались монстру, смерти-смерти-смерти, тут и там всплывающие деяния Бьякурана, отбитые предприятия, ещё смерти, волнение альянса… Савада младший не смотря на погибель близких когда-то людей старался держать нос по ветру и узнавать новости как можно быстрее, совместно с этим копая под Джессо и его неведомую радиацию. Он давил в себе непролитые слезы и дикий вой, колол успокоительные и снотворное ради хотя бы недолгого сна. Жизнь, бывшая и так не слишком яркой, теряла свои краски все больше из-за мерзкого эгоиста с повышенной планкой сумасшествия и жажды власти. Смерть Фонга зацепила что-то в мозгах разноглазого изобретателя и сказалась так же, как гибель Неба сказалась на его Хранителях, вводя чуть ли не в кровавое помешательство, в котором он бы пошёл на неприятеля. Но его сдерживали воспоминания и собственные принципы, что ненавязчиво прививал ему китаец. Не обошлось и без лекарств, но без этого никак. Хорошо что на наркоту или алкоголь не подсел, и то хлеб. Тсуру из будущего искал, рыл и выгрызал информацию подобно сорвавшейся с поводка псине, вот только всё было без толку. Данных было слишком мало, а радиация действовала лишь на носителей пустышки, не позволяя изучить себя и разработать лекарство. А после того как почти все элементы сильнейшей семерки извелись, достать ее стало поистине трудной задачей. Хотя удалось создать небольшой купол, под которым радиация не влияет на Аркобалено. Это стало единственным удавшимся экспериментом, вот только родного душе китайца уже не было среди живых. Ведьмак отдал свое изобретение Вонголе, так как в ней работала некая Лар Милч и Реборн, оставшиеся последними из восьми. Киллер должен был скоро вернуться с затяжной миссии, в которой тоже искал способы выжить. Не успел. Великий киллер не узнал о том, что нашлась безопасная зона, потому что не дошел до штаба ученика, попав под новую волну гребанного заражения. Больше Проклятых, кроме Лар, в этом времени не было.» * Тсуру читал ценные документы и все сильнее мрачнел. На лицо его упала скорбная тень, а губы побелели, сравнявшись оттенком с такой же бледной кожей. Полученная информация выбивала почву из под ног. Поддавшись минутной слабости, ведьмак обессиленно облокотился на стену позади и сполз на пол, крепко сжимая пальцами папку. Горечь скопилась комом где-то в глотке, из-за чего дышать стало труднее. Замыленным из-за нахлынувших, но не тронувшихся с уголков глаз слез взором подросток осмотрел помещение, после чего выпустил пламя наружу, параллельно не давая ему разрушать. Эта функция не была заложена в возможности дара, но даже лекарствами можно убить, что тут говорить про паранормальные явления. Сила обволокла его тушку в защитном жесте, гневно раздуваясь, но все также ласково облизывая руки. Оно было частью самого Тсуру и отражало его настрой, горя желанием расквитаться с обидчиком, задолжавшим ему слишком многое. Ведьмак злопамятный, память у него хорошая, а на воображение он не жаловвался никогда. Как никогда хотелось крови. Конкретного индивида. И чтобы тот прочувствовал на себе его ярость. * Долго распускать негативные эмоции не было смысла, даже если он хотел еще немного попредставлять мучения очередного врага. Но времени было в обрез, потому Тсуру поднялся с пола и бережно отложил папку на стол. После этого он направился к компьютеру и, взломав пароль излюбленным способом, против которого он-будущий видимо специально не поставил защиту, так как знал ее лишь он один, не решаясь обучать ей никого из-за сложности, начал рыться в памяти и контактах. Как он и думал, переписка с Шоичи и Спаннером присутствовала, причем защищенная по высшему разряду. С той стороны незнающий человек не сможет ее вскрыть, а друзья не совсем уж дураки. Пробежавшись по старым сообщениям, начинающимся где-то с пять лет назад, ведьмак узнал, что Шоичи шпионит за своим нанимателем с близкого расстояния, а Спаннер помогает издалека. По просьбе Тсуру и своим собственным соображениям, так как Бьякуран реально ведет себя как поехавший. И они вместе с Ирие и Спаннером искали способ разобраться с ним, как только началась история с Аркобалено. Вот только незаметно убить босса целой Семьи, к тому же являвшегося в некоторой степени параноиком и знающего будущее из параллельных миров... Это было задачей почти безвыходной. Здесь нужно быть или очень близким, или безликой тенью. У Шоичи почти получилось подобраться достаточно близко, но Джессо решился на призыв юных вонгольцев, чтобы забрать их кольца. Дело становилось опасным, ведь если подростки умрут здесь, произойдёт слом реальности. Вся надежда перекочевала на призванных, кто ещё мог хоть как-то противостоять Бьякурану. Будущий Тсуру попросил сделать с ним также, как и с остальными вонгольцами, пусть он и не имел в то время кольца, так как препараты уже не справлялись с его рассшатавшимся пламенем. Ведьмак понимал, что пусть и гениальнее себя прошлого, имея более богатый опыт и сноровку, но у его юной версии всё ещё есть связь с Фонгом, Из-за чего собственное пламя у того в нормальном состоянии и пока не начало вырываться из-под контроля. Он же становился всё более дееспособным и не мог помочь, но верил, что юный-он справится. Мужчина даже составил об этом отдельную заметку, как бы извиняясь перед ним из прошлого и прося понять. Так же он оставлял некоторые задумки, что помогут юному ему в жизни и при этом не нарушает ход времени. Опасный подкуп на грани безумства, но они всегда были чуточку сумасшедшими. И пусть узнанное не подняло настроение, ведьмак хотя бы узнал, зачем их переместили сюда. И принял извинения себя-мудака-из-будущего, что скинул на него свои проблемы. Он был обижен на него, ведь он не спас Фонга, но понимал, что тот просто был не в силах. И вполне разумно решил задачу, чтобы не попортить всем планы своим недомоганием. А ещё подростку сообщалось, что Джессо хочет организовать свою победу красочно, с помпой захватив цель. Белобрысый был немного пафосным и самодовольным, разыгрывая чужие жизни в попытке скрасить своё существование. Все дела он выставлял в виде сцен, уподобляясь кукловодам или шоуменам, чего у него нельзя было отнять. Но это давало вонгольцам некоторое преимущество, даря уверенность в том, что их не порежут втихую. В переписке говорилось, что бои должны состояться примерно через неделю, когда зефиркоед узнает место обитания противников. О Тсуру-из прошлого он не знал, так как не приказывал переносить и его, а Ирие удалось скрыть этот факт от него. Потому у ведьмака есть шанс прибить обезумевшую бабочку самостоятельно, когда тот будет занят Тсунаеши и ко.