Часть 9

— Дима? Это Валя, можно к тебе? — Валентин неуверенно остановился в дверях палаты, обеспокоенно смотря на Диму. Дмитрий недвижно лежал на больничной койке с прикрытыми глазами, и было совершенно не понятно: дремлет ли он или просто отдыхает. На его теле была куча повязок, и у Валентина невольно защемило сердце от одного лишь осознания, как Дима, должно быть, страдает. Юность, которую он провел в медицинском и на скорой, позволяла составить сейчас не самую веселую картину. Невольно Валик поймал себя на том, что как-то уж слишком часто Дима в последнее время стал попадать в больницу. Только в этот раз не по своей вине. Отто позвонил ему и сообщил о том, что Дмитрия поздним вечером нашли во дворе его дома. Почти сутки он был без сознания, но, как только пришел в себя, телохранитель посчитал нужным сообщить об этом Вале. И тот, ни секунды не сомневаясь, помчался в больницу, чтобы навестить Диму и хотя бы постараться поддержать. Насколько это было возможно в весьма печально сложившейся ситуации. — Валя? Ты в порядке? — спросил Дима первое, что интересовало его. Не то чтобы сейчас ему очень сильно хотелось с кем-то общаться. Но последним, что он помнил о событиях вчерашнего вечера, это то, что нападавшие угрожали подняться в квартиру Валентина. Почти все время, что он был в сознании, Дима крутил это у себя в голове и тревожился о том, как там Валя. И в первую очередь Дмитрию важнее всего было узнать, не навредили ли ему. — Со мной все хорошо, — поспешил заверить Валик. После неловкой затянувшейся паузы, которую толком нечем было заполнить, он все же решил пройти в палату. Несмотря на то, что Дима так и не дал ему ответ, хочет ли он вообще сейчас побыть в его компании, вроде он и не гнал Валентина. Во всяком случае, пока что. Он подвинул стул поближе к постели Дмитрия и опустился на него, стараясь понять, как ему вообще лучше себя вести, чтобы не расстраивать Диму еще больше. — Отто рассказал мне, что случилось. И что сказали врачи. Дим… — он уже протянул было руку, думая переплести пальцы с Дмитрием, но в последний момент почему-то передумал. — Мне очень жаль. Как ты себя чувствуешь? — Плохо, — Дима повел плечами, даже не пытаясь сейчас храбриться и делать вид, что ситуация лучше, чем кажется на первый взгляд. В конце концов, у него банально не было на это никаких сил. Его мучила слабость, все тело ужасно ныло после совершенно зверского избиения, даже несмотря на то, что ему регулярно кололи обезболивающие, и ему было настолько тошно, что хотелось только скулить в подушку. Дима слегка поерзал, стараясь лечь так, чтобы было не так сильно больно, и не сдержал вздоха, когда Валя поспешно стал поправлять подушки, помогая ему устроиться удобнее. Конечно, он был очень рад, что, несмотря на все угрозы, Валентину никто не навредил. И все же ему теперь было слишком тошно, чтобы изображать желание общаться. — Валь, зачем ты пришел? — Дмитрий устало вздохнул, покачав головой. — В смысле зачем? — Валя искренне удивленно посмотрел на Диму. Слышать это было действительно неожиданно. — Дим, потому что я переживаю за тебя. Потому что ты для меня очень близкий и важный человек. Разве я мог просто спокойно сидеть дома, зная, что тебя избили? — Валь, давай не будем игнорировать слона в комнате, — Дмитрий снова не сдержал тяжелый вздох, слегка покачивая головой. Он в очередной раз подумал о том, что Валентин слишком хороший для него. Да и вообще для всего этого чертового мира. Должно быть, ему действительно очень сильно повезло, что в момент беспросветного отчаяния именно Валя оказался рядом и вернул ему хоть какой-то интерес к жизни. Но сейчас все было совершенно иначе. — Врачи пока не дают никаких прогнозов. Возможно, зрение уже никогда не вернется. Я не хочу обрекать тебя на роль сиделки. Не хочу, чтобы ты ходил за мной как нянечка, пока я буду пытаться научиться жить вот так. Мне это не нужно. И жалость твоя мне тоже не нужна, — буквально пересиливая себя, как можно резче сказал Дима. Да, возможно, это было слишком грубо. Возможно, Валик обидится на него. Но так было даже и к лучшему. Пусть лучше Валентин разозлится на него, если Валик вообще умел злиться. Но Дима сейчас в самом деле мог думать только о том, что не хочет, чтобы Валя, просто из своей доброты и чувства жалости, оставался рядом с ним. — Дим, мы оба знаем, что ты так не думаешь. И я так не думаю, — Валя тяжело вздохнул и пересел на край постели Димы. Почувствовав, как постель прогнулась под весом Валентина, Дмитрий невольно слегка подвинулся, освобождая ему побольше места. На душе, как говорится, вовсю скреблись кошки. Дима действительно не хотел думать так, как он сам сказал. Не хотел думать о том, что Валик останется с ним только потому, что жалеет его. Не хотел, чтобы Валику пришлось взять на себя ответственность за него, ведь ближайшее время он будет чувствовать себя совершенно беспомощным. И самое ужасное было в том, что ни один врач не мог с уверенностью сказать, какие у него прогнозы. Травма оказалась слишком серьезной. И никто не знал, пойдет ли Дмитрий на поправку и сможет ли снова видеть. Ему было по-настоящему страшно. За себя, за свою семью, за Валика. Он чувствовал себя жалким и бесполезным. И меньше всего ему хотелось, чтобы Валентину пришлось вариться во всем этом вместе с ним. Особенно учитывая то, что одна только близость к Диме была большим риском. И все же, если уж быть полностью честным, расставаться с Валиком совершенно не хотелось. Как бы эгоистично это ни было. — Я хочу помочь тебе. Это не значит, что я стану нянечкой или сиделкой для тебя. Дим, мы с тобой в отношениях, — Валя осторожно взял Дмитрия за руку и еле сдержал облегченный выдох, когда Дима переплел с ним пальцы, а не стал пытаться высвободить ладонь. — И для меня это значит, что мы будем вместе не только развлекаться, но и проходить через трудности. Я даже не подумал о том, чтобы отказываться от тебя после того, что произошло. Это не жалость, правда, Дима, — Валя негромко вздохнул, ласково поглаживая пальцы Дмитрия. — Ты мне правда очень дорог. И я буду рядом, если тебе это нужно. Дима замолчал, не зная, что ответить. В первую очередь, ему хотелось просто расплакаться от того, что Валя, такой добрый, такой чуткий, такой заботливый Валя снова просто был собой. Как всегда повел себя очень благородно. И Дмитрий нисколько не сомневался, что Валечка, его Валечка, говорит и делает все от души. И, конечно, он на самом деле больше всего хотел, чтобы Валик сидел рядом и просто держал его за руку. Но, правда, было ли это честно по отношению к Валентину? — Дим? — очень ласково осторожно спросил Валя, нежно погладив Диму по щеке. Молчание явно слишком сильно затянулось, и Валентин все сильнее волновался в ожидании ответа. — Ты тоже очень дорог мне, Валь. И очень сильно мне нужен, — наконец, тихо сказал Дима. Возможно, это было малодушно. Но у него сейчас уже не было больше никаких сил пытаться оттолкнуть действительно близкого человека, в котором он нуждался. И Дима решил выбрать себя, свои желания и свои отношения. В конце концов, никто не будет неволить Валентина. И никто не запретит ему уйти в любой момент, если Валя поймет, что для него это слишком. Дима невольно лишь слегка улыбнулся, когда Валя склонился к нему и запечатлел несколько поцелуев на его лице: на лбу, на скуле, на щеке и, наконец, на кончике носа. — Валь, мне очень страшно, — наконец, тихо произнес он, сильнее сжимая у себя в руке пальцы Валика. — Что если я никогда больше не смогу видеть? — Значит, мы вместе будем с этим справляться, — уверенно произнес Валя и ласково погладил Диму по волосам. — Дим, я не могу пообещать тебе, что все наладится и все непременно скоро изменится. Но мне очень хочется верить, что это просто временное последствие сильного удара по голове и просто нужно немного времени, чтобы ты поправился. В любом случае, я буду с тобой и у нас все будет хорошо. Ты никогда не останешься один, это я тебе точно могу пообещать. Дима слегка нахмурился, когда дверь открылась, но не отпустил руку Валика. Когда он чувствовал ладонь Вали в своей руке, ему было как-то спокойнее. — Отто, — тихо произнес Валентин, от смущения опуская глаза. Едва ли Шрайбер мог не понимать, что между ними происходит, и все же Валику отчего-то было немного неловко в его присутствии наглядно демонстрировать свои чувства. — У вас все в порядке? — негромко спросил телохранитель, внимательно смотря на них. — Все в порядке, Отто, — подтвердил Дима, слегка улыбнувшись. Ситуация все еще невероятно сильно давила на него, и все же от осознания, что у него есть хорошая поддержка двух очень надежных людей, становилось самую малость легче. — К Вам хочет зайти врач. Вечерний обход, — совершенно спокойно сказал Отто, тактично делая вид, что не замечает, как Дима почти что вцепился в руку Валентина. — Хорошо, — Дима слегка кивнул. — Вы идите отдыхать. Наверняка же тут кучу времени провели, — Дима тихо вздохнул. Одному в полной темноте оставаться очень не хотелось. Но и заставлять кого-то сидеть рядом с ним, не думая о собственных делах и потребностях было бы нечестно. — И, Отто, можешь привезти Аврору? Если это можно. — Конечно, Дмитрий, — охотно подтвердил телохранитель, радуясь, что Дима уже не выглядит таким уж отчаявшимся. — Я прямо сейчас поеду за ней, если я Вам здесь не нужен. — Спасибо, Отто, — Дима чуть сильнее сжал ладонь Вали и потянул его на себя. Верно истолковав намек, но все еще слегка смущаясь присутствия Отто, Валентин склонился и очень ласково коснулся губами губ Димы. — Валь, ты же зайдешь завтра? — с надеждой в голосе спросил Дмитрий, как будто и в самом деле допускал мысль, что Валя оставит его совсем одного. — Конечно зайду. Принести тебе каких-нибудь аудио-книжек или лекций? — Валя стал ласково перебирать пальцами прядки волос Димы, чтобы снова успокоить его. — Давай. На твой вкус, — Дима слегка кивнул, подумав, что это будет не лишним. После того, как врач ушел из его палаты, пообещав, что скоро придет медсестра, чтобы сделать ему укол на ночь, Дима с тихим вздохом откинулся на подушки. Он осторожно провел пальцами по прикроватной тумбочке и, нащупав стакан с водой, аккуратно поднес его к губам и сделал пару глотков. Вернув стакан обратно и не расплескав воду, Дима решил, что может себе позволить порадоваться небольшому успеху. Возможно, он будет не таким беспомощным, как ему самому кажется. Сильнее всего он боялся обременять собой близких людей. Так что был точно настроен учиться справляться со своими проблемами самостоятельно. В конце концов, какой у него был выбор? Диме все еще хотелось верить в лучшее и надеяться, что постепенно зрение вернется. Но он равно понимал, что надо держать у себя в голове тот факт, что ничего может и не измениться. И хотя бы постепенно но готовить себя к тому, что, возможно, он останется слепым до конца своей жизни. Дима инстинктивно повернулся на звук открывающейся двери, подумав, что пришла медсестра, но почти сразу нахмурился. Медперсонал обычно сразу заговаривал с ним, давая понять, кто пришел. А его нынешней посетитель почему-то молча прошел в палату, чем-то шурша. — Кто это? — тихо спросил Дима, хмурясь. — Валик? — неуверенно произнес он. — Почти, — до его слуха донесся низкий незнакомый голос. — Вадик. — Кто Вы? — Дмитрий нервно сглотнул, догадываясь, что происходит что-то не то. Наверное, стоило послушать Отто и согласиться на охрану. Ничему его жизнь не учит. Интересно, если он закричит, как скоро кто-то явится ему на помощь? Почему-то в том, что Вадику, кем бы он ни был, не составит больших трудов молниеносно добить его, если он начнет слишком дергаться, Дмитрий нисколько не сомневался. Крайне уязвимое положение Димы почти не оставляло ему шансов. — Да не нервничай так, — мужчина совершенно издевательски усмехнулся. Судя по звукам, он открыл прикроватную тумбочку, снова начиная чем-то шуршать. — Господин Дагбаев очень сожалеет, что с Вами произошла такая неприятность, — официально произнес Вадик и ухмыльнулся. — Апельсинки передал. Найдется кому почистить. Видимо, чтобы еще сильнее понервировать его, Вадик потрепал Диму по плечу, из-за чего тот несдержанно дернулся. Коротко хохотнув, Вад вышел из палаты, захлопывая за собой дверь.