Смирись, но продолжай действовать

*** — Суна, моя жизнь кончена. Я не хочу этого, я не хочу замуж и никогда не хотела. Выйти замуж мой самый большой страх. Пусть лучше я умру, но этому не быть. Я убью себя, ты понимаешь это? — худенькая зеленоглазая девушка сидела на полу и плакала, уткнувшись лицом в плечо своей старшей сестры, которая тоже не могла сдержать слез. Совсем одни они сидели в темной сырой комнате, в которой их запер собственный отец, Кязым Шанлы, многоуважаемый человек в Антепе, который на самом деле был настоящим тираном для своей собственной семьи. Двух дочерей и жены. — Сейран, душа моя, посмотри мне в глаза, прошу тебя, — темноволосая, тонкая как струна скрипки девушка, обняла свою сестру еще крепче, отдавая ей всю свою любовь и поддержку, на которую она была способна. — Ты же знаешь отца, он никогда не поменяет своего решения, тем более, когда речь идет о таких больших деньгах, которыми обладает эта семья Корханов. Зачем так мучать себя, если ты не можешь ничего изменить? Пожалуйста, смирись с этим, — сказала Суна, сама не веря сказанному, — я уже смирилась с решением отца отдать меня замуж за господина Аслана, — от упоминания этого имени Суна задрожала и, уже не пытаясь сдерживать себя, расплакалась так же, как и сестра. Господин Аслан был самым богатым человеком Антепа, именно поэтому Кязым сразу же согласился отдать свою старшую дочь этому человеку. Суна, которую всю жизнь растили с мыслью о том, что она должна выйти замуж за почтенного человека, даже не противилась этому браку, пока не встретилась лицом к лицу с потенциальным женихом на смотринах. Господин Аслан был взрослым мужчиной лет пятидесяти, который уже был когда-то женат, но его жена умерла, и имел пять детей. После этой встречи она валялась в ногах отца, молила о том, чтобы он расторг помолвку, но вместо отцовского понимания получила лишь звонкую пощечину и была заперта на два дня без еды в подвале. После такой пытки она приняла всю ситуацию и больше не сопротивлялась решению отца. Последней каплей ее терпения стала новость о том, что ее младшую самую любимую сестру Сейран сосватали. Суна прекрасно знала, что главной мечтой Сейран являлась возможность учиться, поступить в университет и построить собственную самостоятельную жизнь вдали от отцовского дома. Но вынужденное замужество рушило все ее такие хрупкие, практически невозможные мечты. Собравши все свои последние силы и решив принять удар на себя, Суна отправилась к отцу, чтобы попытаться отговорить его выдавать Сейран замуж. Стоя на коленях, она умоляла его, позволить Сейран учиться, говорила, что согласна на все, что он скажет, лишь бы он оставил сестру. И в этот раз Кязым избил ее настолько сильно, что остановить его смогли только после того, как Суна потеряла сознание. Пришла в себя она уже в темном подвале, куда она и ее младшая сестра были заточены Кязымом. — Сейран, прошу не плачь, я обязательно, что-нибудь придумаю. Смотри, пока не подавай виду перед отцом, что ты против этого брака. Смирись. Ненадолго, но смирись с этим, прошу, душа моя, — она еще сильнее заключила свою сестру в объятия, стараясь защитить от всего этого ужасного и порочного мира. — Хорошо, Суна. Я обещаю, что буду сильной. Но и ты побереги себя, пожалуйста, прошу. Не нужно ничего придумывать. Я не хочу, чтобы отец снова избил тебя. Я выйду замуж, сестра, — Сейран проговорила это, слегка задыхаясь от собственных слов, которые совсем инородно звучали из ее уст. — Хватит реветь! Какие же вы дуры! — дверь темного подвала открылась и в маленькую комнату проникли тонкие лучи света и свежий воздух, который придал измученным девушкам сил встать на ноги. Кязым оглядел лица дочерей, которые по злому смотрели на него, а затем схватив их за руки вывел на улицу. — Аллах, дай мне сил! Я! Я! Кязым Шанлы! Нашел для вас лучших женихов во всей Турции, а вы как неблагодарные собаки, воротите свои носы. Неблагодарные. Суна иди к себе в комнату, и не попадайся мне на глаза, твоя свадьба только через месяц, мне не до тебя. А вот ты, Сейран, иди к матери и приведи себя в порядок, сегодня вечером у тебя будет помолвка с внуком Халиса Корхана. Он не должен увидеть тебя впервые в таком жалком состоянии. *** Вечер приблизился совсем незаметно. Сейран целый день не было в комнате, а Суна весь день пролежала в кровати, пытаясь хоть на час уснуть и восстановить силы после проведенных дней в подвале. Но закрыть глаза было для нее настоящей пыткой, ведь как только она оказывалась в темноте, без солнечного света или же бликов лампы, ее тело окутывалось нескончаемой болью и всепоглощающим страхом. Перед глазами сразу же всплывали кусочки воспоминаний, как ее избивает собственный отец. Не желая продолжать эту пытку, Суна все-таки решилась выйти из комнаты и найти Сейран, чтобы поддержать ее в эти последние минуты незамужней жизни. Как только темноволосая девушка направилась к двери, она сразу же открылась и, на пороге появилась ее сестра, одетая в прекрасное белое платье. — Сейран, ты такая красивая! Дай посмотрю, покрутись, — Суна не могла оторвать взгляд от красоты своей младшей сестры. — Суна, не нужно, пожалуйста. Я не выдержу, понимаешь. Дядя жениха, его мама и еще какая-то незнакомая женщина прибыли в дом. Они разговаривают там с отцом. Я подслушала. Знаешь, что они сказали? — Сейран широко развела руками, а затем вцепилась в ворот помолвочного платья, которое как будто душило ее, — они сказали, что жених тоже не знает о помолвке, что он приехал просто со мной познакомиться, что он вообще наотрез отказывается брать кого-то в жены, понимаешь, Суна? Это так унизительно! То есть, этот Кайя, даже не знает, что его привезли сюда жениться. А меня собираются просто подсунуть ему, как какой-то товар. — Так это же лучше? Парень просто откажется от этого брака, когда узнает, что его обманули. Помолвка не состоится. Ты будешь свободна, Сейран, — в голове Суны пробежала маленькая надежда, отчего она улыбнулась несмотря на то, что все тело ужасно болело. — А вдруг не откажется, Суна? — Сейран с недоверием посмотрела на старшую сестру. — Вдруг согласиться, не знаю, из-за давления родственников, или еще чего-то? Может быть он псих? — Сестра, не глупи. Парня обманом привезли сюда, можно сказать, поставили в такое положение. Конечно, же он не согласиться на все это. Даже не переживай, — протараторила Суна, будто сама пытаясь убедить себя в своих же словах, — давай, ни о чем не переживай, иди вниз. Я тоже скоро спущусь, мне нужно только переодеться во что-нибудь приличное и замазать синяки. Иди, душа моя. *** Справившись с синими отметинами на теле, Суна достала из своего шкафа голубое платье, которое в тайне от отца подарила ей мама на двадцатилетие. За все три года, прошедшие с того момента, она не осмеливалась показаться в нем перед отцом, боясь, что он узнает об этом тайном подарке и еще больше разозлиться, а может и еще хуже, изобьет мать. Но сегодня Кязыму и собравшимся гостям явно было не до нее, все заняты помолвкой, поэтому она решила надеть это платье, как говорила мама, невероятно ей подходящее. Спустившись вниз, дабы помочь сестре и матери с приготовлением кофе, Суна почувствовала, как ее голова разрывалась на части. Она будто не могла дышать, перед глазами снова всплыла жуткая картина побоев отца. Не найдя в себе, силы сдерживать эту боль, Суна выбежала в задний двор дома, заполненный прекрасными цветами и зелеными деревьями, которые она и Сейран собственноручно высаживали в детстве. Жадно глотая свежий воздух, Суна не заметила, что в этом саду она была совсем не одна. Парень с черными как ночь волосами и глазами с полным непониманием смотрел на нее. Суна лишь кратко окинула его взглядом, схватившись за горло и все еще пытаясь прийти в себя. — Девушка, с Вами все в порядке? Вам плохо? — парень тотчас же подбежал к Суне, подхватив ее за локоть, ведь еще секунда и она бы потеряла сознание, — Может мне позвать кого-то на помощь? Вы слышите меня? — Все в порядке. Просто голова разболелась. Прошу, только не нужно никого звать. Сейчас станет легче, я сама справлюсь, — Суна попятилась назад, пытаясь незаметно выбраться из крепкого хвата молодого человека, стоящего перед ней. Ей было неловко от всей этой ситуации. Какой-то незнакомый мужчина и она стояли совсем одни в ночном саду. Несмотря на неловкость, Суна поняла, что от звука его низкого голоса ей стало легче и теперь она уже могла ясно рассмотреть своего спасителя. Перед Суной стоял парень, который явно отличался от всех тех, кого она видела на улицах Антепа раньше. Беспорядочно уложенные волосы, черные как у ворона глаза, которые внимательно смотрели на нее. В первую очередь, ее удивила его одежда. Широкие черные брюки и такая же черная полурастегнутая рубашка, из-под которой отчетливо виднелась его грудь, усыпанная татуировками на непонятной ей языке. Его пальцы, которые так крепко держали ее руку, были усеяны стальными кольцами, которые приятно холодили ее кожу, в то время как на груди висели серебряные цепи. Она сразу словила себя на мысли, что, если бы он появился в таком виде на улицах Антепа, его сразу же приняли за сумасшедшего, да и она бы точно разделила их мнение. — Точно все в порядке? Ты выглядишь растерянной. Как тебя зовут? — с волнением в голосе поинтересовался парень. — Суна… Суна Шанлы, — тихо произнесла девушка, сомневаясь, стоит ли ей вообще называть свою имя. Но сейчас играть в какие-то игры и скрывать свое имя ей совсем не хотелось. — То есть ты сестра Сейран? — парень сказал это с удивлением. Он явно не ожидал встретиться с сестрой девушки, с которой его хотят познакомить, в таких обстоятельствах. — Я приехал сюда, чтобы познакомиться с ней. Знаю, это странно звучит, но я не мог отказаться, — проговорив это, парень сжал свои губы, — мать очень просила меня сделать это. Хотя это лучший вариант из всех, что у меня был. Либо под давлением семьи жениться на незнакомке, либо же приехать сюда, познакомиться, сделать вид для всех, что пытаешься найти себе жену, а потом просто уехать, оставив и себя и девушку в покое, — прозвучало все это как оправдание. Он сам до сих пор не мог поверить в эту ситуацию. Он прекрасно понимал, что его родная мать манипулировала своей болезнью, зная, что он все равно ей не откажет. Мама была его слабостью. Она была единственным человеком, который, как он чувствовал, искренне любила его, несмотря на сложный характер. — Получается ты Кайя? — Суна также с удивлением и некой настороженностью посмотрела на молодого человека, не веря во все происходящее. Так вот кто этот загадочный муж, которого отец подготовил для ее сестры и женитьба с которым, рушила все ее планы и мечты. — Кайя, послушай, это тоже звучит странно, но ты даже не представляешь в какой ситуации оказался. Мой отец сказал, что у тебя и Сейран сегодня помолвка. Еще Сейран слышала разговор твоей семьи с моей. Они сказали, что обманом привезли тебя сюда, сказали тебе, что это просто знакомство, но на самом деле они хотят вас поженить любыми способами. Откажись, прошу, откажись от этого всего! Моя сестра, — голос Суны задрожал, а на глазах выступили слезы, — она не хочет замуж, ее главная мечта — это поступить в университет, понимаешь? Я могу сделать все, что ты скажешь, проси о чем угодно, только откажись от этой помолвки. — Суна, пожалуйста, не плачь! Эта мое желание, хорошо? Это то, что ты для меня можешь сделать, — Кайя растеряно посмотрел на девушку, совсем не ожидая такой реакции, — я не знал об этом плане, конечно, я откажусь. В моих мыслях вообще не было никакой женитьбы. Да и если твоя сестра не хочет, это еще лучше. А что насчет тебя? — может быть этот вопрос звучал неуместно, но он не мог не задать его, так же, как и не мог оторвать своего взгляда от темноволосой девушки, стоящем перед ним. Совсем худая, но изящная фигура, окутанная в прекрасное голубое платье, длинные ноги и выразительные руки сразу же привлекли его внимание, как только он увидел ее на пороге маленького дворика, куда он сбежал от своих родственников. Но больше всего его привлекли ее темные как ночь глаза, которым, как он успел отметить, совсем не шли слезы. — Я… Я… Отец тоже хочет выдать меня замуж, за одного богатого человека из нашего города. Наверное, не настолько богатого, как твоя семья, иначе он бы так не торопился с вашей помолвкой с Сейран. У меня свадьба через месяц. Но это неважно, главное, чтобы с Сейран все было в порядке, — после этих слов Суна уже не могла сдержать нескончаемый поток слез, который вырвался из нее. Она почувствовала на своей спине руку парня, которая почти невесомо гладила ее спину в неловкой попытке успокоить. — Суна, ты тоже против этого брака? — почти шепотом произнес Кайя, будто бы боясь спугнуть девушку. — Почему ты плачешь, может быть, я могу тебе как-то помочь? Что мне сделать? — Понимаешь, господину Аслану, моему жениху — медленно говорила Суна, так как ее дыхание сбилось от слез, — ему пятьдесят лет, он вдовец и у него есть пятеро детей. Я никогда не была против брака, но заключить брак с человеком, который является ровесником моего отца… Я не выдержу этого, не смогу… Я умоляла отца не давать свое разрешение, но деньги затуманили его разум. Кайя с полным сочувствием и приближающейся злостью смотрел на девушку, стоящую рядом. Она была такой хрупкой и беззащитной, что казалось, если он подойдет поближе, она разобьется на мелкие осколки. Все свое детство он провел в Лондоне, где понятия семьи, брака и отношений, полностью отличались от здешних. Он не мог смириться с тем, что в стране, где он сейчас живет, еще остались семьи, которые заключали браки своих детей таким образом. Насильно выдавали своих дочерей замуж, меняя их, как товар, на деньги и имущество. Он снова почувствовал себя пятилетним мальчиком, который хочет защитить мать, женщину, но не может ничего сделать. — Прости, я наговорила много лишнего, — сказала Суна, вытирая слезы на щеках, — мне нужно идти. Меня уже давно ждут на кухне. Спасибо тебе за понимание. Ты правда спасешь мою сестру, не знаю надолго ли, но все равно спасибо. Ты хороший человек. — Только сейчас она понимает, что все это время парень так и не отпустил ее руку. Немного отстраняясь и освобождаясь от его стальной хватки, Суна видит, как глаза парня устремляются на ее предплечье, усыпанное синими пятнами, результатом ее разговоров с отцом. Из-за того, что она плакала и постоянно старалась вытереть слезы рукой, все те кропотливые работы, которые она старательно проводила у себя в комнате, стерлись и все синяки, которыми были покрыты ее руки, которые она старалась скрыть от чужих глаз, вырвались наружу. — Это отец сделал? Суна, я спрашиваю? Это сделал ваш отец? Он бьет тебя и Сейран? — парень требовательно смотрел на девушку, а в его голосе слышалась злость. — Пожалуйста, мне нужно идти, сейчас все будут сердиться, что меня нет на кухне, — не дав и так очевидные ответы на его вопросы, девушка удалилась. *** — Сынок, проходи, чувствуй себя как дома, — лепетал Кязым, льстиво выслуживаясь перед будущим зятем и его семьей, — сейчас Сейран спуститься, вы познакомитесь, она угостит тебя кофе. Моя красавица дочка делает самый вкусный кофе во всем Антепе. Но Кайя лишь молча присел на диван, кидая презренный взгляд на Кязыма. Он не мог терпеть мужчин, если их можно таковыми назвать, которые поднимают руку на женщин. Но он не стал ничего говорить, дабы не разрушить тот безумный план, который так мгновенно всплыл у него в голове, чего он сам и не ожидал. С Кязымом он разберется позже. — Мама, дядя Орхан, госпожа Ифакат, — проговаривает он уверено, переключая свое внимание на родственников, — я хорошо подумал и понял, что я готов жениться. Но у меня есть одно условие. Я чту и уважаю ваши традиции, — Кайя произнес это, сам не осознавая, что он сейчас делает, ему было тошно от собственных слов, но он продолжил, — и поэтому хочу жениться на старшой дочери достопочтенного господина Кязыма. Я узнал, что Сейран всего лишь восемнадцать лет и считаю, что девушка еще совсем молода для брака. Если господин Кязым согласен отдать свою старшую дочь за меня, то мы сегодня же сделаем помолвку, а послезавтра, подготовив все необходимые документы, сыграем свадьбу. Кайя был уверен, что этот жалкий человек даже не вспомнит о том, что уже сосватал свою старшую дочь за другого мужчину и сразу же даст одобрительный ответ. — Кайя, но ты же даже не видел девушку, — перебила его Нюкхет, явно находясь в недоумении, — я, конечно, рада твоем решению, но не все ли это слишком быстро, сын? — Мама, прошу не надо, вы думаете я не понял, что вы привезли меня сюда не просто, чтобы познакомиться с госпожой Сейран, а совершить помолвку. Тем более, я видел помолвочные кольца и красную ленту, поэтому сразу все раскрыл, — соврал он, дабы не раскрыть своего информатора, — давайте не будем устраивать цирк. А что насчет старшей дочери, я уверен, она настолько же красива, умна и хорошо воспитана, как и Сейран. Не правда ли, господин Кязым, теперь я жду Вашего решения? — Кайя кинул взгляд на своего новоиспеченного тестя. Ему очень сложно давалось выдавливать на своем лице нотки уважения к этому человеку. — Отдаю, отдаю, отдаю, — крикнул Кязым и, вскочив с кресла, где он еще пару минут назад вальяжно сидел, принялся обнимать всю свиту Корханов. Кайя был прав, от мысли о больших деньгах этот человек может согласиться на все, что угодно. — Эсме, иди быстрее, позови Суну сюда, сейчас будем надевать кольца, — от этих слов женщина встала и спешно удалилась. *** — Суна, дочка, пожалуйста, поторопись, отец ждет тебя в гостиной, — Эсме забежала на кухню, чуть ли не задыхаясь, насколько быстро она бежала к дочерям. — Что происходит, мама, почему они зовут Суну, что-то случилось? — удивленно спросила Сейран, совсем не понимая, что происходит. Суна также вопросительно взглянула на мать. — Кайя, внук Халиса Корхана, он хочет твоей руки, Суна, хочет взять тебя в жены. Он попросил этого у вашего отца и тот дал свое согласие, сейчас у вас будет помолвка, — мама Эсме посмотрела в лица дочерей, пытаясь понять их реакцию на услышанное. Но они лишь переглянусь между собой в полном недоумении. — Суна, прости меня, пожалуйста, это моя вина, если бы я не сопротивлялась, отец бы выдал меня за него замуж, я во всем виновата, — Сейран прикрыла лицо руками, стараясь скрыть от всех слезы, выступившие из ее глаз, и принялась судорожно обнимать сестру. — Я так и знала, что этот парень полный псих. Он не отказался от помолвки, несмотря на все обстоятельства. — Не нужно плакать, сестра, ты теперь свободна. Меня бы все равно отец выдал замуж, так лучше хотя бы так, чем быть женой вдовствующего старика. Я ни в чем тебя не виню. И еще обещаю, что я обязательно что-нибудь придумаю по поводу твоей учебы. Сейран, ты будешь студенткой, твоя мечта обязательно сбудется, — Суна крепко обняла сестру, сама не понимая, что произошло только что. Ведь еще минут десять назад, она разговаривала с Каей и он признался, что не хочет жениться и даже не планирует. Почему он это сделал? Неужели она показалась ему настолько жалкой и беспомощной, что он решил взять ее в жены? От этих мыслей чувство злости накрывало ее тело. Кем он себя возомнил? Она не просила его о такой помощи, все что от него требовалось, это просто отказаться от помолвки. Но она сейчас не хотела об этом думать, она лишь наконец-то глубоко выдохнула. Несмотря на все, она была благодарна этому человеку. Он спас ее сестру. *** Спустившись в гостиную с подносом кофе, Суна заметила своего спасителя, сидящего на диване в окружении незнакомых ей людей. Он выглядел спокойным для человека, который и вовсе не планировал жениться, но сейчас сидит здесь в ожидании помолвки. Сначала она дрожащими руками подала чашку соленого кофе своему новоиспечённому жениху, услышав только как он тихо поблагодарил ее, затем подошла к женщине, сидевшей рядом с Кайей. Она сразу же представилась матерью жениха и также поблагодарила Суну. Разнеся всем остальным присутствующим кофе, девушка встала в углу большой комнаты, не понимая куда себя деть. Она чувствовала себя растеряно и странно. Всю жизнь ей рассказывали, как она должна себя вести во время такого события, но сейчас волнение, перемешанное со страхом неизвестности, будто бы стерло ей всю память. Подняв глаза, она увидела, как глаза молодого человека по-доброму смотрят на нее, пытаясь поддержать и передать ей хотя бы частичку своего спокойствия. — Давайте не будем медлить, наденем кольца сейчас, я уже не могу терпеть, — Кайя встал и следом за ним все сразу же закопошились. Кайя подошел к Суне и протянул ей руку, приглашая ее для совершения помолвочного обряда. Он приблизился к ней еще на шаг, таким образом, что она смогла почувствовать его дыхание в области ее уха. — Потерпи, пожалуйста, скоро это все закончится. Я прошу прощение за мою самоуверенность, но я подумал, что это единственный способ, которым я могу тебе помочь.Мы обязательно поговорим позже. И не переживай по поводу сестры, я решу вопрос с ее учебой, — тихо прошептал Кайя, на что она лишь безмолвно кивнула, в знак благодарности. Этот день полностью обессилил и опустошил ее. Но несмотря на это, она была рада, что этот сумасшедший день подошел к концу.