♱

Это тянется не первый год. Все вокруг видят эту «проблему» между Мирой и Магой, но никто не вмешивается, ведь они должны сами поговорить о том, что мешает, в первую очередь, им. Период The International 12 стал одним из тяжелых для всей команды в целом. Они играют хорошо, ошибок мало, совсем не быть их не может, в целом, проблем не должно быть. Но проблем никогда не может не существовать, потому что в последнее время во время игр Мага стал намного меньше говорить, указывать, просить помощи. Он будто играет паблик у себя дома, а не на арене в Сиэтле, где на него смотрят миллионы людей, от его игры тоже зависит успех команды. Но Халилов, кажется, не обращает на это внимания, продолжая отсиживаться в своем углу, не смотря даже на Миру, который сбоку всегда взгляд цеплял, не принимает участие в драфтах, просто смотря в монитор, ожидая, пока ему дадут играть. После каждого матча он не участвует в активном обсуждении игр, просто стоит рядом, неприлично же будет уйти. Мага просто устал от всего, что его окружает, но ему продолжает нравиться Дота, она всё еще главная в его жизни. И чуть-чуть Мира, с которым он стал бояться разговаривать. Почему? Сам не понимает. Просто не хочет говорить больше, чем: «Варды», «Помощь». Они итак понимают друг друга на линии хорошо, им и слов не надо, только играют не вдвоем, помимо них еще три человека, к которым надо прислушиваться, приходить на помощь, и у которых так же можно эту помощь попросить.       — Всё в порядке?- вопрос от Дениса вырывает из потока обсуждений, от чего Мага даже вздрагивает, потому что не ожидал такого. Кажется, что никто не должен замечать детали в поведении дагестанца, потому что он ведет себя так же, как и всегда, ведь так?       — Да, всё окей,- даже для достоверности кивает, но никто из находящихся в комнате в это не верит. Мага, если честно, тоже не верит, но продолжает гнуть уверенность. На Инте всё слишком хорошо, что даже страшно. Каждый вечер не верится в то, что они идут дальше по верхней сетке, а не вылетают в самом начале, как было год назад. Всё это приводит в сомнения, потому что Халилов привык, что его белая полоса в жизни хоть и длинная, но в любой момент его могут с нее просто увезти. И не обязательно в игре. Так было на Рияде. Казалось, ничего не должно было предвещать беды, только вот кто подумать мог, что опасность ближе, чем ожидалось? Между ними с Мирой всегда была некая недосказанность. Она не мешала им играть, но постоянно маячила рядом, противно сдавливала за шею. Постоянные долгие взгляды, нежелание говорить больше, чем обсуждение лайнинга и врагов, страх долгих прикосновений и не важно, что он только у Маги. У Миры никаких страхов, он живет моментом, не боится чужого мнения, ему не нужна оценка близких, главное, чтобы он был уверен в своих действиях. От этого завидно в разы, потому что Мирослав уверен в своей ориентации и в своих предпочтениях, знает, чего хочет от жизни, себя и партнеров, не боится осуждения. Он не такой, как Мага, который лишний раз подышать в сторону кого-то боится, потому что закален воспитанием дагестанским, которое такое не оценит, воспримет тебя как врага народа, потому что ты человек, который может любить не только девушек. Поэтому Магомед лишь исподтишка наблюдает, пытается принять то, что, возможно, ему нравятся парни, нравится Мира. Это началось еще на Рияде. Один самолет, места рядом, долгий перелёт, который побудил разговаривать друг с другом дольше, чем Мага хотел бы позволить себе. Он не может отрицать, что ему нравится общение с Мирой, он жаждет говорить с ним на любые жизненные темы, но каждый раз страшно, что-то лишнее сказать. Это чувство стало появляться после трехдневного самокопания Маги у себя в квартире перед вылетом в Эр-Рияд, когда он начал осознавать, что Мира, всё таки, его привлекает. Это не потребность в отношениях, потому что ему они не особо нужны, на самом деле, просто для галочки, наоборот, это больше осознание, что Мирослав, зараза, привлекает. Страшные желания, как взять за руку в самый неподходящий момент, положить голову на широкое плечо в самолете, чтобы спать было удобнее, взгляд дольше задерживать и смотреть по-доброму, с нежностью. Но резкое понимание, что так нельзя, рушится на голову Халилову как снег с крыши. Ему нельзя любить парня, нельзя проявлять по отношению к человеку своего пола что-то большее, чем дружба. В этом плане Мага до безумия завидует Денису, который на такое плевать хотел, он делает то, что хочет и что нравится ему, так как это его жизнь и распоряжаться ею только ему. Денис свободный, не боится взглядов и касаний, спокойно говорит, что, да, ему нравятся парни и он с ними спал. В Саудовской Аравии жарко, даже ночью. Кажется, что этот воздух может задушить, особенно днем, когда после квалов они выходят обсудить игры, то есть покурить. У Славы бесконечный запас энергии, он человек, которому никакие погодные условия не страшны, всегда остается на позитиве, подбадривает ребят, если те плывут. Мага плывет конкретно, и от жары, и от чувств, и от игр. Никто помочь не может, даже Артист, который только на него смотрит и вздыхает, понимая, что сегодня не будет доставать парня камерой. Мира сидит на диване, курит свои тяжелые сигареты, взгляд у него такой же, от чего Халилов сбежать хочет, чтобы не видеть и не ощущать. У него всегда такие чувства, когда он видит, как Колпаков смотрит на него, потому что взгляд тяжелый, в котором можно увидеть только настойчивость. Мага сбегает в отель, отмахиваясь, что жарко и полежать хочет под кондиционером, хотя душит его не жаркий воздух Рияда, а мирины сигареты и его взгляд. Неделя прошла быстро. Они выиграли Рияд Мастерс, снова вернулись в свою форму, доказали, что новый игрок никак не портит их коллектив. Тогда, перед финалом, Мага от всех отошел, покурить решил спустя долгое время, ашку долго в руках вертел и думал, но не об игре. О Мире, снова. Зараза из головы не вылезает, хотя и сидеть там вовсе не должна. На Инте обстановка стала неприятнее. Прилет намного раньше, что Денис называет: «Выдрали из зоны комфорта, зато подстрою режим под Сиэтл». Мага думает, что Сиэтл его сломает, и речь не только про режим. Инт - находиться с Мирой дольше, чем раньше, потому что сейчас между играми перерыв в неделю почти. Больше тренировок, больше этих тяжелых взглядов, под которыми хочется задохнуться, больше Мирослава. Тому легче, он не загоняет в рамки себя, он не Мага, который продумал в своей голове миллион вариантов, если просто лишний раз на старшего посмотрит. Группы кончились, следующий этап - плей-офф, где уже надо играть серьезнее и внимательнее. Но Мага играет без какого-то напряжения, как в целом и команда. Напряжение он ловит только после игр, когда надо обсудить матчи, обсудить героев и действия на карте. Отвлекает от рутины Лил, который подарил Маге киндер за какой-то ответ в видео, и это спасает. Только ненадолго, потому что всё это время он был под отвратительно внимательным и тяжелым взглядом Миры, который еще и когда курит, смотрит так, будто презирает. После полуфинала с Ликвид, где игра была тяжелой, но они остались в верхней сетке, Мага ночью на балкон их номера выходит, предварительно забрав пачку сигарет Колпакова с его полки. Зачем ему они, сам не понимает, но просто хочет расслабиться так, как любит делать его друг. В Сиэтле ночью холодно, здесь не Рияд, почти с годовой жарой, это Америка. Делая первую затяжку, Халилов в целом понимает, что его друг так привязан к сигаретам, потому что он сразу расслабляется, несмотря на то, что руки до сих пор подрагивают. Мира на балкон тихо выходит, к младшему сзади подходит и обнимает за талию, будто у них это нормально, привычка, носом в затылок упирается и дышит.       — Мира..- дагестанец давится дымом, его голос дрожит и тихим становится, он сигарету чуть не роняет.       — Помолчи,- у Миры голос сонный, он младшего сильнее сгребает в односторонние объятия, прекращая его брыкания,— Я вижу твои взгляды, я знаю, что ты боишься, но хочешь. Давай просто постоим так пару минут. И Мага сдается. Потому что ему это надо, он хотел этого. А тут сам Мира сделал первый шаг, понял, чего тот хочет. Поэтому Халилов не решается оттолкнуть старшего, хоть и хочется, просто стоит в тишине на балконе с видом на Сиэтл в чужих объятиях, в сильных руках, курит чужие сигареты. Записи медиа всегда выматывают, в эти дни мозги не варят, а Мага заплывы в своих мыслях устраивает еще больше, после того происшествия на балконе. Вроде, его это немного раскрепостило, потому что он знает, что Мира тоже этих прикосновений жаждет, но всё же. Когда они записывают то видео для Инта, Халилов не знает, что его сподвигнуло ногу на мирину закинуть, еще и старался ведь сделать такое лицо, будто он тут вообще-то спокойно сидит. Колпаков сразу схватывает, ладонь на чужое бедро кладет, сжимает еле ощутимо. Но Мага слишком слабый, для него это касание - вершина самой высокой горы в мире, с которой он без задней мысли прыгает. Тем же вечером, когда Мира, Илья и Денис уходят в ресторан, чтобы расслабиться и немного отвлечься от игр, Мага остается в номере, ссылаясь на плохие самочувствие. Плохое самочувствие заключалось лишь в быстром касании четверки к его телу, из-за чего Халилов еле себя сдерживал до вечера, каждый раз прокручивая снова это прикосновение. Прикосновение, которое не на шутку возбудило, заставило дрочить в номере на это, стыдливо закрывая лицо рукой, пока другая доводит до пика наслаждения. А в мыслях только тиммейт, который там будто поселился в последнее время. После Инта, Мага позорно в Махачкалу сбегает, огрызаясь на Миру, который предложил с ними по Америке проколесить. Ему надо отдохнуть, в первую очередь от себя. Январь не предвещал ничего хорошего. Отдыха было будто бы катастрофически мало, учитывая еще то, что Мага почти всё время проводил с родственниками и друзьями, от чего отдохнуть от себя и покопаться в мыслях, как любил, он не мог. Поэтому в Белграде, на буткемпе, он держится изо всех сил, старается не смотреть постоянно на Миру, еще больше на всех ругается. Никто не придает этому значения, а сам четверка будто не видит ничего странного. Это только лучше, думает Коллапс, сидят на крыльце буткемпа и куря ашку. Мира выходит тихо, его выдает только защелка зажигалки, когда сигарету поджигает. Он молчит, с оффлейнера взгляда не отводит, будто хочет услышать от него что-то. А Халилов в ответ смотрит с какой-то надеждой, так и говорит: «Пожалуйста, подойди и скажи, что ты чувствуешь ко мне, я ненавижу твой взгляд, я ненавижу молчать с тобой, я боюсь признаться тебе, а ты не разговариваешь со мной». Эти гляделки длятся ровно 6 минут, пока Мирослав курит, а Коллапс на него смотрит, потягивая ашку больше, чем обычно. Потушив сигарету, четверка Магу по волосам треплет, улыбается и уходит, оставляя того в еще более неприятной тишине, в которой вопросов, надежд и мечт стало в разы больше. Денис, сам того не замечая, становится тем самым «лишним» между Мирой и Магой. Да, почти с самого первого дня в команде он стал хорошо общаться с Коллапсом, у них оказалось много общего, был какой-то мэтч, да даже фанатам нравились их взаимоотношения на камеру. Постоянно проводили вместе время, появилось много своих шуток. Мира на это реагировал резко негативно, он долго привыкал к новому мидеру, но это растягивалось лишь из-за того, что теперь всё внимание Маги уделяется не ему, а новенькому в коллективе. Колпаков не слышал то, что это хорошо, он постепенно вливается в коллектив, да, через Магу, но это ведь хорошо. Не для него. Он будто самый настоящий и яркий эгоист, хотел внимания оффлейнера только себе, хотел проводить с ним столько же времени, как раньше, а не врезаться в спину с цифрой «29». Адаптационный период Дениса Сигитова проходил нормально, но только для него одного. Он понимал, что влез в команду, где у всех уже были построены отношения друг с другом, они даже без слов понимали, что требуется от каждого! А тут он, лавиной упавший на них, так еще и продолжил цепочку неудач, получал больше всех хейта. Спасал Мага, который поддерживал лишь парой слов, иногда коротким объятием, и Ярик, просто который был и улыбкой говорил, что все будет хорошо, а Илья, хоть и грубо, но всегда подсказывал, где надо обратить больше внимания, чем надо. Кроме Миры, который лишь мог кидать непонятные взгляды, глаза закатывать и огрызаться. Пришлось потратить не так много времени чтобы понять, что между Мирой и Магой что-то было. Что-то, что понимали только они и то, что мешало почти всем. Постоянные взгляды, особенно после матчей когда они могут стоять друг напротив друга, смотреть и молчать. Денис даже как-то сказал, что они похожи на баранов, которые не решаются начать драку. Тактично он был послан нахуй, хотя шутку оценил Илья, подтверждая его взгляд на эту ситуацию. Со временем постоянные гляделки оффлейн-дуо стали бесить уже всех, потому что в этих взглядах, долгих, уставших, было что-то, что каждый не решался высказать другому. У Маги была надежда, преданность, влюбленность и страх, а у Миры обида, злость, но так же влюбленность и преданность. К февралю взгляды переросли в касания. Их стало больше, особенно таких будто бы незаметных. То Мага подбородок на плечо старшего положит, или просто рядом стоять будет, главное, чтобы близко. А Мира постоянно за младшим стоит, будто гора, постоянно взглядом за того цепляется, часто просто руку на спину кладет, ведет пальцами к шее. Постоянно замечать их касания, как они думают, что никто не видит, стало привычным и никто не акцентирует внимание на этом, потому что пока это точно не мешает команде. После каждой игры на Даче, выходя во двор обсуждать игры, Мира постоянно находил свое место рядом с Магой, старался ловить момент, когда камера Артиста на них не наведена, чтобы ладонь на чужую спину положить, провести от поясницы до шеи, почти пальцами зарыться в волосы его. Коллапс дрожит, но как чувствует, что из-за этого рука старшего отстраняется, сразу рукой за джерси Миры хватается, так и говоря, чтобы не убирал, продолжил. Конец турнира был будто ожидаем, но всё таки неожиданным. Волноваться по его поводу не стоит, ведь это просто рофло-турик, который поможет набрать форму к уже более серьезным матчам. Но обидно ведь, даже если афтерпати помогает забыть о том, что вы вылетели, осадок остается. Последний день в Дубае, самолет через пару часов, надо уже собираться, только Мага на кровати сидит и гипнотизирует чемодан взглядом, будто это что-то изменит, даже не слышит, как Мира его о вещах спрашивает, куда что клал. Садясь рядом с младшим, Мира на него снова смотрит, до руки дотрагивается, чтобы тот обратил на него внимание. Он за руку Магу берет, потому что убирать не хочет свою, да и просто хочется сделать так. Они молчат, Коллапс на их руки смотрит, понимая, что сейчас это самое большое, что они могут сделать по отношению друг к другу.