и ничего больше нет....

Они встречаются непостоянно. Она не звонит, не предупреждает. А он не ждёт. Просто знает, что однажды, когда он будет сидеть один, и мысли его будут никак не связаны с ней, раздастся звонок в дверь. И он снова увидит её. Элегантную, слегка небрежную, спокойную, улыбающуюся лёгкой полуулыбкой. Выдохнув её имя, чем вызовет ещё одну, уже более заметную улыбку, пропустит её в квартиру. Она спокойно подойдёт и, обвив его шею руками, завлекая в поцелуй, увлечёт в спальню. Он знает её полностью. Каждый вздох, каждый стон, каждый сантиметр её тела. Он навсегда запомнил то, как её светлые волосы раскидываются по подушкам, плечам, спускаются волнистыми прядями к его лицу. Она садится в постели. Он всё ещё лежит, наблюдая за ней. Она тянется к полу, где в кармане штанов всегда лежит пачка сигарет и зажигалка. Прикуривает. Делает первую затяжку. Он подрывается и, без предупреждения выхватывает сигарету у неё из рук. Она безразлично берёт вторую. Он кладёт отобранную сигарету между зубов и затягивается в попытке вновь почувствовать вкус её губ. Они не разу не целовались после секса. Просто молча курили. Им столько нужно друг другу сказать, а потому, они молчат. Он не спрашивает, она не запрещает, однако он знает, что если спросит - получит отказ. Поэтому воровать её сигареты - единственный способ почувствовать запах, так к ней приевшийся, словно она сама им стала. Она курит чапман ред. Он - чапман браун. Он молча разглядывает её, изгибы тела, изящные руки, длинные пальцы, сжимающие сигарету, полуопущенные ресницы. Она подрывается с кровати и, подобрав свои вещи, выходит из комнаты с фразой: "я в душ". Он остаётся в кровати, откидывается на простыни. Она выходит из ванны. Уже полностью одетая, волосы вьются от влажности. Потрясающая. Он спрашивает: "сварить тебе кофе?", и, получив, кивок, отправляется на кухню. Она сидит прямо на столе, по-детски болтая ногами. Держит кружку двумя руками и смотрит перед собою, постепенно выпивая горячий напиток. Он стоит, облокотившись о барную стойку, наблюдая за ней. Есди бы она обернулась, и они встретились глазами, по всему её телу пошли мурашки от взгляда, что направлен на неё. Но она, словно назло, не оборачивается. Смотрит в пустоту бездумным взглядом. Наконец кофе в чашке остывает. Допивая оставшуюся часть залпом, она спрыгивает со стола, и отдаёт ему кружку, направляясь к двери. Он не идёт её провожать. Захватив свой плащ, она тихо прощается, однако в тишине квартиры слова свучат оглушительно. Он вздрагивает от этих слов. Она этого не видит. Хлопок двери. Постояв ещё немного, допив кофе, он вновь идёт в спальню. Сразу же снимает постельное бельё и кидает его в стиральную машинку. Вот так. Теперь её запаха нигде не останется. Он его обожает, но вдыхать его с её волос и ощущать на холодных простынях - разные вещи. Слишком призрачно, слишком ненастояще. Он вновь затягивается сигаретой, заставляя мысли двигаться в правильном направлении. Вот так. Так всё и должно быть. Однажды она снова объявится на пороге его дома, а потом тихо уйдёт, не оставляя за собой следов, кроме призрачного запаха на постельном белье, от которого он тут же избавится. Они не встречаются.