Не в те двери...

— А, конечно… Давай…- запинающимся голосом начал Агрест, продолжая втыкать в экран компьютера. — А на какую тему? Потерев потные ладошки друг о друга — синеволосая брюнетка пробубнила: — На тему…нашей с тобой интимной близости, которая произошла месяц назад. У меня дома. — Ты тогда приходил объяснять строение яйцеклетки и… — Короче… Как тебе это сказать… От переизбытка волнения — тело брюнетки начало покрываться «холодными» мурашками, а сердце начало гулко стучать в груди. — Короче… Та жидкость, которая была в стакане — была не водой вовсе… — Мари… — прервал Адриан синевласку, отвлёкшись ненадолго от документов. — Ты не должна винить и осуждать себя за «такие» вещи. — В этом ничего постыдного нет. В этот момент внутри меня начала кипеть и кричать справедливость. " — Как он может оставаться спокойным после такого?" " — Я же обрекла его жизнь — на полный провал!" " — И как он вообще что-то вспомнил после такой дозы спиртного?!" — Ну как же "нет"? — Я ходила перед тобой полуголой, предлагая выпить воды! Воды! — Но никак не алкоголя, который подействует на твою психику! — Ещё и в постель затащила, признавшись до этого в любви! — Дура! Просто дура! Синеглазка могла бы так и дальше кичиться, ругая при этом себя. Но почувствовав мощные руки на своей талии — тут же успокоилась, оперевшись ладонями в грудь Мистера Агреста. — Ты не дура, Мари… Хватит себя обвинять во всём и вся, неся тяжкий груз обвинений. — начал шёпотом зеленоглазый, ещё крепче обвив талию девушки. — Это я дурак… Влюбился в тебя ещё с первого курса, как умалишённый — боясь делать хоть какой-то шаг к признанию! — Каждую божью ночь — я просыпался в холодном поту, с обострённым желанием хоть как-то удовлетворить себя и своего «маленького» перевозбуждённого «друга». От таких откровений учителя — синеволосая брюнетка вмиг залилась краской. — Не сказала бы — что у тебя «маленький». — Наоборот — очень даже… Большой! — А ты рассматривала что ли? — удивлённо спросил белокурый, отчего та вновь залилась краской в тон помидора. — Нет — нет! Просто когда ты делал толчки…в меня, то ощущалось… — Пятнадцать сантиметров? — договорил он за смущённую девушку и добавил: — Знаю… Природа знает, кому дает. — Кстати, о природе… Твоя попка и грудь — просто персик. " — Что? " Казалось ничего не смогло смутить девушку. Да и куда уже. Она была красная, как мак. Но зеленоглазому блондину — это удалось сделать. И причём дважды. — У меня просто не укладывается в голове, как ты можешь говорить со спокойной душой о таких интимных вещах, в такой формальной и деловой обстановке? — Нас же могут запросто услышать! — И? Но пусть слышат… Всем из педсостава всё равно фиолетово. Всему руководству коллежа — действительно было пофигу на происходящее. Они со спокойной душой попивали кофеёк с печеньками, смотря сквозь пальцы на постоянные инциденты, происходящие по одному и тому же сценарию. — Всё — равно… Неудобно как — то… — замялась синеглазая, после нескольких секунд размышлений. — Неудобно спать на потолке…- отозвался светловолосый и хихикнув — тут же добавил: — Заполнишь журнал? — А то я совсем и думать забыл про него. — Или просто не хотел? — произнесла Дюпен-чен с улыбкой полной самодовольства. — Как погляжу сочный персик на тебя произвёл впечатление достаточно хорошо! — Иди давай! Иначе накажу! — со смехом в голосе отозвался Агрест, шлёпнув при этом синеволосую по ягодице. С заливистым смехом схватив журнал и ручку — Маринетт произнесла: — Ну и как же ты интересно сделаешь? В личные секретарши запишешь? Или может заставишь проверять стопку тетрадей с такими ненавистными мне лабораторными работами? — По — красивому…- неопределённо ответил светловолосый. — Это как? По — красивому? — недоумевала брюнетка, продолжая заполнять журнал. — А вот это ты должна уже сама понять «как именно». — В этом и суть наказания! *** " — Умеет же Мистер Агрест ставить меня в неловкое положение!" " — Вот как я должна по его мнению догадаться — какое наказание он там себе напридумывал?!" Девушка перебирала гардероб целый день, пытаясь разгадать неразгадываемый ребус, который ей преподнёс её краш. Пришедшая посреди бела дня подруга шутила, про «феномен неразгадываемого Мистер Агреста», который человечеству ещё предстоит изучить. " — Агрест — загадка, ребус, тайна — её вовек не разгадать! Пути возможного решения… А путей нет! Потому что их еще предстоит изучить!" — говорила так Сезар, со смехом глядя на лицо Дюпен-чен, которое больше напоминало грозовое облако… Собравшись внешне и внутренне — Мари вызвала такси и направилась в сторону особняка Агрестов, уже вовсю настраиваясь на «наказание». По приезду в дом — брюнетку встретила кромешная тьма и свечи… Много свечей… Прямо с порога её встретила дорожка из роз, ведущих в комнату блондина… " — Как это всё странно… Создаётся такое впечатление… Что со мной это когда — то уже происходило." В просторной и белой комнате же было также пусто и сумрачно. Ни единой живой души. Лишь прозрачные занавеси колыхалась, подавая признаки жизни. " — Адриан! Где ты чёрт возьми?!" " — Почему ты расставил свечи по всему периметру дома, а сам куда-то благополучно смылся?!" Почувствовав, как шёлковое платье с шелестом сползает с её тела — она подпрыгнула, и с испугу — прикрыв своё обнажённое тело — занавеской, развернулась, чтобы посмотреть в лицо этому «шутнику». Каков же был шок Мари — когда она увидела перед собой не Адриана Агреста — всеми любимого учителя биологии и анатомии, а Феликса Фатома — учителя химии в коллеже, который зырил на неё голодными глазищами. — Что тебе надо от меня, урод? — крикнула Мари. — Не всех девушек ещё обрюхатил в коллеже? — Решил на меня покуситься? — За то время пока ты тявкаешь — могла бы понять давным-давно, что беременна от меня и находишься явно не в доме, наполненном романтикой и заботой. — спокойным и леденящим душу голосом начал Фатом. — «Твой Адриан» наверное давным-давно поднял на уши ОМОН, полицию и прочие спецслужбы, т.к. ты явно не в те двери зашла!