Часть 11

      «Я знаю все, Лили. Они ищут тебя. Она ждет тебя. Лив очень скучает, Лили»       Кто же знал, что именно эти слова разрушат маску Лили? Догдэй не ожидал этого, да и никто не ожидал.       В тот момент лицо Лили изменилось. Сначало стало напуганным, а после задумчивым. Не было криков с её стороны, не было улыбки и сладко сказанного «О чем ты?». Нет. Лишь серьезный взгляд и твёрдое: «Где они?»       Именно так они оказались посередине леса и искали ту самую поляну, на которой находились Рич с Оливией. Когда они отправлялись в лес, многие друзья просились с ними, Хоппи и Крафти не хотели отпускать кого-либо в глушь с «этой овцой». Бубба и Бобби тоже рвались пойти с ними, но после твёрдого отказа лишь пожелали удачи. Пикки и Киккен не пошли из-за того, что друзья должны были в конце концов объяснить им, что происходит, да и состояние у этих двоих было не лучшим.       Кэтнапа буквально пришлось взять с собой, хотя Догдэй и так планировал это сделать. Тот напрочь отказывался отпускать этих двоих в лес вдвоём, а если бы те отказали, то все равно бы последовал за ними. Догдэй знает, о чем говорит.       Половина пути прошла в молчании. Лишь едкие и колкие взгляды между Кэтнапом и Лили иногда разбавляют полное игнорирование друг друга, но в остальном все трое шли в своих мыслях. Уже немного начинало темнеть. Да, идти в лес в темноте было не очень хорошей идеей, но Лили надо было увидеть Лив как можно скорее, а тем более Рич с дочкой остались на той поляне и до сих пор ждут, когда придет Догдэй.       Все это время Лили шла с нечитаемым выражением лица. На ней не было привычной милой улыбки, но так же не было безумного оскала, какой обычно бывает у главных злодеев. В один момент она не выдерживает и начинает разговор.       — Что... Что именно ты знаешь?       Её голос хоть и запнулся, но был полон серьёзности и твёрдости, что совершенно не считалось с её привычным образом дружелюбной овечки.       — Я знаю про аварию. Я знаю про немоту Лив. Я знаю, что это действительно ты воровала наши кулоны и возможную причину воровства, — спокойно перечислил Дэй, идя впереди и не смотря на Лили.       — Что? — спросил Кэтнап, все ещё хриплым голосом. Да, когда Догдэй упал его голос звучал звонко и как обычно, но это было скорее всего из-за адреналина.       — Потом объясню, ангел.       — Не называй меня так, я...       — Какая по твоему мнению у меня причина воровать кулоны? — перебила Лили, за что сразу получила недовольный взгляд со стороны кота.       — Вау, ты даже не врешь, что не воровала кулоны. Хороший прогресс, шашлык на ножках.       — Твоего мнения не спрашивали. Слишком много болтлив ты стал за последние пару минут, котяра.       — У меня есть причины так много разговаривать. Или ты уже забыла?       — Нет, я прекрасно все помню и даже готова повторить, если ты прямо сейчас не заткнешь свой...       — Успокойтесь! — не вынес Догдэй. Овечка и кот сразу заткнулись и стали молча смотреть друг на друга враждебными взглядами.       Все вокруг вновь погрузились в тишину.       — Ты так и не ответил на вопрос, — спустя несколько минут сказала Лили.       — Точно, — вспомнил Догдэй. — Я думаю, ты хочешь воскресить мать Лив и вернуть девочке голос. Это довольно логично, если ставить все факты, которые я знаю. Думаю Лив и её семья были тебе дороги, поэтому ты ушла из-за них к нам в лес и стала воровать кулоны.       Лили усмехнулась.       — В чем-то ты прав, а в чем-то нет.       — В каком смысле? — не понял Догдэй.       — Из семьи Лив, мне по душе только Оливия. Мне плевать на то, что мать Лив умерла. Мне будет плевать, когда умрет Рич. Но мне не плевать на саму Лив. Мне не плевать на её состояние после той аварии. Мне не плевать, что она перестала разговаривать, — твердо произнесла Лили, смотря куда-то вверх. — В этой аварии есть моя вина и я сделаю все, чтобы исправить то, что натворила.       Кэтнап, который до этого молча слушал то, что говорила овечка, решил вставить свои пять копеек.       — У тебя бы все равно не получилось.       — Что? — удивленно произнесла Лили.       — То, баран, мы не можем воскрешать кого-либо, включая людей. Наши силы способны на многое, мы даже сами не знаем их полную мощность, но если бы мы использовали все кулоны одновременно, у нас бы ничего не получилось. И тем более, ты бы не смогла сама использовать кулоны. Каждый кулон предназначен только для определённого существа, никто иной, даже обладатель другого кулона не сможет использовать не принадлежащий ему кулон. Ты просто потратила время зря.       Догдэй повернулся к Кэтнапу и закрыл рот лапой.       — Тебе нельзя много разговаривать, ангел.       Кэтнап убрал его руку со своего рта.       — Я просил...       — Тссс... — Догдей снова положил лапу на его рот, пытаясь скрыть улыбку. — Я мог это сам ей объяснить, не стоило напрягать своё горло.       Нап закатил глаза, но все-таки замолчал. Лили недовольно бросила на них взгляд и продолжила идти дальше. Ещё немного поглядев друг на друга Кэтнап и Догдэй последовали за ней.       — Если ты не хочешь воскрешать мать Лив, то зачем тебе воровать кулоны? — непонимал Догдэй, смотря на овечку. Та закатила глаза и недовольно взглянула на него.       — Я не не хотела воскрешать мать Лив. Шарлотта была дорога для Оливии, поэтому я должна была воскресить её. Вина меня преследует только за голос Лив, на остальное мне плевать.       Догдэй задумался.       — Что за вина тебя терзает?       — А мне тебе всю свою жизнь пересказать? — гневно ответила Лили, не смотря на Дэя. — Я тебе не Рич, что готов любой рандомной говорящей собаке выговорится. Тебя это не касается.       Некоторое время они шли в молчании. Медленно идя, Догдэй начал узнавать местность, по которой они шли. Они идут в правильном направлении.       Другого лидер от овечки и не ожидал. Да, у Лили были хорошая цель, но то, какой она выбрала путь, чтобы достичь этой цели... Лили была не мягкой и пушистой, какой она представилась, а язвительной и самоуверенной овцой. Это явно мешало вести им адекватные переговоры. Тут поможет только договоренность.       — Я предлагаю тебе обмен.       — Что? — сразу в один голос произнесли Кэтнап и Лили.       — Обмен. Ты отвечаешь на наши вопросы и отдаешь нам кулоны, а я... А мы с Кэтнапом вернем голос девочке, — сказал Догдэй, игнорируя удивленный взгляд своего партнера.       — Котяра недавно сказал, что...       Её перебил Кэтнап.       — Я сказал...       Договорить ему не дала лапа Дэя.       — Он сказал, что воскрешать мы не можем. Но мы с ним вместе можем восстановить что-либо. В этом и заключается наша общая сила, — говорил Догдэй продолжая держать свою лапу на рту Кэтнапа, который пытался её убрать, но безуспешно. — Моя – защитный барьер и исцеление. Его – растворение в воздухе и проникновение с контролем чужих снов. Наши способности разные, но в это и есть их сила... Ангел, успокойся.       Кэтнап продолжал попытки убрать руку Догдэя от своего рта, но это было безуспешно. Понимая, что выбора нет, он магическим образом исчез. Словно испарился в воздухе. Лили изумленно смотрела на то место, где только что был кот.       — Вот о чем я говорил, — совершенно спокойно вздохнул Догдэй и продолжил свою речь, — Наши способности разные, но в этом и их суть. Мы две противоположности и соединяя наши силы мы буквально становимся... Гармонией? Золотой серединой? Не знаю, как правильно сказать, но благодаря этому мы можем восстанавливать любую вещь! Помнишь большое дерево, под которым мы постоянно играем? Несколько лет назад оно начало стремительно умирать, пока мы не понимали, что нам делать. Чуть позже оказалось, что мы с Кэтнапом можем соединять свои способности и мы смогли восстановить дерево. Мы так же сможем...       Резко он заткнулся. Он пытался открыть рот, но все было безрезультатно. Понимая, что сейчас происходит, он попытался убрать лапу появившегося из неоткуда кота. Это оказалось непростой задачей. Наблюдая за этой недо-дракой, Лили закатила глаза.       — Может вы остановите уже свои брачные игры и нормально мне объясните условия сделки?       Кэтнап и Догдэй резко замерли. Не убирая свою лапу от рта Дэя, Нап вынес вердикт.       — Да что тут непонятного, овца ты заблудшая. Ты нам возвращаешь кулоны и даешь ответы на вопросы, а мы возвращаем голос девченке.       Догдэй кивнул и наконец-таки смог выбрался из заточения.       — Да, верно.       Лили уставилась на ближайшее дерево, стараясь обдумать сказанное этими двоими предложение. Да, они оказались не настолько тупыми, какими она их себе представляла. Понимая, что особого выбора у неё нет, она раздражённо кивнула.       — Да, да. Но сначала вопросы, потом вы возвращаете голос Лив и следом я отдаю вам кулоны.       Кэтнап уже хотел было возмутиться, но Догдэй опередил его речь.       — Я расскажу Лив, что ты «нашла» кулоны и отдашь после того, как мы вернем ей голос. Так, на всякий случай, чтобы ты точно вернула нам то, что принадлежит не тебе.       Лили недовольно вздохнула, показывая, что не особо хотела до этого момента возвращать им кулоны.       — Ладно, я согласна. Задавайте вопросы.       — В чем именно заключается твоя вина?       Лили задумалась, приготовившись к рассказу.       — Только без вранья, понятно? — сказал Кэтнап, за что сразу получил строгий взгляд от партнера.       — Завались, блохастый, я не тупая, — язвительно ответила Лили. — Семья Лив забрали меня у одного заводчика несколько лет назад, который был той ещё тварью. Он часто использовал других животных как эксперименты, чтобы проверять свои вакцины и все остальное. Многие умирали и то, что некоторые остались живы это редкостное явление. Забрали меня уже достаточно взрослой, поэтому у меня еще была обида на этого человека. Спустя года, когда этот заводчик ничего не подозревал, я подожгла его дом и ферму.       Воцарилась молчание. Догдэй посмотрел на Кэтнапа, который, на удивление, молча смотрел вниз, обдумывая слова овечки.       — И ты?..       — Я не жалею о том поступке. Тем более как оказалось мой план провалился и эта тварь выжила. Догадался о моем участии в поджоге и устроил аварию Шарлотты и Оливии. Специально врезался в машину матери Лив.       — Оу...       Догдэй не знал, что и говорить. Странно, что Лили совершенно не чувствует себя виноватой за смерть и попытку убийства другого человека, но что еще страннее, что она чувствует вину за потерю голоса Лив.       — Это все вопросы? — безразличным тоном спросила Лили, словно только что говорила о погоде, а не смерти людей. Как ни странно, но вопрос задал Кэтнап.       — Откуда ты знаешь про кулоны?       Лили задумалась, начиная вспоминать что-то у себя в голове.       — Лив брала у своего отца книжки про легенды, где говорилось о существах, что-то типо хранителей талисманов, которые обитают в лесу. Как там говорилось «Сила, мощность которой сами обладатели познают не сразу». Оливия думала что это обычные сказки, но как оказалось это было не так. Там был перечень ваших способностей, о которых вы даже не догадываетесь. Но Лив читала эту книгу давно, поэтому я не помню большинство из них, включая некоторые ваши. Оливия особо не зацикливалась на них, ей были больше интересны герои, характеры которых, кстати говоря, похожи на ваши. Поэтому то я и знаю ваши тайные страхи и слабости.       Догдэй был в шоке. Книга, в которой говорится о их кулонах и о них самих? История становилась всё запутаннее и загадочней, но Дэй чувствовал, что наконец-то Лили говорит правду. У него не было кулона Бобби, но он словно ощущал правдивость слов овечки.       — Какие ещё наши способности ты знаешь, кроме тех, которые мы уже имеем?       — Киккен может подчинять и создавать погоду, а не только предсказывать. Хоппи обладает более сильной физической силой, чем она себе представляет. Бобби может контролировать чужие эмоции и чувства, помню историю, которую рассказывала Лив, где хранительница талисмана чувств случайно заставила влюбиться других двух хранителей, но не об этом. Бубба может обладать более сильными знаниями, даже найти ответы на загадки прошлого. Крафти и Пикки я не помню, так как они не часто появлялись в историях и демонстрировали свои способности, а про вас двоих неизвестно.       — Всмысле?       — В прямом, котяра. Страницы с вашими способностями были вырваны, как и множество других. Я не знаю, откуда эта книга у Рича, но прошлый владелец явно был ещё тем идиотом.       Постепенно, в опять возникшей тишине Догдэй стал узнавать деревья и кусты. Они пришли.       — Мы на месте, — проинформировал Дэй остальных и двинулся вперёд. Он обошёл куст и сразу стал с кем-то разговаривать. Ему ответили и знакомый голос дал Лили понять, что все это время ей не врали. Что действительно было странно, так это то, что Кэтнап стоял рядом с ней и не спешил идти к своему партнеру.       — Че ты тут стоишь?       — Он мёртв?       — Что?       Лили была в замешательстве. О чем это он?       — Эллиот мёртв?       На лице овечки появилась ухмылка.       — Так ты вспомнил? Я уж думала у тебя совсем память отшибло.       — Я раньше и так догадывался, но твой рассказ дал мне понять, что я был прав. Ты с начала показалась мне подозрительной. Подозрительно знакомой.       — Зачем тебе знать, мёртв он или нет? Ты сейчас живешь в лесу, со своими друзьями и не знаешь бед.       Кэтнап отвёл свой взгляд в сторону куста, через который минуту назад прошёл Догдэй.       — Я должен знать, что я и мои близкие наконец-то в безопасности.       — Я не знаю, — вздохнула Лили и тоже посмотрела в сторону куста. — Хоть это и его машина столкнулась с машиной Шарлотты, но его тела так и не нашли. Возможно оно сгорело, возможно он сбежал.       Кэтнап почувствовал, что земля уходит из под ног. Только этого им не хватало. Собравшись с силами, он выдавил:       — Если когда-то увидишь его на горизонте, дай знать.       Как ни странно, но в ответ послышалось не язвительное оскорбление, а спокойное:       — Хорошо.       Простояв с минуту, тупо пялясь на куст, Нап опомнился:       — Никому не говори об этом разговоре. Они ещё не готовы узнать откуда я. Откуда мы с тобой.       Ответа не последовало. Лили просто кивнула и двинулась вперёд через куст. У них ещё полно дел, не хватало создавать новую проблему из их прошлого. Кэтнап последовал за ней. Они вряд ли простят Лили за все, что она им сделала. Но понять они её могут. Но не простить.