Вернутся к фанфику
Глава 17. Закономерный... финал?
29 мая 2024, 08:43
— Нет? — растерялся Сонхва. Он переспрашивал в надежде, что ослышался. И даже оглянулся на сидящего в столовой Чонхо, но тот только пожал плечами.
— Не-а, — подтвердил Юнхо и, допив воду из стакана, поставил его в раковину.
— Но как же… — начал Сонхва, однако мягкий взгляд Юнхо заставил его замолчать.
— Я справлюсь, — заверил Юнхо.
— Справишься? — фыркнул Чонхо. — Вы уже две недели друг друга избегаете.
— Я умею быть терпеливым. Умею ждать…
— Можешь не ждать, — грубо оборвал Юнхо Хонджун. — И если я ещё раз услышу, что вы подняли эту тему, припахаю работать так, что подыхать будете.
— Грубо, — протянул Чонхо.
— Зато доходчиво, — Хонджун стальным взглядом оглядел друзей, но Юнхо как стоял спиной, так и остался. — Я в компанию. Будьте на связи, если вдруг что-то понадобится. Минги и Сана я с собой заберу, чтобы помогли. Сонхва, остальное за тобой.
— Хорошо, — улыбнулся тот, а сам покосился на Юнхо, который, перехватив его взгляд, хитро подмигнул.
— Мы ушли! — крикнул Хонджун, первыми выпуская крайне растерянного Минги и крайне недовольного Сана.
— Когда этот идиотизм закончится? — закатил глаза Чонхо.
— Не у всех должно быть так же солнечно, как у вас, — рассмеялся Юнхо.
Сонхва переглянулся с Чонхо, и тот снова пожал плечами. Да. Они признались. Причём так своеобразно, что Чонхо в осадок выпал. Ли Сиён пришлось уйти, ибо разборки между мемберами зашли даже не в тупик, а… Откровенно говоря, в итоге Уён и Сан чуть не подрались. Но Уёна оттащил Юнхо, а Сана Чонхо и Хонджун. Понятное дело, разгорелся нешуточный спор. Ну, Сонхва возьми и ляпни: «Мы с Чонхо вместе. Встречаемся. Давно. Вот!», от этого его «Вот!» народ вылупился на них как на идиотов. У Чонхо в тот момент голова была забита, кому первому в морду дать, если не прекратят орать, а тут такой «привет». Но от этого хотя бы «Усаны» перестали надрывать голосовые связки, грозясь быть услышанными и вне дома. Сан воспринял новость не особо, посчитав, что над ним издеваются, но Чонхо одним своим видом показал, что если тот не замолчит, реально получит. Так и разошлись.
С тех пор прошло две недели. Чуточку меньше. В целом, ничего не поменялось. По крайней мере, на публику. А вот дома начиналось то самое! Сонхва и Чонхо даже после случившегося не подумали о расставании и старались помогать остальным. В большей степени Сонхва. Потому что Чонхо так бесило поведение мемберов — не всех — что хотелось их поколотить — в основном Хонджуна, Уёна и Сана. Минги до сих пор недоумевал, как такое могло произойти! Что конкретно, он сказать не мог. В шоке от всего и сразу!
По понятным причинам Уён не разговаривал с Саном, а Сан с Уёном. Так же, как и Юнхо с Хонджуном. Юнхо вообще старался никак не контактировать с Хонджуном, не попадаться ему на глаза. В общем — избегал всеми силами. И не потому, что боялся разговора, нет, наоборот, он хотел поговорить, вот только Хонджун до сих пор весь на нервах и стоит им случайно пересечься, даже вне дома, начинал заметно злиться. А Юнхо этого не надо. Он ведь умел ждать.
С Уёном у Юнхо отношения немного выправились. Они снова стали общаться, хотя какое-то время держались на расстоянии. Совесть у Уёна всё-таки закопошилась. Осознание, как он подставил друга, пришло с запозданием. Но даже так никаких извинений не последовало, а общение, хоть и выправилось, было натянутым. Больше из-за самого Уёна. Не мог он пока отойти от потрясений. А ещё откровенно недоумевал, как Юнхо может с ним после такого спокойно общаться. Он должен быть зол! В ярости! Преисполнен праведного негодования и ненависти! Но нет. Терпению Юнхо можно позавидовать. Ну и не ладились отношения с капитаном. Оно и понятно: взял и его парня поцеловал, а тот ещё и не оттолкнул, ещё и оправдываться не побежал. И плевать, что на тот те не были вместе. Чувства-то никуда не делись.
У Уёна уже который день болела голова. Он чувствовал себя разбитым. Опустошённым. Обессиленным. Хотелось ничего не делать. Напиться до свинского состояния, чтобы ни о чём не думать, кроме адской головной боли. Не хотелось ни с кем разговаривать. Ни с кем не пересекаться. Побыть наедине с самим собой и ни сколько нерадужными мыслями. Чувствовать себя виноватым такой отстой. И не сказать, что он возненавидел Сана за «сюрприз»: всё же хотелось, чтобы он сначала с ним поговорил. Сказал всё как есть. Объяснил бы. А то скрывал-скрывал, а потом как палкой по голове. Больше обижало его «я не из таких!», так и хотелось завопить «из каких» таких»?!». Видимо, с нетрадиционной ориентацией. Да где его понять-то?! Лип так же, как и Уён к нему. Ещё и эти парные татуировки. Вот Уён и начал фантазировать. Дофантазировал. Как получил реальностью по башке. Больно! Но не смертельно. Справится. Как-нибудь. Уён даже отчего-то подумал, раз Юнхо свободен, то, может?..
Ёсан с интересом разглядывал старшего и младшего мемберов, сидящих за столом в столовой. Никаких негативных эмоций к ним он не испытывал. Да и с чего бы? Любит он их одинаково. Ну, подумаешь пару раз — или не пару — подшучивал над ними да разыгрывал — столько раз, что не сосчитать. Но это же не значит, что он их ненавидит. Наоборот, Ёсан даже порадовался, что друзья к этому пришли и признались. Правда, время выбрали немного неподходящее. Ну, если быть точнее — Сонхва выбрал. Но что уж теперь-то осуждать, сказал и сказал. Перенервничал! После такого скандала все нервничать начали, даже такие не причастные, как сам Ёсан и тот же Минги, и Чонхо с Сонхва. Но Сонхва самый старший и чаще всего больше всех за всех переживающий, так что понятно, чего он перенервничал.
— Что делать-то будем? — спросил Ёсан, подсаживаясь через место со стороны Сонхва.
— С чем? — не понял Чонхо.
— С кем, — поправил Ёсан. — С мемберами.
— Господи… — захныкал Сонхва, пряча лицо в ладонях. — Я пытался со всеми поговорить! Это просто ужас какой-то.
— Чё говорят? — спросил Чонхо. Не то что ему плевать на друзей, но их детское поведение реально злило. Злил через меру мягкий открытый Юнхо: если бы он сразу поставил Уёна на место и прижал Хонджуна, добившись его признания, ничего бы этого не случилось. Злил своим детским поведением Уён: какое ему дело до отношений Сана с девушкой? Он признавался ему? Нет. Поднимал тему? Да, но не достаточно. Страшась быть отвергнутым, ничего до конца не доводил. А надо было давно поставить все точки по своим местам. Злил слишком ревнивый Хонджун: сказал бы Юнхо «ДА» с самого начала и… да, опять же, этого всего не случилось. Маловероятно, что находящийся в отношениях Юнхо позволил бы себе подобное. Либо вышло как-то иначе. Чонхо Хонджуна ещё и не понимал по одной простой причине: если влюбился, зачем отпускал? Да, мемберы в итоге узнали и о Юнхо с Хонджуном. Юнхо без подробностей признался. Чему Хонджун не был рад. Больше злился именно из-за этого.
— Что они могут сказать? Сан в шоке из-за того, что Уён в него влюбился. С его слов, они разговаривали на эту тему, и он всё ему пояснил. Не знаю, о чём уж они разговаривали, в подробности он не вдавался, но либо Уён его не понял, либо не захотел понимать, — вздохнул Сонхва, поднимаясь с места. Под взглядами друга и парня он поставил чайник, достал из шкафчика банку кофе, рассыпал на три чашки, кинул в две по ложке сахара и повернулся к парням. А те на него всё пялятся. — Вы чего? — растерялся Сонхва.
— Продолжения ждём, — отозвался Ёсан, и Чонхо закивал.
— А… — Сонхва сначала кашлянул, а потом нервно рассмеялся. — Да чего тут рассказывать. Уён в депрессии, ничего не хочет делать. Тем более не хочет видеть Сана. В принципе, у Сана так же. Он-то рассчитывал, что Уён порадуется за него и его отношения, но что-то пошло не по плану, — Сонхва развернулся к выключившемуся чайнику, разливая кипяток по кружкам. Добавил себе сливок и переставил кружки сначала на тумбу, а уже с неё на стол, каждому поблагодарившему его парню. — С Хонджуном и Юнхо тоже не совсем всё понятно. Юнхо кажется слишком беспечным и весёлым. С одной стороны, это к лучшему, последнее шоу он тащил как мог, тормоша всех кого мог. А с другой стороны, я откровенно не понимаю, что у него в голове творится. Не понимаю, страдает он или не нет…
— Спойлер! — пугая Сонхва, перебил его вернувшийся из комнаты Юнхо. — Не страдаю!
— Ты что, подслушивал? — совершенно спокойно спросил Чонхо.
— Услышал последнюю фразу, когда спускался, — честно сознался Юнхо. — Я вот вас не пойму: зачем вы пытаетесь ковыряться в чужом «грязном белье»?
— Мы не ковыряемся, а пытаемся найти решение, как вас всех примирить, — Чонхо начал говорить только потому, что испуганный Сонхва испытал дикий стыд за эти разговоры за спиной других. Как будто сплетничает.
— Я сам разберусь, — заверил Юнхо, наливая кофе себе и присаживаясь рядом с макнэ.
— Две недели разбираешься, — припечатал Чонхо: в отличие от Сонхва и Ёсана, он нисколько не опасался разговаривать с мемберами на равных, а то и на голову выше. Пусть Юнхо один из его любимых мемберов, с кем здорово подурачиться, но сейчас он считал, что другу надо повзрослеть и не прятать проблемы за напускным весельем.
— Если потребуется, всю жизнь буду разбираться, — пожал плечами Юнхо.
— Ты дурак? — в лоб спросил Чонхо.
— Чонхо… — с осуждением протянул Ёсан.
— Нет, хён, погоди, не вмешивайся, — обычно Чонхо прислушивался к Кану, но не в этот раз. Чонхо просто задолбало происходящее. Он хотел вернуться к тому, как у них шло до всего этого пиздеца. Как они веселились все вместе. Как они донимали друг друга. Как подшучивали и подставляли на конкурсах. Вот к этому! Но не к тому, что сейчас.
— Что бы ты ни сказал, ничего не поменяется, — вздохнул Юнхо.
— А что тебе стоит взять всё в свои руки и перестать прятаться за этим своим «ждать»?
— А что мне делать? Припереть его к стенке?
— Да хоть так! Пока ты не сделаешь решительный шаг, подобное дерьмо не прекратится!
— Не ругайся, — кашлянул Сонхва.
— Прости, — Чонхо улыбнулся своему парню и снова хмуро уставился на Юнхо. — Пока молчите, никаких изменений не будет.
— Да не знаю, я как с ним разговаривать! — честно сознался Юнхо. — Думаешь, я так просто его избегаю? Да, в первую очередь потому, что не хочу ему досаждать. Но если бы я смог подобрать правильные слова, я бы хотя бы попытался что-то сказать.
— А объяснить, что случилось? Это же элементарно, — фыркнул Чонхо.
— Если я начну в панике оправдываться, скину всю вину на Уёна, а это не правильно, — подметил Юнхо. — Поэтому мне и надо продумать свою речь.
— Ты странный, — подал голос Ёсан. — Нет, серьёзно. Ты же можешь сказать, что Уён на эмоциях так сделал, а ты не стал ранить его чувства ещё больше.
— Звучит не очень, — виновато улыбнулся Сонхва.
— Но хотя бы что-то! — тихо возмутился Ёсан.
— Ничего не нужно перекладывать на Уёна, — твёрдо сказал Чонхо. — Нужно просто сказать, что у тебя на душе. Что ты к нему чувствуешь. И извиниться за свою неуверенность! Если тебе кто-то нравится, то ты берёшь и говоришь ему об этом. Проще и быть не может.
Сонхва не удержался от смешка, прикрыв рот рукой. И это не осталось незамеченным.
— Что смешного? — Чонхо с подозрением уставился на своего парня.
— Нет, всё в порядке, — помахал рукой Сонхва.
— В любом случае, я о том, что чем дольше тянете, тем меньше шансов остаться вместе. Ну, только если ты именного и ждёшь, — закончил свою удивительную мысль Чонхо.
Нет, Юнхо не ждал. Он верил, что именно дав Хонджуну время остыть, у него есть шанс снова попробовать начать всё сначала. Но после слов макнэ, что из-за времени они могут и не сойтись, посеяли в нём сомнения. Что, если Чонхо прав и именно так всё и обернётся? Но…
— Может, оно к лучшему?
— Ты о чём? — Сонхва вопросительно изогнул брови, с волнением смотря на Чона.
— Так, ладно, — Юнхо осторожно поднялся. — Устал я что-то от этого. Пойду прилягу.
— Оно и к лучшему, — протянул Чонхо.
— Что к лучшему? — Юнхо на макнэ глянул с видимым раздражением и недовольством.
— Ты хотя бы перестал прятаться за напускным весельем, — припечатал Чонхо.
Сонхва переглянулся с Ёсаном, а тот сделал вид, что сам ни хрена не понимает.
— Я не хочу скатываться в пучины депрессии, — устало потирая глаза, прошептал Юнхо.
— Ты уже в ней, — подметил Чонхо, наблюдая, как слеза скатилась с уголка глаза Чона.
— Всё, не хочу ничего, — судорожно выдохнув, Юнхо вышел из кухни, сделал два шага, скрываясь за стеной, и посмотрел на сидящего на нижних ступеньках Уёна. — Справимся, — через силу улыбнулся Юнхо и, потрепав друга по голове, поднялся к себе.
Уён за свой поступок хотел бы, чтобы Юнхо его ударил, наорал, запретил к себе походить. Да что угодно, лишь бы не вот такое мягкое отношение, будто именно Юнхо во всём виноват, а все остальные жертвы его мягкости.
Закрыв за собой дверь, Юнхо прижался к ней спиной. Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, он успокоился. Сердцебиение постепенно выровнялось, принося спокойствие. В конце концов, что он мог поделать? В данный конкретный момент — ничего. Но Юнхо всерьёз задумался над словами Чонхо. Юнхо думал, что если не найдёт путей решения проблемы, просто уйдёт.
— Закономерный финал моего идиотизма…
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!