Глава 8

      Комната наполнилась ароматом тёплой выпечки. Кас с лёгкостью перехватил горячий противень и положил его на мокрое полотенце. Всё это время Дин взглядом прожигал дыру в спине ангела. Кастиэль не обращал на это никакого внимания, лишь перекладывал пирог на тарелки. Удобно ухватив рукоятку ножа, он профессионально делил яблочный пирог на части, а самый большой кусок он отложил Дину. Когда с выпечкой было закончено и тёплый дымок поднимался к потолку, Кастиэль посмотрел на Сэма. Он старательно избегал взгляда Дина, и младший сразу понял: им нужно было срочно поговорить. Только Дин и Кас.       Старший Винчестер всё ещё просыпался от кошмаров глубокой ночью и несколько раз улавливал запах Каса. Свежие нотки дождя и ветра. Он просыпался, бережно накрытый пледом, принадлежавшим Кастиэлю. Удивительно, как просто ангел отдал его Дину. Наверняка в это время тот мёрз где-то в своей комнате. Хоть в бункере и было тепло, но сами стены отапливались тяжело. Дин внезапно осознал: это забота. Кас заботится о нём, заботится так же, как и Сэмми.       — Мне нужно кое-куда уйти, — проговорил Кас, надевая пиджак и плащ. Дин со всем известным ему вниманием наблюдал за ним. — Я вернусь ближе к вечеру.       — Так же, как вернулся в прошлый раз? Через два месяца? — зачем-то сухо добавил Дин.       Атмосфера на кухне сразу потускнела. Воздух стал напряжённым, а неизвестный тихий шум нарастал.       — Дин… — начал было Кас, но Дин поднял руку.       — Молчи, — хмуро произнёс Винчестер. — Вали уже.       Всё это время молчавший Сэм смотрел на брата. Он понимал, что Дину сейчас сложнее всего. Было видно, как он изо дня в день старается улыбаться, спустя некоторое время с той охоты. Им сейчас всем было тяжело, поэтому…       — Дин, Кас хочет тебе помочь. Я хочу тебе помочь. Прошу, не отталкивай нас, — мягко произнёс Сэм.       — О, я видел вашу помощь. Чувствовал её, когда меня били, пытали, резали и кромсали, как свинью. Ни ты, — Дин указал пальцем на Сэма, — ни ты, — теперь палец был направлен на Каса, — ни черта не делали, чтобы помочь мне. Вы были заняты. Кас, как всегда, когда нужен был, удрал. А ты, Сэм… — Дин скривился. — Ты бросил меня. Поэтому даже не заикайтесь о помощи.       — Ты несомненно прав, Дин, — произнёс голос в голове. — Они, не задумываясь, бросили, когда тебе нужна была поддержка и помощь. Им было лучше без тебя, чем с тобой, — гадкий голос зашёлся в диком смехе.       Обхватив голову руками, Дин зажмурился. Вновь боль охватила тело целиком. Ему хотелось кричать, биться головой об стол и умолять прекратить всё это.       — Дин, слушай мой голос, — волнение и грусть перехватили инициативу в гадком голосе Винчестера. — Прошу, слушай меня. Ты не должен нести всю боль один, я всегда буду рядом, даже если не физически. Я в твоей душе, Дин.       Все эти слова произносил хрипловатый голос где-то в голове Дина. И вновь то тепло, которое Винчестер ощутил на момент спасения. Приятные чувства пронзительно быстро пробежались мурашками по всему телу охотника, и он расслабился.       — Кас, — прозвучал голос Сэма, и Дин открыл глаза.       Мягкие перья с нежностью оглаживали все участки одежды Дина. Кас стоял слишком близко, прислоняясь лбом ко лбу старшего Винчестера. Смотря на него, охотник мог разглядеть каждую морщинку, каждую напряженную складочку на лице ангела. Тот стоял с закрытыми глазами и был сосредоточен, не двигался. Кажется, даже не дышал. Но наличие дыхания ангелу не так важно, правильно? Только сейчас Дин понял, что это крылья Каса. Чёрные, с переливом золотого цвета. Они были настолько мягкими и пушистыми, что охотник даже боялся пошевелиться. Боялся даже вдохнуть.       — Кас, — прошептал Дин, не отрывая взгляда от лица ангела.       Тепло пропало, на его место пришло спокойствие. Кастиэль стал ещё бледнее, чем раньше. Он открыл глаза, и сейчас Дин мог бы раззглядеть в них все секреты вселенной.       — Дин, — слабо улыбнувшись, Кас произнёс, — я всегда буду рядом.       Его глаза с тяжестью закрылись. Бледно-синие, потрескавшиеся губы расслабились, и он поник в руках Дина.       — Кас… — испуганно произнёс Дин, сгребая ангела в объятия. — Прости меня, приятель.