...

      На самом еле, у меня всегда, с самого детства, было мало друзей. Все либо считали меня странным, либо обходили стороной. А всё из-за моей неразговорчивости и того, что я предпочитал оставаться один, одиночество для меня было роднее даже родственников.       Но лишь один день изменил эту закономерность. Когда я рыбачил, встретил его, Исила. Такой заводной, весёлый, вечно оптимистичен, даже если вокруг хаос, и временами из-за своей позитивности глупый. Но даже так у него была прекрасная харизма.       И это меня покорило. Улыбка всегда сияла на его лице, из-за чего даже не всегда было понятно, что именно он чувствует. Не все понимали. Что уж говорить… Никто. Ну, кроме, к удивлению, меня. Он со мной был знаком меньше, чем с остальными, но, тем не менее, со мной он был более открытым. И я начал различать его эмоции на улыбчивом лице. Широкая улыбка и прищуренные глаза — неуверенность или неловкость, расслабленный взгляд и обычная улыбка — расслабленности, простая улыбка и прикрытые глаза — раздражение, скучающий взгляд и натянутая улыбка — грусть и, наконец, усталый взгляд и еле заметная улыбка — это счастье. То, что я любил видеть на его лице больше всего. То, что я хотел видеть на нём всегда. То, ради чего…       В какой-то момент, я кое-что осознал. В моей груди начало что-то расти. Что-то, что иногда было готово разорвать мою грудную клетку, лишь бы выбраться. Я долгое время не мог понять, что это. Но за чтением и написанием книг, а после и сдачи в издательство «Элионалис», понимание пришло.       — Ох боже, ты будто сам эту любовь переживаешь, настолько ты хорошо это описал! — восхищённо произнесла Афелиса, пролистывая страницы раз за разом.       Эти слова зеленоволосой эльфийки застряли в моей голове. Я и любовь??? Мне казалось это несовместимым. Но вскоре я принял это. И, да, я влюблён в своего лучшего друга, чёрт возьми! Как же я так вляпался, господи…       Устало выдохнув, я положил голову на поверхность стола, соприкасаясь лишь лбом.       — Эй, ты чего? — меня одёрнули за плечо, и я поднял взгляд. Исил…       Ах, точно… Мы же в таверне. Наверное, он подумал, что я вновь заснул, как тогда, после принятия в ассоциацию авантюристов. Хотя я лишь задумался. Не смея его вкидывать в обеспокоенность, ибо это лицо я уже узнаю, я поднялся и, тихо промычав, протёр лицо.       — Задумался?       — Ага… — оперевшись о свою ладонь, я взглянул в его прекрасные болотные глаза. Чувствую, как лицо начинает гореть, но я быстро качаю головой, и, словно магией, румянец исчезает.       — Небось, свои книжки читал? — он посмеялся, отпив пунш, другой рукой пододвигая мне мой стакан, и я не мог отказаться, несмотря на то что не любил алкогольные напитки, и отпил. — Собственно, чего я ожидал от моего дорогого Биса, — ехидно произнёс он, дразняще улыбаясь, от чего я чуть не поперхнулся, из-за чего пришлось отложить напиток красного цвета. — Знаешь, сегодня планирую ещё пойти в ассоциацию. Вдруг, появились ещё задания, или тот мужчина, мм… Вагус, вдруг у него снова что-то срочное. Пойдёшь со мной?       Ох, ну, как же я могу отказаться, видя такое его лицо и сияющие глаза? Естественно, я согласился. И, м… Это счастливое лицо… Из-за которого я всё же не смог скрыть румянец. Он всегда был счастлив, говоря об ассоциации авантюристов. Никогда не понимал его «одержимость» этой работой, но, если он счастлив, говоря о ней и состоя там же, то я тоже счастлив. Главное, чтоб на его лице всегда было это выражение лица, преисполненное счастьем, для моего собственного, больше ничего не нужно…