Wishes come true

      Всё происходящее казалось настолько возмутительно невероятным, что какое-то время девушки просто с осторожностью смотрели вокруг. Теории о том, что они лишь попали из одного измерения в другое, которое выглядело точно так же, как их собственное, начали возникать в головах.              Знакомый воздух тут же пропитал лёгкие, и ярко выраженный аромат закусочной неподалёку, наряду с порывистым ветром, пронёсся мимо. Раздались чьи-то счастливые голоса на фоне, вперемешку с криками детей, которые спешили домой после занятий.              Улица пустовала, помимо мелькающих силуэтов где-то вдали. Яркие вывески, на которых крупными буквами были выведены названия таких привычных заведений, колыхались на ветру.              Миллс медленно повернула голову в сторону Эммы, пока та стояла с открытым ртом. Идея ущипнуть себя, чтобы удостовериться, что это всё не шутка, была слишком заманчива. Но она не стала.               Теперь девушки ясно осознали. Они и правда в Сторибруке.              - Реджина, мы смогли, - произнесла блондинка полушёпотом.              - Смогли, - таким же неверящим голосом ответила мэр.              Неожиданно Реджина почувствовала, что руки обвили её талию, и Эмма притянула ошарашенную брюнетку к себе. Уткнулась носом в тёмные волосы и прижала сильнее. Только тогда Миллс почувствовала, насколько сильно дрожала девушка.              Блондинка прикусила тонкие губы, чтобы Реджина не слышала её тихих всхлипов. Потому что не хотела показаться такой сентиментальной, насколько это было возможно осуществить, вцепившись в брюнетку, как в спасательный круг.              Этот жест был таким неожиданным, но, вопреки всему, таким нужным и для самой Реджины. Брюнетка и не заметила, как расплылась в чувственных объятьях.              Как давно хоть кто-то мог прикоснуться к мэру и не оказаться с оторванными конечностями? Реджина уже и не помнила.              Когда мэр неловко обхватила Эмму руками, блондинка перестала подрагивать, а лишь спокойно выдохнула. Реджина чувствовала её сбивчивое дыхание, слышала интенсивное биение сердца и не заметила, как в уголках глаз собрались слёзы.              - Я не думала, что мы вернёмся сюда вместе, - сказала блондинка едва уловимо.              Сердце мэра предательски вздрогнуло от этих правдивых слов. На самом деле, брюнетка и сама не могла представить себе то, что её жизнь так глупо закончится в лапах своей «злейшей версии», но она была так близка к горькому поражению. Даже сейчас, стоя возле часовой башни родного Сторибрука, ощущая небольшую тошноту после перемещения и ясным взглядом оценивая знакомые места, Миллс не могла поверить в реальность происходящего. Лишь когда она ощутила на себе руки блондинки, которые вжали женщину в тело напротив, брюнетка убедилась, что всё это не сон.              Она не осталась бездыханным телом на каменном полу, точно так же, как и Эмма не издала свой последний вздох, так и не одолев Злую Королеву. Потому что они переиграли женщину. Переиграли и оставили в живых, что казалось таким немыслимым, но блондинка не хотела убивать. Хотела оставить ту важную часть себя, благодаря которой её магия была светлой.              Что касается колдовства, Свон наконец-то смогла принять свои магические силы. Вопреки всему, её магия помогла избежать фатального краха и мучительной смерти.              - Ну, всё, Эмма, ты можешь отпустить меня, - сказала Реджина с недовольством, но улыбка никак не хотела уходить с её лица. Румяное лицо озарилось ярким проблеском облегчения, и, заметив это, блондинка улыбнулась сама.              Девушка нехотя прекратила объятья, делая пару шагов назад. Хотела прокомментировать то, что Миллс была не особо-то и против, но внимание привлёк знакомый голос.       - Реджина? Эмма? Что с вами двумя произошло?! - вскрикнула Мэри Маргарет, неожиданно оказавшаяся прямо перед ними.              Взгляд в ужасе её бегал по двум девушкам, которые молча стояли посреди Сторибрука, а одежда их была запятнана засохшей бурой кровью. И не просто их одежда, а та, которую носили крестьяне в те времена, когда брюнетка сама была Белоснежкой!              Ни разу не думая, блондинка обняла девушку, пока в уголках глаз стремительно собирались слёзы. Миллс лишь фыркнула.              - Сколько нас не было? - спросила мэр суровым голосом, отводя свой взгляд от воссоединившейся семейки.              - Не было где? Я же видела вас обеих сегодня днём.              - Что? - воскликнули они в один голос. Переглянулись друг с другом в недоумении, а потом вернули свой взгляд к Бланшар.              - Эмма, ты была у нас в гостях, а Реджина, как обычно, проигнорировала меня в закусочной утром. Так, - теперь голос её стал уверенней, но ситуация не становилась понятнее. - Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?                     

***

                    Чистая одежда приятно обволакивала мокрое тело, а волосы впервые за очень долгое время стали пахнуть спелыми яблоками, а не лесом, ветками и жуками. Эмма поставила на место зубную щётку и поймала своё отражение в зеркале. Осталось лишь несколько царапин, но волосы незаметно поредели из-за цепких хваток Злой Королевы. К счастью, это было единственным, что напоминало о столкновении, которое пришлось пережить.              Эмма легла на кровать, и из-за мягкого матраса, который тут же промялся под её весом, могла поклясться, что её спина сейчас проживает своё лучшее время, потому что это не могло сравниться с холодной грязной землёй, что служила и одеялом, и матрасом. И подушкой.              Девушка включила любимую мелодию на телефоне, и на лице расплылась довольная улыбка. Лёгкий ритм любимой песни поднимал настроение, и, наконец-то, впервые за долгое время шериф могла полностью расслабиться, не переживая о том, будет ли её тело разорвано в клочья стражниками Злой Королевы или лесными волками прямо во тьме ночи.                            

***

      

      - Ты совсем с ума сошла?! Зачем ты ринулась в грёбаный портал! - Руби обеспокоенно схватила блондинку за плечи. - Ты могла умереть, а мы бы даже этого не заметили!              - Но я же выжила и даже научилась магии, - Свон одарила друзей ободряющей улыбкой, но никто из них не улыбнулся в ответ.              Эмма видела, как их глаза заблестели, слушая все те ужасы, что пришлось пережить мэру и шерифу небольшого городка. Знала, как волна страха охватывает тех, поднимаясь паникой в сознании, ведь и правда, блондинка могла исчезнуть бесследно. Попрощаться вечером и больше никогда не вернуться. И самое страшное то, что они бы даже об этом не узнали, потому что их жизни бы тоже остановились навсегда. Неизвестно как, непонятно почему, но Сторибрук замер.              Реджина предполагала, что всё это случилось, потому что она, как создательница этого городка, попала в другое измерение, а Эмма, которой посчастливилось снять заклятье, исчезла вместе с ней. Однако это было лишь теорией, которую никто решил не развивать. Хотелось скорее оставить всё позади.              - То есть ты хочешь сказать, что ты спасла Реджину? - спросил вдруг Грэм, поразмыслив над ошеломительной историей.              - Да.              Друзья встретились взглядами и вновь посмотрели на девушку. Грэм потёр затылок и скрестил руки на груди, пока Руби в таком же недоумении стояла на месте, не двигаясь.              - Вспоминается, что не так давно ты говорила, что лично придушишь её своими руками и похоронишь вместе с отцом.              На лице блондинки проскользнуло негодование, потом она невинно улыбнулась и убрала выбившуюся прядь за ухо. Эмма почувствовала укол вины, который вызвал лёгкий румянец на щеках.              - Я не хочу её смерти, - сказала она.              В воздухе повисла тишина, во время которой никто не проронил ни слова. Эмма неловко посмотрела по сторонам, пока друзья осмысляли только что сказанное.              - Только не говори, что спасла её поцелуем любви, - вдруг заговорчески произнесла Руби, с нетерпением ожидая ответа.              Эмма молчала несколько секунд, во время которых щёки девушки всё так же предательски розовели. Девушка прочистила горло и добавила:              - Не знаю точно, но…              - И вы на радостях не переспали? - спросил Грэм и, увидев немое выражение лица, добавил: - Осуждаю.              Эмма приобняла подушку, раскинувшись на диване. Сама мысль о том, что они могли бы с Миллс… переспать? Казалась такой невозможной и такой невероятной. Нравится ли она мэру? Да, определённо все её ответные взгляды и реплики, через которые сквозил уловимый флирт, имели место быть. Но когда кто-то озвучил эту мысль, это прозвучало так чуждо и маловероятно, что Свон поёжилась.              Однако где-то в уголках сознания промелькнула надежда, которая выбила почву из-под ног.              - Делаю ставки на то, что переспят в ближайшее время, - сказала Руби, присаживаясь рядом с Эммой. - Подвинься, ну.              - Да я итак уже впечаталась в… - понадобилось время, пока девушка уловила первую часть фразы. - Обалдели?              - Только не надень боксёры, я тебя умоляю, - сказал Грэм, проигнорировав вопрос девушки.              - Мне стоит спрашивать, какого чёрта мой друг знает, какое нижнее бельё я ношу? - спросила блондинка, закатывая глаза.              - Может быть, потому что в большинстве случаев ты кроме нижнего белья ни черта не носила?              - Может быть.              Хотя девушка и в шутку поссорилась с Грэмом и Руби десятый раз за последние полчаса, она не могла избавиться от довольной улыбки, которая то и дело появлялась на бледном лице. Наконец-то её друзья рядом, наконец-то её семья близко, и если до этого шериф не в полной мере могла оценить важность этих моментов, то сейчас она с гордостью могла сказать: «Я не одна. И никогда не буду»              Однако из этих мыслей её вырвал знакомый голос, раздавшийся в другом конце комнаты.              - Грэм, а где… - начал свой вопрос Киллиан, но тут же закрыл рот и ретировался из гостиной.              - Какого…              - Чёрта, - продолжила Руби фразу за Свон.              - Скажи, что мне показалось, - произнесла блондинка удивлённым голосом, всё ещё пялясь на ту часть комнаты, где только что стоял заспанный мужчина.              - Даже не знаю, с чего начать… - мужчина неловко почесал затылок.                     

***

                    После того как Реджина провела два часа в горячей ванне, час выбирала наряд, потому что глаза не могли нарадоваться такому количеству современных вещей. Запах любимых духов тут же окутал большую светлую спальню, и брюнетка облегчённо выдохнула. Отдав предпочтение чёрной юбке и синей шёлковой рубашке, Реджина быстро сменила наряд и посмотрела на себя в зеркало. Подвела глаза чёрным карандашом и нанесла бордовую помаду, равномерно распределяя ту по пухлым губам.              Через несколько долгих часов сборов брюнетка открыла дверь своего "Мерседеса" и устроилась на сидении, откидываясь назад. Яблочный запах ударил в ноздри, и руки легли на руль. Сердце так стучало в груди, что Миллс казалось, что оно сейчас вырвется и убежит прочь. Настолько всё было таким невероятным.              Однако вся эта ситуация не могла не вызвать удивлённую ухмылку, ведь некогда рутина теперь казалась каким-то праздником. Кабинет, который уже тысячу раз успел надоесть, сейчас был так нужен Реджине, как будто она лично не обещала себе, что никогда не будет скучать по своей работе.              Конечно, она и сама понимала, что всё это было наглой ложью, ведь брюнетка знала, что любила здесь всё. Ассистентка, которая её выводила из себя, чёрные ручки, которые заканчивались, чёрт возьми, каждый день, красные розы, наполняющие своим ароматом просторный кабинет — всё было таким родным.              Сделав первый шаг в мэрию, женщина не заметила, как задержала дыхание. Кэтрин, как обычно, сидела за своим рабочим местом, что-то судорожно набирая на компьютере. Лицо её было сосредоточено, а глаза устремились в клавиатуру. Вдруг она заметила начальницу и робко улыбнулась.              - Добрый вечер, Мисс Миллс.              - Добрый, - ответила женщина ни с того ни с сего. Не заметила, как такие простые слова вылетели изо рта. Она тут же осеклась, но сделала вид, будто бы не произошло ничего необычного.              Кэтрин даже замерла на секунду, не готовая поверить в то, что она услышала.              Миллс направилась в свой кабинет, стуча высокими каблуками по плитке, и этот звук не мог не радовать. Она точно дома.              - И да, Кэтрин, будь добра, кофе, - произнесла Миллс несвойственно ей мягким голосом и скрылась в излюбленном кабинете.              Теперь ассистентка действительно сидела с открытым ртом.                     

***

      

      Когда костяшки касались белой двери, голос в голове кричал: «ужасная идея», но девушка была уверена в своих действиях. Уверена, как никогда. Она стояла на пороге роскошного дома на Миффлин-стрит, переминаясь с ноги на ногу. Привычные джинсы впивались в бёдра, а неизменная красная куртка, как обычно, едва ли спасала от холода. Девушка поправила волнистые волосы, пытаясь заглушить свои переживания и слушая гулкие удары собственного сердца.              - Эмма?              И блондинка увидела улыбку, которая проглядывалась на лице брюнетки за маской серьёзности. Миллс жестом пригласила Свон внутрь, закрывая за ними дверь. Что удивило Эмму больше всего, так это отсутствие хотя бы тени удивления на лице женщины. Как будто она знала, что, выполнив все свои дела, шериф не отправится ни на работу, ни в собственный дом или в бар, чтобы скрасить свой вечер, а к мэру. Как будто ждала её.              - Я не ожидал… - но Реджина не договорила предложение, потому что тело её было прижато к стене, в то время, как шериф стала хаотично блуждать руками по отчётливым изгибам.              Сначала брюнетка приоткрыла рот в попытке что-то сказать, но слова остались где-то в горле, когда почувствовала тёплое дыхание на своих губах. Блондинка потянулась ближе, но никаких дальнейших действий не последовало, и Реджина хмыкнула. Эмма посмотрела на желанные губы, облизнув свои собственные, а следом прикусила нежную кожу на шее мэра. Услышала глубокий вздох, который лишь распалял её желания. Тонкие пальцы обвили талию, сильнее вжимая в тело напротив.              - Поцелуй меня, - послышался хриплый голос, и блондинка остановилась.              Её сердце, казалось, остановилось на секунду, а потом глаза загорелись таким ярким огнём страсти и желания, что ноги стали подкашиваться. Она мечтала о том, чтобы услышать эту заветную фразу так долго, что, когда слова вылетели из накрашенных губ, шериф была застигнута врасплох.              Отбросив все свои сомнения, блондинка грубо схватила мэра за шею и притянула к себе, накрывая своими чужие губы в сладостном поцелуе. Миллс вновь издала протяжный стон, и это значило только: «не останавливайся».              Лишь тогда брюнетка обхватила руками упругую грудь напротив, и теперь блондинка тоже не могла сдержать стон, потерявшись в ошеломляющих эмоциях. Поцелуй их был жарким и чувственным, а вздохи заполнили всю комнату, разряжая итак пропитанный страстью воздух. Раздвинув языком губы Реджины, Эмма тут же проникла им внутрь, исследуя горячий рот.              Миллс оттолкнула блондинку на секунду, чтобы руками вцепиться в красную кожаную куртку и рывком сбросить её с девушки. Тонкие пальцы исследовали мускулистые руки, и брюнетка, довольная картиной, прикусила губу.              - Признайся, что тебе всегда нравилась моя куртка, - промурчала Эмма между поцелуями.              Реджине не нравилась эта кожанка, которая была полной безвкусицей, а её хозяйка и вовсе украла стиль у уличных бродяг. Не нравилась. Брюнетка её любила.              - Ты про это красное недоразумение?              И тогда Миллс почувствовала чужие зубы, впивающиеся в нижнюю губу и медленно прокусывающие ту до крови. Эмма лишь улыбнулась и медленным движением языка облизнула красную жидкость, смакуя на языке.              - Хорошо! Нравилась! - с наигранным поражением призналась мэр, и только тогда блондинка улыбнулась.              Температура в комнате накалилась до предела, пока две горячие девушки смотрели друг на друга, прожигая возбуждёнными взглядами. Зелёные глаза были такими мутными, что Миллс едва видела зрачки. А карие превратились в чёрные пятна, сливаясь с тёмными волосами, что ниспадали на лицо.              Реджина почувствовала холод на оливковой коже, когда девушка медленно расстёгивала пуговицу за пуговицей, оголяя пышную грудь. Когда рубашка упала на пол, зрачки Эммы расширились до такой степени, что Миллс издала смешок. Грудная клетка лихорадочно вздымалась при каждом томном вздохе, распаляя тёмные мысли, что кружили в голове шерифа слишком долго.              Блондинка прожигала взглядом кожу, обтянутую чёрным кружевом, и чувствовала, что её вздохи превратились в скулёж. Настолько горячим было то, что ей посчастливилось видеть сейчас. Руки метнулись к застёжке лифчика, и тот следом улетел на мраморный пол.              - Не представляешь, как давно я хотела увидеть, что скрывает это чёрное кружево, - пробормотала девушка, пытаясь привести собственное дыхание в норму.              Пальцы обвили соски, и Миллс прикусила губу, чтобы приглушить протяжный стон. Дальше блуждающие руки подняли чёрную юбку-карандаш вверх, открывая доступ к таким же кружевным трусам. От этого вида блондинка сглотнула, обведя глазами обнажённые бёдра.              - Миллс, я сейчас потеряю сознание, я клянусь, - прошептала Эмма, пока её рука накрывала разгорячённую плоть.              - Я.. ах.. - на большее предложение дыхания не хватало.              Одним движением ноги Эмма раздвинула ноги брюнетки шире, а наглая рука сдвинула чёрную полоску кружева в сторону, касаясь обильной влаги.              На лице блондинки возникла такая самодовольная улыбка, что Миллс хотела прикончить Эмму Свон за то, что она так упивалась всей этой ситуацией. Но в следующую секунду почувствовала, как пальцы перестали поддразнивать клитор и стали поглаживать влажный вход. Если бы блондинка сказала Реджине сейчас встать на колени и умолять её о том, чтобы она оказалась внутри, мэр выбросила бы свою гордость и тут же опустилась вниз. Но наконец два пальца проникли внутрь, и теперь Реджина простонала, впиваясь красными ногтями в спину девушки.              Всё, что происходило между ними, было таким страстным и горячим. Никто не удосужился дойти до спальни или комфортно устроиться на диване. Организовать романтичный вечер или украдкой поцеловать в щёку, а потом пригласить на свидание. Эмма делала резкие толчки, прижимая мэра к грёбаной стене коридора, пока та пыталась устоять на ногах. Блондинка оставляла багровые засосы, грубо кусая тонкую кожу. Ни одно её действие не было милым или хотя бы романтичным. Это было жёстко и необузданно.              Она кусала, тут же прилизывала израненную кожу, будто извиняясь, а затем оставляла отметины вновь. Возвращала своё внимание к хрупкой шее, проводя языком вдоль. Выводила узоры, а потом впивалась острыми зубами.              Реджина извивалась под её руками, издавая неразборчивые звуки, пока волосы ниспадали на вспотевшее лицо. Она проводила длинными ногтями по спине девушки, оставляя полумесяцы на открытой коже.              - Сними свою чёртову майку, - пробормотала брюнетка, но в ответ лишь получила лёгкий смешок.              И Эмма тут же спустилась вниз, стягивая промокшее бельё Реджины. Посмотрела наверх и, поймав удивлённый взгляд, провела языком по влажным складкам. Мэр закатила глаза от накатывающей эйфории и схватила девушку за волосы, прижимая крепче к такому требовательному месту.              Через несколько минут старательных движений языком хаотичные стоны брюнетки наполнили комнату, а сама она задрожала в экстазе, ослабляя хватку на блондинистых волосах. Издала последний стон и обмякла, пока Эмма демонстративно облизнулась и, поднявшись, впилась в кровавые губы напротив.              Карие глаза горели похотью, пока собственное тело содрогалось под чужими руками. Эмма улыбалась, глядя на запыхавшуюся девушку, которая не могла прийти в себя.              - Это ты подразумевала под «найти лучшее применение своему языку»? - спросила брюнетка, прочистив горло.              Шериф издала короткий смешок и сделала шаг назад, удовлетворённо рассматривая мэра. Реджина сейчас казалась такой уязвимой, какой не была никогда, и Эмме это чертовски нравилось. Вся та власть, которой обладала Миллс, сейчас пропала в грубых движениях и сладких стонах.               Руки мэра сразу же метнулись к молнии синих джинсов, расстёгивая ту одним рывком. Собственное тело всё ещё подрагивало, но сейчас её волновала только самодовольная блондинка.              - А ты не представляешь, как давно я хотела стянуть эти отвратительно отвлекающие штаны с тебя.              Теперь была очередь Эммы быть прижатой к стене, пока одна рука исследовала её набухшие соски, а другая бесстыдно проникла под боксёры, ощущая на тонких пальцах приятную влагу.              - Эмма, - прошептала Миллс на ухо, после чего укусила мочку, вызвав разгорячённый стон. - Сейчас мы поднимемся в мою спальню, и я действительно тебе покажу, какие невероятные вещи я могу делать своим оскорбительным ртом.                     

***

             Два разгорячённых тела, укрытые белым одеялом, лежали на кровати мэра Сторибрука. Реджина закинула ногу на бедро девушки, а рука обвила тонкую талию, очерченную кубиками пресса. Они лежали в неглиже, и те части тела, которые выглядывали из-под одеяла, освещались тусклым светом луны, которая отбрасывала бледную дорожку по всей комнате. Лёгкий ветер колыхал белые занавески, вздымающиеся вверх.              Эмма лежала с открытыми глазами, глядя в потолок, пока размышления мешали спокойному сну. Голая Реджина Миллс, лежащая справа от девушки, не делала ситуацию проще. Брюнетка тихо сопела, иногда сильнее прижимая к себе Свон. В такие моменты девушка задерживала дыхание, чтобы не дать волю своим эмоциям и не расцеловать полуспящую женщину. Тогда Реджина точно устроит ей обратный билет в Зачарованный лес.              - Знаете, мадам мэр, - пробормотала шериф так тихо, что едва ли собственный голос был слышен ей самой. - Должно быть, Вы и правда мне нравитесь.              Ответа не последовало, и Эмма шумно выдохнула.              - Возможно, я даже Вас люблю… - сказала она ещё тише, после чего затаила дыхание.              Блондинка посмотрела на изящные черты лица, окутанные ночной тенью, и выдохнула вновь. Реджина спала.              Лёгкая грусть окутала блондинку. Сможет ли она повторить эти слова, когда Реджина будет слышать её?       Вдруг сонный голос разрезал безмолвную тишину:              - Я тоже Вас люблю, Мисс Свон. Не умрите от счастья.              И в первый раз в жизни шериф почувствовала такую радость, что хотелось кричать. Недосягаемый и запретный плод наконец-то оказался у неё в руках. Реджина, мать её, Миллс лежала на соседней подушке и опаляла своим дыханием бледную кожу, а изо рта вырвалась такая фраза, за которую Эмма отдала бы жизнь.              Находясь в этой комнате впервые по приглашению и окидывая взглядом мэра, которая однажды лежала на кровати под действием какого-то яда, блондинка явно не могла представить себе, что окажется здесь вновь.              А Реджина не знала, что обретёт свою семью, которая превратит её жизнь во что-то невероятное, наполненное смыслом и огромным количеством незабываемых эмоций.                            

***

      

      - Скоро придут гости, Джина! - Эмма нервно расхаживала по кухне, не вытаскивая руки из карманов джинсов.              Время показывало 19:50, а вечеринка была запланирована на восемь вечера, поэтому девушка не могла найти себе места, наматывая круги перед женой.              - Эмма! - отрезала Реджина, доставая фрукты из холодильника. - Успокойся, мы всё успеваем.              Она положила несколько зелёных яблок на стол и потянулась в ящик за ножом.              - Тебе легко говорить.              - Эмма, - та интонация, после которой девушка всегда знала, что стоит замолчать.              Знала, что стоит, но никогда не молчала.               Миллс подняла голову и посмотрела на жену своим излюбленным дьявольским взглядом, держа в руках нож со стальным лезвием, и с вызовом вскинула бровь.       - На твой день рождения всё было готово уже к обеду! - обиженно произнесла блондинка, бёдрами опираясь на кухонную тумбу. Она даже проигнорировала орудия убийства в руках брюнетки, потому что не боялась смерти от рук горячей мэра ни тогда, ни сейчас.              Запах приготовленной пищи витал в воздухе, пока шарики и праздничные надписи были развешаны по всему особняку. Некогда белый-дом-с-белыми-обоями-и-белым-полом теперь пестрел разными цветами, создавая атмосферу праздника.              - Может быть, потому что ты ночью съела праздничный торт, и сейчас я буду печь его заново?! - буркнула Миллс, одаривая блондинку злобным взглядом, но добрая улыбка мелькала на её губах.              - Но…              - Миссис Миллс! - произнесла брюнетка на выдохе, упирая одну руку в рёбра.              - Не Миссис Миллс-кай на меня тут, Миссис Миллс!              Руби, зашедшая в этот момент в комнату, поставила подарок на столешницу и не смогла сдержаться от комментария:              - А у этих всё стабильно.              Под тихую праздничную мелодию Грэм и Сидни сидели на кожаном диване, пока хозяева были заняты подготовкой стола. Эмма донимала Реджину, пока Руби пыталась открыть бутылку красного вина, при этом шуточно прицеливаясь в парочку. Брюнетка пропустила пару язвительных комментариев, в то время как блондинка шуточно прикрывала собой жену, проговаривая: "Я тебя спасу".              - Это будет просто сенсация! - воскликнул Грэм, с заинтересованным видом просматривая снятые фотографии.              - Изволь, более шокирующей новости Сторибрука, чем недавняя свадьба мэра и шерифа, уже не случится.              - Полностью согласен, коллега, - наигранно-серьёзно произнёс Грэм и похлопал Сидни по плечу.               Реджина отправила Эмму с подругой накрывать на стол, пока сама заканчивала украшение для торта. Вдруг, телефон завибрировал на столе, уведомляя о звонке.              «Мистер Голд» - было высвечено яркими буквами на сенсорном экране.              - Да, Голд? - спросила Реджина с повседневной интонацией.              Их долгая вражда закончилась, теперь оставляя после себя лишь неприятные воспоминания. Брюнетка точно знала, что все их войны были не более чем ненужным фарсом, так что прошлое давно осталось в прошлом. Обвинить мужчину в убийстве Джефферсона шерифу так и не удалось, но Реджина Миллс точно знала, что это был он. Но похоронила это вместе со всеми собственными секретами, которые когда-то хранил Голд.              - Поздравьте Мисс Свон от меня, а то мы с Белль вновь отправились в путешествие.              - Поздравлю, - ответила Миллс, продолжая нарезать фрукты. - Что-то ещё?              - И да, мадам мэр, случайности ведь не случайны?              Нож вдруг перестал касаться доски, и рука застыла в воздухе. Эту простую фразу когда-то упоминала Эмма за ужином, когда рассказывала о её первом дне в Сторибруке.              Теперь Реджина знала совершенно точно: книга, благодаря которой Эмма Свон посетила загадочный городок, была определённо отправлена мужчиной.              - Но зачем?              - Я лишь выполнял условия сделки, - серьёзно сказал Голд.       - Сделки? Но с кем?       Какое-то время на другой стороне звонка повисла тишина, и Реджина слышала лишь биение собственного сердца.       - С твоим отцом, Реджина.       Лицо брюнетки исказило немыслимое удивление, а на языке стал ощущаться вкус незыблемой горечи. Стены просторной комнаты, казалось, стали приближаться, а всё вокруг слилось в одно большое пятно. Брюнетка в смешанных чувствах закрыла глаза и, бросив нож, опёрлась руками на столешницу, чтобы прийти в себя. Так она и стояла, не найдя сил разомкнуть плотно сомкнутых век.       - Но как?       - Он видел пророчество, в котором Спасительница стояла рука об руку со Злой Королевой.       Женщина распахнула ресницы и дрожащими руками сбросила вызов.       - Джина, всё хорошо? - спросила вдруг зашедшая в комнату Эмма. На лице её промелькнула тень беспокойства, и она приблизилась к женщине, взглядом показывая свою тревогу.       Брюнетка не ответила, лишь притянула девушку к себе в объятья, давая жгучим слезам волю.       

***

      

      Если кто-то скажет Эмме Свон, что жизнь — это сплошные приключения, то девушка без зазрения совести согласится с ним. Каждый её день можно сравнить с невероятным приключением: сражения с магическими существами, которые возникли сразу после того, как Спасительница обрела свою силу, таинственные расследования с лучшими друзьями и путешествия сквозь вселенные с женой. Женой, ради которой Эмма перевернёт весь мир, потому что, чёрт возьми, Злая Королева и Спасительница будут вместе навсегда.