11 декабря. Суббота. Новые правила

      Не смотря на только загорающийся рассвет, проснуться было легко. Грозные стуки в дверь не могли оставить никого равнодушным.       Джисон испуганно подорвался на кровати, подгибая под себя колени и таращась на дверь, впрочем как и Юна, что тут же спряталась под одеялом, выглядывая из под него лишь макушкой и округлившимися сонными глазами. Чувствуя себя довольно разбито, Минхо смог лишь устало приподняться на локтях, следуя зову колотящегося сердца. Испытующий хмурый взгляд прошёлся по испуганной парочке и остановился на всё ещё закрытой двери.       Судя по всему, родители Хана прознали о гостях своего сына, что и подтвердилось следующими словами миссис Хан, прозвучавшими из-за двери.       — Хан Джисон, мы ждём тебя на кухне. Своих гостей можешь пока оставить в комнате, пусть приведут себя в порядок. Чуть позже мы позовём и их.       Голос миссис Хан был стальной, не терпящий возражений. И когда он стих, зазвучали шаги, уходящие в кухню.       Когда смолкли и они, Джисон наконец отмер и со скулящим хныканьем упал лицом в одеяло, согнувшись пополам.       — Меня убьют, да?       Чувствуя себя как никогда довольным, Минхо усмехнулся и произнёс короткое "ага". Юна же, усевшись на кровати румяная от смущения, с жалостью и виной в глазах уставилась на своего парня.       — В любом случае тебе стоит поторопиться, белка, — добавил Минхо и упал на подушку, безразлично потягиваясь.       — Не хочу-у.       — Джисон, ты слышал маму? Мы ждём тебя, поторопись!       — Д-да! Хорошо, пап! — неловко откликнулся Джисон, дёрнувшийся из-за неожиданности. Его голос был хриплым и слегка жалким, что заставило Минхо еле заметно усмехнуться.       Джисон стрельнул в него обиженным, почти обвиняющим взглядом, на что Минхо показательно поднял брови. Чужие губы тут же надулись, и Хан стал сползать с кровати, забавно петляя выставленной задницей. Минхо провёл её оценивающим взглядом и когда та скрылась за дверью вместе со скукожившимся от нервов Джисоном, смог наконец от неё оторваться.       — Как думаешь, что будет? — робко поинтересовалась Юна, привлекая внимание Минхо.       Поморгав тяжёлыми веками, Ли нахмурился. Болтать с Юной вот в таком лежащем положении было не комильфо, так что перед тем как заговорить он уселся поудобнее, у изголовья. Не выспавшийся организм на всё это отзывался слишком уж нехотя.       — Не знаю. — Минхо поджал губы, обдумывая. — Они хорошие, так что ничего слишком страшного произойти не должно.       — Ты с ними знаком? — с удивлением в голосе уточнила Юна.       — Да. — Врать Минхо не хотелось, да и не было сил. К тому же родители Хана могли с лёгкостью раскрыть этот факт. — Я часто здесь бываю, так что без знакомства не обошлось.       — Ммм, понятно, — негромко отозвалась Юна, а Минхо, не желая чувствовать неловкость, взял свой телефон с тумбочки и, зевая, залез в первый попавшийся мессенджер. Ничего интересного там не было, так что он быстро нашёл иной путь — просмотр шортсов. Правда звук он сбил практически на нет, боясь что может попасться некоторый контент, не предназначенный для чужих ушей.       — Так, — Минхо нерешительно подал голос. Ему было слишком любопытно, чтобы не спросить, но голову он не повернул, делая вид, что задаёт этот вопрос чисто для поддержания разговора. — Эм-м... Вы с Джисоном снова вместе? Можно вас поздравить?       На пару секунд между ними повисла тишина и сердце Минхо нервно ускорилось. Было слишком неловко. Он не имел права лезть в чужую личную жизнь.       — Не знаю, — еле слышно, на выдохе.       Минхо нахмурил брови и всё же не удержался от быстрого взгляда в сторону девушки.       — Это как? — с лёгким натянутым смешком уточнил он, вновь роняя взгляд на экран телефона.       — Ну, мы, вроде как, об этом ещё не говорили, — со смущенным хихиканьем ответила та. — Всё это вышло слегка спонтанно. Он просто пригласил меня на твоё выступление и... Ну... Когда мы встретились у цветочного магазина, то просто... Взялись за руки? Знаешь, не особо проговаривая что делаем. Просто болтали. Ну и... Поцеловались, — девушка робко отвернулась, краснея.       Минхо же сжал губы в тонкую полоску, понятливо промычал и взглянул на пустое место Джисона. Сказанное девушкой не особо радовало, потому что по сути почти ничего не меняло.       — Так ты решила дать вам второй шанс? После того... случая с.., — Минхо сделал громкую паузу, тем самым донося суть, но не смущая девушку громкими определениями. — Тогда ты звучала так, будто навряд ли доверишься ему снова.       — Да я... Я вроде как соскучилась. Джисон — он ведь хороший. Нам было хорошо вместе, до того как... — Юна краснела всё гуще. — Я просто не уверена в... Ну... В том что готова попробовать ещё.       Минхо захлопал глазами. Он не понимал, ведь вчера они явно не в куколки играли. И хоть это всё ещё была прелюдия, но всё же это было.       Послышались шаги и Минхо перевёл взгляд на дверь. Та открылась и красный, даже сильнее чем Юна, Джисон вошёл в комнату, хмуро смотря в пол.       — Родители попросили вас придти.       Переглянувшись с Юной, Минхо подбадривающе кивнул ей и, не задерживаясь, встал с кровати, двигаясь в сторону кухни. Юна слегка затормозила рядом с Джисоном, спрашивая как всё прошло. Минхо же пошёл дальше и уже ничего не слышал.       — Доброе утро, мистер и миссис Хан, — почтительно поклонился Минхо, привыкая к солнечному свету, проникающему через окна напротив. Честно говоря он даже не нервничал. Родители Джисона его больше не пугали — времени он с ними провёл вполне достаточно чтобы понимать — они адекватны.       — Доброе, родной, проходи, садись, — кивнула миссис Хан, отвлекаясь от разговора с кивнувшим ему мужем. — Будешь кофе?       — Здравствуйте! — раздалось чуть позади и Минхо обернулся, смотря на смущённую вниманием Юну. Её рыжие волосы, уложенные в попыхах, красиво переливались в лучах солнца. Развернувшись обратно Минхо увидел заинтересованный взгляд мистера Хана и слегка грозный взгляд миссис Хан.       — Здравствуй, — кивнули они, после чего миссис Хан добавила: — Присаживайтесь. Кофе?       — Я был бы очень благодарен, — вновь склонил голову Минхо и уютно устроился в дальнем уголке дивана, прячась от света, болезненно отзывающегося в глазах. Юна хотела было сесть следующей, но Джисон остановил её и влез вторым.       Смотря на придвигающегося Джисона, Минхо не мог не подумать — только ли Юну ревновала эта белка? Нервный взгляд поднялся к Минхо, и Джисон, расширив янтарные в свете солнца глаза, нервно улыбнулся. Уголки губ дрогнули в ответ.       — Итак. Как вам спалось?       Минхо захлопал ресницами и перевёл взгляд в сторону мистера Хана. Тот в лёгкой усмешке сложил руки на груди и переводил взгляд с него на Юну и обратно.       — Нормально, — кивнул Ли, взяв на себя первое слово. — Извините, что остался без предупреждения.       — Ничего, родной, — вступила миссис Хан и, поставив перед ним чашку кофе, потрепала Минхо по щеке. — Мы всегда тебе рады. Как твоя нога? Джисон сказал, что после выступления она сильно разболелась.       — Всё ещё болит, но вполне терпимо, — благодарно кивнул Минхо, смущаясь внимательных взглядов остальных, и взглянул на подоконник, где красиво подсвечивался букет голубо-фиолетовых гортензий.       — Тебе надо сходить к доктору, — миссис Хан смотрела озабоченно и Минхо вернул свой взгляд к ней. — Здоровье — это не шутки.       — Если к каникулам не пройдёт, обязательно схожу.       Удовлетворительно кивнув, она двинулась к кофемашине, забрала вторую чашку кофе и поставила её перед Юной, усаживаясь на стул.       — Юна, — голос миссис Хан мгновенно преобразился, став строже, — мы очень рады, что у нашего сына появилась девушка, но всё же мы бы хотели познакомиться с тобой до того, как ты решила здесь переночевать.       — Простите, — смущённо пролепетала она, склоняя голову.       — К тому же ночевать под боком у двух парней... Скажем так, даже мы, будучи родителями Джисона, засомневались в чистоте ваших намерений. И хотя Джисон заверил нас, что ничего неприличного между вами тремя не происходило, мне бы было очень неприятно узнать, что это не так.       — Ма-ам...       — Молчи, сейчас я не с тобой разговариваю. Юна?       — Н-ничего такого не было, мэм, — зардевшись ответила Юна.       Минхо подтверждающе кивнул, когда внимательный взгляд скользнул к нему, и мысленно усмехнулся.       "Во всяком случае не между всеми тремя сразу".       — Я очень на это надеюсь, — кивнула миссис Хан и встала из-за стола. — Нам с мужем, к сожалению, некогда контролировать вашу благоразумность — надо на работу. Надеюсь вы не натворите глупостей и отправитесь на пары. Джисон.       — Да, мам?       — Не забудь про посуду перед уходом, — дала указание миссис Хан и отправилась на выход из кухни.       Взгляд трёх пар глаз тут же осел на лице мистера Хана — тот, кажется, лишь забавлялся за их счёт. Его насмешливый взгляд скользил по присутствующим, пальцы выстукивали игривый ритм, а улыбка заставила поразмышлять о скрытых камерах, запрятанных в комнате Джисона.       — Не шалите, дети, — сверкнул он знающей улыбкой, поднялся с места и покинул кухню оставляя за собой неловкую тишину.

***

      Когда неловкий намёк на групповой секс был похоронен под светскими разговорами о хорошей погоде, а не лезущий внутрь кофе допит, Минхо извинился и направился в ванную. Умыться сейчас казалось чем-то крайне необходимым, потому что нехватка сна почти неподъемной тяжестью оседала на мышцах, не забывая о главном козыре — слипающихся веках. Ещё и в голове стоял непрекращающийся гул, дополняющийся звенящими нотами.       Вода особо не помогла и сейчас раздражающими каплями стекала по лицу и лёгкими всплесками исчезала в непрерывном водовороте. Глаза были закрыты, склеенные влагой на пушистых ресницах. Будь воля Минхо он бы тут и уснул, но его поясницы нежно коснулась чья-то рука и он испуганно напрягся и тяжело распрямился, поднимая гудящую голову к зеркалу.       — Извини, напугал? — на грани нервного смешка проблеял Джисон, его расширившиеся глаза изучали мокрое лицо Минхо в отражении.       — Я тебя не слышал. — Минхо потянулся к полотенцу, надеясь, что оно достаточно чистое. — Извини, уже освобождаю. — Наскоро протерев лицо, он развернулся к Джисону и почти равнодушно уточнил: — Пойдёшь на пары? Или проведёте день с Юной?       — На пары, — кивнул он слегка заторможенно. — А ты как? Много пар сегодня?       — Вроде как обычно, — задумавшись, Минхо поднял взгляд поближе к потолку и почесал шею и подбородок. Пробившаяся щетина слегка этому сопротивлялась, шурша под пальцами.       — Тогда может встретимся после?       Заметив чужую руку в поле зрения, Минхо тут же перевёл взгляд на неё, хмурясь.       — У тебя тут... — Пальцы коснулись щеки, а голос Джисона стал ниже. — Ресничка.       Для смахивания ресницы чужие движения были слишком несвойственны. Они были нежными, тягучими и скорее изучающими. Чувство дискомфорта мгновенно заполнило грудную клетку. Сейчас собственное лицо казалось таким опухшим, что неуверенность в себе зашкаливала. К тому же, хоть он и прополоскал рот, этого всё ещё казалось чертовски мало. Минхо, правда, не подал и вида.       — Спасибо, но я мог и сам её убрать, — безразлично уточнил он, стирая ощущение чужих пальцев тыльной стороной своей руки. — Я пойду, не буду мешать умываться.       Джисон лишь натянуто промычал, провожая спину взглядом — во всяком случае, Минхо так чувствовал. Возможно, это всего лишь плод его воображения.

***

      Похрамывая со ступеньки на ступеньку, Минхо проклинал этот мир и это утро. Его раздражало буквально всё: люди, звуки, свет, сумка сдавливающая грудь по диагонали, болтыхающийся пакет с призами и цветы, о которых он бы и не вспомнил, если бы не Джисон. Джисон и Юна шли чуть впереди и своим влюблённым воркованием изрядно подпитывали эту внутреннюю бурю, заставляя Минхо ставить рекорды по закатыванию глаз.       Благо эти двое не обращали на него никакого внимания и этот молчаливый выплеск эмоций был не замечен. Однако когда вся троица остановилась на перроне, свои порывы пришлось сдерживать.       — О чём так весело болтаете? — поинтересовался Минхо, останавливая взгляд на Юне. Смотреть на неё было куда проще, чем на её парня, чьи взгляды на себе он замечал всё чаще.       — О тебе, — хихикнула Юна, из-за чего Минхо мгновенно напрягся, а на его лице отразилась растерянность.       — Обо мне?       — Ага. О том как ты спишь.       — Как я сплю? — повторил Минхо и нахмурился. Отыгрывать роль удавалось с лёгкостью. — И что в этом такого забавного?       — Уф-ф. — Джисон усмехнулся, пряча руки в карманах куртки. — Ты очень прилипчивый, хён. Сегодня ночью ты буквально приставал ко мне. Я уже было думал, что ты решил придушить меня в своих объятиях.       Физиономия Джисона была уж очень довольной, и Минхо, напряжённо похлопав ресницами, решил его подколоть.       — Странно. — Он на секунду поджал губы и мстительно буркнул: — Обычно таким у нас занимаешься ты.       Ухмылка Джисона дрогнула, глаза еле заметно округлились, а взгляд забегал по лицу, словно пытаясь в чём-то разобраться. Минхо вполне догадывался что это было, но упрощать жизнь младшего не хотел. Повисла минутная тишина, которую разорвал неловкий хохоток Юны.       — Полагаю в этом есть моя вина. Я забрала большую часть одеяла.       Послышался гул, повизгивание колёс о железнодорожные пути и Минхо повернулся. Фары поезда приближались, подсвечивая стены туннеля и рельсы спереди. Когда поезд начал понемногу замедляться вдоль платформы, вся троица сгруппировалась поплотнее и стала следить за дверьми вагонов. Одни из них остановились почти ровно перед Минхо.       Поток людей хлынул из вагона и когда он прекратился троица двинулась внутрь, подстёгиваемая толпой новых пассажиров. Минхо заходил третьим, так что просто наблюдал за заботливым Джисоном, что успел усадить улыбнувшуюся Юну на пустующее местечко и встать напротив неё, держась за поручень над своей головой.       Вздохнув, Минхо устроился рядом.       — Давайте свои сумки сюда, — предложила Юна.       — Всё нормально, — хотел было отказаться Джисон.       — Нет, давайте, — стояла на своём Юна и Минхо решил сбросить часть своего напряжения на её колени. — Сейчас народу поприбавится. Минхо, и цветы давай.       Завидев, как Минхо передаёт девушке букет и устраивает на девичьих коленях свою сумку и подарочный пакет, Джисон всё же сдался, чему поспособствовал усилившийся напор Юны. В этот момент его дёрнуло в сторону и Минхо, уже готовый к этому, спокойно вернул его на место, уместив заготовленную руку на куртку в районе тонкой талии. Джисон тут же его поблагодарил, не поднимая хмурого взгляда.       — Держись за поручень.       Хан уложил рюкзак на колени к Юне и вернул руку на поручень, из-за чего его куртка задралась, оставляя талию беззащитной. Оставить руку там было сильным искушением, но Минхо тут же убрал её, взглядом касаясь чужого отражения в стекле напротив.       Джисон выглядел хмурым, задумчивым и даже слегка растерянным. Его мысли явно занимали вчерашние бдения, что означало — Минхо справился с поставленной самому себе задачей. Если младший ранее и предполагал, что Ли проснулся, то теперь он в этом несомненно сомневался. И честно говоря, это приносило Минхо некоторое удовольствие.       Правда из-за головной боли и недосыпа, думать об этом всём казалось сейчас слишком утомительным, так что он оставил это до лучших времён. Вместо этого его мысли быстро заняли куда более насущные размышления: стоит ли идти на пары или поберечь нервы и по приходу в общежитие завалиться спать.

***

      Дорога до общежития из одиночной прогулки внезапно превратилась в двойное свидание. Юна вспомнила, что ей нужно забежать за какими-то важными конспектами, а Джисон, судя по всему, побаивался оставлять её с Минхо наедине. Сынмин, которого никто из них не ожидал увидеть, прибился к их ленивому шагу уже на полпути.       Обменявшись утренними пожелания и поинтересовавшись банальными вопросами про то, кто куда идёт и зачем, Сынмин "украл" Минхо у идущей под руку парочки, заставив его притормозить и создать некое подобие безопасного расстояния.       — Так как прошла ночь? — с осторожностью и показной отстранённостью поинтересовался он.       Минхо скривился. На трезвую голову, не выспавшись, да ещё и с Сынмином, обсуждать эту круговерть с Джисоном не хотелось. Да, они вроде как теперь были друзьями, и этот факт ох как облегчал тяжесть на сердце, но всё же прошёл всего день с их второго расставания и говорить на подобные темы казалось немного неудобным, даже неправильным. Опять же, на трезвую голову.       — Я не в настроении это обсуждать, если ты не против, — поджал губы Минхо.       — Как скажешь, я в принципе и без слов могу понять, что ничего приятного в этом не было.       Минхо бы поспорил. Приятно как раз-таки было, только он не мазохист, так что большая часть происходящего вчера неплохо так охлаждала горячее сердце.       — Ты сказал ему, что мы расстались?       Минхо сконцентрировал взгляд на бывшем друге и ответил коротким "да". Сынмин понятливо кивнул.       — Тогда, полагаю, его убийственные взгляды в мою сторону имеют иное объяснение, нежели обычная ревность.       Минхо, ещё даже не дослушав, уставился в чужие спины. Джисон шёл вперёд, и хоть его голова была повернута в бок, он просто общался с Юной.       — Что-то не вижу, чтобы он смотрел в твою сторону.       — Это было когда я только присоединился, так что не удивительно, в тот момент ты смотрел на меня, — самодовольно ухмыльнулся Сынмин.       Ничего не ответив, Минхо только выдохнул и стал прожигать спины впереди идущих. Что было в голове у Джисона? И что делать Минхо с тем фактом, что эта белка пригрела о него свои лапки?       С одной стороны ему было крайне приятна эта странная заинтересованность. Тело ликовало, как и удовлетворённое вниманием эго. С другой же — Минхо было крайне неприятно. Сердце сжималось, не желая быть на вторых ролях, а эго — видя действия Джисона по отношению к Юне, щурило внимательные глазки в отравляющей кровь ревности.       Да, их с Юной отношения не были официально возобновлены, но Джисон всё же ухаживал за ней, целовался с ней и проделывал все те вещи. Но тогда что с ним? Что с Минхо? Любопытство? Ошибка? Или всё же что-то большее?       Стоя у общежития, покинутый ушедшим к университету Сынмином, и боковым зрением наблюдая страстный обмен слюнями, Минхо наконец понял что это. Поцелуй был слишком страстным, слишком напоказ, просто слишком, в особенности для утра и в особенности для прощания на каких-то пару тройку минут. Джисон хотел вызвать эмоции, насладится вниманием, но Минхо разгадал его план и не доставит ему такого удовольствия — он установит свои правила для этой игры.

***

      Проспав первые две пары, Минхо всё же заставил себя встать и начать сборы. Лениво сбривая щетину, он с недовольством смотрел на своё отражение. Сегодня его любовь к себе рухнула под тяжестью опухшего лица и ставших ещё более заметными кругов под глазами. К тому же от небрежного бритья он приобрёл небольшой порез на подбородке и местами проглядывающее раздражение. Выходить из общежития в таком виде совершенно не хотелось, так что ещё немного энергии он потратил на лёгкий макияж, чтобы приобрести хоть толику уверенности в себе. Оправа очков, которую он постоянно таскал на себе в университет, сегодня была оставлена в общежитии. В конце-концов он не был готов скрывать единственно красивую часть своего лица в такой отвратительный день.       — Как дела? — привычно поинтересовался Чанбин, приветствуя друга в аудитории и отодвигая стул рядом с собой в немом приглашении. — Чего прогулял?       — Вот скажи, ты бы хотел вызвать ревность у того, кто тебе не нравится в романтическом плане? — не размениваясь на прелюдии задал вопрос Минхо, грузно усаживаясь рядышком и устало откидываясь на спинку стула.       — Чего? — растерянно переспросил Чанбин, хмуря брови. — Что за вопросы такие?       — Джисон.       — Джисон? Он пытался вызвать в тебе ревность? — с весёлым смехом уточнил Со, побуждая Минхо мстительно сощурить глаза.       — Я задал вопрос.       — Да, господин, — насмешливо склонил голову Чанбин, после чего его лицо стало куда серьёзнее и он принялся обдумывать вопрос. — Наверное, лично я бы не играл с огнём, но люди разные. К тому же я не думаю, что ты так уж не нравишься Джисону, раз он... Кхм, ну да, я просто думаю, что ты ему нравишься. Так что, — он пожал плечами. — А что он сделал?       — Юна. — Видя непонимающий взгляд Чанбина, Минхо закатил глаза и уточнил: — Я признался ему, вчера, ещё до того как мы вышли из его квартиры. А потом он позвал Юну, упросил меня остаться с ними на ночь, якобы защищая мою честь, творил чёрте что, а когда утром мы подошли к общаге, напоказ засосал её.       Чанбин всё ещё был растерян, о чём и свидетельствовали его следующие слова.       — Так, давай сначала и поподробнее.       Минхо оставалось лишь раздражённо выдохнуть, стирая с опухшего лица остатки сонливости, и пуститься в объяснения, занявшие по меньшей мере половину пары.       — Да нравишься ты ему, сто пудово, — с довольной ухмылкой заявил после всего этого Чанбин. — Он бы не делал всю эту хуйню, если бы это было не так.       — Да? А Юна? — скептично процедил Минхо, выводя раздражённые каракули на полях своего конспекта.       — И Юна ему нравится. Очевидно же.       — И что тогда? Что мне тогда делать?       Минхо очень хотелось услышать чужое мнение и он терпеливо ждал, пока Чанбин обдумывал ответ на вопрос. Пожав плечами, Чанбин предложил:       — Отплати ему той же монетой — заставь его тебя ревновать.       — Нет, — сразу же отрезал Минхо, хмурясь. — Если он и испытывает что-то ко мне, то это бесполезно. Он знает, что мы с Сынмином опять расстались. К тому же, если у него есть ко мне чувства, он уже должен был ревновать меня, но как видишь, вновь замутить с Юной ему это всё равно не помешало.       — Ну да, — поник Чанбин, но тут же зажёгся новым огоньком. — Тогда просто дразни его. Подкалывай. Доставай.       — Но я не хочу влезать в их отношения, — раздраженно выдохнул Минхо, надувая губы и разглядывая свои пальцы. Он из принципа не хотел. С некоторых пор Юна ему симпатизировала.       — А ты и не влезай. Так, по-дружески, слегонца, — Чанбин тыкнул Минхо в бок и поиграл бровями, ухмыляясь. Ли тут же прыснул от смеха. Друг выглядел слишком забавно.       — Ли Минхо, Со Чанбин! — раздался грохот преподавательского голоса.       — Простите, учитель!