« Прорыв »

И снова все по старому. Осень. Холодные ветра, дожди и такая холодная она. Амина безумно хочет прикоснуться к возлюбленной, но в последнее время меж ними образовалась непробиваемая стена. Такая тонкая, но в тоже время такая прочная. Девушка не понимала с чем это связано, потому старалась разузнать больше. Алина часто можно было заметить сидящую в телефоне, общающуюся с кем-то неизвестным Беловой. Иногда она могла мило улыбнуться и начать что-то быстро печатать, а иногда и вовсе начать записывать гс, смущаясь, стараясь подобрать нужные слова. Все это вызывает новую волну ревности. Просто невозможную. Наблюдать за этой картиной чертовски больно и очень страшно. Страшно за дружбу, страшно потерять её любимую Алину. Она робко подходит и еле слышно спрашивает: -Может прогуляемся по школе? И тут же девушка отводит взгляд, страшась реакции Норильской. Та, допечатов сообщение, поднимает взгляд на стоящую сбоку от неё подругу. -С тобой все нормально? Грубо. Грубо отвечает Алина по мнению Амины. Она старается не подать виду своего волнения, хотя по спине пробегают злосчастные мурашки, а нижняя губа придательски потрясывается. -Да. Отрезает Белова и быстро уходит из класса. Ей опять больно. Каждое слово сказанное не в той интонации проходиться словно ножом по сердцу ранимой Амины. Как же хочется ощутить тепло возлюбленной, которое Амина могла легко получить до сегодняшних дней. Девушка быстрым шагом заходит в женский туалет и облакачивается на стену возле умывальника. В помещении темно и лишь тускловатый свет из окна позволяет разглядеть хоть что-то. Все это напоминало девушке больничную палату, только без кроватей. Белые стены, постоянно холодно, безумно тихо и лишь изредка слышны крики с другого конца коридора, которые доносятся из-за приоткрытой двери туалета. Проходит совсем немного времени и знакомые рыжие длинные волосы показываются из-за двери. Алина в лёгком недоумении смотрит на ту. В ее взгляде колебалось непонимание и.. сострадание? Странная смесь, но Амине было немного не до этого. Сейчас все ее внимание было обращено на объект ее страданий. -Амин, почему ты ушла? Что-то не так? Обеспокоенно спрашивает Норильская, закрывая за собой дверь, подходя ближе. "А что не так?"- пронеслось в мыслях Амины. Она не знала что ответить точно. Сказать ли сейчас правду о своей боли, ревности, о своих сильных чувствах, или же вновь соврать, что все нормально, что все путём. Вдали уже слышится звон, который оповещает всех о начинании занятий. Алина поворачивается к выходу. -Нам нужно идти. Татьяна Николаевна не любит опозданий, сама знаешь. Говорит девушка, повернув голову в сторону подруги, с лёгкой улыбкой, дабы сгладить ситуацию, но через пару секунд сама понимает, что у нее это не выходит. Она вздыхает и уже всем телом оборачивается к девушке. Одной рукой она облакачивается на стену, а другую упирает в бок. -Ты хоть что-нибудь скажешь? Уже с ноткой возмущения спрашивает Алина, желая услышать хоть что-то со стороны Амины. В свою очередь, Белова лишь безэмоционально, даже как-то опусташенно вновь переводит свой взгляд в сторону девушки и еле шевеля губами отвечает вопросом на вопрос. -Ты действительно не понимаешь? Норильская хмыкает, совсем позабыв о том, что уже прозвинел звонок, она забыла о Татьяне Николаевне, которая так не любит опоздания, а задержались девушки уже более, чем на пять минут. -А что я должна понимать? В последнее время ты сама не своя. Ходишь такая...поникшая, грустная, я не знаю. У тебя что-то дома произошло? Если бы все было так просто. Девушка нервно сжимает кулаки. Она вздыхает. Ее сердце бешенно колотиться, словно готовясь уже выпрыгнуть из груди. Она отлипает от стены и встаёт на против Алины. Девушка была выше ее, потому она привстает на носочки, дрожа от страха и волнения, но говорит хоть и шепотом, но на свое же удивление очень уверенно. -Я люблю тебя. Алина молчит. До нее ещё словно не дошли слова Амины. Такие важные слова, которые она, можно сказать, вынашивала несколько лет. -Я..я тоже люблю тебя. "Вот так просто? Все так просто?"- Не успев обрадоваться, Амина слышит следующие слова, которые точно от слова 'заставляют' плакать Белову. -Ты же моя подруга. Как я могу не любить тебя? "Подруга.."- Амина опускает голову осмысляя свои слова, осмысляя слова Норильской. Она не знает что делать. Это так больно, это так плохо, это так..это так..Амина даже не могла описать свои чувства. Свои смешанные ощущения. То ли радости, что та не поняла прямого признания или грусти, что она не поняла прямого признания. Девушка словно сама уже не знала чего она хочет. Вместо ещё каких-то слов и объяснений, Амина вновь привстает на носочки и впивается в губы подруги, вызывая волну шока со стороны Алины. Девушка не отвечает, ведь она все ещё не понимает намерений ее подруги, а вот Белова наоборот делает это слишком хорошо. Она немного наваливается на Алину, несколькими пальцами двух рук касаясь ту за подбородок. Она сразу же проникает языком, вызывая уже не просто шок, а лёгкий стон. Но был ли это стон наслаждения? Или же что-то иное, чего Амина так боялась? Девушка разминает губы, делает это словно в последний раз. Делает это, будто такой возможности больше никогда не предвидится. А ведь правда? Вдруг после всего этого Алина начнет избегать свою подругу? Перестанет общаться, ещё хуже станет призирать ее? Об этом Белова не подумала, хотя ей есть что терять? Она целует и делает это из своей чистой любви и совершенно не дружеской. Через пару минут она отстраняется. Обе нервно дышат. Амина молча убирает руки и слегка отходит, а затем выбегает из туалета, оставляя Норильскую наедине со своими мыслями, которые смешались в нейпоми что, благодаря Амине.