6. Куда завели Эндрю его эротические сны?

Его руки скользят по мокрой коже, вверх по предплечью и сжимают бицепс. Губы прижимаются к пульсирующей венке на шее, и горячее дыхание почти обжигает кожу. Волосы спутались, в их ловушке длинные пальцы, сжимающие светлые пряди. Эндрю сидит, прислонившись спиной к изголовью кровати, а сверху сидит Нил, насаживаясь на его член до упора. Хорошо. Это слишком хорошо. Ногти Эндрю впиваются в талию Нила, оставляя красные полумесяцы. Внутри Нила горячо, туго и слишком крышесносно. Все, что касается Нила — слишком. Руки Эндрю перемещаются на его бедра, пробегаясь легкими касаниями и ложатся на ягодицы. Ладони сжимаются. Нил выдыхает громкий горячий стон, прямо в шею Миньярда. Эндрю приподнимает его и резко отпускает, вбиваясь членом прямо по комку нервов внутри. — Ох, блять. Эндрю, — Нил кричит, сильнее обхватывая плечи Миньярда. Эндрю уже на грани. Теплый узел завязывается внизу живота, готовый вот-вот взорваться. Член Нила истекает смазкой, которая размазывается по прессу Эндрю. И, о черт, как Эндрю хочет слизать ее. Попробовать Нила на вкус. Оргазм подкрадывается, трубя о себе во все услышанье. — Эндрю, — Нил шепчет его имя. Только его имя. Эндрю зажмуривается, чтобы кончить, заполнив Нила до краев. — Завтрак готов, — звучит голос Джостена, на этот раз спокойный, не искаженный сильным возбуждением. — Что? — оргазм отступает, как будто его никогда и не было. Тело становится легким и податливым, но Эндрю все еще ощущает на себе вес тела Нила, и то, как тугое колечко мышц сжимает его член. Эндрю открывает глаза и видит перед собой чистейшую синеву. Нил смотрит на него нежно, улыбается одними уголками губ, но его лицо постепенно размывается, теряя свою четкость. — Завтрак, Эндрю, — повторяет Нил. Его голос звучит, будто из-под толщи воды. И Эндрю… Эндрю просыпается, дергаясь на кровати. Подушка падает на пол, а сам Миньярд бьется головой о прикроватную тумбочку. — Блять, — шипит он, потирая ушибленный лоб. Снизу, из кухни, доносится голос мамы, которая зовет на завтрак. Эндрю со страдальческим стоном валится обратно на кровать, уставившись заспанными глазами в потолок. Боксеры неприятно липнут к телу, и Эндрю, с ужасом осознает, что кончил от эротического сна. Просто. Пиздец. Вот, уже третью ночь подряд он просыпается от того, как занимается сексом с Нилом. Во сне. Первые два раза, он просыпался со стояком, поэтому приходилось закрываться в ванной и решать данную проблему. Сегодня же. О, боже, даже вслух сказать стыдно. Кончить во сне. Это вообще нормально? У Эндрю не было с этим проблем, он нормально относится к мастурбации. К тому же, они с Нилом довольно часто отсасывают друг другу, дрочат вместе. Но, вот проблема… у них еще не было секса… с проникновением. И похоже, этими снами, его тело заявляет о своем желании. Или это был его мозг? Он ведь проецирует картинку? Хотя, какая разница, кто изъявил желание. Главное, что Эндрю хочет этого. Но, не знает, как предложить Нилу.

***

Что ж, очевидно, этот день не для Эндрю Миньярда. Кончить себе в трусы — есть. Залить новые джинсы карамелью — есть. Наступить любимыми кроссовками в лужу и насквозь их промочить — есть. Опоздать на литературу — есть. Разобраться со своей сексуальной жизнью — проблема. А как, собственно, предлагать парню секс с проникновением? Это единственный вопрос, который мучал Эндрю на уроке литературы. Автобиография Бенджамина Франклина? Зачем это вообще им? Тем более, когда мисс Вильмонт рассказывает об этом, как будто Бенджамин задавил ее кота на велосипеде. Урок проходит спокойно. Нудно. Поправляет себя Эндрю. Честно, он начинает думать, что Бенджамин задавил и его кота, вот настолько, он его ненавидит. Следующая была физика. О да, только этого ему не хватает. Одна из лекций, которая у них с Нилом совмещенная. Мало того, что Джостен не покидает его головы… не покидает его сны… теперь еще и будет сидеть рядом, прикасаясь своим плечом. Эндрю тут же отбрасывает на пару месяцев назад — на лекцию по биологии. Тогда Нил залез под парту и отсосал ему. С этим парнем… опасно ходить на лекции. Эндрю сжимает лямку рюкзака, что болтается у него на плече. Делает пару глубоких вдохов, как его учила мама и… снова вспоминает, как пухлые губы Нила обхватывают его член. Блестят от слюны, скользят вдоль эрегированного органа, а глаза… сука, как Эндрю ненавидит, когда Нил сохраняет зрительный контакт при минете. В штанах становится тесно, а он и так, надел сегодня джинсы, которые теснее обычного. Рюкзак, с плеча, перемещается в руку и прикрывает пах. Это ужасно. Эндрю как будто заново проходит стадии взросления. Хорошо, что в школьном коридоре не так много учеников, все уже разошлись по кабинетам. Поэтому, Эндрю тоже отправляется на урок. В кабинете физики прохладно — открыты окна. Занавески танцуют с весенним ветерком, а Нил… Эндрю когда-нибудь застрелится. Нил сидит за их партой, под лучами солнца, которые разжигают огонь на его шевелюре. Волосы, как обычно, в беспорядке, ну конечно. Между розоватыми губами зажат колпачок от ручки, уже наполовину сгрызенный. Сколько раз Эндрю говорил ему: не грызи. Но Нил — вредный. Слишком вредный. Почему Эндрю до сих пор его терпит? Миньярд проходит между рядами и плюхается на стул. Слишком громко. Он ничего не достает: ни тетрадь, ни ручку, ни даже учебник. Много движений, а он и так на пределе. — Хэй, — шепчет Нил, и Эндрю слышит в его голосе улыбку. — Как дела? — Мы вместе в школу ехали, у меня не могут измениться дела за один урок, — Эндрю не врет. Просто слегка недоговаривает. Его дела немного изменились. Так изменились, что давит в штанах. Но Нил, слава богу, не замечает. Зато, нарочно придвигается ближе и прикасается плечом, к плечу Эндрю. Миньярд закрывает глаза, снова применяя практику с дыханием. Но… когда он начинает дышать, в его сознание проникает дыхание Нила, которое срывается на стон. Эндрю в ужасе распахивает глаза и понимает, что долго он так не продержится. Им сегодня же надо заняться сексом. Если, конечно, Нил согласится. Эндрю косит на него взгляд. Его веснушки маленькими огоньками лежат на коже. Ресницы светятся под солнечным светом и едва трепещут. Эндрю хочет оставить поцелуй на каждом миллиметре этой кожи. Но он лишь склоняет голову и целует Джостена в висок. Нил реагирует спокойно, его улыбка становится шире, и он сильнее прижимается к его плечу.

***

Этот день был слишком долгим. Таким долгим, что Бенджамин, задавивший его кошку, кажется лишь малой проблемой. Хотя нет, Эндрю любит свою кошку. Пошел нахуй, Бенджамин. Почему он вообще разговаривает с каким-то чуваком, который умер в 1790 году? Нужно возобновить походы к психотерапевту, у Эндрю начинает развиваться психоз. Дома никого нет, и это то, что нужно. Они с Нилом сразу поднялись в комнату Миньярда. Первая часть плана — есть. Заманить его в комнату. Какой план? И почему, в своей голове он разговаривает как детектив, из дешевого триллера. Точно — к психотерапевту. Эндрю позвонит ему, завтра же. — Эндрю, все хорошо? — Нил выглядит обеспокоенным. Он сидит на краю двухспальной кровати, которая застелена черным пушистым покрывалом. Эндрю его подарила Би, очень давно. Ему тогда было десять, и они с Аароном жили у Би уже четыре года. Эндрю не замечает, как меряет комнату шагами, нервно заламывая руки. Он переживает. Конечно, он переживает. Это не только первый раз Нила, это и его первый раз. Эндрю много изучал, читал… смотрел. Но хотел бы забыть. Он понял, что порно не для него, примерно в двенадцатилетнем возрасте. Потом снова попробовал — в шестнадцать. И убедился окончательно. Нил покорно ждет ответа на свой вопрос. Какой вопрос? Ах, да. — Хорошо, — отвечает Эндрю, но не перестает приминать ковер. Нил ему не верит — видно по выражению лица. Но он ждет… ждет, пока Эндрю сам успокоится и решится ему рассказать. Эндрю ненавидит его за это. За сегодня, он слишком часто использует дыхательную практику, которая нихера не помогает. Главное начать, а там… а там… а что там, Эндрю подумает позже. — Я, — Эндрю начинает медленно, прощупывая безопасные места. Он садится на кровать, напротив Нила, и пытается не смотреть в глаза. — Я хочу заняться сексом. Нил сжимает плед под ним. Его пальцы тонут в его мягкости. Тишина слишком громкая. И… неловкая. Эндрю тяжело сглатывает, желая получить от Нила хоть какой-то ответ. — С кем? — спрашивает этот гений. Эндрю глупо хлопает ресницами. Он почти передумывает заниматься с ним сексом. Вдруг его гениальность передается половым путем? — Ты идиот? С тобой, конечно же, — вся неловкость развеивается. Остается только нервозность. Теперь они оба, сидят и нервно теребят пальцами плед. — О, — говорит Нил. — Хорошо. — Хорошо, — повторяет Эндрю. — Хорошо, — они как два попугая, сидят и передразнивают друг друга. — Ты точно хорошо расслышал? Я сказал… — но Нил перебил Эндрю, обхватив его руки своими. — Я слышал, что ты сказал. Я тоже этого хочу, — его пальцы, обрамленные белыми полосками шрамов, в нежном и успокаивающим жесте, гладят его ладонь. — Это «да», Дрю. Теперь они — два идиота, которые сидят и пялятся друг на друга. Перед глазами Эндрю мелькают картинки из его сна, и ему безумно хочется увидеть это воочию. — Ты хочешь сделать это прямо сейчас? — голос Нила становится тише, и его лицо все ближе придвигается к Эндрю. Он уже чувствует его дыхание, на своих губах. Мятное. Нил часто жует мятные конфеты, когда нервничает на контрольных. — Я слишком долго этого хотел, — и Эндрю не врет. Он никогда не посмеет соврать Нилу. Их губы встречаются на пол пути, укутывая друг друга в мягкие объятия. Эндрю хочет все и сразу, но понимает, что сейчас лучше не торопиться. Его руки невесомо ложатся на бедра Нила, скрытые под спортивными штанами. Нил льнет к нему ближе, забираясь в пространство Эндрю. И Эндрю совсем не против. Он хочет ощутить Нила, почувствовать, забраться ему под кожу, стать единым целым. — Эндрю, где… — Нил шепчет, и его губы мажут по губам Эндрю. — Везде, — отвечает Эндрю. — Просто коснись меня. Нил не делает резких движений. Его руки плавно скользят по изгибам тела Эндрю, очерчивая их, запоминая. Сначала они проходятся по плечам, оставляя на них горячий след. Затем спускаются к предплечьям. Шершавые подушечки пальцев, слегка царапают молочную кожу. Приятно. Губы Нила спускаются вниз, проходятся вдоль линии челюсти, слегка прикусывая. Затем, губы прижимаются к шее, и вот оно… внутри Эндрю будто взрывается глубинная бомба, сметая все на своем пути. Нил оставляет засос на шее, извиняюще проведя по нему кончиком языка. Похороните Эндрю со всем комфортом, он не переживет эту ночь. Дрожащими руками Нил избавляет себя от футболки, открывая вид на свое подтянутое тело. Эндрю скользит по нему взглядом, но надолго не задерживается. У него еще будет время вдоволь насладиться им. Эндрю тоже избавляется от футболки и нависает сверху над Нилом, пока тот медленно опускается на подушки. Они не разрывают зрительного контакта, поэтому Эндрю видит, как меняются эмоции Нила: похоть, желание, дикость, нежность. Он чувствует слишком много, так много, что хватает на них двоих. Эндрю коротко целует его в губы, спускаясь все ниже. Пальцами зажимая один сосок, а второй обхватывая губами, посасывая. Нил под ним испускает, кажется, последний дух. Выгибается в спине; короткий стон вырывается сквозь приоткрытые губы. От такого напряжения, Эндрю готов кончить себе в штаны. Но ему хватило утра, поэтому он пытается себя отвлечь. О чем он говорит, как тут отвлечешься? Его движения становятся резкими и рванными, Эндрю больше не в состоянии держать себя в руках. Проходясь поцелуями по животу Нила, он развязывает шнурки его спортивных штанов и стягивает вместе с боксерами. Член Нила истекает смазкой, Эндрю не отказывает себе в желании провести по его головке языком, чтобы собрать солоноватые капельки. Руки Нила сжимаются в волосах Эндрю, но ему не больно. — Все еще «да»? — Эндрю смотрит на Нила, не прекращая целовать его живот, иногда задевая возбужденный член. — Да, да, да, — Нил хрипит, его пальцы на ногах поджимаются. Эндрю проводит языком, по всей длине члена, выбивая из Нила те чудесные звуки, которые Миньярд будет воспроизводить себе. — Там в ящике, достань смазку, — говорит Эндрю, пытаясь расстегнуть свои штаны. Удобнее было бы подняться, но Эндрю не желает отрываться от расцеловывания тела Нила. Он слышит, как Нил копошится в ящике прикроватной тумбочки, об которую сегодня утром Эндрю шибанулся головой. Наконец-то, ширинка поддается и с характерным звуком расстегивается, давая долгожданную свободу. Не успевает он стянуть с себя ненужный элемент одежды, как ему в голову прилетает бутылек со смазкой. Он поднимает хмурый взгляд на Нила, который смущенно прикрывает веселое выражение лица. — Ой, прости, — Нил хихикает. Эндрю рад, что ему весело. Но второй удар по голове за день, может вылиться во что-то более серьезное, чем разговоры с Бенджамином. Эндрю снимает джинсы, оставаясь в боксерах, пока что. Берет орудие для его убийства — бутылек со смазкой, удачно прилетевший ему по голове. Выдавливает на руку щедрое количество и разводит ноги Нила, чтобы открыть себе… о боги, самый чудесный вид, который он вобьет себе в голову навечно. Так, хватит вбиваний в голову на сегодня. Эндрю закусывает нижнюю губу в нетерпении, и проводит пальцем по сжатому колечку мышц. Нил вздрагивает, шумно выдыхая. Эндрю массирует вход, чтобы немного расслабить и успокоить Нила, затем на пробу, толкается. Туго. Горячо. Влажно. Палец вошел уже по вторую фалангу, как Нил просит остановиться. Эндрю останавливается, абсолютно не совершая никаких движений. Даже дыхание задерживает, наблюдая за лицом Нила. — Просто… просто, дай мне минуту, — Нил отчаянно хватает воздух ртом, его брови то хмурятся, то взлетают вверх. — Так… непривычно. Проходит какое-то время, Эндрю ждет, не шевелясь, давая Нилу привыкнуть к ощущениям. — Ты можешь двигаться, — произносит Нил и цепляется за пушистое покрывало. Эндрю возобновляет движения, добавляя больше смазки, чтобы уменьшить дискомфорт. Палец Эндрю уже полностью внутри Нила, и это… непередаваемые ощущения. Эндрю надеется, что когда там окажется его член, у него не пойдет кровь из носа от избытка чувств. Он двигает им, взад вперед, и чувствует как Нил сжимается вокруг него. Джостен извивается и, в какой-то момент, сам начинает подаваться навстречу. Движения становятся свободнее. Эндрю добавляет второй палец, и тот проходит, без какого-либо сопротивления. — Эндрю, так хорошо, — голос Нила наполняет комнату, которая уже погрузилась в полутьму. Шторы плотно задернуты, Эндрю не успел открыть их утром. Покрывало под ними собралось, устраивая хаос. В доме тихо, и Эндрю может сполна насладиться тихими вздохами Нила. То, как он с придыханием шепчет его имя, пока Эндрю трахает его пальцами. Третий входит немного туже, чем второй, поэтому Эндрю снова медлит. Он не отводит взгляда от лица Нила, чтобы сразу словить нужную эмоцию, дабы остановиться. Но пока Эндрю видит лишь полностью разобранного Нила, который короткими вдохами хватает частички воздуха, затем облизывает губы, и Эндрю наблюдает за их блеском, желая провести по этим губам своим языком. Эндрю хотел взять член Нила, но тот жестом его остановил: — Я хочу кончить, когда ты будешь трахать меня. От этих слов, член Эндрю дергается. Эндрю выплевывает полурык-полустон и заканчивает растягивать Нила пальцами. Он вновь смотрит на Нила и… блядский боже, он выглядит, как ебаное произведение искусства. Медленно вынимает пальцы, и их обволакивает холодом, Эндрю скучает по теплу Нила. Нил тянется к Эндрю, хватаясь за его руки и притягивая к себе. Они больно сталкиваются зубами, но в тот же момент, заглушают боль поцелуями. Руки Эндрю дрожат, но он роется в ящике, пытаясь достать этот неуловимый квадратик. Вот он. Наконец-то, Эндрю достает презерватив, раскатывая его по возбужденному члену. Прикосновение отдается почти болью. Эндрю на грани. И он надеется, что не кончит через две секунды. Хотя, очень даже вероятно. Рука Нила в успокаивающем жесте, гладит его талию. Голубые глаза, подернутые темным зрачком, смотрят прямо в душу, выдирая сердце. Эндрю снова целует его, устраиваясь между ног. Член упирается в задницу Нила, и Эндрю почти забывает свое имя. Сейчас есть только Нил. Нил. Нил. Нил. Он под ним, он под кожей, растекается вязкими солнечными лучами, согревая вечно холодное тело Эндрю. Первое надавливающее движение. Головка оказывается внутри, и у обоих задерживается дыхание. Это пиздецки хорошо. Эндрю даже в самом откровенном сне не мог себе представить такого. Первый толчок. Из Нила вырывается стон, его грудь вибрирует. Эндрю чувствует это. Эндрю пытается двигаться, но слишком туго. Нил сжимается вокруг него, а Эндрю держится из последних сил, лишь бы не кончить раньше времени. — Ох, Дрю… подожди, — задыхаясь, шепчет Нил. Его волосы путаются, на лбу выступает испарина. Эндрю проводит по медным волосам, зачесывая их назад, и оставляет нежный поцелуй на лбу. Нил обнимает его за шею, обдавая своим дыханием ушную раковину. Они проводят в объятиях какое-то время, чтобы Нил смог чувствовать себя комфортно. Затем, получив «зеленый свет», Эндрю начинает двигаться, медленно трахая Нила. Нил закидывает обе руки за голову, обхватывая подушку и закусывает губу, дабы приглушить звуки. Эндрю большим пальцем проводит по его губам, освобождая из плена белоснежных ровных зубов. — Я хочу тебя слышать, — шепчет Эндрю, наклоняясь к его лицу, тем самым проталкивая свой член глубже. Нил испускает стон, а Эндрю ловит его, перемешивая с поцелуем. Ноги Нила обхватывают Эндрю, а Миньярд берет его бедра, приподнимая. Толчки становятся резче, глубже. Бедра Эндрю бьются о задницу Нила, и по комнате разносятся мокрые шлепки. Стон Нила, тяжелое дыхание обоих, шлепки — все эти звуки, перемешиваются, танцуя по комнате, вокруг двух разгоряченных тел. У Эндрю срывает крышу, чувства рвутся наружу, желая ощутить свободу. Голова гудит, но это приятный гул. Ощущение того, как Нил сжимается вокруг его члена… разрушительно. Поставьте Эндрю памятник: умер от избытка чувств. Тугой, горячий комок завязывается внизу живота, Эндрю чувствует, что уже близок. Он обхватывает член Нила, синхронизируя свои движения. Эндрю не замечает, что в какой-то момент закрывает глаза, полностью отдаваясь чувствам, сливаясь с телом Нила. Глаза распахиваются, когда Нил громко стонет… намного громче, чем обычно. И для Эндрю это — финиш. Он кончает, напоследок пару раз вбиваясь в Нила до основания. Затем чувствует, как сквозь пальцы течет сперма Нила — он кончил сразу за ним. Глаза Нила полуприкрыты, он пытается отдышаться, не желая отпускать подушку за головой. Губы трогает улыбка, и Эндрю целует в уголок, прямо туда, где появляется неглубокая ямочка. Покинуть Нила, самое тяжелое испытание для Эндрю на сегодня. Он медленно вынимает свой член, освобождая от презерватива. Завязывает латекс и кидает… куда-то, плевать, он разберется с этим позже. Сейчас, он растягивается под боком у Нила, утыкаясь носом ему в ключицу. Он пахнет безумно вкусно. Нил, наконец-то, отпускает подушку и укладывает одну руку на щеку Эндрю, а другой проходится вдоль позвоночника. Будто играя на клавишных, он просчитывает каждый позвонок и возвращается наверх, укладывая руку на плечо. — Это было круто, — его голос хриплый, пробирающий до дрожи, до очень приятной дрожи. — Да, — соглашается Эндрю. Он незаметно щипает себя за руку, дабы убедиться, что это вовсе не сон. Это не сон. И Эндрю, чертовски, этому рад.