Часть 1

За пять лет можно привыкнуть ко всему. В прошлый раз я так привыкла к мысли о том, что папины занятия оккультизмом ему гораздо дороже нас с мамой. Ведь он помешался на своих исследованиях! Что ему до какой-то дочери? Тьфу! Да-да, я знаю, всё было совсем не так просто. Мой папа не сумасшедший, а гений. А все гении, как мы знаем… Говорят, с годами мой характер вконец испортился. Плевать. Тогда мне было семнадцать. Я была немного чокнутой девицей. Ну, а кто без греха? Я сражалась с монстрами, а заодно держала в страхе весь район — то есть, Академию Оккультизма, конечно. За месяц-другой школьной жизни я побила все рекорды по выживанию в поглощённой безумием среде. Конечно, если бы не мой характер, многие проблемы решались бы ещё на подлёте… Но давайте простим меня, а? Мне было семнадцать, я была юна, оба моих родителя умерли, и я осталась одна в эпицентре борьбы за спасение мира. Мир-то мы спасли, конечно. Конец света отменяется, ура! Майя, в честь которых меня назвали, вместе с Нострадамусом и прочими важными ребятами вовремя нас предупредили. Чужие не захватили наш мир, а я не сдохла. Наверное, это очень хорошо. Ну, а ещё очень скоро, через лет этак… хм… в 2012 году, короче, я наконец-то встречусь со своим отцом и вообще забуду, что весь этот оккультизм со мной приключался. Это же если сейчас 2005 год, то сколько, семь лет ждать осталось? Да вы хоть знаете, что я не доживу до этого прекрасного момента?! Так вот, прошло пять лет. Пять с половиной, если чуть точнее. Теперь мне двадцать два. Я богатая наследница, невеста на выданье и вот это вот всё, а ещё ректор академии, которую закончила буквально в прошлом году. Теперь я дипломированный специалист по паранормальщине. Замучал полтергейст? Бабка померла, так и не сказав, где спрятала деньги? Нужен раскладик-другой на светлое будущее? Пф-ф-ф! Майя Кумаширо устроит всё в два счёта! Только для своих и за крупную сумму, конечно. Я ведь вам не какая-нибудь уличная гадалка. Я целый ректор, мать его! Прошлым летом, на выпускном, мои одногруппники (те же, что и одноклассники, ха-ха) выбрали меня победителем в номинации «Самый циничный выпускник». Они смогли себе это позволить только потому, что уже получили дипломы с моей печатью. А ина-а-аче, у-ху-ху-ху… Впрочем, что это я злорадствую? Характер характером, а работа предвзятости не терпит. Да, я циничная, как сам дьявол. Но только так наша академия смогла не только не обанкротиться, а даже стать прибыльным предприятием. В кои-то веки. Спрашивается: если я терпеть не могла всю эту оккультную ересь ещё тогда, когда мне было семнадцать, то почему училась здесь аж до двадцати двух? Ну, во-первых, где же мне ещё учиться? Стоит мне покинуть академию хотя бы на две недели, как уже образовывается какая-нибудь внезапная нерешаемая проблема. Дистанционное образование? Пробовала, но мне не понравилось. А во-вторых, есть ещё кое-какая причина. Этой причине сейчас одиннадцать, и вот с неё глаз спускать ни в коем случае нельзя. Я надеялась, что он окажется таким же бесталанным, как и его взрослая версия. Увы. С этим юным психокинетиком одни проблемы. Гнуть ложки? Пф-ф-ф, позавчерашний день! Заставить летать по дому все столовые приборы, включая ножи, потому что «мама Майя» отругала за двойку по японскому? Вот, это уже ближе к теме! Вздыхаю. И открываю эту злосчастную дверь, под которой стою уже полчаса. — Я дома. — Мама Майя! Привет! А мы сегодня в новую игру играли! Я тебе сейчас покажу! — Хорошо, Фумияки, дай только переодеться. Интересно, его не смущает, что у нас всего двенадцать лет разницы? Какая же я ему мама? Хреновая, если честно. Сколько раз я обещала себе вернуть это несчастное дитя потерявшей его настоящей матери! Сколько раз начинала набирать её номер, чтобы признаться: вот он, ваш малыш Фумияки, с ним всё хорошо, можете забирать… И столько же раз сбрасывала, зная, что ничего путного из этого не выйдет. Госпожа Учида — отличный менеджер, но отвратительная мать. Впрочем, в этом мы с ней похожи, да? Она годами наживалась на ребёнке, умевшем гнуть ложки. Никогда не прислушивалась к его желаниям. Превратила его в безвольную куклу. А я? А я держу его подле себя, чтобы однажды вернуть тебя. Ту межизмеренческую сволочь, которая бросила меня пять с половиной лет назад с малолетним ребёнком на руках.