Глава 14. Добро пожаловать в реальность

«Пожалуй, художественная литература — не самый лучший источник информации о мире» — думала Юри, проходя сквозь открытый Рэйденом портал. Никаких откровений не произошло — она не увидела цвета из иного мира, не услышала потусторонних звуков и не познала никаких сокрытых истин. Просто в один момент стояла на чистом (не считая жирного пятна от капкейка) полу аудитории литературного клуба, а в другой… что-то противно захрустело под подошвой. Опустив глаза, Юри пригляделась повнимательнее и поняла, что наступила на фольгу от сэндвича, которая почему-то валялась на паркете. Это что-то новенькое. Необязательно приятное, но тем не менее. Дышать было тяжело — в воздухе витала пыль, а сам он был каким-то спертым. Еще по непонятной причине сильно пахло подгоревшим мясом. Деликатно откашлявшись, Юри огляделась по сторонам. Там, куда перенес ее портал, царил совершеннейший бардак. В большом, просторном помещении нашлось место для нескольких столов, судя по всему, рабочих мест. Конторки и ящики с документами стеснительно жались к стенам, и из их раззявленных ртов торчали пожелтевшие бумаги. Рядом с входной дверью покоился кулер с остатками грязной воды. Этого зрелища оказалось достаточно, чтоб на время унять жажду. По непонятной причине окно в офисе было только одно, поэтому проветривание наверняка было нетривиальной задачей. Юри внезапно захотелось отвесить затрещину тому идиоту, который возводил сей шедевр архитектурного искусства. Тут же подключился разум — никогда не спящий, бушующий спутник жизни: «А вдруг в этом мире все… ТАКОЕ?» — шептал он, — «поэтому его жители и создают что-то эстетически приятное, ухоженное и светлое. Чтобы отстраниться от грязной реальности. Подумай, может, еще не поздно попросить Рэйдена вернуть тебя назад?» Заткнуть его удалось только ценой недюжинных мысленных усилий. — Боже, ну и помойка, — донесся откуда-то из-за спины голос Нацуки. На сей раз Юри была полностью с ней согласна. — Прошу извинить за беспорядок, — произнес приятный баритон, и перед участницами литературного клуба появился худой темнокожий парень в старомодных очках, — обычно здесь почище, но сегодня такой суматошный денек выдался, как-то не до уборки было. Я Морт, кстати. С этими словами он протянул руку Монике, вышедшей вперед. Та уверенно пожала протянутую конечность. Тут же подоспели еще двое парней. Один был одет в такую же форму, что и Морт, но на пару размеров побольше. Другой почему-то разгуливал в мятой пижаме. — Добро пожаловать в Трес-Кабронес, меня зовут шериф Чапман Бодески, но вы можете звать меня просто Чап или «шеф», как больше нравится, — заговорил тип в пижаме, — скажу без ложной скромности, что в этом городе я заправляю всем — законом, порядком, спокойствием горожан… — …еще рубашку в трусы, — снова влезла Нацуки. Чап заметно сконфузился и впервые за день пожалел о том, что все-таки не стал надевать униформу. Пытаясь не обращать внимания на подколку, он продолжил: — Это Джеймс Фриз, мой заместитель и помощник, с Мортом вы уже познакомились, а вон там, — Чап показал рукой на один из офисных столов, — краса и гордость нашего участка, младший офицер Стивен Круз. — АВОКАДО! — громогласно донеслось из-за стола. — Не обращайте внимания, это у Стиви сегодня такое слово дня… Моника ничего не ответила. До сей поры она не была уверена в том, что существует переходное звено между гориллой и человеком, но вот оно внезапно обнаружилось, прямо посреди американского захолустья. Возможно, где-то по миру разъезжают целые экспедиции в поисках офицера Круза, подумала Моника. В нем точно было больше семи с половиной футов росту, полтора центнера весу, а кулаки больше напоминали по размерам пудовые гири. ... Сегодня младший офицер Стивен Круз намеревался применять кулаки исключительно в мирных целях — сейчас он с величайшей осторожностью вбивал что-то в поисковую строку гугла. Чап с осторожностью покосился в сторону Стиви — ему стоило немалых трудов отучить гиганта смотреть порно на рабочем месте, однако рецидивы время от времени случались. Не хватало еще, чтоб сейчас произошло что-нибудь эдакое. — Я Моника, — заявила девушка, облизывая пересохшие губы, — а это… — Нацуки, — не стала дожидаться официального представления коротышка с розовой гривой, — давайте пропустим расшаркивания, я устала и жрать хочу. Остальные последовали ее примеру. — Да, покушать было бы здорово, — заявила полноватая курносая девица с рыжим каре, потирая живот, — с самого утра ни крошечки не съела. — У-уймись, Сайори, — погрозила ей пальцем высокая брюнетка с чемоданчиком в руках, — утро было д-д-два часа назад! Я Ю-юри , — отчего-то смутилась она, поглядев на полицейских. Чап хлопнул в ладоши. Он тосковал по нормальному человеческому общению. С субъектами, не входящими в круг товарищей по работе, подозреваемых или голосов в голове. Последние, к слову, пробуждались все чаще, и Чап полагал, что изголодавшийся по новым ощущениям мозг пытается таким образом его развлечь. Мысль о возможном безумии тоже время от времени приходила, но надолго обычно не задерживалась. «Знаешь, если вечером пропустишь пару стаканов бурбона, ты, возможно, и сможешь подкатить к той, с белым бантиком» — сладкоречиво заметила Алкоголюбознательность. «Пф-ф, уткнись, настоящему королю не нужен допинг, чтобы покорять» — с легкостью перебила ее Самооценка, — «он всегда на коне, как тот здоровенный мужик в рекламе дезодоранта». «Возможно, оно так и есть», — заметило Врожденное Чувство Стиля, — «но только не в этой дурацкой пижаме. Ты выглядишь клоуном, чел. Отжал бы лучше шляпу у Рэйдена!» «Это мой косяк, ребят» — повинилась Лень, — «но я ни о чем не жалею. А теперь завалите ебальники, мешаете мне спать». Сбитый с толку Бодески решил влезть в оживленную беседу, когда что-то пребольно стукнуло его по затылку. Непроизвольно вскрикнув, он повернулся и обнаружил раздраженного Джимми Фриза. — Ты чего дерешься-то, придурок? — поинтересовался Чап. Тот потер ладони. — Слюни подбери, брат. Ты на четыре минуты в себе замкнулся. Прям как электрик-интроверт. Стиви-42 наконец наскучило видео с ножницами и водой, тем более, что поблизости появилось кое-что поинтереснее. Последнюю четверть часа его маленькие глазки сновали между Сайори, Моникой и Юри, вернее, определенными частями их тел. Такими странными понятиями, как «такт» или «скрытность», офицер Круз себя не утруждал и беззастенчиво пялился на участниц литературного клуба. Те быстро просекли, что гигант не просто так улыбается им во все восемнадцать с половиной зубов и постарались держаться от него подальше. Но это не очень-то мешало Стиви. Толкнув локтем проходящего мимо Морта, простодушный переросток прогудел, указывая на Юри не слишком чистым пальцем: — Гля, какие у нее баллоны, кхы! Морт густо покраснел (румянец на его коричневом лице выглядел комично) и с непривычной для себя яростью зашикал на Стиви-42. Услышавшая «комплимент» Юри попыталась слиться с окружающим пространством, но ничего не получилось. Поэтому она не придумала ничего лучше, чем открыть пухлую сумку, выудить оттуда первый попавшийся том и углубиться в чтение. Выходка Стиви усугубила и без того висящую в воздухе взаимную неловкость. После знакомства обе стороны разбрелись по разным концам зала и на этом общение закончилось. Рэйден мог бы прийти на помощь в подобном случае, но сейчас бог грома был слишком занят — за время его отсутствия в этом мире кто-то шустрый и предприимчивый ухитрился оформить микрозайм на имя прославленного защитника Земного царства, и теперь он всячески пытался доказать, что эти тридцать тысяч долларов вовсе ему не нужны. Хотя тут Рэйден, конечно, лукавил. Наконец шушукание с двух сторон да шелест книжных страниц были прерваны громким, однозначно требующим внимания урчанием в животе. Ничуть не смущенная этим Нацуки шикнула на громовержца, опустившегося до площадной брани в разговоре с оператором, и спросила: — Итак, обалдуи, где в вашей деревне можно подкрепиться? К трубному зову желудка Нацуки присоединился еще один — потише и поделикатнее. — Да, давайте поедим, — предложила Сайори. Теперь, когда проголодался кто-то еще, кроме нее, от сердца даже отлегло. Чап переглянулся с Джимми, потом ответил: — Можем посмотреть в холодильнике, там наверняка что-нибудь найдется. — А у нас разве есть холодильник? — спросил Морт. Бодески замялся. — Ну, это не столько холодильник, сколько пивной ящик… но там может быть и что-нибудь съестное! Моника смерила его скептическим взглядом. — Не самые обнадеживающие слова, шериф. Скажите, — произнесла она, распрямляя затекшую спину, — а ресторан здесь есть? Или, может, кафе? Я люблю итальянскую кухню и… — Есть кафе с итальянской кухней, — с готовностью ответил Бодески, — там подают добротное такое ризотто, сливочное… — Отлично, — обрадовалась Моника, — может, мы не станем подъедать ваши запасы и заглянем туда? Чап ощерился в довольной улыбке. — До него миль пятнадцать пешком, Моника… — …так что если вы желаете прогуляться по вечерней пустыне туда и обратно, милости просим, — закончил за него Джимми, — не думаю, что все из вас переживут этот путь, — добавил он, глядя отчего-то на Нацуки. Та в долгу не осталась. — Я еще тебя переживу, жирный хрен, — заявила она и попыталась пнуть Фриза под коленку. — Будешь много пиздеть — не переживешь, — возразил тот, уворачиваясь. Моника ввинтилась между ними. Командный голос снова пришелся кстати. — Так, все успокоились, Нацуки, не хами, мистер Фриз, не материтесь, — не терпящим возражений тоном сказала она, — шериф, так где можно пообедать в вашем славном городе? — Через дорогу есть трактир, — ответил Чап, искренне старавшийся не замечать немые кавычки над словом «славном». Он сам терпеть не мог Трес-Кабронес и с радостью спалил бы его дотла, а после обоссал оставшийся пепел, но пренебрежение со стороны иностранки (иноземки?) (иномирки?) вызвало у него неожиданный прилив обиды, — там, конечно, в основном разливают всякое пойло, но кое-какую еду тоже подают. Больше ничего нет. — Что ж, трактир так трактир, — вздохнула Моника, — тогда ведите. Нацуки и Сайори дважды повторять не пришлось — подгоняемые собственными желудками, они поспешили покинуть участок едва ли не быстрее шерифа. Нацуки настолько торопилась, что на выходе чуть не споткнулась обо что-то красное и воспаленное. Этим чем-то оказалась рука. Рука очевидно мертвого человека. Глаза Нацуки округлились. — Это что еще за хуйня? — взвизгнула она, отскочив от руки как от огромной сколопендры. Чап отмахнулся. — Бедолага Туми Авокадо, — ответил он буднично. — Не успели пока его прикопать, — добавил Джимми Фриз. — Я же говорил, что денек сегодня суматошный, дамы, — извиняющимся тоном закончил Морт, — если это может служить хоть мало-мальским успокоением, то убили его не мы, а лорд Рэйден… Тут все как по команде покосились на громовержца, продолжавшего спорить с какой-то мутной околофинансовой конторой. В этот момент окружающий мир для него просто-напросто не существовал. —…и не думаю, что он сильно сожалеет по этому поводу. Пойдемте. — Да, — подхватил Чап, — стоит поторопиться, а то после восьми вечера в трактир набьется всякая пьянь, и там уж о цивильном ужине вообще думать забудьте. Нацуки подумала о том, что в Трес-Кабронес вообще вряд ли хоть кто-нибудь знаком с понятием «цивильный ужин», но поймав на себе укоризненный взгляд Моники, промолчала. Несмотря на то, что она любила провоцировать всяких простофиль, а эти четверо так и напрашивались на то, чтоб их поддеть, перегибать палку не стоило. Шурша одеждой, толкаясь и наступая друг другу на пятки, нестройная процессия за исключением Рэйдена, Стиви-42 и снова притворившегося грудой костей Рубена Осорио, покинула полицейский участок. А через несколько минут разъяренный бог грома, теперь вынужденный выплачивать взятый каким-то удачливым пройдохой микрозайм, принялся топать ногами и швыряться молниями. Однако по итогам этой истерики, кроме остатков оконной рамы, никто не пострадал.