Удачливая леди: Материк. Пролог

      Схождение… Портал на материке рядом с домом Джона… Место, откуда Лололошка должен был попасть домой. Но оно разрушено… остались лишь руины.       Саймон был так рад, когда перед ним появился Джон в виде голограммы.       …Зря он радовался.              Вещь… вот, значит, какого мнения был Джон о нём всё это время.       — …Ты не живой. И человеком тебя называть — крайне грубое приближение, — Джон махнул рукой с тщеславным видом. — Ты глупостей-то не говори. Я даже на чертеже твоём ещё давным-давно нарисовал сердце… потому что у тебя его нет!       Эти слова были словно ножом в его несуществующее сердце. Ещё и этот издевательский смех в конце… Мужчина закрыл уши руками:       — А-а-а, я не могу больше это слушать! Хватит!       К его горлу подступил ком. Еле сдерживая слёзы, Солус начал выплёскивать всё, что у него накопилось за эти годы одиночества:       — То есть я так убивался из-за тебя… переосмысливал реальность заново, потому что… ты БРОСИЛ меня тут одного!       Джон от его крика аж отошёл назад, не ожидав такой реакции. А чего он ждал?! Солус не мог этого понять.       У него дрожал голос.       — И когда во мне загорается надежда и какая-то тёплая искра, когда я узнал, что ты действительно считал меня своим другом… Ты бросаешь мне в лицо всё ЭТО?!       Он был разбит… Его душу буквально разорвали на миллион кусочков.       — Прощай, Джон.

***

      Привезя Лололошку в блогер хаус после его разговора с Джоном, Саймон наконец нашёл в себе силы сказать то, что давно должен быть сказал Ло:       — Лололошка… знаешь, я… вёл себя не слишком корректно, превознося Джона. Ты… прости меня.       Парень ничего не ответил. Но в его глазах читалось сочувствие по отношению к первому автоматонскому прототипу. Прототипу, что служил в качестве «друга» для Джона. Понятное дело, после того, что Дейви Харрис наговорил Солусу в Схождении, у Ло возникли сомнения по поводу того, действительно ли его альтер-эго считал Саймона другом.       — Давай, отдыхай, — сказал мужчина, и Лололошка вышел из машины.       Саймон уехал.       Сначала он ехал спокойно, стараясь не думать о словах Джона, но обида вновь захлестнула его. Он нечаянно прибавил скорость, желая как можно скорее добраться до дому, но быстро притормозил. Попасть в аварию, подобно Брэндону, ему не хотелось.       Воспоминания о том, что происходило с автоматонами на острове, только усугубили его состояние. Саймон, доехав до своего дома обратно, тихо взвыл от душевной боли и ударился лбом о край руля.       Ни о чём он не думал. Просто его сердце было разбито.

***

      …В тот день, когда Лололошка пропал без вести, Саймон стоял, облокотившись о стенку, с печальным видом. Именно тогда он вспомнил прежнюю боль.       «Похоже… Ты был прав, Лололошка… Как никто другой был прав…» — размышлял он.       Неужели прошлая неделя будет последней, когда Солус видел Лололошку? Неужели он больше никогда не встретит своего коллегу, своего подопечного, своего… друга?       Саймон чувствовал, как его душу вновь пронзили осколки.       Он понимал, что вновь остался совсем один… Наедине с девицей, что должна была оказаться на месте Ло в будущем. Теперь это всё на его плечах.       Хоть Лололошка и предупреждал об этом… Солус понимал, что оказался не до конца готовым к этому. Морально не готовым.

***

      Руины, переполненные пеплом и трупами автоматонов… Вот во что превратился остров Хэнфорт после отключения сигнала. Много зданий было повреждено…       Саймон только и делал, что наблюдал за тем, как его сородичи медленно погибали один за другим, пока их страдания не прерывались либо с помощью огнестрельного оружия, либо с помощью отключения сигнала. Он видел, как они бились в агонии, он видел, как они падали на землю один за другим.       Жертвы работников ничтожны в сравнении с автоматонами.       — Саймон! — услышал он зов одного из «коллег». — Вот вы где, нам надо…       Его слова были прерваны яркими вспышками. Солус вновь посмотрел вниз со здания. Он видел, как сотни, нет, тысячи световых огней окутывают город. Это были мироходцы. Почувствовав свободу, они один за другим сбежали с острова.       — Чёрт! — ругнулся учёный.       Солус только грустно улыбнулся.       «И правда, ни одного достойного кандидата… Не зря он в другой мир пошёл, — Саймон вздохнул. — Шарлотта, не подведи и на материке. Там неприятных сюрпризов не меньше».       — Саймон, нам надо покинуть остров, — сказал «коллега».       — Да-да, я знаю. Уже иду.       Оставив мёртвую Сашу позади, Солус спустился с учёным вниз.       — Здесь раненые! — услышал автоматон. — Сюда, скорее!       Солус не двинулся с места, в отличие от остальных людей. Он лишь вздохнул и посмотрел в сторону.       «Эх, Джон… А ведь твоё отношение к своим созданиям тоже повлияло на отношение людей к ним», — размышлял мужчина.       Было сложно забыть этого человека. Хоть и токсичен, но его интеллекту равных нет. Впрочем, единственное, за что Саймон благодарит его, — это за его создание. Но, несмотря на это, он больше не видел в нём друга. Сложно считать другом того, кто воспринимает тебя как бездушную вещь.       Однако Солус знал, что теперь у него есть другой друг. Друг, который видит в нём живого человека. Да даже если не человека, то всё равно живого!       — Вообще, это странно, что он так говорил… — произнёс когда-то Лололошка. — Если исходить из науки, то даже чувства автоматонов работают по схожему принципу, что и у людей. Та же центральная нервная система, некий аналог мозга… Я всё понимаю, но что-то мне подсказывает, что Джон знал, что автоматоны способны ощущать эмоции. Но даже так он всё равно…       «Относился как к вещам… Да, Лололошка… Но Джон и к людям так относился, сам знаешь», — вспомнил Саймон и свой ответ.       Вот что бывает, когда новых существ создаёт человек, не имеющий толком эмпатии.