Глава 4 — Сектанты

      К сектантам я пошел не сразу. И дело было не только в обучении. Я хотел создать впечатление, что я вдумчиво определялся куда же мне податься. На всякий случай. Вдруг эта секта не такая уж и секта. Зато обзавелся множеством знакомств. Не обошлось без убийств и избиений. Выполнил-таки задание Торуса. Ему, конечно, было интереснее, если бы я его убил. Но мне нужно сделать миролюбивую, но «зубастую» репутацию. Хорек не единственный кого мне пришлось поколотить, за то, что я не заплатил за защиту Бладвину. Выяснилось, что та башня, в которой мы с Мильтеном поселились, зовется «Туманной башней». Вот по дороге к ней встретились еще три рудокопа, которые не постеснялись напасть на меня. Какой же этот стражник обидчивый. Чтобы закрепить вызвал его на дуэль. И что вы думаете? Он согласился. Со злобной радостью на лице. Подговорил Диего поставить на меня мою руду. Сказал, что я придурок, но согласился. Попотел так попотел. Порезов мечом не получил, но этот козел будто и не хотел меня убивать, а просто побить. Так что вскоре эта дуэль превратилась просто в мордобой. Целей у меня было три: первая, заработать, поиздержался я; вторая, я рассчитывал, что могут прийти послушники сектантов; третье, хотелось поставить Бладвина на место. Все прошло как надо. Бладвина я отправил в нокаут. Пришел Идол Парвез. Когда я его заметил, Бладвин как раз хотел сжульничать, его руку объял огонь, который я погасил сильным порывом ветра. Причем сыграл так, будто это вышло, само собой. Надеюсь, что Идол Парвез впечатлен.       Как я пришел к этому? Тут надо сказать спасибо четверке друзей с двумя из которых я знаком заочно. Если не говорить о тех, с кем я, можно сказать, дружу, то с Горном я только-только познакомился, когда «избавлялся» от Мордрага. Про Лестера я только слышал. Через него Мильтен разузнал немного о магии Братства Спящего. Фактически со слов Мильтена мне удалось сымитировать «Кулак Ветра». Им-то я и воспользовался. И огонь погасил и хорошенько приложил о стены арены Бладвина. В итоге этот придурок мне еще и должен остался, спасибо Скатти. Магию на арене использовать нельзя. Но я имел полное право использовать ее, раз противник применил магию против меня.       Говоря о четверке друзей, то оказалось, что они целенаправленно договорились разойтись по трём лагерям. Для того, чтобы иметь возможность сбежать в один из них. Горн и так был известным наёмником, поэтому Ли быстро принял его в свои ряды. Лестеру стало интересно, тем более дар к магии был (в своем время он хотел стать магом), он и решил пойти к сектантам. Истово верующим он не стал, но магия Спящего его заинтриговала. Он решил изучить ее как можно лучше. Хотя все секреты он не узнает пока не станет Гуру. Но что-то никто не торопиться дать ему такую возможность. Диего желал хоть какой-то стабильности, поэтому остался в Старом Лагере и Мильтен с ним за компанию. Как они все друг другу помогали и подружились по дороге сюда, так друзьями и остались.       Между делом прошло несколько недель. По сути я мог уже присоединиться или Старому, или к Новому Лагерю. Я доставил список от Яна из Старой Шахты Диего, перед этим показав ее Ларесу. Лидер воров поправил список и после они разграбили прибывший караван. И главное же он сдержал наш договор, что они заберут только то, что они дописали. Тот вначале подумал, что я на их стороне. Но аргументировал тем, что, если Старый Лагерь ослабнет и станет меньше поставлять руды, то и товара из Внешнего мира будет поступать меньше. В караване были еще заказы от магов. Они все же готовятся к побегу. Поэтому они заказали заготовки для рун телепортации. Торрез усложнил свои тренировки. Он заказал у кузнеца металлические шесты. Даже Родригез поумерил свой гонор и тоже начал тренировки. А там и Драго присоединился. Дамарок теперь в поте лица ежедневно варит зелья, чтобы ребята быстрее пришли в форму. Корристо уже староват, поэтому учится быстрее применять руну телепортации. Всякий раз, когда Гомез вызывает его на разговор, все маги остаются в часовне. Тот заметил, что маги активизировались. Но к счастью факт того, что даже магам может становится скучно пока работает.       Пока маги работают, я подбираюсь к сектантам. Я присел за тем костром в лагере, у которого обычно околачивается Идол Парвез. Он то со мной заговорил первым:       — Вижу Спящий, наконец-то, привел тебя ко мне, — услышал я его голос за спиной, и он сел рядом со мной.       — Или тебя ко мне.       — Возможно, — не стал отрицать он, с еле заметной улыбкой, — я видел тебя в видениях. Ты потерян. Ищешь куда свое место. И я могу указать тебе цель.       — И какова же цель?       — Путь Спящего. На нем тебя ждет сила и просветление.       — Не уверен на счет первого, — строил я себя сомнения, — но возможно просветления мне действительно не хватает. Попав сюда я решил, что попробую все. Возьму от жизни здесь все, что только смогу… но меня не покидает чувство, что я больше теряю, чем получаю.       — Я понимаю тебя, как никто другой, — положил он руку на мое плечо, чуть сжимая, — Ты не один. В нашем Братстве ты легко найдешь единомышленников, — и подполз ближе. Он склонился ко мне, будто боялся, что кто-то услышит, — есть и те, кто утешит тебя, если будет нужно.       В его голосе чувствовался развратное обещание. От этого стало горячо. Будто по венам начала закипать кровь.       — Все по согласию?       — Конечно. В Братстве не терпят насилия. Только взаимная поддержка и взаимопомощь. Я могу привести тебя в наш лагерь, — он облизнул губы, разглядывая меня, — если ты пойдешь со мной я покажу тебе, как мы можем утешать друг друга.       Чем дальше, тем интереснее. Надеюсь там не все такие откровенные любители «утешения». Что ж… надо подыграть, поэтому я начал рассматривать его губы.       — Я бы хотел узнать, насколько умел твой рот.       — Пойдем.

***

      ❤❤❤       Следуя за послушником Братства, я замечал за собой удивленные взгляды. Многие уже видели во мне представителя Старого Лагеря. Только в Декстере я видел хитреца. Он видать подумал, что я специально строю из себя того, кто хочет стать сектантом. Рецепт Кор Галома я ведь пока еще не достал. Мы вышли через южные ворота и пошли прямо по дороге. После свернули на восток через речку. Прошли вдоль берега, огибая ящериц. Перед спуском к лагерю мы остановились у дерева. Он плавно подошел ко мне. Своей рукой он заставил меня упереться в дерево позади. Его губы ласково накрыли мои. Постепенно желание пронзило мое тело. Парвез не медлил. Продолжая отвлекать меня поцелуем, он расстёгивал ремешки на моей тунике.       — В этой коже ты чертовски сексуален, — томно прошептал он мне, опускаясь с поцелуями к шее, — и такой горячий.       С каждым расстегнутым ремешком он опускался все ниже и ниже. Целовал и прикусывал кожу. Когда он расстегнул ремешки на штанах я вздохнул от облегчения. Член все это время болезненно упирался об недостаточно упругую кожу штанов. Его губы тут же сомкнулись на головке моего члена. Мой стон сопроводил его смешок. Ох, как он работал языком. И как было горячо, когда он поглотил мой член полностью. Он так и продолжал играться, пока я не кончил ему в глотку.       — Какой ты терпкий на вкус, — сделал он еще один комплемент, прежде чем мягко поцеловать на прощание.

***

      С опушки леса я спускался в лагерь уже в одиночестве. Идол Парвез вернулся обратно в Старый Лагерь, чтобы обращать новых людей в братство. Первое впечатление отрицательное. Именно от самого лагеря. Его обустройство совершенно хаотичное. Разве что привлекли внимание магические светильники вместо факелов по всему лагерю. И дерево, внутри которого сделали дом. Само-то дерево еще живое? И этот землянистый запашок не внушает доверия. Но делать нечего. Раз принялся за эту работу надо выполнять.       — Да хранит тебя Спящий, незнакомец, — поприветствовал привратник.       Видать толкового кузнеца у них нет. Оба стражника одетые в сапоги с металлическими пластинами (это еще ладно), из тех же пластин была сделана своеобразная юбка. И все в довесок завершают два наплечника, соединенные крест накрест кожаными ремнями через грудь-спину, крест-накрест. В тоже время любопытным видится то, что оба стражника выделяются физически. Сухие, жилистые, но при этом в меру крупные и мускулистые. У них тут что особое питание?       — Да, добрый вечер, — вновь я нацепил растерянность на лицо, спустя минуты молчание, которые они стойки и безмолвно терпели, — извините, профессиональный интерес, заставил меня внимательно рассмотреть ваши необычные доспехи.       — Наши доспехи рассчитаны под наш стиль боя. Мы используем не только силу, но и ловкость. Вероятно, ты обратил внимание, что есть незащищенные места на наших доспехах.       — Верно. Да и в принципе у вас одежда довольно откровенная у всех здесь.       У многих просто юбка и накидка сверху. На руках еще наручи, а так… руки, часть ног и живот у многих открыты.       — Наши ремесленники рассматривали такую закономерность: какие части тела чаще всего подвержены повреждениям во время боя. Но также это связано с нехваткой материала для полноценных доспехов. Некоторые стражи заказывают доспех полностью кожаный с пластинами сверху. У меня есть такой доспех, но в этой части долины обычно жарко, как сегодня. Поэтому мы нередко одеваем облегченный вариант, если не собираемся в рейд.       — А послушники?       — Пока есть Стражи им не о чем беспокоится, — абсолютно серьезным тоном ответил он.       — Ну и за одно можно приглядеться с кем можно уединиться для утешения.       Решил я забросить крючок. Надо же проверить насколько у них с этим всем серьезно.       — Это тоже, — мягко улыбнулся он, — тебя привел к нам кто-то из наших послушников?       — Идол Парвез, — кивнул я.       — Я чувствую твои сомнения. Поверь. Мы можем жить лучше, если будет больше людей. В особенности у нас нехватка ремесленников.       — Понимаю. К кому мне стоит обратиться, чтобы узнать больше и освоиться в лагере.       — За моей спиной послушник Лестер, он общается с Идолом Намибом, — указал он на обоих по очереди, — Лестер помогает вновь прибывшим, если его не отправляют как гонца в другие лагеря.       Стоило только стражу сказать о них, как те одновременно посмотрели в нашу сторону. Идол Намиб отошел в дом в дереве, а Лестер стал ждать, пока я к нему не подойду.       — Да хранит тебя Спящий…       Тут же поприветствовал он меня, как тот страж. Видимо это у них церемониальное обращение ко всем. После он подошел ко мне ближе:       — Мне рассказали о твоей цели наши общие друзья, — очень тихим голосом рассказывал он мне, — как я вижу тебе удалось научиться не показывать ауру.       — Да, Мильтен неплохо помог мне. В том числе высший маг огня Корристо ничего теперь не видит.       — Думаю этого хватит. Вряд ли кто-то из гуру что-то разглядит в тебе. И я так понимаю кто-то из послушников привел тебя сюда.       — Как ты это понял?       — Я чувствую на тебе следы «утешения».       — То есть?       Чем они тут все занимаются???       — Тише, — помотал он головой, усмехнувшись, — ничего такого я не имею ввиду. Те, кто изучают магию Спящего могут увидеть следы применения наших практик. Через «утешение» происходит обмен энергиями. Также это способствует стабилизации эмоционального состояния.       — И часто этим занимаются?       — На самом деле нет. Многие предпочитают медитации. Особенно хорошо выходит после того как покуришь «Северный темный» или «Зов сна». Но они очень крепкие. В особенности последний.       — И что хорошего в медитациях?       — Давай прогуляемся, — поманил он меня за собой дальше в лагерь, — повсеместно медитации помогают успокоить разум, — как раз мы прошли мимо некоторых медитирующих, — магам и паладинам это помогает восстановить ману, они не осознанно делают это через молитвы. Но наши курительные смеси также помогают увеличить магический резерв. И в отличие от традиционного способа это не так болезненно. После такой медитации, конечно, хочется покемарить, но лично я не считаю это проблемой.       — Можно курить только одну сигарету в день?       — Нет, сколько влезет, — качнул он головой, прикрыв глаза, следом я увидел, как некоторые курят кальяны, — но в меня больше одной обычно не лезет. Кстати, говоря, Фортуно ежедневно раздает дозу новичкам, но можно купить еще при желании. Так как я здесь уже давно, я могу получить один сильный или два средних по крепости. Тебе скорее всего дадут три «Зеленых новичка». Они самые слабые по крепости.       — С этим более-менее понятно. Как мне вступить в лагерь?       — Идолы незаметно приглядываются к тебе. Как только они заметят то, чего хотят — они с тобой заговорят. Не пытайся заговорить с ними сам. Они тебя просто проигнорируют. Приходи вечером, поговорим при Идоле Намибе, что тебе якобы пришли видения от Спящего после медитации и ты решил, что отрекаешься от богов и признаешь Спящего единственным достойнейшим богом. Идол Намиб эту чепуху оценит. Он хоть и гуру, но обкуренный болван. Идол Кадар оценит, если ты применишь при нем магию Спящего, но только мирную, — тут же вскинул он палец, — применишь «Кулак ветра», получишь в ответ «Торнадо», который тебя отправит прям к барьеру, который тебя сожжёт в пепел.       — Да он душка, — сарказм так с меня так и пёр, — а кроме «Кулака» я больше ничего не умею.       — Смотри.       Мы подошли со спины к одиноко курящему послушнику. В руке Лестера магическим образом появилась золотая пыль. Которую он резким выпадом бросил в послушника. Послушника повело, и он завалился набок, выронив мундштук кальяна.       — Как ты это сделал?       — Не поверишь, во время медитации просто пришло озарение, что я так могу. Правда перед этим я читал книгу кого-то из Гуру. Поначалу я представлял, как формируется эта мистическая золотая пыль в моей руке. Сейчас мне достаточно пожелать кого-нибудь усыпить и пыль тут же появляется.       — Что-то о подобном я читал в пособии по древней магии. Хотя по факту больше похоже на философский трактат. В ней автор размышлял о том, как использовала магию некая древняя цивилизация. Согласно тому, что он расшифровал и как это выглядело на различных изображениях. И там как раз было подобное описание, которое озвучил ты. Но Мильтен мне еще посоветовал произносить какие-нибудь слова, чтобы было проще сконцентрироваться.       — Любопытно, — задумчиво посмотрел куда-то вверх Лестер, и резко метнул взгляд на послушника, — скоро очнется. Теперь ты попробуй.       Я вновь воззвал к магии внутри меня. Представил пыль в моей руке: «Соминум» — произнес я. В результате я почувствовал щекочущее ощущение на своей руке. Я открыл глаза пыль действительно появилась. Точь-в-точь как у Лестера. Послушник как раз проснулся и стал оглядываться. Пасс рукой, пыль полетела в него, впиталась в его кожу на лице, и он снова спит.       — Есть, — радостно поднял я кулаки.       — Неплохо, — кивнул Лестер с одобрительной улыбкой, — проходя мимо Идола Кадара кури, а потом вдруг остановись и замри, медленно выдыхая дым. Если сможешь, конечно, поэтому потренируйся. Можешь прям тоже закрыть глаза. И сделай тоже самое, как сейчас.       — Хорошо, спасибо, Лестер.       Конечно же, я не стал все это делать в первый же день. Тем более мне поначалу нужно было осмотреться. Завести еще знакомства. У Фортуно, как и говорил Лестер, я получил свою дневную дозу. И тут же зажег ее огоньком на пальце. Осторожно помаленьку затягивался. Как-то я пробовал закурить «Черного Робара», мастер-кузнец предложил. Я тут же поперхнулся. А старик стоит гогочет с меня. Так что умудренный опытом начинаю вновь пробовать курить с осторожностью. И надо сказать в глазах помутнело от этой дряни. Еще бы тут какого-нибудь Спящего не увидеть. Прежде чем закурить еще пошел узнавать про эти местные медитации под кайфом. Джора, кандидат в Гуру, как он заявляет о себе, научил меня этой непростой практике. Как раз у него с младшими послушниками было время для медитации. По сути надо было принять удобную позу и слушать его гудящее мычание и ни о чем не думать. Сначала, естественно, дружно закурили (нет, ну секта-сектой), а потом дружно «не думали». Реально закемарил. Плюс в этой секте есть. Не ободрали как липку, а просто дали спокойно поспать. Как раз уже был вечер. Проснулся я утром в одном из «домиков-палаток». Еще и перенесли меня. Неплохо меня так вырубило, раз я чужих рук не почувствовал. Пошел знакомиться с лагерем дальше. Кор Галом, понятное дело, тактично послал. Ночью надо будет зайти и найти тот рецепт для Декстера. Я даже пергаментом обзавелся, чтобы переписать этот рецепт. Спрашивать Гуру не имеет смысла, все равно пошлет. А пока посмотрю, что там на пастбищах болотника. Отправил одного лентяя работать, так Идол Оран со мной заговорил. Так что работа на день точно есть. Хорошо хоть не заставляет толочь этот болотник. Это точно не для меня. Стоило догадаться, что нужно будет перебить шершней. Когда их было слишком много я просто палил по ним «огненной бурей».       Говоря про «огненную бурю», это я так учился пулять огненными шарами. Нет, я и огненные шары использовать научился, но сначала чуть нас с Мильтеном не убил. Были бы погребены под сводами обвалившейся пещеры. Сказка, а не могилка.       Возвращаясь к шершням, после того как я их перебил. Собрал с них уцелевшие крылья и пошел обратно. Но я свернул куда-то не туда. Мне встретился, посреди несвойственных местности деревьев, с послушником.       — Мать природа рассказала мне о твоему приходе, — обернулся он, едва я зашел на эту необычную полянку.       — Кто ты?       — Меня зовут Нетбек. Я был послушником Братства. Как и ты я одарён. Рассчитывал стать Гуру. Но Мать природа показала мне истинный путь. Путь Гуру — Путь лжи.       — Что значит Мать природа показала тебе путь? И почему путь Гуру лживый?       — Ты ведь и сам знаешь почему. Правда не знаешь всей сути. А Мать природа… что ж, это та, кто создала жизнь. Но она не дала цель живым. Поэтому появились трое Божеств. Каждый из них дал ту или иную цель людям.       — Цель?       — Что ты знаешь о трех Богах?       — Иннос — бог света и огня. Белиар — бог тьмы, ненависти и разрушения. И Аданос — бог воды и равновесия между добром и злом.       — По современной трактовке все верно, — закивал Нетбек, — но знаешь ли ты что было раньше?       — То есть?       — Иннос пришел первым. Но его свет слишком силен для нашего мира, а значит и для нас людей. Тогда он создал других богов. Белиар олицетворял ночь. Именно в это время появились люди. И тогда Иннос создал Аданоса. Аданос даровал людям множество желаний, знания, любознательность и смелость. Каждому из них люди желали поклоняться за их дары. Но не Белиару. Ибо люди желали отдыхать ночью, когда приходило время Бога ночи. Белиар даже сотворил себе человека, который должен был ему подчиняться. Однако человек не пожелал и был таким же как созданные Инносом. Тогда он рассвирепел и пожелал, чтобы люди боялись его. И вскоре выступил против старшего брата. Желая стать им.       — То есть по сути, «Белиар маленький мальчик, не получивший желанную игрушку»?       — Именно.       — Почему же Мать природа не вмешивается?       — Она мать сущего, но не им. Они пришли из ниоткуда. Иннос и Аданос даже помогли ей. А их семейные дрязги ее не касаются. Однако, Спящий покусился на силы природы. Поэтому сейчас она хочет помочь тебе.       — Подожди, что значит помогли?       — Мать природа терпелива она не спешит. Иннос же пришел и делал то, что желал. Его свет озарял все вокруг. Появились люди. Но они вышли не такими, какими она нас представляла. Они стремятся подчинить ее творения. Белиар эту проблему усугубил. Вроде средний брат, а глупее младшего. Но Мать все размышляла: что же такого необходимо сотворить для процветания жизни? А тут Иннос со своим Солнцем и звездами. Белиар сам несет порчу в этот мир от своих обид. Аданос для нее тоже что желанный сын.       Все как у людей. Какие боги, такие и люди.       — Ладно, не мне мирить богов, — почесал я голову, — лучше скажи, что со Спящим не так.       — Спящий — архидемон Белиара. Мать природа чувствует, что он здесь неспроста, но Белиар защищает всеми силами свое детище. Во власти Спящего магия, влияющая на разум. Но Спящий пошел в своего создателя. Ему нужно больше сил, чем уже есть. Он желает покорить силы природы. Могущественные ветра во власти природы. У нее они и должны быть. Она чувствует, что и этого ему мало. Глядишь и до других стихий доберется.       — Это все очень интересно. Но как мне образумить сектантов? Не могу же я их уничтожить за то, что они слабы разумом. Или за то что искренне поверили.       — К сожалению, всех ты не сможешь спасти. Выжить смогут только те, чей разум достаточно силен. Большинство, если выживут, все равно станут марионетками темных сил. Это уже писано на их душах. С этим уже ничего не поделаешь.       — Из-за болотника слабеет разум?       — Естественно, — кивнул Нетбек, — представь себе рыбу, которую коптят. Она постепенно сушится под действием температуры и дыма. С курением схожая ситуация. Однако Братству даны секреты, которые усугубляют ситуацию еще больше.       — Мне необходимо как-то выжить среди них. Есть ли способ сделать болотник полезнее?       — В самом деле, моих слов для дела мало, — задумчиво произнес он, обернулся и посмотрел на дерево. Со стороны выглядело это весьма странно, но все же он ответил на вопрос:       — Можно смешать с болотником целительные травы и темную траву, для снижения негативных эффектов еще подойдет серафис. Они должны быть высушены. Мать природа уверена, что Фортуно может тебе помочь здесь, а за пределами Лагеря Сектантов Мильтен.       — Мильтен?       — Она видит всех и знает всех. Каждого. Никто от ее взора не может скрыться.       — Раз так, зачем Иннос избрал меня?       — Иннос не может убить себя самого. Ибо Белиар его семья. Его брат-близнец. Но он не может бросить людей, которые веруют в него. Сила богов в вере людей в них. Поэтому бог света не может никого подвести. Но и действовать сам не может. Ему нужен тот, кто сможет понести эту ношу, того он одаривает частью своей силы.       — Но ведь я могу творить не только магию Инноса.       — Магия, есть магия. Контрасты ей придают ее пользователи, — вызвал Нетбек в своей руке огненный шар, — если бы Мать природа не была бы властна над огнем, не было бы огненных ящериц.       — Ты можешь обучить меня? В особенности меня волнует магия, влияющая на разум. Мне бы не хотелось потерять контроль над самим собой.       — Манипуляции энергией ты уже обучен. Соответственно элементальные практики ты можешь освоить и сам. Касательно магии разума… да, кое-чему я могу тебя научить.       Нетбек подошел ко мне. Он положил свою руку на мою голову, большим пальцем ткнув в мой лоб. Перед моими глазами начали пролетать картинки за картинкой. Я видел, как с помощью силы мысли передвигались предметы. Как от одной мысли начинала болеть голова другого. И боль была настолько сильной, что человек умер. Практик смотрел прямо в глаза своей жертве, считывая интересующую его информацию, на другой картинке маг делал тоже самое просто смотря на человека. Силой мысли маг исцелял себя. Раны затягивались, но прежде яд вытекал из этих ран. В другой раз маг предчувствует опасность и успевает увернуться, а также создать «образ», чтобы отвлечь. И предпоследнее, что он мне показал это как маг при помощи медитации выстраивал защиту своего разума. И все то, что я увидел Нетбек показал мне с помощью телепатии.       — Я сам не мастер все этого. Мне тоже нужно многому учиться, как и тебе, но я надеюсь все это тебе поможет. Ох, — Нетбек начал массировать виски, — начинает болеть голова. Наверное, скоро и у тебя начнет. Нужно отдохнуть.       Нетбек прислонился к дереву, тут же засыпая. Не прошло и минуты, как его тело покрылось корой. Но плохие мысли на этот счет в мои голову совершенно не желали лезть. Возможно Мать природа так его защищает, поэтому внушает мне, что все в порядке. А он был прав, голова реально начинает раскалываться.       Балор, к которому меня отправил Идол Оран, принял мое подтверждение в виде крыльев о том, что я перебил шершней и отдал мне мешок с болотной травой. Сам Идол Оран встретил меня с прищуром:       — В чем дело?       — Я принес болотник, учитель, — передал я мешок и помассировал виски, — кажется я немного пере-перекурил, — тот на мои последние слова горестно вздохнул:       — Молодо-зелено, — и прикрыл глаза ладонью, — ступай отдыхать. Работу ты выполнил я передам Кор Галому свое согласие принять тебя в послушники.       — Спасибо, учитель, — легкий поклон и пошел.       Спать. Спать. И еще раз спать. Зелье первой необходимости и теперь точно спать. Джора как раз сказал мне, что меня перенесли тогда на свободную кровать в лагере. Там и посплю.       Во снах мне снова снилось все то, что мне показал Нетбек. Судя по всему, он показывал мне разных магов. Видать он был все же искренен. И Мать природа в самом деле существует. Именно она все это показала нам.       Проснулся я с тяжелой головой. Будто бухал весь день. На самом деле спал весь день, потому что на улице явно утро следующего дня. Джора проводит утреннюю медитацию. Но в доме все еще лежит послушник. Я решил попробовать телепатию.       «Все в порядке?» — тот аж подпрыгнул, — извини. Проверял приснилось мне или все же это видение.       — Ты теперь можешь говорить мысленно?       — Да, перекурил, — усмехнулся я к его вялой улыбке, — поэтому и проспал столько. Какой-то ты грустный.       — У меня было не видение, а сон, — вновь погрустнел он, — я был мельником до того, как попал сюда. Были жена и сын. Кто-то в мою смену обворовал мельницу. Стащили много мешков. Но я не представляю каким образом. Ну, не было там никого, — вздохнул он, — здесь стало немного легче. Произошедшее так не гложет меня… мне приснилась моя семья… я скучаю по ним.       — Гуру говорят, что объятия немного помогают…       Вспомнилась мне лекция, которую я слышал краем уха. Ага. Здесь не только проповедуют.       — …хочешь?       — Давай, — пожал тот плечами.       В этом лагере обычно не пользуются одеялами, как ни странно. Все спящие обычно в килтах. Стражи зачастую снимают только верхнюю броню. Так и я был сейчас в одних штанах. Необычно было лежать в постели с мужиком, да еще и наполовину голым. Идол Парвез меня точно «заразил». Мое тело ответило на тело рядом весьма однозначно. Но лежащий даже не отреагировал. Напротив, он расслабился и через некоторое время засопел. Стоило мне выйти, как меня окликнул Джора. Его интересовал тот бедолага. Даже имени его не знаю. Джора просветил, когда я не понял о ком речь, его зовут Джеймс. Все его сокращенно зовут Джей. Пришлось рассказать в чем дело. Ведь нельзя пропускать утренние медитации. Чем я сам грешу, но я еще и не послушник, посему меня пока не трогают. В этот раз я решил помедитировать со всеми, но прежде сходил к Фортуно. Оказалось, у них немало сушеных трав. Плюс сам торговец любит экспериментировать. Рассказал ему якобы о своей идее. Парень сечет в алхимических процессах. До него дошло, что такой табак будет на порядок безопаснее для здоровья. И, как он сказал, магический резерв будет расширяться с большей эффективностью. Из того, что есть он скрутил мне несколько сигарет. Следом он тут же пошел Кор Галому. Ну мне же интересно. Так что пошел следом. Правая рука Ю’Бериона был в восторге. Как от эффекта, так и от задумки. Фортуно выделил меня. Рассказал, что это моя идея. За это тот дал мне «особый косячок», как он выразился, который мне нужно дать Идолу Тиону. Сказал, что это поможет получить его голос. Так оно и случилось. Тому якобы пришло видение о том, что я так важен. Такой из себя великолепный. Выходит, осталось только два придурка, которых нужно убедить взять меня в послушники. А, нет, три. Еще Идола Кадара забыл. Нужно перед ним кого-нибудь усыпить. Идол Тондрал желает, чтобы я привел еще кого-нибудь в лагерь. И Идол Намиб, ради которого надо устроить спектакль. Потом помедитирую. Сначала схожу в Старый Лагерь. Есть там один человек, Дасти, который хочет узнать на сколько его другу хорошо у сектантов. Мелвин доволен донельзя. И даже хочет, чтобы его друг Дасти тоже пришел сюда. Как выяснилось, он не только слушает проповеди, но и зарабатывает здесь руду. Дасти не хотят выпускать. Нужна взятка. Хорошо, что я имею необходимый запасец.