Бонус

      Уж несколько лунных циклов пара влюбленных делила кров и еду. Утопая в любви, ласках и удовольствии. Нежданно получив указ Фараона, Амену следовало посетить Анибу после разлива Нила. Едва свернув лист пергамента, лицо мужчины посетила тревога. Как сообщить ей? Будет ли сопровождать? За думами не заметил, как отводилась дверь хижины.       Влетев, едва не сметая все, что было на пути, Эвтида подбежала к Эпистату. В глазах стояли слезы, а руки нетерпеливо теребили подол одежд.       — Кто посмел обидеть тебя? — На без того хмуром лице мужчины отразилась ярость.       — Не то, — в голосе Эвы чувствовалась тревога. — Захворала с утра, нездоровилось. Не дождавшись тебя к лекарю пошла. Новость сообщил мне.       Страх сковал тело мужчины. Будь то хворь, не жить ей, и не жить ему без неё.       — Господин, в чреве своем любовь нашу носить буду, — сама не понимая от чего, Эва опустила глаза в пол.       Слова грянули словно ливень в самых сухой день. Не ожидал, он, отшатнулся. То о чем долго мечтал, то о чем так молил, даровали боги. Сам себя не помня, рухнул на колени перед девушкой.        — Господин, что ты, — Эва потянулась к Эпистату. Почувствовав влагу на лодонях замерла.       Мужчина поднял глаза полные слёз. На некогда безупречном, сосредоточенном лице, струились слезы. Сердце девушки больно кольнуло. Огорчила видимо.       — Извини, я не… — не успев договориться девушка оказалась в коконе сильных рук.       — От счастья слезы, моя госпожа, самый большой подарок мне поднесла.       Потеряли счет времени, сколько провели в объятиях друг друга. Когда же наконец отстранилась, лицо мужчины вернуло себе прежнее выражение.       — Отныне будешь беречь себя, освобождаешься от всех работ.       Как подменили Эпистата. Суровый и властный днем, ночью был подобен слуге, что прислуживает знатной особе. Заботой окружил, вниманием. Не говорила ему Эва, но не могла не заметить его подручных, что тенью следовали за ней. На прошлой неделе набрал тканей для платьев. Округлялась Эва, мало все было. Усладой были для них вечера, проведенные вместе.       Лежа в подушках, Амен рассказывал о своих победах, попутно наглаживая уже округлый животик Эвы. Как наставил его на путь истинный Эпистат Яхмос. Некогда шаловливый мальчишка, брошенный на растерзание судьбе и гонимый всеми, словно прокаженный, стал величайшим воином и правой рукой фараона. Взяв Амена себе на попечение, Яхмос взращивал в нем силу и стойкость. Обучал навыкам, письму, законам. Когда мальчик стал юношей, был приглашен в ряды меджаев, откуда и начал свой путь. Доблестно выполняя работу, заслужил уважение при дворе и личную благосклонность фараона. Не отблагодарить уже того, кто направил на верный путь, но помнить себя мужчина будет всегда.       Завороженно слушания, Эва не могла и представить, что ныне великий Эпистат, был разбойником и беспризорным мальчишкой, но с невероятной силой духа.       Шептались в поселении, видели все. Стоило хоть попытаться гадким словом молвить, как быстро высечены были.       Когда же наступил день отъезда, взволнованы были оба. Вот-вот подходит срок, да и дорога не близка.       — Не стоит тебе ехать, опасно, — голос мужчины переполняло беспокойство.       — Не пытайся меня отговорить, кажется, мы с тобой договаривались.       — Помню, — мужчина насупил брови и принялся складывать папирусы.       Закончив сбор вещей, пара вышла из хижины и направилась к колеснице. Эва слегка отставала от мужчины, от тяжести собственного веса была уж не так ловка, неуклюжа. Несмотря на это — Амен терпеливо подстраивался под её темп. Закинув вещи и расположившись на мягких подушках, о которых будущий отец успел позаботиться, они двинулись в путь.       Пейзаж сменялся один за другим, время подходило к закату. Устав от долгой дороги, Эву сморил сон. Оставалось проехать густую ночь и будут на месте. Пока же девушку дремала, мужчина не сводил глаз со своей возлюбленной. Аккуратно поглаживая животик, уже представлял, как возьмет на руки частичку их любви.       Когда же небо начало окрашиваться в светло-лиловые тона, девушка резко подорвалась. Тут же встрепенувшись, мужчина быстро оказался рядом.       — Что случилось?       — Амен, кажется время пришло, — лицо Эвы исказила гримаса боли.       Тут же собравшись мужчина крикнул охотникам, чтобы заслали гонца, срочно путь ищут лекаря. До города оставалось пару часов ходу, поэтому наказал извозчику ехать быстрее.       — Чем я могу помочь тебе, — Эпистат был растерян, не ожидал вот так, в дороге.       — Просто будет рядом, — вымученно улыбнулась девушка.       Больно ей было, крики то и дело разносились по округе. Однако поддержка любимого мужчины давала сил бороться снова. Амен подавал ей воды; промокал лицо покрывшееся испариной; держал за руку и не отпускал до самых ворот в город.       Едва въехав, к колеснице тут же подбежал молодой человек.       — Прошу за мной, я займусь вами, — лекарь протянул девушке ладонь.       — Отойди, совсем ослеп? — Амен взял Эву под руки и понес в сторону шатра.       — Вам дальше нельзя.       — Я хочу быть рядом с ней, — Эпистат не унимался.       — Чуть позже, сейчас не время, — молодой человек скрылся за тканью шатра.        Не находил себе места. От каждого крика Эвы, сердце словно замирало. Когда же терпение сошло на нет, раздался крик. Детский, полный самых ярких оттенков.       Сорвавшись с места Амен ринулся в шатер. На кушетке, в еще грязных простынях, лежали два человека. Женщина, что подарила любовь и малыш, что стал плодом их любви. Который станет тем, что наполнит смыслом каждый его день.       Рухнув на колени подле Эвы, Амен нежно взял на руки ребенка.       — Боги подарили нам сына и …       Подняв мутные от слез глаза, мужчина свел брови. Ответом был лекарь, что вышел из-за ширмы, держа маленький сверхток в руках.       — …И дочь.