Часть 31 Поцеловаться и помириться?

Нарцисса пила чай, готовя себе обед для своей смены в больнице Святого Мунго. Незнакомая кухня заставила её открывать шкафы наугад, чтобы найти то, что ей было нужно. Она слышала голоса Драко и Астории в соседней комнате, обсуждавших погоду и работу Драко. Они хотели убедиться, что она знает, что она не тема разговора. Она вздохнула, допила чай и вымыла чашку. Она положила ланч в сумку и проверила свои вещи. Всё было на месте. Она не стала бы навязываться Драко и Астории в другой вечер. Собиралась ли она вернуться домой или снять номер в отеле, она ещё не знала. Она вышла из кухни и направилась в гостиную. “Мама” Драко немедленно встал. “Ты уже уходишь?” “Мне действительно нужно идти на работу, Драко”, - мягко напомнила она ему. “Ты не вернёшься после?” “Я не могу больше навязываться тебе”, - Нарцисса подняла руку, чтобы заглушить любые протесты. “У меня есть собственный дом”. Она не проговорилась, что её вполне могут выгнать из упомянутого дома. Драко и так был достаточно обеспокоен, и виновата в этом была только она. “Сейчас мне нужно идти, но, надеюсь, мы скоро снова увидимся”, - она улыбнулась Астории, которая почти закончила носить внука в животе. “Ещё несколько недель, прежде чем появится маленький Малфой”, - Астория потянулась, чтобы взять её за руку. “Но тебе здесь рады в любое время”. “Конечно, мама”. “Спасибо вам обоим”, - Нарцисса подошла к камину, не позволяя им увидеть, сколько боли причинила ей мысль, что ей, возможно, придется провести ещё одну ночь вдали от своего дома; вдали от своей жены. “Хорошего дня на работе, Драко”, - сказала она сыну, прежде чем назвать пункт назначения и закрыть глаза. В больнице Святого Мунго она отряхнулась, как только приземлилась в своем кабинете, и переоделась в форму Целительницы. Она быстро спустилась вниз, чтобы сообщить нескольким коллегам, что будет работать над зельем для восстановления крови, которого не хватало нескольким пациентам. Из-за взглядов, которые она чувствовала на своей спине, она пожалела, что просто не отправила записку. Утро прошло спокойно, хотя и медленно, Нарцисса погрузилась в тихое кипение зелья в котле и искусство тщательной подготовки ингредиентов для заливки внутрь. Таким образом, её мыслям не пришлось возвращаться ко вчерашнему дню, когда она вернулась домой и обнаружила Гермиону, свернувшуюся калачиком в кресле в гостиной и борющуюся со слезами. Её первоначальной реакцией было быстро подойти к жене, проверить, нет ли каких-либо признаков того, что что-то не так, и заключить её в объятия. Но Гермиона отпрянула прежде, чем та сделала два шага вглубь комнаты. Молодая женщина левитировала газету, лежавшую на кофейном столике, только для того, чтобы Нарцисса могла взять её и взглянуть. Глаза Нарциссы наполнились слезами от вопиющей лжи и преувеличений, но ущерб был нанесён. Гермиона, нежная даже без всплеска гормонов в её теле, произнесла всего три слова, которые разбили сердце Нарциссы. “ Нарцисса, пожалуйста, уходи. ” Она покачала головой, слёзы грозили снова хлынуть. Она едва добралась до дома Драко и отведенной ей комнаты для гостей, прежде чем дала им волю прошлой ночью. Нарцисса судорожно вздохнула. Зелье всё ещё кипело. Дверь в её кабинет распахнулась около полудня. Сказать, что она этого не ожидала, было бы ложью. Она не поднимала глаз от ступки, в которой растирала крылья летучей мыши в пыль. “Ты что, с ума сошла?” рявкнула её сестра, небрежно закрывая дверь. “Не могла бы ты ничего не ломать, пожалуйста”, - бесстрастно сказала Нарцисса. “Это собственность больницы”. “Что ты здесь делаешь?” Требовательно спросила Андромеда. На этот раз Нарцисса подняла голову. В своей ярости Андромеда ещё больше походила на их старшую сестру. Нарцисса закрыла глаза. “Где ещё мне быть?” “У тебя есть жена, которая беременна и, вероятно, убита горем, потому что вы двое провели значительное количество времени, засунув голову в задницу”, - сказала Андромеда. “Дома, Нарцисса, ты должна быть сейчас дома!” “Она попросила меня уйти”, - устало сказала Нарцисса. Энергия, необходимая для поддержания беспечного фасада, быстро иссякала. “Она не хочет меня видеть”. “Конечно, она бы так и сказала”, - теперь тон её сестры был мягче, но не менее укоризненным. “Что бы ты сделала на её месте? Полностью замкнулась”. Нарцисса отвела взгляд. Андромеда, конечно, была права. Её не зря считали холодной. И всё же в присутствии сестры она почувствовала, как с неё спадает маска. “Я не могу смотреть ей в глаза. Она, должно быть, ненавидит меня”. Андромеда села в кресло напротив и взяла её за руку через стол. “Судя по тому, что я видела каково ваше отношение друг к другу, она тебя не ненавидит. Это препятствие, с которым ты справишься”. Андромеда сжала её руку и подождала, пока она встретится с ней взглядом, чтобы продолжить. “Не отказывайся от единственной хорошей вещи, которой жизнь наградила тебя Цисси. У меня наконец-то вернулась моя сестра. Та, из нашего детства, помнишь её?” Нарцисса неуверенно улыбнулась. “Вот она”, - сестра снова сжала её руку, прежде чем отпустить. “Я прикрою тебя, если кто-нибудь спросит, где ты. Иди, исправь это”. Нарцисса была безмерно благодарна Андромеде, больше, чем могла когда-либо выразить. Однако она пообещала себе попытаться и перед уходом искренне поблагодарила сестру. Она аппарировала на их улицу и медленно, но целенаправленно двинулась к дому. Она только надеялась, что Гермиона не уехала, но, учитывая последний раз, когда они были в таком затруднительном положении, Нарцисса была совершенно уверена, что её жена по-прежнему будет придерживаться закона, согласно которому они должны жить вместе. Магия дома была успокаивающей, знакомой, когда она вошла внутрь, даже если воздух был наполнен предвкушением. Резкий щелчок закрывшейся двери приглушил голоса, которые Нарцисса слышала из кухни. Она сняла туфли и уверенно шагнула вперед. Она не собиралась допускать, чтобы на неё смотрели свысока в её собственном доме. Во всяком случае, никто из друзей её жены. В дверях кухни её подозрения подтвердились. Гермиона сидела за столом в окружении трёх своих лучших друзей и жены Рональда Уизли. Эстель, не так ли? Все они повернулись, чтобы посмотреть на неё, за исключением Гермионы, когда она вошла. “Привет вам всем”, - вежливо сказала она. Манеры никогда не были лишними. “Миссис Блэк” Поттер уважительно кивнул. “Я надеялась поговорить со своей женой”, - сказала Нарцисса. Гермиона по-прежнему не смотрела на неё. “Поздновато, не так ли?” сказала Джинни со сталью в голосе. “Джинни”. Мягкого выговора Гермионы было достаточно, чтобы Джиневра смирилась, хотя и довольно нерешительно. “Будет лучше, если мы оставим их поговорить” Эстель взяла мужа за руку и слегка потянула. Мужчины встретились взглядами. У Нарциссы никогда не было близкой подруги, но её сестры всегда заботились о ней так же, как теперь это делали друзья Гермионы. Она дала им время. “Никто из нас сейчас не особенно счастлив с вами видеться, миссис Блэк”, - наконец сказал Гарри Поттер. “Но мы больше недовольны Ритой Скитер и её источниками. Итак, отправь письмо, когда закончишь говорить ”, - он повернулся к Гермионе. Она наклонилась, чтобы обнять его и что-то прошептать. Нарцисса не могла остановиться. “Я разберусь с Ритой и Анастасией”, - яд сочился из её голоса. “Надеюсь, не так, как ты обошлась со своей подругой в прошлый раз”, Джиневра встала, попрощавшись с Гермионой. Она грубо оттолкнула Нарциссу, направляясь к выходу из комнаты. “Я посылаю кричалку этой девке Ауксилии”, - донёсся её голос из фойе, и сердце Нарциссы пропустило удар при виде улыбки, на секунду осветившей черты Гермионы. Какой бы маленькой и мимолетной она ни был, она всё равно была прекрасна. “Тогда пошли”, - встал Рональд Уизли. Все троё пробормотали слова прощания и Нарциссе. Она, однако, уже переключила своё внимание на Гермиону. “Ты сегодня что-нибудь ела?” “Пока нет”. “Хочешь, я приготовлю тебе быстрый ланч?” “Я бы хотела, чтобы ты села”, - просто сказала Гермиона. Её голос ничего не выдавал, и Нарцисса никогда ещё так не боялась того, что это могло означать. “Мне жаль”, - начала она, как только села. “Мне следовало быть честной с тобой несколько месяцев назад. Тогда”. “Мне тоже жаль”, - сказала Гермиона. “Вряд ли у тебя есть ...” “Мне действительно есть за что извиниться”, - перебила её Гермиона. “Я действительно оттолкнула тебя тогда. Вчера я тоже это сделала”. “Тебе было больно”, - предложила Нарцисса. “Я благодарна, что ты даёшь мне пространство, но позволь мне быть взрослой, которой я пытаюсь быть здесь”, - усмехнулась Гермиона. “Мне жаль”, - снова сказала Нарцисса. “Ты должна знать, несмотря на то, что эти женщины продали Ежедневному пророку, это случилось только один раз”. “Я уверена, что Рита сильно преувеличила”, - медленно произнесла Гермиона. “Я бы не удивилась, если бы всё это оказалось ложью”. Гермиона наконец подняла на неё взгляд, выражение её лица всё ещё было непроницаемым, её глаза блуждали по телу Нарциссы. Нарцисса почувствовала, как загорелись её щеки, вспомнив все случаи, когда Гермиона говорила ей, как сексуально она выглядит в своей мантии Целительницы. “Ты была на работе?” Спросила Гермиона. Нарцисса кивнула, не решаясь заговорить под пристальным взглядом. “Вернулась так рано?” “Андромеда” Нарцисса не стала вдаваться в подробности, зная, что в этом нет необходимости. “Умная ведьма”, - заметила Гермиона, её глаза еще раз прошлись вверх-вниз по её телу, прежде чем встретиться взглядом с Нарциссой. Нарцисса знала выражение этих глаз, даже если лицо Гермионы по-прежнему не изменилось. На кухне внезапно стало довольно жарко. “Итак, ты однажды переспала с матерью Забини. Ты хорошо провела время тогда?” Гермиона действительно ожидала, что она ответит на этот вопрос? “Я” “Это простой вопрос "да" или "нет", Нарцисса. Она довела тебя до оргазма? Тебе понравилось?” Гермиона отодвинула стул и встала. Нарцисса знала, что лучше не двигаться. Она почувствовала, как жена подошла к ней сзади и положила руки ей на плечи. “На самом деле тебе не обязательно говорить мне. Я знаю ответ” Гермиона наклонилась, чтобы говорить прямо ей на ухо, и от этого шёпота по телу пробежал ток. Она немного поёрзала на стуле, её бёдра были прижаты друг к другу. “И мне это не нравится”, - продолжила Гермиона. Нарцисса была уверена, что та полностью осознавала, что с ней делала. “Итак, ты сейчас встанешь с этого стула, повернешься ко мне лицом, сядешь на стол, и я заставлю тебя кончить так сильно, что ты забудешь, что когда-либо знала Анастасию Забини”. Нарцисса была готова кончить от того, как Гермиона произнесла имя женщины. Однако она подчинилась командам, вместо этого сев на стол и встретившись взглядом с Гермионой. Маска, наконец, упала, открыв голод и похоть в глазах Гермионы. Нарцисса вздрогнула. Её жена встала у неё между ног, притягивая её к себе за мантию для обжигающего поцелуя. Руки Гермионы легли на её грудь, и Нарцисса застонала, позволив Гермионе скользнуть языком себе в рот. По мере углубления поцелуя руки Гермионы блуждали по всему её телу, намекая на удовольствие, но никогда не задерживались и не нажимали достаточно сильно. К тому времени, как поцелуй закончился, Нарцисса почувствовала, что портит трусики, которые были на ней. “Гермиона”... “А теперь тихо”, - проворковала Гермиона, припадая губами к её шее, в то время как её пальцы продолжали дразнить её. Она ещё не сделала попытки снять мантию Нарциссы. Блондинка растворилась в ощущении губ Гермионы на своей шее и её пальцев блуждающих по всему телу. Она откинула голову назад и застонала, обхватив Гермиону ногами, чтобы притянуть её ближе и создать некоторое трение между ног. “Тшш”, - Гермиона облизнула язык и полностью отстранилась. Нарцисса оперлась на стол и посмотрела на Гермиону, которая ухмылялась ей. “Я не сомневаюсь, что ты нуждаешься, но, полагаю, не помешало бы посмотреть”. Чуть отойдя назад Гермиона щёлкнула пальцами, и Нарцисса ахнула, когда воздух коснулся её кожи. Её мантия исчезла вместе с лифчиком. Гермиона снова двинулась вперед, чтобы возобновить атаку на шею и мучительно медленное исследование пальцами. Нарцисса снова застонала, но это было лучше, чем искать трения сейчас. Тем не менее, Гермиона тянула с этим невероятно долго, и она уже подумывала о том, чтобы просить о большем, хотя и знала, что прямо сейчас её мольбы никто не услышит. Гермиона, наконец, опустила голову ниже, прокладывая поцелуями путь к ключице Нарциссы, посасывая в тех местах, пока не оставила множество отметин. Её руки принялись гладить бёдра Нарциссы вверх и вниз, подбираясь всё ближе и ближе к внутренней стороне, но не совсем в том направлении которое было столь необходимо . Когда рот Гермионы, наконец, скользнул вниз по её груди и коснулся соска, Нарцисса вскрикнула. Минуты тянулись, а это всё ещё было самым большим удовольствием, которое она получала. Однако Гермиона казалась довольной, уделяя внимание груди, в то время как её руки следовали собственному рисунку на бёдрах Нарциссы. Руки Нарциссы начали уставать от того, что она держалась прямо, и она опустилась на локти, зашипев, когда холодное дерево соприкоснулось с её поясницей. Почти мгновенно она почувствовала под локтями Смягчающее заклинание. Тронутая вниманием Гермионы, но разочарованная тем, что они ни к чему не привели, Нарцисса хрипло застонала. “Гермиона, пожалуйста... аах!” её слова превратились во вздох, когда палец скользнул у неё между ног поверх трусиков. Рот Гермионы посасывал её сосок, а пальцы продолжали тереться о трусики. Этого было слишком много и почти недостаточно, учитывая, насколько возбужденной она уже была. Нарцисса связывала слова, уверенная, что у неё не получается внятного предложения, но слишком далеко зашла, чтобы обращать на это внимание. Если бы это было всё, что могла дать ей Гермиона, она могла бы с этим поработать. В её голове промелькнули образы того, что мог бы сосать рот Гермионы вместо этого, и жар, скопившийся внизу живота, расширился, угрожая поглотить её. Её бёдра задрожали. Она была так близко, что уже чувствовала это, всего лишь последний толчок. Рука Гермионы исчезла у неё между ног, и её рот с хлюпом выпустил сосок Нарциссы. Нарцисса вскрикнула, подняв голову и увидев, что Гермиона снова отступает. Жар, бушевавший внутри неё, угасал с каждой секундой. Нарцисса отчаянно пыталась сдержаться. Гермиона смотрела, как она сжимает бёдра, прекрасно понимая, что это бесполезно. С последним стоном разочарования Нарцисса позволила себе откинуться на стол, Смягчающее заклинание распространилось и на её голову. У неё перехватило дыхание, когда она почувствовала, что Гермиона снова придвинулась ближе. Её трусики были спущены с ног, а бедра аккуратно раздвинуты ещё шире. Она была пульсирующей, мокрой и такой чувствительной, но пальцы, раздвинувшие её, казалось, знали это, предлагая ей нежнейшие прикосновения. Постепенно напряжение снова нарастало, когда она почувствовала, как рука Гермионы скользит у неё между ног, а губы покрывают поцелуями её грудь и живот. Она опасалась, что это доставит ей слишком большое удовольствие и она снова останется в подвешенном состоянии, но другая рука Гермионы схватила её за руку. “Вставай”, - прошептала она в её кожу и помогла Нарциссе принять сидячее положение. Пальцы Гермионы нашли её клитор, и она на мгновение сосредоточилась на нём, всё ещё такая нежная, наклоняясь, чтобы уловить каждый стон Нарциссы. Нарцисса, наконец, была на небесах, когда Гермиона медленно ввела в неё два пальца. Сильные толчки затрагивали нужные места внутри неё, а большой палец Гермионы надавливал на её клитор с нужной силой, теперь кульминацию Нарциссы было не остановить, и она захлестнула её сладким освобождением, её стоны растворились в их поцелуе. Нарцисса не почувствовала, как пальцы Гермионы замедлились, даже после того, как она преодолела толчки, и её тело устремилось к повторному оргазму, сильно и быстро, пока она снова не сжала пальцы Гермионы. Рука, всё ещё держащая руку Нарциссы, сжалась, заземляя её, другая, наконец, замедлилась внутри неё и выскользнула, чтобы Гермиона могла обнять её. “Какая же ты красивая, ” шептала брюнетка ей на ухо, “ изысканная и вся моя. Я люблю тебя, Цисса. Так сильно”. Нарцисса заметила, что сначала её трясло, а потом от того факта, что Гермиона аппарировала к ним в постель. Она поцеловала Гермиону в шею, туда, где была спрятана её голова, и отстранилась, чтобы улыбнуться своей жене. “Ты в порядке?” Мягко спросила Гермиона. “О, я бы очень многое хотела сказать, но, давай остановимся на ”хорошо"", - сказала Нарцисса. Её голос был грубым, и ей понравилось, как глаза Гермионы на мгновение закрылись. “Ты можешь рассказать мне позже. Давай немного поспим сейчас”, - Гермиона остановила её, когда она попыталась что-то сказать. “Месть обсудим, когда мы проснемся”. “Это и многое другое”, - пробормотала Нарцисса, прижимаясь к жене. “Я люблю тебя”. “Я тоже тебя люблю”, - услышала она шёпот Гермионы, прежде чем её сморил сон.