Понять

Кадзуха всегда плохо понимал человеческие чувства. С любовью у него вообще была напряженка. Пока не появился Скар. Пока в груди не начало плавиться воском, пока собственные перебинтованные руки не стали просто отвратительным напоминанием, пока холодный ветер с крыши не остался только в его памяти. И тогда явно стало ясней.