Часть 1

Хотя я не знаю, куда ступаю, Я буду следовать за тобой Все же когда-нибудь это должно было свершиться. Без этого бы, конечно, не обошлось, а теперь Эндрю из-за этого день и ночь пялится часами в одну точку, сжимая подлокотники кресла своими тонкими пальцами так сильно, что на руках вздувались вены. Нил все замечает, Эндрю знает, что тот замечает, но ничего не говорит. Они вообще ничего об этом не говорят, но напряжение витает в воздухе. У Аарона и Кейтлин будет ребенок. Об этом сообщил сам Аарон, позвонив брату по телефону, тогда Эндрю бросил сухое «поздравляю» и отключился. Грубо, но Нил знал, что Аарон не обидится, но брат его, кажется, счастлив не был. Он и не был счастлив, когда у них с Кейтлин была свадьба, Нил кое-как его туда затащил, но Эндрю ушел уже через двадцать минут, когда увидел, как девушка смотрит на его брата, как светятся её глаза, как она его целует, а Аарон… он такой уязвимый перед ней. Ладно, свадьбу он бы смог выдержать, но ребенок… племянник Эндрю! Или племянница. Блондинистые волосы, может быть, такие же ореховые глаза, как и Аарона, а может, ребенок будет похож на Кейтлин или возьмет от них обоих все самое лучшее. Кто знает? Когда Нил возвращается из магазина, он заканчивает разговор по телефону, сует его в карман джинсов, разувается и с пакетами, полными продуктов, идет на кухню, по пути заглянув в гостиную. Эндрю сидит на том же месте, где Нил его видел полчаса назад. Он сидел на диване возле окна, смотрел в одну точку, рассеянно пропуская сквозь пальцы гладкую шерстку Короля. Вздохнув, Нил ушел на кухню, чтобы разложить все продукты. Пока он это делал, то думал, как сообщить Эндрю важную и счастливую новость. Но что-то явно подсказывало, что его любимый не будет рад такой новости уж точно. Но не сказать Нил не мог, они оба были приглашены на ужин к Ваймаку, который решил организовать Ники. Ох уж этот неугомонный Ники. — Дрю, — тихо зовет Нил, усаживаясь на подлокотник дивана рядом с Эндрю. Он не делает никаких резких движений, потому что знает, что, если Эндрю сейчас где-то глубоко в себе и его громко позвать или сидеть слишком близко, можно встретиться с острием ножа, такое уже было, но Нил теперь был крайне осторожен. Он учился. Вернее, они учились жить вместе, прошло уже два года, как у них есть своя большая и просторная квартира, два кота, фамилия на двоих и своя жизнь, если не брать в счет игры в экси и встречи с бывшими лисами. Нил тренирует новичков и играет, у Эндрю контракт с «Волками». Ему потребовалось много времени, чтобы признать, что экси занимает в его жизни не последнее место, и он хочет идти дальше вместе с этим спортом. У Джостена даже спрашивать не нужно было, куда он пойдет дальше. Для него спорт был всем. После Эндрю, конечно. Они с Кевином два наркомана. Спят и видят, как гоняют мяч по полю. Чертовы наркоманы. Эндрю выныривает из своих мыслей и прижимается щекой в руке Нила, зная, что против он точно не будет. Нил же в свою очередь другой рукой осторожно пропускает пару прядей волос Миньярда через свои пальцы. Солнце бросало свои лучи в окно, волосы Эндрю блестели на солнце, играя бликами. Такие мягкие, пахнут шампунем, которым он пользуется постоянно, и который часто стаскивал Нил, за что мог получить тычок под ребра. Не со зла, просто предупреждающе. За этим же могло последовать ворчащее: «ненавижу тебя, Джостен», но оба уже прекрасно понимали, что значит эта фраза. Они никогда не скажут друг другу другого, всех все устраивало, а большего Нил и не просил. — Наркоман. — совершенно равнодушно и буднично произносит Эндрю, все еще не обращая на Нила внимания визуально, только тактильно. Это обращение прозвучало ясно и понятно. Не трогать, не говорить, дать подумать. Но, сколько уже можно думать и пялиться в одну точку? Нилу это надоело, если честно. Приходить и каждый раз заставать Эндрю в таком состоянии. Раньше он хотя бы курил или сидел на кухне с кофе, а теперь только и сидит на этом диване, протирая дыру в нем и в стенах своим взглядом. Нил вздыхает и слезает с подлокотника, садится перед Эндрю на корточки, наконец-то заставляя его обратить на себя внимание. — Послушай меня, ладно? Прекрати себя мучить, Аарон — взрослый человек, у него есть жена, он счастлив с ней. Счастлив, понимаешь? И скоро появится малыш. Девочка или мальчик, ты станешь дядей, — от этих слов Миньярд дергается и сжимает губы в тонкую полоску. Вот же наркоман! Вечно он все говорит так резко и напрямую, не осторожничает, но Эндрю уже привык, если честно, поэтому ничего и не говорит. В их отношениях главное доверие и понимание, все на этом и держалось почти всегда. Именно это и спасало всегда. — Понимаю, это тяжело для тебя, но дай им шанс. Я знаю, что ты хочешь, чтобы Аарон был счастлив. Он счастлив с Кейтлин, счастлив будет, если у него родится сын или дочь. Или близнецы, учитывая вас обоих по наследственности. А еще у меня новость. Ники и Эрик прилетели в Пальметто. С дочерью. Хотят устроить ужин у Ваймака, зовут всех, я не смог отказать. И сказал, что ты тоже придешь… Если ты не… — Я пойду, — резко перебивает его Эндрю и наконец-то немного расслабляется. Нил не знает, повлияли на него так его слова или он просто устал сидеть в одном положении как каменная статуя? В любом случае, уже было хорошо, что он стал двигаться и разговаривать с Нилом. — И хватит уже говорить про этого придурка, надоел, заткнись. — Нил улыбается. Вот и вернулся его Эндрю. Он осторожно перекладывает кота на диван, а сам идет на кухню, чтобы посмотреть, что купил Нил и можно ли это вообще есть, его вообще одного в магазин отпускать нельзя без списка. Сегодня Эндрю еще не написал и не сказал, что нужно купить на ужин, потому что проторчал в своих мыслях весь день, а когда Нил его спросил, что нужно купить к ужину, он просто махнул рукой. — Спаржа? Джостен, ты охренел? Мы будем есть на ужин одну спаржу? Твою мать, ты еще и брокколи взял, ты хочешь, чтобы мы умерли от голодной смерти? — Нужно следить за своей формой и есть здоровую пищу хотя бы иногда, — процитировал Нил Кевина, войдя на кухню. — Я убью Дэя когда-нибудь, — закатил Эндрю глаза, закрывая холодильник и скрещивая руки на груди. Кажется, ему придется ехать в магазин теперь самому. *** Ужин с Лисами состоялся на следующий день, Эндрю и Нил приехали позже всех, потому что успели застрять в нескольких пробках, а Эндрю послал нахуй почти всех водителей. При чем так красноречиво, что те, когда хотели ответить, забывали, что вообще хотели сказать. Потому что Эндрю ненавидел куда-то опаздывать. Раньше ему было плевать на это по большому счету, но все изменилось, когда он слез с таблеток. Нил уже давно успел заметить, что его парень довольно сильно изменился за эти два года, что они стали жить вместе. Изменились кое-какие привычки, он перестал спрашивать «да или нет», когда обнимал или касался Нила, потому что знал, что они больше не нуждаются в этих словах. Это звучало уже реже, когда кто-нибудь из них был в плохом настроении, расстроен или не настроен на разговор. Вот тут нужно было быть осторожнее, чтобы не сделать лишнего движения. Можно было получить под дых кулаком или ножом в ребра. Они учились понимать друг друга. — Вы долго, — заметил Ваймак, когда Эндрю и Нил появились на пороге квартиры Дэвида. Он быстро прошелся по обоим взглядом и хмыкнул. Эндрю не изменял своему черному цвету в стиле, носил черные рубашки и такие же брюки, Нил же стал наконец-то носить нормальную одежду. Скорее всего, именно Эндрю привил хороший вкус к вещам Нилу. На нем была бледно-голубая рубашка с закатанными до локтей рукавами, что так подходила к его льдисто-голубым глазам и рыже-каштановым волосам, образ завершали приталенные черные брюки, облегающие стройные бедра. Внезапно Эндрю и Нил замечают за спиной Ваймака движение и топот маленьких ножек. — Дядя Дэвид! — шепотом зовут Ваймака откуда-то сзади, он только улыбается, дает пройти парням внутрь квартиры, сам же опускается на корточки перед маленькой девочкой. Ей лет пять на вид, копна густых и пушистых рыжих волос закрывают её лицо. — Папа сказал, что приехали монстры, они нас съедят? — девочка говорит шепотом на ухо мужчине, но достаточно громко, чтобы её слышали и Нил с Эндрю. Когда она выглядывает из-за плеча Ваймака, парней поражают её огромные темно-зеленые глаза и длинные густые ресницы. Эндрю хмурится, а Нил приветливо ей машет рукой и улыбается. Девочка пугается и убегает, Ваймак только весело хмыкает и кивает парням идти за ним. — Детка, это этих монстров ты испугалась? Не бойся, Эмми, они — наши друзья, а Эндрю — твой дядя. А это — Нил. — стоило им зайти в гостиную, как Эндрю и Нил взглядом сразу наткнулись на Аарона с Кейтлин, ему Эндрю просто кивнул и получил такой же кивок в свою сторону, тут была Эбби, Ваймак, девчонки были в неполном составе, отсутствовала Дэн, как и Мэтт, видимо, гостили у его матери, поэтому не смогли выбраться. Би тоже не было, может, сильно занята. Ваймак сидел рядом с Эбби, они уже и не скрывали свои отношения давным-давно. Эмми прижималась щекой к щеке Эрика, сидя у него на коленях, рядом сидел Ники, успокаивающе поглаживая малышку по спинке. Девочка во все глаза смотрела на Нила и Эндрю. Если Нил снова улыбнулся всем и поздоровался, Эндрю просто снова кивнул и занял за столом свое место, подождав, пока усядется Нил. Так значит, Клозе удочерили эту очаровательную малышку. Она и правда была очаровательной, а еще жуткой непоседой, в чем все успели убедиться. Она ни минуты не могла посидеть нормально, соскакивала со своего стула, оббежала всех вокруг, сбегала на кухню, откуда её притащил Ники, Эмми успела схватить уже нож со стола и теперь широко лыбилась всем присутствующим, на удивление, ей улыбнулся и подмигнул Эндрю, Ваймак только глаза закатил, а Ники хихикнул. Нашлись тут родственные души. На самом деле смешного в этом было крайне мало, ножи детям не игрушка. Нил видел, как Эндрю посмотрел на брата и махнул ему головой на дверь в кухню. Он, кажется, понял, в чем дело, поэтому встал со своего места, и они с Эндрю удалились, конечно же при этом закрывая за собой двери наглухо, чтобы не было слышно разговоров. Странно, но ничего не громыхало, драки не было, никто не говорил на повышенных тонах, но через щелку в двери потянуло табаком, значит, Эндрю теперь точно закурил. Говорили они где-то час, никто не знал, о чем, хотя, все догадывались, Нил знал, как для обоих это тяжело, а Кейтлин то и дело посматривала напряженно и обеспокоенно на дверь, ведущую на кухню. Наконец-то братья вышли, вернее, вышел только Аарон, выглядел он довольно раздраженным, но не хотел срывать злость при ребенке, махнул рукой и уселся рядом с женой, положив ладонь на её живот. Эндрю не выходил, Нил понял, что пахнет жареным, поэтому извинился и вышел на кухню, опять закрыв двери. Эндрю он обнаружил возле раковины. Тот стоял, сгорбившись, опираясь на раковину руками, вся его поза кричала, что лучше сейчас Миньярда не трогать: плечи напряжены, руки крепко сжимают края раковины, а тяжелое дыхание можно было услышать еще на входе. Он злился. Вот только не ясно на кого. Ответ был неоднозначен. Нил сделал пару шагов к Эндрю и задал главный вопрос: — Да или нет? — ответом послужило молчание, Нил уже подумал, что это бесполезно, лучше оставить Эндрю в покое, но через минуту услышал: — Да. — такое тихое, но Нил все равно услышал, поэтому тут же обнял Эндрю со спины, прижался всем телом и зарылся носом в блондинистые волосы. Извернувшись в сильных руках, Эндрю повернулся лицом к Нилу и заглянул в родные голубые глаза. Его бесило, что Нил сейчас так спокоен и ничего не понимает. Совершенно. — У него будет ребенок. Ребенок, понимаешь? — Конечно будет. Этого не избежать. Они женаты, любят друг друга. Ты же принял Кейтлин, общаешься с Аароном, так в чем дело, Дрю? — Эндрю слегка вздрогнул от такого домашнего обращения к себе, Нил называл его так только дома. Так нежно, тихо, с любовью. Теперь была очередь Нила смотреть в глаза Эндрю, в которых он то и дело утопал. Цвет глаз возлюбленного его поражал каждый раз. Он менялся. В одно время глаза были карими, как лесной орех, в другое время были темными, почти черными, но это только в темное время суток. Эндрю не верил, часто фыркал, что у Джостена глюки, но какой там! — Маленький спиногрыз. А если я сделаю ему больно? Я ненавижу прикосновения. Дети… они же… они же часто сидят на руках, дергают тебя, бегают. Что, если я смогу навредить? — в его голосе слышалась паника, которую Миньярд очень хорошо скрывал, говорил почти безразлично, но Нил, который слишком хорошо знал Эндрю, действительно слышал волнение в голосе, а пальцы блондина слишком цепко сжимали рубашку Нила, комкали и отпускали. И так несколько раз. Джостен, который теперь был еще и Миньярд, тихо хмыкнул и провел пальцами по волосам Эндрю, убирая их от глаз. Вот же глупый. — Не навредишь. Ты навредил Королю и Сэру? Где? Не говори мне, что это — другое. Ты тискаешься с ними, они могут спонтанно прыгнуть на тебя. Ты спокойно обнимаешь меня и спишь со мной. Это твои племянники, Эндрю. Ты — часть их семьи. Ты не сделаешь им больно. Я буду рядом, обещаю. Да или нет? — Да, — сразу же ответил Эндрю, не задумываясь над тем, что Нил хотел сделать. А Нил потянул его на себя за шею и вовлек в поцелуй. Нежный и успокаивающий, непривычный для них. Они всегда целовались рьяно, жадно, словно борясь за жизнь друг друга, но тут Нил поцелуем говорил: «я рядом, я с тобой, все хорошо, мы вместе, верь мне» и Эндрю верил. Поэтому уже через несколько минут они снова все сидели в гостиной, а братья переглядывались между собой, ведя какой-то беззвучный диалог, который будет понятен только им двоим. — Заткнитесь! — прошипел через полчаса Эндрю, обращая на себя внимание всех. Естественно, все, не поняв в чем дело, обернулись на Миньярда, а он кивнул на Эмми, что сейчас сидела на коленях Ники, посапывая ему в грудь. Ники удивленно охнул, даже не заметил, что дочь уснула, Эрик ушел с кем-то разговаривать по телефону, видимо, что-то на работе произошло. Нил почти оцепенел. Эндрю заметил, что девочка уснула и заткнул всех, чтобы говорили не так громко. В любом другом случае ему бы плевать было на ребенка, но… Нил заметил, как Эндрю смотрел на девочку весь вечер: с какой-то едва проскальзываемой нежностью во взгляде, но она тут же тухла, стоило кому-то посмотреть на Миньярда, когда Ники и Эрик возились с дочерью, уголок губ Эндрю дергался в подобии улыбки. Нил не знал, как расценивать все эти жесты. Вот, правда, не знал. Рене предложила уложить малышку в гостевой спальне, но семейство Клозе отказалось, сославшись, что уже поздно и им скоро уезжать, самолет долго ждать не будет, да и Эрика работа не ждала. Вернувшийся с улицы Эрик с нежностью провел ладонью по волосам дочери и поцеловал в лоб, Ники с легкой улыбкой смотрел на мужа. Они оба прекрасно ладили с детьми, а Эндрю почувствовал, что что-то кольнуло в сердце. Сможет ли он действительно не причинить боль детям? *** У Аарона и Кейтлин родился прекрасный сын, который как две капли воды был похож на своего отца. Только глаза достались от матери. — Ему бы подошло имя Лиам, — как-то просто сказал Эндрю, но как же потом удивился, что мальчика и правда назвали Лиамом. Предложил Аарон, а Кейтлин легко согласилась. Эндрю потом два дня ходил в шоке, никак не переваривая у себя в голове эту мысль. Брат бы пошел ему наперекор, он всегда так делал, но тут… он согласился. Лиам. Что ж, звучит вполне себе прилично. Когда Нил взял малыша на руки, он снова увидел в глазах Эндрю нежность. Теперь уже плохо скрываемая, она лилась через край и согревала каким-то непонятным теплом. И это пугало, потому что раньше он чувствовал такое тепло только к Нилу. — Хэй, смотри-ка, это твой дядя. Эндрю, хочешь его подержать? — Нил вопросительно посмотрел на Кейтлин, та кивнула, Нил ей ободряюще улыбнулся, а Эндрю тут же сделал шаг назад, покачав головой. — Дрю, помнишь, что я тебе говорил тогда? Ну же. — сердце в груди сильно колотилось и отбивало чечетку, пока Эндрю, кое-как переборов себя, брал маленького Лиама на руки с рук Нила. Нил был рядом, совсем рядом, придерживал Эндрю за талию, чтобы он чувствовал его присутствие. Такой маленький. Поверить только. У Эндрю перед глазами пронеслась вся жизнь. Его племянник. Он смотрел на Миньярда широко открытыми глазами, зевал, удивлялся, закрывал глаза. Эндрю почувствовал себя странно. Раньше он думал, что ненавидит детей. Он ненавидел маленького себя. Однако сейчас, держа этот маленький комочек на руках, в сердце что-то снова ёкнуло, а какая-то мысль глубоко засела в голове. Но о ней он пока что не думал, он думал о Лиаме. Он не сделает ему больно, он же такой маленький… *** Весь следующий месяц Эндрю и Нил пробыли в разъездах на матчах. Оба здорово выматывались, но мечтали снова оказаться в своей квартире, тискаясь с любимыми котами, мечтали снова касаться друг друга, оба тосковали друг по другу, еле выносили даже два месяца, Нил уже подумывал бросить тренировать Лисов и перейти в команду «Волки», где играл Эндрю, но тот был против. А теперь Нил дожидался Эндрю, прислонившись к своей Bugatti Chiron Super Sport 300+. Или черт там знает, как называют эту машину. Чертовски быстрая, зачем только Эндрю купил её Нилу? Это все Стюарт! Нил заметил, что муж и его дядя стали хорошо ладить между собой, хотя и летали там иногда молнии, Миньярд и Стюарт любили дорогие машины, дорогую одежду и изыски, чего не любил Нил. Поэтому Эндрю уговорил дядю Нила достать ему Бугатти, хотя количество этих машин было сильно ограничено, но для Стюарта и его команды не было ограничений, на следующий же день Эндрю парковал машину возле квартиры, а Нил только хлопал глазами. Выбросив окурок в урну, Нил наконец-то заметил темную фигуру, что выходила из отеля со спортивной сумкой. Этот сезон для Волков был хорош, Эндрю блестяще отыгрывал все матчи, но даже за пару шагов до машины Нил увидел, что Миньярд чертовски уставший. Еще бы, в прошлой игре он отбил почти 103 мяча, а в ворота попал всего один. Машина просто, а не человек, как любили шутить репортеры, Нил им за такое хотел головы отгрызть, честное слово. — Привет, — улыбнулся Нил, раскрывая объятия, в которые тут же попал Эндрю. — Наркоман, — только и выдохнул он устало, а Нил понял, что, кажется, разговор, о котором он так долго думал, отложится на следующий день. Кажется, Эндрю даже на ногах стоять не мог, его трясло от усталости. Он никогда ничего не скрывал от Нила, тем более, свои эмоции, не скрывал он их и сейчас. Он устал, но никто не отменял поцелуи, слишком соскучился. Иногда Эндрю хотел убить Нила просто за то, что он так красиво улыбается. Вот стоит, смотрит на тебя, улыбается, наркоман! И ты просто дар речи перед ним теряешь, сказать ничего не можешь. Эндрю и хотел сказать, что скучал, но все слова вылетели после этой обезоруживающей улыбки, поэтому он просто потянулся к губам Нила, практически опрокидывая его на капот, заставляя упереться в него бедрами. Он целовался жадно, страстно, зарываясь пальцами в волосы Нила, а Нил отвечал на эти яростные поцелуи, они чуть ли зубами не терлись, цеплялись друг за друга, чувствуя бешеную потребность в касаниях и обжигающих поцелуях. От Нила пахло сигаретами, Эндрю потребовалось время, чтобы отпустить его и сесть в машину. Но во время поездки домой он почувствовал, что Нил что-то утаивал: он слишком сильно сжимал руль руками и жевал губу, нервно осматриваясь по сторонам. — Что такое? — М? Ты о чем? — Эндрю закатил глаза, а Нил понял, что ему не отвертеться. — Ой, Нил, хорош впаривать. Ты о чем-то хочешь поговорить? Говори давай, пока я из тебя сам правду не выбил. Что случилось? — Нил вздохнул и потупил глаза, а значит, догадки Эндрю подтвердились. Предстоит какой-то разговор. Ехать им было часа два, значит, смогут все обсудить. — Говори. — последнее прозвучало жестче, чем хотелось бы, но Нила это не испугало, он только крепче перехватил руль и остановился на одном из светофоров, повернув голову к Эндрю. — Я тут думал долго… ты так смотрел в прошлый раз на дочь Ники и Эрика, так смотрел на Лиама… я видел нежность в твоих глазах, ты улыбался. И даже не утверждай, что это не так, я тебя знаю, как облупленного. Я знаю, что это может прозвучать как безумие, но… ты не хочешь взять ребенка? — Нил выдохнул последнее слово и напряжение в его груди лопнуло. Он с треском провалился, когда говорил все. Ведь когда ехал сюда встречать Эндрю, то четко все проговорил про себя, что и как скажет, а сейчас же сказал совсем не то, что хотел. Нил снова тронулся и вдавил педаль газа в пол, когда светофор загорелся. Полное безумие, но Нил этого хотел. Да, у них были коты, они и есть их дети, но… это не то. Он хотел детей. — Тебе там нигде не прилетело на тренировках мячом от Джека? — равнодушно спросил Эндрю, а внутри Нила все оборвалось. Конец разговора. Он сглотнул и отрицательно покачал головой, упорно смотря только на дорогу, а не на Эндрю. — Ты правда этого хочешь? И кого? — Нил удивленно вздернул брови и посмотрел теперь на Эндрю, пожав плечами. Во взгляде промелькнул лучик надежды. Но они молчали всю дорогу, потому что Эндрю уснул через несколько минут. Стоило им переступить порог квартиры, тут же навстречу кинулись Король и Сэр, радостно мяукая. За котами присматривала добрая соседка, кормила их и покупала корм на оставленные парнями деньги. Коты сразу же стали тереться об ноги хозяев и требовать, чтобы их погладили, но сил сейчас на это не было. Когда Эндрю отмокает в горячей воде в ванной и уже почти там же и засыпает, он слышит, как открывается дверь, шлепают по кафелю босые ноги. Вот кто-то залезает в ванную и вытягивает ноги, касаясь бедер Эндрю. Вот же длинноногий черт. Он лениво открывает один глаз, опираясь головой о бортик ванной. Джостен опять смотрит на него так. И опять Эндрю хочет его задушить, но одновременно целовать до беспамятства. Поддавшись вперед, он выдергивает из-под воды руку и ведет пальцами по колену Нила, от чего тот вздрагивает, а его дыхание становится неровным и еле прерывистым. Эндрю ведет от этого, больше немедля, он садится к Нилу на бедра и обнимает за шею, прильнув к его обветренным губам в поцелуе. Этот поцелуй говорит: «Привет, я дома, я скучал, теперь мы вместе», но конечно же Эндрю этого не скажет. Он чувствует, как ловкие пальцы Нила скользят по его спине, стирая капли воды, пробираются ниже к пояснице, снова вверх, зарываются в волосы на затылке. Воздуха не хватает, Эндрю приходится отстраниться к большому сожалению Нила. — Ты правда этого хочешь? И кого? Мелкого или мелкую? Я… хочу, но только если этого хочешь и ты. И еще… я блять так не могу, ты нужен мне везде. Двадцать четыре на семь. Переводись ко мне, а? — Эндрю смотрит Нилу прямо в глаза, но не удерживается и целует впадинку на его ключице, от чего Джостен крупно вздрагивает и почти выгибается, удерживая Эндрю за бедра. Кажется, Нил сильно потрясен, он молчит почти целую вечность, это раздражает, Миньярду приходится дернуть возлюбленного за волосы. — Ну? Не усни! — Я… я хочу этого, если хочешь ты. Правда. Я пойду за тобой куда угодно. Я там, где ты, помнишь? Мы вместе, — странно, эти слова действуют на Эндрю каким-то таким странным образом, что на душе становится тепло, но он уже не пугается этого тепла, да, за все эти годы он уже привык к этому пугающему теплу, которое сначала так раздражало, Джостена хотелось убить, ведь это именно он был причиной этого тепла, Эндрю становился с ним слишком уязвимым, он даже говорил об этом с Би, но та объяснила, что в чувствах, особенно таких, нет совершенно ничего плохо. Потому что разум Эндрю, который сопротивлялся поначалу, не принимал чувств своих и Нила, вдруг почувствовал себя в полной безопасности, в полном комфорте, когда однажды Эндрю с Нилом смотрели какой-то фильм, наркоман лежал на спине, а Миньярд на нём, положив голову ему на грудь. Рядом лежали коты, а потом Нил уснул. И Эндрю даже не двигался, а просто смотрел на возлюбленного, понимая, что это его судьба, его любовь, уже плевать, он не будет отрицать, что между что-то есть. Когда Нил во сне дернулся, Эндрю даже и сам не заметил, как погладил его волосам и тихо прошептал: — Тш-ш-ш, я рядом. — он был рядом. Разум принял чувства, Эндрю их принял. *** Мисс Смит была общительной и на вид очень красивой женщиной тридцати пяти лет, до боли напоминала Эндрю Би, пока она вела их по коридорам, рассказывая, как все устроено в приютах, какой тут режим, чем кормят деток, как гуляют, устраивают мероприятия, какие благотворительные акции проводятся. Прежде чем прийти именно в этот приют, Нил и Эндрю внесли сюда определённую сумму, зная, что приюту это точно не помешает. Пусть жизнь детей хотя бы будет чуточку легче. Нил настоял на том, чтобы купить мягких игрушек и детского питания, поэтому на посту они оставили целых три огромных пакета еще и с вещами для деток. Эндрю против не был, но изрядно задолбался стоять в детском мире, пока Нил три часа выбирал костюмчики и пижамки для детишек. Зато как у него глаза горели! — Первый визит у вас ознакомительный, я так понимаю, познакомитесь пока что с детишками, присмотритесь, — щебетала женщина, идя впереди, стуча своими каблуками по полу, а еще она активно жестикулировала руками и объясняла, где и какая группа детей находится. — Часть сейчас находится на прогулке, а часть занимается в группах. Пройдемте в первую «а» группу, — Мисс Смит громко цокает на своих каблучках до первой группы, открывает дверь и запускает Нила и Эндрю. Их взору предстает штук десять маленьких деток, которые видимо только-только учатся считать. Сердце Эндрю забилось чаще, он дернул рукой, Нил, словно почувствовав его волнение, взял супруга за руку, сжав в своей. Ладонь Миньярда вспотела. — Успокойся, — шепнул тихо Нил на ухо ему, тот кивнул, сглотнув тяжело. Глаза разбегались. Тут и рыжие девочки, и блондинки, и темненькие обворожительные. Когда они только зашли, воспитательница сразу замолкла, все глазки деток уставились на фигуры, которые зашли. — Идемте, я покажу вам вторую группу, — кивает Смит и выводит обоих за дверь, направляясь в другое крыло. Как только она открыл дверь, чтобы зайти в группу, как на Нила налетает мальчик, чуть не сбив с ног, оббегает его вокруг, другой пытается догнать. Тот, что убегал, цепляется за ноги Эндрю, прячась. — Все, я в домике у доброго дяди, ты меня не поймал, — задорно и звонко восклицает он на другого мальчика, Эндрю весь напрягается и дергается, Нил только крепче стискивает его пальцы своими, заставляя медленно расслабиться и прийти в себя. Теперь они смотрят на двух мальчиков, похожих друг на друга как две капли воды. Им лет пять, они блондины с кристально-голубыми огромными глазами и слегка вьющимися на затылках волосами. Мальчик, который стоял у ног Эндрю, поднимает на него голову и широко улыбается, показывая свои зубы, между передними показывается щелка. — Привет! — второй мальчик надувает губы и скрещивает руки на груди, обзывает первого мальчика и убегает, а тот несется обратно в группу за ними. Нил пораженно смотрит им вслед и чувствует, как Эндрю стискивает крепче его пальцы своими. — Они, — шепчет он, как громом пораженный, Нил понимает, что муж пропал прямо сейчас, утопая в этих глазах малышей. Двое. Они даже и не говорили о двоих, не говорили, кого хотят, просто как сердце поведет. Видимо, привело к этим двум малышам. Нила, как и Эндрю покорили эти кудряшки и большие голубые глаза. Точно они. Эндрю заглядывает в комнату, видя еще с десяток малышей, видимо, тут были игровая. Он быстро отыскал глазами двух близнецов. Какой-то мальчик и один из близнецов не поделили кубик, а второй близнец начал заступаться за первого. У Эндрю снова предательски сжалось сердце. — Давай поговорим с ними? Мисс Смит, не могли бы вы отвести нас в какую-нибудь другую комнату и позвать этих мальчиков? Мисс Смит отводит Эндрю и Нила в другую комнату. Такую большую и светлую, с цветами в больших кадках, с цветами на окнах, видимо, тут проходят еще какие-то занятия с детьми, но сейчас она пустовала, поэтому Эндрю и Нила привели именно сюда. Эндрю стал заметно нервничать, но Нил положил руку ему на плечо. — Все будет хорошо. Выдохни. — а через пару минут открылась дверь, сначала показалась одна белокурая макушка, а следом и вторая, четыре пары глаз уставились на Нила и Эндрю с большой заинтересованностью, а воспитательница, видимо, решила подождать за дверью, чтобы не напрягать и без того тяжелую атмосферу. Уж для Эндрю точно. Мальчики были одеты в одинаковые синие кофточки с рисунками звезд, у одного родинка была на щеке, а у другого на подбородке, из чего Нил извлек, что различить их не составит никакого труда. Они сначала помялись на месте, а потом опасливо, но с диким интересом в глазах осторожно подошли к парням. — Ты наш папа? И ты наш папа? — обратился мальчик с родинкой на подбородке к Нилу и Эндрю, комкая пальцами рукав своей кофточки. В его голосе звучало столько надежды, что сердце еле выдерживало. Нил легко улыбнулся и кивнул. — Если вы так захотите. Как вас зовут? — Я Данэль, а это Макс, — кивнул Данэль подбородком на брата и тот встал ближе. — А вас как зовут? — Я Эндрю, а это Нил, приятно познакомиться, — наконец подал свой голос Эндрю, улыбнувшись уголками губ мальчикам. Он улыбнулся. Нил вспомнил, что вчера, когда сидел в интернете через ноутбук, то случайно зашел в историю поиска и увидел, что в недавно в запросы вбивали «как себя вести с маленькими детьми», «уроки общения с детьми». И удивился, честно говоря, что Эндрю так ответственно подойдет к этому всему. А еще, кажется, он вчера звонил Би и проговорил с ней почти два часа, не сложно догадаться, о чем они говорили, дураку будет понятно. — Хотите, мы заберем вас отсюда домой? К нам. Навсегда. — Макс было сначала нахмурился, но потом трогательно шмыгнул носиком и сделал еще один шаг к Эндрю. Боязливо, все еще держа дистанцию. А когда Миньярд потянул к нему руку, тут же отшатнулся. Тот, поняв, что не стоит делать резких движений, убрал руку обратно себе на колено. Что-то тут не то было. — Навсегда-навсегда? — с надеждой в голосе повторили оба мальчика, глазки тут же загорелись радостным блеском, и Нил, и Эндрю увидели в этих глаза то, что не видели никогда в своей жизни: отчаянность, которая уходила, надежда, которая тут же вспыхнула в глазах и разгоралась медленно, но уверенно. Нил не сумел сдержать теплую улыбку, опустился, как и Эндрю на корточки перед мальчиками и ласково снова улыбнулся, кивая. — Навсегда-навсегда. Вы сюда больше никогда не вернетесь, мы обещаем. Мы вернемся за вами через несколько дней, даем слово. А теперь бегите играть и позовите, пожалуйста, Мисс Смит, — мальчики убегают, но Данэль задерживается в дверях и оглядывается, смотря так серьезно на парней. А потом и он убегает следом за своим братом. Нил притягивает Эндрю к себе и целует его в шею. — Ты отлично справился, ты молодец. — Тысяча сто процентов, наркоман, — ворчит Эндрю, легко отталкивая Нила от себя, но тому не обидно, наоборот, он тепло улыбается, зная, что обозначают для них обоих эти слова. Им не нужны были слова о любви, они могли все сказать совсем иначе. Сейчас Эндрю был безмерно благодарен Нилу за его поддержку, просто выразил словами это немного иначе, но Джостен понял, сжав пальцы супруга своими, когда вошла воспитательница. — Мисс Смит, расскажите нам про мальчиков. Как они сюда попали? У них проблемы с доверием? — все трое сели на небольшие пуфики возле столиков, где занимались в свое время дети, и мисс Смит пару секунд пожевала губу, грустно и печально вздохнув. И наконец рассказала все. Правда пришлась огромной болью. — Мальчики попали к нам год назад, когда им было по четыре. Не представляю, какой ужас они пережили. Родители у них сильно пили в свое время, до малышей дело было только бабушке, но и она скоро умерла. Мать спилась. Отец… тот еще тиран. Мог уйти на целый день, оставив мальчиков одних. Голодных. В холодной квартире. Можете себе такое представить? Вот и я не могу. Часто бил их, когда напивался. Видимо, соседи уже совсем не смогли терпеть, позвонили в службу опеки. Когда та пришла изымать детей… их отец был сильно пьян. Макс начал плакать, тот ударил его. Вы видели шрам над его губой, да? След от кольца на пальце. Макс тогда почти целый год заикался и не говорил ни с кем, хотя он тот еще непоседа. Его брат же… Данэль более спокойный и тихий. Но часто вступается в драках за брата. Кто-то из детей разорвал их любимые игрушки. Двух больших кроликов, с которыми мальчики спали, так теперь их так трудно уложить без этих игрушек… им и без того снятся кошмары, что очень проблематично для других детей. Я так понимаю, вы хотите забрать мальчиков? Тогда нужно собрать документы, я подскажу вам, какие, все остальное можно обговорить с директором приюта. Они еще немного поговорили с воспитательницей, зашли к директору приюта, чтобы узнать, какие документы нужны для усыновления. Для начала служба опеки должна была проверить жилищные условия, где будут жить дети, это даже несмотря на то, что Эндрю и Нила знали все и везде. Для них не делали исключения, это было правильным. А еще в голову Нила пришла мысль переделать гостевую комнату в спальню мальчиков, но на это потребуется время, так что придется немного повременить, чтобы забрать близнецов, но они с Эндрю будут их часто навещать. Потребуется где-то месяц, может, меньше, если нанять рабочих, а не делать все самим. Этими мыслями Нил поделился с Эндрю, когда они ехали домой. Миньярд молчал почти всю дорогу, смотря в окно, не обращая внимания на слова Нила. Тот уже испугался, подумал, что он передумал забирать мальчиков, но Эндрю беспокоило совсем не это. Он начал говорить, когда Нил остановился возле подъезда на парковке. — Он их бил. Совсем маленьких. — голос Эндрю звучал глухо, но сродни тому, что резал осколком острого стекла по сердцу. Нил вздрогнул и поднял на мужа глаза, снова закусив губу. Эндрю сжимал ладони в кулаки так сильно, что короткие ногти оставляли глубокие полумесяцы на коже. Нилу совсем не хотелось думать о том, о чем сейчас думал Миньярд. Он бы не смог этого выдержать, вернулся бы в свое детство. Но не смог проконтролировать и вот уже вспоминал, как маленького Натаниэля дубасит по всей комнате отец с хищным оскалом и злым блеском в глазах. Натаниэль тогда забился в угол, убежал, спрятался, там и уснул, пока его не нашла мама. Нил вздрогнул, когда из оцепенения его вывел голос и прикосновение к колену. — Мы справимся. Им больше никто не сделает больно, ты слышишь? Мы обеспечим им счастливое детство. Я уже люблю этих детей и хочу, чтобы они жили с нами. Мы переделаем для них комнату, будем навещать до тех пор, пока не заберем к себе. Да или нет? — Нил только успел кивнуть, как почувствовал крепкие объятия и теплые мягкие губы на своих обветренных и слегка грубоватых. Эндрю обнимал его так, как обнимал несколько лет назад, как обнимал всегда: показывая, что никогда и ни за что никому его не отдаст, не даст в обиду, всегда будет рядом. *** Когда они пришли к мальчикам во второй раз, то держали подмышками двоих огромных, белых и ушастых кроликов со смешными зубами. Нужно было видеть эту детскую радость в глазах Данэля и Макса! Они хлопали в ладошки, прыгали и бегали вокруг Нила и Эндрю, заливаясь звонким смехом. Пока они оформляли все документы, в квартире шел ремонт в спальне мальчиков. Смотря на все это, Эндрю приходил в шок. Он не верил, что все это происходит с ним. Когда они с Нилом ложились спать, Миньярд мог подолгу стоять в дверях спальни близнецов и глазеть на новые кроватки слева и справа около стен комнаты. Двухъярусную кровать они оба решили не брать, чтобы мальчики не начали спорить, кто спит на верхнем ярусе, а кто на нижнем, Эндрю мог долго смотреть на новые комплекты постельного белья, обои с самолетиками и облачками, комоды для одежды и огромный манеж с игрушками. Возле большого окна стояли два письменных стола, это на будущее для уроков, а возле двери была привинчена шведская стенка с кольцами для упражнений. У Эндрю все еще в голове не укладывалось все это. Он — отец близнецов. Это судьба так с ним играет или что? Ему своего близнеца хватило, а тут… но он все не мог забыть эти голубые глаза двух непосед, глаза как у Нила. У его Нила. Бывают такие совпадения? Он думал об еще одной мысли, которая так его беспокоила, но мысли прервал поцелуй в обнаженное плечо. Эндрю даже не обернулся, зная, кто стоит сзади. — Поверить не могу в это. Еще несколько лет назад я хотел тебя придушить, наркоман, сломать тебе об голову клюшку, искромсать на куски, а теперь… я замужем за тобой, у нас два кота, своя квартира, еще и двое детей. Ты был сегодня у мальчиков, как они? — Эндрю вернулся домой только несколько часов назад с очередного матча, вымотанный просто донельзя, а пока ехал домой, то решил для себя одну очень важную вещь. Он начинал понимать некоторые вещи в этой жизни. Он давно перерос себя, дал себе и Нилу все, что мог дать, теперь пора дать новой жизни шанс. Нил, отпустив мужа, тоже встал рядом и уставился на полностью готовую спальню, прислонившись виском к дверному проему. — Они в полном порядке, правда, воспитательница сказала, что сегодня Макс почти не спал из-за кошмаров, я заметил его красные глаза, он много плакал. Уже завтра мы заберем их, Дрю. И я… — Я ухожу из спорта. — выпалил Эндрю, даже не посмотрев на Нила. Кажется, эта информация слишком долго доходила до Джостена, он с минуту смотрел на Эндрю, на его расслабленную позу, на скрещенные на груди руки, но он точно ждал, что скажет Нил. — Что… почему? — Эндрю вздохнул и закатил глаза. Наконец, теперь посмотрев на Нила. — Боже, наркоман, я, конечно, знаю, что у тебя только половина мозга, но ты не можешь быть настолько глупым в некоторых вещах. Мальчикам нужно внимание, нужен дом, нужно, чтобы кто-нибудь был постоянно рядом с ними. Ты болеешь экси, ты не уйдешь ни за что из спорта, это твоя жизнь. А я… мне он не так сильно важен. Подумай сам, мы постоянно в разъездах, не будем же мы таскать каждый сезон близнецов по отелям? Я же учился как-никак на уголовное правосудие, буду работать там. Нил, — Эндрю посмотрел на мужа с легкой улыбкой на губах, когда тот хотел что-то возразить, а сердце пропустило удар. Не часто можно увидеть улыбку Эндрю, а уж тем более, такую. Легкую, счастливую? Такую он позволял себе только с Нилом, но и то редко. — Я перерос экси, играл в него до сих пор, потому что не знал, чем хочу заняться в этой жизни. Но теперь я хочу дать мальчикам другую жизнь. Настоящую. Без слез, страха и боли. Хочу видеть каждый день улыбку на их губах, блеск в глазах и задорный смех. Хочу, чтобы они знали, что у них есть дом и семья. И это мы. Чтобы они знали, что им есть, куда они всегда вернуться. Я не хочу оставлять их с няней, я справлюсь. Месяц всего-то. И мы будем ждать тебя дома. Все, ничего не говори, а то я чувствую себя пиздец каким сентиментальным. Хватит улыбаться, Джостен, быстро спать, завтра сложный день для нас всех. Давай-давай. Не распускай свои лапы, я не буду лизаться с тобой. Все, спать. *** На сегодня мальчикам было дано задание собрать свои рюкзачки, взять все, что они только пожелают из своих вещей. Вот незадача — кролики не лезли в рюкзаки, Макс уже почти плакал, думая, что, если он не положит игрушку в рюкзак, им не разрешат кролика взять с собой. Тут в спальню заглянула воспитательница. — Мальчики, к вам кое-кто приехал, — Данэль и Макс подняли одновременно резко головы на входящих и тут же заулыбались, когда увидели Нила и Эндрю. Они уже привыкли, что Эндрю всегда ходит во всем черным и всегда стучит своими массивными ботинками по полу, а Нил предпочитал неброские цвета в одежде, кроссовки или туфли. Эндрю, заметив, что у Макса глаза на мокром месте, тут же двинулся к нему, присев на корточки перед мальчиком. — Маленький, что такое? Кто-то обидел? Ударился где-нибудь? Где болит? — Эндрю осторожно погладил Макса по плечу, тот теперь не пытался отшатнуться, как было в первые дни, да и Данэль охотно давался обнимать себя, если хотел, а теперь собирал свой рюкзак вместе с Нилом. — Нам нельзя забрать с собой кроликов, они не помещаются в рюкзаки. — Нил заметил, как задрожала нижняя губа и подбородок Макса, поэтому поспешил успокоить его, присев на корточки, как и Эндрю. Теплая улыбка скользнула по губам. — Конечно же можно! Возьмете их с собой, конечно, но они не поместятся в рюкзаки такие большие, поэтому понесете их в руках. Ну, готовы ехать домой? — оба мальчика задорно кивнули, а Эндрю утер большим пальцем слезу с щеки Макса и протянул ему руку. — Ух ты! Мы на этой машинке поедем домой? — воскликнул Данэль, идя рядом с Эндрю, держа его за руку. Миньярд еле поспевал перебирать ногами за близнецом, таким уж шустрым он был, как его брат. Издал радостный вопль и Макс, держа за руку Нила, у обоих близнецов в других руках были их любимые игрушки, подаренные месяц назад Эндрю и Нилом. На парковке их ждал автомобиль, за рулем которого сегодня был Эндрю. Мазерати сверкал на солнце бликами, кажется, эти блики отражались в глазах близнецов, они только ускорили шаг и застыли перед машиной, даже не дыша и не шевелясь. — На этой. Залезайте. Нил, сядешь с ними? — Эндрю открыл двери, Нил помог усадить близнецов в детские кресла безопасности, но не отбирал у них игрушки, дети с ними даже не расставались, а потом сел посередине, чтобы Данэль и Макс могли смотреть в окна с обеих сторон. Убедившись, что все уселись, Эндрю вдавил педаль газа в пол. Они уезжают от туда, куда больше никогда не вернутся. Близнецы рассматривают мелькающие за окном машины объекты, улыбка озаряет их лица, они прижался носиками к стеклу, не отрывая горящего взгляда. Нил и Эндрю только на это улыбаются, а Нил ерошит волосы мальчиков ладонью. Волосы мягкие, почти шелковистые. Как у Эндрю. Когда они паркуются возле подъезда, заходят и подходят к лифту, чтобы подняться на десятый этаж, двери открываются, а Макс вскрикивает, выдергивает руку из руки Нила, тот чувствует, как малыша затрясло. С криком «нет!» он срывается со своего места и несется куда глаза глядят, Нил пытается угнаться за ним, хорошо, что он так быстро бегает, поэтому тут же ловит Макса через несколько метров, останавливая. Чувствует, как сильно бьется сердечко малыша, как он бьется в беззвучной истерике, испуганные донельзя глаза бегают туда-сюда. — Эй, эй, эй, малыш, тише, тише, все хорошо. Куда же ты так рванул, Макс? Ты испугал нас. В чем дело? — Нил прижимает Макса к себе, тот дрожит всем телом, слышится хлюпанье носом, шея Нила становится мокрой от детских слез, у него разрывается сердце. Он мягко и осторожно поглаживает Макса по спинке и ждет, пока тот не начинает говорить. Когда он рассказывает, то заикается. — Л.лифты. Не хочу. Б…боюсь. Злой д.дядя оставил меня там, а л.лифт закрылся. Сломался. Стало т.темно. Было так страшно. Я не хочу. — видимо, тем злым дядей был отец близнецов. Что? Он оставил Макса одного в лифте, а тот сломался? Трос мог оторваться, пролет несколько этажей, Нил представил, что тогда мог испытать маленький ребенок в такой ситуации. — Хорошо, мы поднимемся по лестнице, идет? Иди ко мне, малыш, — Нил взял Макса на руки, тот обнял его за шею и спрятал лицо в изгибе шеи Джостена. Когда они подошли к лифту, Эндрю вопросительно посмотрел на Нила, но тот одними губами прошептал «потом» и стал подниматься по лестнице на десятый этаж. Макс почти ничего не весил, поэтому подняться Нилу с его-то спортивной подготовкой труда особого не составило, но Эндрю и Данэль уже ждали их возле двери, чтобы всем вместе войти в квартиру. Макс уже успокоился и теперь стоял рядом с братом, переминаясь с ноги на ногу. — Добро пожаловать домой. — улыбнулся Нил, открывая дверь ключами. Близнецов, конечно же, пропустили первыми, они неуверенно переступили порог квартиры, ища опасность, первым зашел Данэль, держа Макса за руку, тот прятался за плечо брата, оба выглядели немного напряженными и напуганными, ища подвох, Нил коснулся пальцем пальца Эндрю, указывая на эту проблему. Миньярд тут же закрыл за ними всеми дверь и вытащил тапочки с лисятами, которые им купил, конечно же Джостен, черт его дери, ну почему именно лисы? Еще не хватало, чтобы мальчики потом заболели спортом. — Давайте мы вам все покажем, а потом накормим. Вы немного отдохнете, мы сходим все вместе в магазин, чтобы набрать продуктов и купить вам одежду. Ту, которую вы сами захотите. Пойдемте посмотрим вашу комнату, — Нил идет вперед, а Эндрю, взвалив себе на плечи два рюкзачка, ведет близнецов за руки. — Вот тут ваша комната, располагайтесь. — мальчики снова неуверенно ступили на мягкий синий ковер, заметили большой манеж с игрушками и машинками, на письменных столах стояли стаканчики с карандашами и фломастерами, там же лежали стопкой различные раскраски, чтобы малышам было, чем заняться в свободное время. Эндрю и Нил взглянули на близнецов. Макс прошел дальше, хотел было взять машинку, как окрик брата заставил всех вздрогнуть: — Не трогай! Спроси сначала разрешения! — Макс выронил машинку из рук и снова с тем же самым загнанным взглядом, который Нил уже видел, посмотрел на своих уже теперь родителей. Эндрю, поняв, в чем дело, усадил близнецов на кровать и присел перед ними на корточки, точно так же поступил и Нил. — Так, давайте проясним некоторые вещи. Теперь это ваш дом. Слышите? Ваш. Вы можете брать все, что захотите, конечно, кроме острых предметов. Пальцы в розетки тоже не совать, по лестнице не кататься. Вот и все правила. Все остальное в вашем распоряжении. Это ваши игрушки, ваши вещи, ваша комната, где вы можете делать все, что только захотите. Вам не нужно спрашивать ни на что разрешения. Это все ваше и только ваше, мы ничего не заберем. Уяснили? Вот и хорошо. Оставляйте своих ушастых друзей тут и идемте дальше смотреть дом. Малышам показали, где находится ванная комната и туалет, спальня Нила и Эндрю находилась рядом с детской, это так, на всякий случай было, обычно детям запрещалось забегать в спальню родителей без надобности, но Нил и Эндрю сказали, что малыши могут забегать туда, когда угодно. Из ценного там был только кубок, выигранный несколько лет в игре между Лисами и Воронами. Ну и телевизор, но это мелочи. — Котик! — воскликнул Данэль, когда они были на кухне, а Эндрю готовил обед, малыши сидели за столом, болтая с Нилом, рассказывая, кто и что любит, но как оказалось, близнецы были не придирчивые в еде, поэтому ели все. Нил засмотрелся на Эндрю. В черной футболке, которая обтягивала его торс и широкую спину, он выглядел просто неотразимо, узкие черные джинсы облегали стройные и крепкие бедра, он уверенно перемещался по кухне, то что-то нарезая, то что-то добавляя в блюдо. Обычное пюре и сосиски, дети их любят. Конечно, не самое лучшее, что можно предложить, но сегодня нужно будет и правда заглянуть в магазин за продуктами для мальчишек и набрать продуктов. Но кое-что было для них заготовлено. — Да, котик. Их двое. Это Король, а Сэр где-то прячется, но вы с ними еще поближе познакомитесь, а сейчас поешьте, а потом попьете сок с тортом. — Нил и Эндрю видели, как загорелись глаза малышей, хорошо, что они еще не спросили, что им нужно сделать за то, чтобы получить лакомство. Ели они хорошо, слушая какие-то смешные рассказы Нила, даже Эндрю чуть улыбался, наблюдая за всей этой картиной. *** Первые проблемы начались уже на следующей неделе, когда Эндрю вдруг проснулся посреди ночи от сильной жажды и спустился на кухню, чтобы выпить стакан воды, но как только он вышел из спальни, услышал тихие голоса из спальни мальчиков, ибо дверь была немного приоткрыла и из щелки лился свет от ночников. Не поняв в чем дело и почему близнецы не спят в такое время, Эндрю прошел к ним в комнату, но увиденное в какой уже раз разбило его сердце. Данэль сейчас лежал не в своей постели, а сидел на кровати Макса, успокаивая брата. Видимо, тому приснился кошмар и теперь он плакал, не отнимая ладоней от глаз, мотал головой и не подпускал к себе Данэля. У того был крайне перепуганный вид. Немедля ни секунды, Эндрю вошел в спальню, преодолел пару шагов до постели Макса и присел рядом с ним на корточки, не зная, как себя вести. А если он не разрешит себя трогать? Сейчас внутри Эндрю шла самая настоящая борьба, но он переборол себя и сдался. — Эй, тише, тише. Макс, спокойнее, открой глазки, маленький, — он говорил спокойно, пытаясь не навредить малышу, но пытаясь отнять его руки от глаз, чтобы успокоить. Макс, видимо, поняв, что есть защита в виде взрослого, которому он может верить, медленно отнял руки от глаз. Эндрю ужаснулся, увидев в этих голубых глазах столько слез, страха, столько боли и опасений, что пришлось закусить щеку с внутренней стороны, чтобы не выругаться. Как? Как взрослые могли так поступать с маленькими детьми? Оставлять их одних, бить, наси… эту мысль Эндрю быстро выкинул из головы, но не успел даже ничего больше сказать, как Макс рванул к Миньярду, залез к нему на колени и обнял за шею. Тот дернулся сначала, но стал уговаривать себя, что он привыкнет к этому и не будет делать таких резких движений. Хорошо же Нилу, спит себе… малыш прижался так крепко, что Эндрю чувствовал, как бешено бьется его маленькое сердечко. Как птичка в клетке. — Вот так. Я рядом, все хорошо. Тебе приснился кошмар? Давай-ка сделаем так… Не придумав ничего лучше, Эндрю подхватил обоих близнецов на руки и тихонько спустился с ними на кухню, усадив на стулья. Макс все еще дрожал, натягивая на ладони рукава своей пижамы, а Данэль сидел рядом, готовый в любую минуту защищать ото всех и от всего своего брата. И Эндрю его как никто другой сейчас понимал. Он быстро намешал обоим мальчикам горячего молока с медом, пообещал, что если они выпьют это, то быстрее заснут. Дождавшись, когда оба стакана будут пустыми, Эндрю снова поднялся с мальчиками в их спальню. И, если Данэль заснул быстро, то Макс окликнул Эндрю, когда тот выходил из комнаты. — Остаться со мной, мне страшно. Пожалуйста, — Эндрю как хлыстом ударили по щеке и спине сразу, он громко сглотнул, сжимая ручку двери, воспоминания, что он так долго хоронил глубоко внутри себя, вдруг вихрем пронеслись в голове, оставляя за собой только детский крик и мольбы. Пожалуйста. Эндрю увидел, как в темноте блеснули слезы на глазах у Макса, поэтому он не смог не остаться, осторожно присел на край кроватки и подоткнул одеяло, которое сползло на пол. — Ты же не уйдешь? — с надеждой в голосе спросил Макс, касаясь своими пальчиками ладони Эндрю. — Не уйду, пока ты не уснешь. Спи, малыш, — Эндрю знал, что данное обещание он сдержит. И сделает так, что «пожалуйста», звучавшее из уст мальчиков, будет всегда услышано и не оставлено без внимания. Они с Нилом всегда держали свое слово. *** День рождения Эбби не мог пропустить никто из бывших лисов, но Нил и Эндрю редко бывали на таких мероприятиях, предпочитая звонить и поздравлять просто на словах, но на этот раз сделали исключение. Вернее, Рене-черт-её-дери-Уокер, которая пригрозила, если Эндрю с Нилом не привезут посмотреть близнецов, они приедут всей компанией к ним в Нью-Йорк. Ничего не оставалось делать, кроме как ехать. Пять гребанных часов. Пять. Близнецы сойдут с ума в полете, еще и жара страшная стояла. И как выживать? Эндрю чуть всю квартиру не разнес по кирпичикам от таких «приятных» новостей, а уж сколько Нил выслушал отборного мата шепотом, просто словами не передать, откуда только такое знает. Но не хотелось бы, чтобы все лисы тащились сюда, поэтому пришлось принять приглашение. И ради чего? Ради мальчиков только! — А я папе расскажу! Пап! Скажи Данэлю! Он не хочет делиться! — пока Нил выбирал, в чем поедет, послышался возмущенной голос, в спальню забежал возмущенный и обиженный, надутый как хомяк, Макс. Эндрю, что до этого листал новостную ленту в планшете, лежал на кровати, поднял глаза на близнецов. Данэль примчался следом за Максом. Прекратив копаться в шкафу, Нил присел перед мальчиками на корточки. — В чем дело? — мальчишки наперебой стали галдеть, да так громко, что у Нила начала тут же болеть голова, он постарался успокоить близнецов, но выходило не очень, наконец, это удалось сделать через минуту, когда близнецам надоело кричать друг на друга. Они ссорились, конечно, но бывало такое редко. За эти три месяца, что они прожили тут, Нил и Эндрю насчитали всего три-четыре конфликта. — Я слушаю вас. Макс, что случилось? — Данэль сказал, что не отдаст мне планшет, когда мы поедем! И сам будет мультики смотреть! А я тоже хочу! — Эндрю не смог сдержать доброй усмешки, настолько сейчас мило все это выглядело. Нил растерянно посмотрел на обоих близнецов, а после на Эндрю, посылая ему гневный взгляд, чтобы помог. Тот закатил глаза, но все же встал с постели, поманил близнецов пальцем к себе и усадил на постель. Братья тут же стали болтать ножками в воздухе, ибо кровать оказалась для них слишком высокой. Кажется, уже помирились. — Не ссорьтесь. Почему бы вам просто не выбрать тот мультик, который вы оба любите? Например, Щенячий Патруль? Он же ваш любимый. Посмотрите вместе. Или включим вам что-нибудь другое. А теперь бегите собирать свои рюкзаки. И кроликов не забудьте! — кричит уже вдогонку им Эндрю, когда мальчики, довольные разрешенным конфликтом, убегают к себе в комнату. Нил только снова улыбается Эндрю. *** Полет прошел лучше, чем можно было ожидать, близнецы почти не капризничали, только стонали, что устали сидеть и хотели пить, но хорошо, что они взяли с собой пару больших бутылок с водой и бутерброды с ветчиной и сыром. Ехать, чтобы завтра опять уехать, как глупо! Эндрю был слишком раздражен всю дорогу в аэропорт, только раза два выходил курить, чтобы мальчишки не дышали едким дымом, он почти не говорил, а близнецы сидели тихо, ощущая напряженную обстановку в машине, думая, что чем-то разозлили отца. Они об этом и спросили тайком Нила, когда Эндрю в очередной раз ушел курить, но Нил пояснил, что у него такое иногда бывает, а с мальчиками это никак не связано. — Боже, какие они милые! — воскликнула Дэн, когда подбежала к двери встречать чету Миньярдов-Джостенов. Они держали мальчиков за руки, а подмышками у близнецов были их любимые кролики. Они и одеты были совершенно одинаково: в оранжевые костюмчики, а когда улыбались, между зубов показывалась милая щелочка. Эндрю кинул на Дэн немного злобный взгляд, чтобы прекратила так орать и повел всех, как и обычно в гостиную, где уже все собрались, включая даже Кевина. Ну, конечно, как он мог такое событие пропустить? По-любому Ваймак заставил приехать! Стоило им войти, как несколько пар глаз уставились на них как на памятник или скульптуру! Мальчики, испугавшись такого внимания, спрятались за ноги отцов, выглядывая изредка и смотря своими большущими кристально- голубыми глазами. — Черт возьми, вылитые Эндрю! — А глаза как у Нила, смотрите! — послышалось сразу с разных сторон, но только Рене с улыбкой подошла к ним и присела на корточки, протягивая по конфетке. — Привет. Я Рене. А вы, видимо, Данэль и Макс? Приятно познакомиться. Идемте, оставим ваших кроликов и рюкзачки в вашей комнате, где вы сегодня будете ночевать. Нет-нет, не беспокойтесь, ваши папы не уйдут, они останутся тут, а мы сейчас быстренько придем. И ручки заодно помоем. Идемте, ребята. — Рене всегда умела ладить с детьми, поэтому тут же завлекла внимание мальчиков, они посмотрели на Нила и Эндрю, и, получив от них по кивку, удалились с девушкой в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. — С днем рождения, Эбби. — чуть неловко улыбнулся Нил, Эндрю только кивнул и последовал за ним, чтобы сесть на свое место за столом. Кажется, у всех был настоящий ступор и шок, они и правда не ожидали такого. Жалко, что тут не было Кейтлин и Аарона, Эндрю успел соскучиться по Лиаму, видел его в последнее время только по видео-связи и на фотографиях. Вернувшись, близнецы сразу захватили внимание всех. Правда, сначала побаивались, жались к Нилу и Эндрю, но завидев, что их отцы охотно идут на разговоры со взрослыми, хотя по большей части шел Нил, но все же, стали отвечать на вопросы и расслабились более-менее, но не отходили от Нила и Эндрю, иногда сидя у них на коленях, чтобы нормально поесть, потому что не доставали до стола со своего места. Конечно, все испачкались и снова загнанно посмотрели на родителей, думая, что их будут ругать за испачканные вещи, но им только улыбнулись и поцеловали в светлые макушки. — Пап, а что такое экси? — спросил Макс, дергая Эндрю за руку, когда тот разговаривал о чем-то с Ваймаком. Эндрю замер, а потом со стоном возвел глаза к потолку. В их семье пока что это слово было под запретом, когда Нил уезжал на игры, говорили, что он уезжает на работу или в командировку, но экси… маленькие они пока что для этого. По-любому, Кевин сболтнул, потому что Эндрю сказал Нилу, если тот хотя бы заикнется про спорт при близнецах, он не увидит никакого секса, потому что Эндрю его убьет. Аргумент был принят к сведению. — Кевин, ты труп! Это ты им сказал, да? — Эндрю метнул озлобленный взгляд на сына Ваймака, тот хотел зевнуть, но так и не зевнул, замерев с открытым ртом и поднесенной к нему ладонью. — Ты труп, Дэй, ты слышишь? Макс, я тебе потом объясню значение этого слова. Беги пока что к папе, нам с дядей Кевином нужно поговорить. Дэй, на пару слов! — Ваймак усмехнулся, Эбби только закатила глаза, понимая, что сейчас будет, но нет, обошлось без драки, Эндрю только на словах объяснил, почему это все так сейчас важно. Вроде, Кевин понял, был не таким тупым. Слава Богу, что Макс уже забыл обо всем. *** Обычно, в Нью-Йорке крайне мало снега, но на этот год его приходится много. Эндрю просыпается рано и идет сначала в душ, проверяет близнецов, подтыкая им одеяла. И не может сдержать улыбку. Такие оба растрепанные, у Макса сползло одеяло на пол, одна нога свисает с кровати, рука под подушкой, у Данэля голова почти под подушкой, игрушки раскиданы по всей спальне, но Эндрю знает, что они все соберут утром, ибо были приучены к порядку. Выключив ночники, Миньярд замечает, что на улице идет снег. Валит крупными хлопьями. Нил еще с полчаса назад ушел на пробежку, у них законный отдых почти на целые две недели, когда они всей семьей могут побыть вместе. Семья. Такое незнакомое слово для Эндрю еще несколько лет назад, а сейчас, думая об этом, в груди разливается тепло. Такое странное чувство. Внизу хлопает дверь, это Нил вернулся с пробежки. Эндрю спускается вниз, видит мужа, не может сдержать улыбки. На голове вместо рыжих волос белая шапка из хлопьев снега, он трясет головой в разные стороны и разувается. — Снег повалил! Я как знал, надел куртку. Этот год особенный, не заметил? — Эндрю заметил. Он сблизился с братом, у него есть крестник, появились близнецы, а теперь и снег пошел. Чудеса, не иначе. Нил снова трясет головой, теперь с них капает вода, и подходит к Эндрю, притягивая к себе за ворот футболки. У него холодные губы, когда он целуется, но на странность горячие ладони, которыми он зарывается в волосы Эндрю. — Смотри! Там снег! Макс, смотри! — Нил тут же отпрянул от Эндрю, когда услышал топот ног по лестнице, близнецы с молниеносной скоростью спускаются по ступенькам, а Эндрю чуть удар не хватает, когда Данэль перепрыгивает сразу три ступени и спрыгивает на пол. Мальчиков тут же подхватывают на руки Нил и Эндрю, слышится задорный и звонкий смех, тонкие ручки обвивают за шею и прижимаются своей щечкой к чужой мужской. — Там снег! А можно на улицу? Можно? — Данэль поднимает на Нила свои голубые глаза, в то время как Эндрю пытается пальцами пригладить растрепавшиеся после сна волосы Макса. — И вам доброе утро. Конечно можно, только сначала вы почистите зубы, позавтракаете, а потом мы все вместе выйдем на прогулку. — обещает Нил, а мальчики теперь не смотрят с недоверием, они слушают, что скажет отец, оба быстро кивают и уже их след простыл в ванную. Уже через полчаса близнецы в своих новеньких курточках с пингвинами, одинаковых шапочках с помпонами и теплых перчатках выкатывали огромный шар из снега, повезло, что снег шел мокрый и слепить что-нибудь не составило никакого труда. Мальчики скатали такой огромный ком, что их из-за него и видно не было, Нил, когда не увидел их, ужасно перепугался, но потом заметил синий помпон и успокоился. Решив немного позлить Эндрю, Нил слепил большой и крепкий снежок и кинул его в мужа, который стоял к Джостену спиной. Нил, кажется, понял, что допустил большую ошибку, потому что Эндрю замер сначала, потом начал медленно, но очень грозно поворачиваться к Нилу, но не успел этого сделать, потому что в него запустили еще два снежка, на этот раз попали прямо в голову и теперь снег лежал у Эндрю на волосах и за шиворотом его пальто. Близнецы дружно расхохотались, толкая друг друга в плечо и показывая на отца. Сердце Нила застучало так быстро, как не стучало даже при беге. Он почувствовал, что сейчас будет что-то плохое, поэтому поспешил быстрым шагом к близнецам, ожидая от мужа чего угодно, вдруг сейчас сильно наругается? Но Эндрю вдруг и сам рассмеялся, слепил снежок и запустил их в Макса и Данэля, но те, конечно же, увернулись несколько раз и стали бегать от Эндрю, пока тот пытался их догнать со снежками. Нил почувствовал, как у него щиплет в уголках глаз, он поднял голову вверх и уставился на серое небо, откуда валил хлопьями снег. Это ли не счастье? Эндрю улыбается, смеется, близнецы вдохнули в него новую жизнь. Мальчики приняли эту семью. Когда они идут домой, Нил с Максом, как и обычно поднимаются по ступенькам, но Макс засматривается на брата, который вместе с Эндрю ждет лифт. Нил уже пару раз такое замечал, поэтому остановил малыша и присел перед ним на корточки. — Детка, ты хочешь поехать с Данэлем? Да? — Макс неотрывно смотрит на лифт и неуверенно кивает, но тут же качает головой и с испугом жмется к Нилу, видимо, вспомнив тот самый случай в лифте. Нила берет ужасная злость на того ублюдка, который посмел оставить маленького ребенка одного в лифте. — Может попробуем? Мы с папой будем рядом, Данэль будет рядом. Лифт больше не остановится, тебя одного больше никто не оставит. Мы же никогда вас не обманывали, зачем нам делать это в этот раз? Давай попробуем? Мы будем крепко держать тебя за руки. — Нил говорит так убедительно, что Макс, правда привыкший, что родители его не обманут, кивает и доверяется Нилу. Сначала ему до ужаса страшно, когда он входит в лифт, потом ему еще страшнее, когда тот закрывается, но мальчика понемногу отпускает, когда он чувствует родное тепло ладоней родителей и присутствие старшего брата, доезжают они до своего этажа без происшествий, что просто замечательно, теперь Макс понимает, что может полностью и всегда доверять родителям, понимает это и Данэль, потому что взрослые не обманули его брата. *** С близнецами время летело так быстро, что никто и не поспевал смотреть на даты в календаре. Скоро уже Рождество, которое Нил и Эндрю никогда не отмечали с того самого злополучного дня. Кто-то «отмечал» в больнице, кто-то у Воронов, воспоминания были слишком болезненны, но о них никто не говорил из супругов, только отмалчивались и просто дарили друг другу какую-нибудь безделушку на праздник, вот и все. Большего никто и не просил, их неоднократно приглашали Лисы к себе, чтобы отметить всем вместе, но каждый год ответ звучал одинаково: нет. Им и вдвоем было неплохо валяться на диване в гостиной, пересматривая уже в сотый раз Гринча или Один Дома. Наизусть выучили эти фильмы, но все равно это самая любимая подборка. Но в этот раз все изменилось. Теперь у них появились близнецы. Хотелось, чтобы у них была своя сказка и другое понятие о Рождестве, нежели у Нила и Эндрю. Хотелось, чтобы малыши как можно дольше верили в чудо и сказку. Поэтому Нил не удивился, когда Эндрю, придя с работы, притащил ель. Дал понять Нилу взглядом, чтобы он ничего не говорил. Он только лишь с улыбкой кивнул. Подготовка к Рождеству выдалась суматошной. Сначала установили ель, надо было видеть глаза мальчиков в этот момент! А как ель пахла замечательно! Малыши уже успели пару раз уколоться, путались под ногами, пытаясь помочь. Чуть не свалили со стремянки Эндрю, когда он решил убрать некоторые ветви с верхушки, разбили пару игрушек, но в доме слышался такой задорный и счастливый смех мальчишек, что ругать их никто и не смел за детские шалости. Звезду они поставили вместе, сидя у Нила на руках. Конечно, для него и Эндрю тоже это было практически в новинку, они учились жить заново вместе с близнецами, а Стюарт как-то посмеялся, что они наконец-то остепенились и теперь нашли свою дорогу в жизнь. Близнецы бегали в одинаковых красных свитерках с оленями и в пижамных таких же красных штанах, Нил заставил переодеться Эндрю в зеленый свитер с оленями, сам нацепил такой же, только желтый. Миньярд потом ворчал еще три часа на это. Смотря на все это, Эндрю не понимал, что все это происходит с ним. Свитера, ель, украшенная квартира, смех близнецов, гоняющихся за котами, которым они пытались нацепить оленьи рога-ободок, на кухне что-то готовил к празднику Нил. Он отец двух мальчишек, муж, у него есть своя работа. Куда делась ненависть к Нилу, куда делся спорт, и он угрюмый? Не успел он даже додумать свою мысль, как мимо ног шмыгнул Король, в Эндрю врезались близнецы и шлепнулись на задницы, охнув, видимо, не ожидав такого падения. Но не растерялись, точно так же, как и кот прошмыгнули у Эндрю между ног и помчались искать Короля и Сэра. Конечно же, долго они не сидели за столом, мальчики наелись и их стало клонить в сон, особенно, когда они вышли из ванной, поэтому Эндрю отнес их в постель и погасил свет, оставив только ночник. — Спите крепко, иначе Санта к вам сегодня ночью не придет. А если спать не будете, придет плохой Санта и отберет у вас все игрушки! — зашептал Эндрю, немного припугивая детей, потому что, зная их шкоднический нрав, они точно будут караулить Санту, а попадутся на Нила и Эндрю, вот тогда уж точно будет не весело, не хотелось портить им сказку. В комнату зашел Нил, они с Эндрю пожелали мальчикам спокойной ночи и ушли к себе, а когда пробила полночь, спустились на цыпочках вниз, чтобы положить под ель подарки для близнецов. Эндрю в какой раз уже удивлялся и себе, и этой жизни. Он ночью крадется на цыпочках, чтобы положить подарки! Но это же дети… Их обоих разбудили часа в три ночи, Эндрю дернули за руку, он тут же вскочил, едва не достав нож из-под подушки, потому что привычка таскать с собой ножи осталась, когда понял, что перед ним стоят близнецы с испуганными глазами. Со своим чутким сном тут же и Нил проснулся, протерев глаза, ничего не понимая. — В чем дело, маленькие? Сон плохой приснился? — сонно спросил Нил, а Эндрю пытался унять свое бешеное сердцебиение, когда вскочил с кровати, но теперь стало даже стыдно, что он так отреагировал на детей. На своих детей. — Нет, в комнате кто-то есть. Это плохой Санта. Под кроватью. — совершенно серьезно ответил Данэль, но голос дрожал от страха. Нил с раздражением посмотрел на Эндрю. Тот лишь пожал плечами, понимая, что тут действительно допустил ошибку, когда сказал про плохого Санту. Прошептав что-то явно плохое в адрес Эндрю, Нил откинул одеяло и придвинулся к краю. — Залезайте. Поспите сегодня с нами, сюда плохой Санта точно не придет, он нас боится. — Эндрю тоже отодвинулся на край, поднял близнецов на постель, и они тут же устроились посередине между Эндрю и Нилом, их накрыли одеялом и прижали к себе, а после послышалось довольное сопение уже обоих. День выдался насыщенным, они быстро утомляются, когда столько дел, игр и эмоций одновременно. — Я тебя убью, — горячо заверил шепотом Нил Эндрю, касаясь губами светлой макушки Данэля. Макс же перевернулся и уткнулся лицом в грудь Эндрю, удовлетворённо вздохнув во сне. Миньярд только улыбнулся уголками губ. *** — Эй, сегодня не получится погулять, я иду с папой на работу, буду смотреть, как он работает. — А я тоже не смогу, еду с папой на тренировку. — Опять ты со своим экси, о боже, — застонал Данэль, закатив глаза. Макс толкает его в плечо, тот шипит на брата и замахивается на него учебником, но их прерывает голос учительницы. — Макс, Данэль, а ну прекратите! Макс, иди-ка к доске, решишь нам уравнение, — Данэль злорадно хихикает и выталкивает брата из-за парты, толкая к доске. У старшего все еще не сошел синяк под глазом, который он получил в драке неделю назад. А нечего было задирать Макса, дразня! Вечером, после того, как только вся домашка сделана, они расходятся по машинам. Эндрю увозит Данэля к себе на работу, сыну понравилось, чем занимается его отец, а поэтому, в следующем году он хочет поступить на его же дело. Максу же больше по душе спорт, он так и не забыл тогда слова Кевина про экси, поэтому одолел просто родителей, каждый раз спрашивая, что же это такое. И черт дернул Стюарта ему рассказать и показать! Все, пропал ребенок, с головой ушел в спорт, дома стал появляться редко, много времени проводил с Нилом на поле, даже уговорил каким-то образом однажды постоять Эндрю на воротах. Но он был рад, что, хотя бы один из близнецов не заболел спортом, как его наркоман по имени Нил Миньярд-Джостен, а захотел получить настоящую профессию. Близнецы выросли просто на глазах, когда так быстро пролетело время? Эндрю и Нил сами не поняли. Когда Нил вез Макса на поле, тот жевал губу и тупил взгляд в пол, сразу стало ясно, что тот что-то хотел сказать. — Пап, мне мальчик нравится… — тихо уронил он и сразу замолчал, сжав руки в кулаки. Нил сначала замер, не понимая, послышалось ли ему или нет, но Макс теперь смотрел на родителя, ожидая его реакции. Повезло, что они уже подъехали к стадиону, и Нил быстро припарковался, заглушив двигатель машины. Развернулся к Максу. Улыбнулся. Сын вырос, странно, но близнецы до жути были похожи на них с Эндрю. Его цвет волос и голубые глаза Нила. Волосы на затылке перестали виться и мальчишки сделали модные прически, выбрив виски. Одеваться тоже стали по-разному, крайне редко надевали что-то одинаковое, если только хотели этого. — Да? И кто он? Доминик, да? Хэй. — Нил взял Макса пальцами за подбородок и повернул его голову на себя, нежно проведя пальцем по щеке. — В этом ничего такого нет, расслабься. Это твой выбор, слышишь? Только твой. Ни я, ни папа, ни твой брат тебя не осудим никогда в жизни. Если у тебя с этим мальчиком все идет хорошо, мы только рады. Любить не стыдно, ясно? Ты понял меня? — Макс только кивнул, смотря на отца с огромной благодарностью за поддержку. Он всегда будет помнить, как двое совершенно незнакомых людей вошли к ним в комнату в приюте и дали надежду на тепло и ласку. И Максу совсем было плевать, что в школе иногда был буллинг, что их с братом воспитывают двое мужчин. Совсем плевать, они их любят и будут любить всегда. — Хэй, кое-кто уже ждет тебя, смотри. — Нил кивнул Максу подбородком на окно машины. Обернувшись, он увидел Доминика, который махал ему рукой. Макс, поблагодарив отца, пулей вылетел из машины к другу. Скорее всего, скоро уже не просто к другу. У Данэля есть девушка, у Макса теперь тоже есть своя половинка. Нил счастливо вздохнул, смотря в спины мальчишкам, когда они уходили. Завтра у них важная игра. *** Это случается, когда Нил улетает к Стюарту на целых два дня, чтобы с ним что-то обсудить, Эндрю остается дома с мальчиками, вроде бы все, как и обычно, они поужинали, Макс вернулся с тренировки донельзя довольный, все уже знали причину этой довольной моськи, лицо раскраснелось, а губы чуть припухли, значит, с Домиником целовался опять. После сделанной домашки посмотрели фильм за ужином и поболтали, а после отправились спать. Но посреди ночи Макс вскакивает с постели от шума в спальне родителей, сердце бешено стучит, он будит Данэля и они осторожно заглядывают в спальню Нила и Эндрю. Часть, на которой Нил спал, сейчас пустовала, зато Эндрю метался по всей постели с ножом в руках, мотал головой и кричал, что убьет его. Кого он там собирался убивать, мальчишки не знали, но переглянулись между собой, не зная, как подойти к отцу, чтобы не получить. — Папе позвоним может быть? Он всегда его как-то сам успокаивал… — с сомнением в голосе спросил Данэль, однако Макс покачал головой и стал громко звать отца, вспоминая, что у Нила это всегда срабатывало. Родители ничего им не рассказывали о своем прошлом, да и вся информация в Интернете об этом умалчивала, но парни и не особо расспрашивали обо всем, понимая, что там что-то очень и очень больное. — Пап! Пап, проснись. Ты — Эндрю Джозеф Миньярд, ты дома, это просто сон! — наконец, с третьей попытки удается разбудить Эндрю, парни знают, как таблицу умножения, что нельзя трогать Эндрю, когда ему снится кошмар. Однажды Ники так получил по щеке лезвием ножа, но хорошо, что он просто увернулся, получил царапину. Нил его тогда чуть не прибил на месте. Дядя Ники был забавным и очень добрым. Эндрю вскакивает с постели и кидает нож вперед, он врезается в дверь и остается торчать там. Взгляд бешеный, злой и перепуганный, его всего трясет, он буквально чувствует липкие прикосновения Дрейка к себе. Дыхание рваное и сбитое, но он тут же замечает близнецов слева от себя. — Идем с нами. Давай, поднимайся. Давай-давай, шагай за нами! Эндрю хотел было уже послать их обоих, чтобы шли отсюда, нечего им видеть его в таком состоянии, но что-то заставляет его пойти за близнецами, спуститься вниз и выйти на кухню на едва державших его ногах. Он стоит в дверях весь взъерошенный, в одних спальных штанах, его потряхивает, но Макс тут же ему протягивает стакан, в котором что-то намешанное. По запаху не трудно определить, что это горячее молоко с медом. У Эндрю останавливается и разбивается вдребезги сердце. — Если ты это выпьешь, то заснешь быстрее без кошмаров. Пей, — ему хочется кричать. Это же… это же его слова, он сам говорил их близнецам, когда им было пять лет, им снился тогда кошмар, а Эндрю намешал им молоко с медом, пообещав, что так они заснут быстрее. Вернее, кошмар снился Максу, но все же. Сейчас перед ним стояли два здоровых и крепких парня, они так серьезно смотрели на него, что Эндрю сдался и выпил молоко. Противно, но обижать парней не хотелось. Когда они успели так вырасти? Ну, когда? Сколько уже лет прошло с того самого момента, когда он с Нилом отвозил их в школу, приезжал на разборки с директором, когда мальчики дрались с другими школьниками? Когда праздновали их первый день рождения вместе? — Пап, ты завис, — смеется Данэль, набирая теперь уже стакан воды, чтобы отнести в спальню родителей. На лестнице они начинают беситься с Максом, слышится звон стекла, Эндрю тут же включает свет. Картина, которая предстает перед ним, почему-то заставляет усомниться, что близнецам по семнадцать лет. Будто им снова по пять, они оба тупят взгляд в пол, склонив головы. Любимый стакан Нила разбился на мелкие осколки на ступеньке лестницы. — Молодцы, отец вас убьет, — заключает Эндрю, оба горестно вздыхают, а он закатывает глаза и гонит их наверх в свою спальню. — С глаз долой. Ладно, скажу, что я разбил случайно, утром уберу осколки, только не наступите. Все, марш по кроватям, быстро! — он машет на них рукой, как бы отмахиваясь, а парни, широко улыбаясь, убегают, им два раза повторять не нужно, а Эндрю смотрит на второй этаж и чувствует, как у него щиплет в уголках глаз. Впервые за много лет. Впервые за много лет он счастлив. Он поднимается к себе в спальню, вся постель скомкана. Теперь он точно не заснет. Зато из спальни парней слышно, как те уже сопят. Выматываются в школе, Макс еще и на тренировках. Телефон Эндрю пиликает. Точно Нил, тоже не спит. — Опять кошмары. — У тебя тоже? — Да. Мальчишки разбудили. Я разбил твой стакан. — Надеюсь, ты в них не кидался нож… подожди, что?! Эндрю Джозеф Миньярд-Джостен, ты разбил мой любимый стакан?! — Спокойной ночи, наркоман. — Эндрю, ты сукин… — Эндрю отключается прежде, чем слышит гневную тираду мужа. И снова он улыбается, подтаскивая к себе подушку Нила. У него есть то, о чем он и не мог мечтать. Семья.