Обито. Часть 14

— Я воспитывал тебя, неблагодарная девчонка, — Обито вскочил со стула, от чего тот с характерным звуком плюхнулся на пол. Хината сидела в позе лотоса на своей временной кровати, возле нее покоилась раскрытая книга. Вторая по счету, что принес ей Шисуи три дня назад. Эти три дня проходили спокойно. На следующий день, как Ханаби и обещала, пришла к сестре с огромным количеством продуктов и сожалением, что не сможет в ближайшую неделю навещать Хинату, поскольку дел в клане накопилось очень много. Отец разгребает последствия своего отсутствия, назначение нового старейшины от младшей ветви и постоянно критикует младшую дочь за неорганизованность. Ханаби каждый день молится за скорое возвращение Неджи с миссии, потому что разбирать в одиночку всю скопившуюся бумажную работу оказалось не легко. Хината и сама скучала по брату, которого не видела больше двух месяцев. — Ты не воспитывал меня, Обито-сан, — по-доброму рассмеялась Хината. — Ах, ты наверное забыла сколько времени мы проводили вместе, когда ты была с метр ростом, — Обито поднял стул и поставил его ближе к Хинате, затем сел на него и выжидающе вперился в брюнетку. — Конечно, я помню, — Хината возвела глаза в потолок, придаваясь приятным воспоминаниям, — однако поедание мороженого после длительных жалоб на Какаши-сана, Рин-сан и несправедливости судьбы невозможно назвать воспитанием. — Да ты хоть знаешь, сколько раз я получал по своей умной головушке за то, что выкрадывал тебя на прогулки, — он потрогал затылок и скривился будто это случилось только что. — Но я ведь об этом не просила, — справедливо заключила Хьюга. — Да, ты не просила, ты умоляла, — усмехнулся Обито, но в следующую секунду сделался крайне серьезным, — но мы отошли от темы. Мне бы могла бы и сказать о своей подработке. Хината закатила глаза. Слышать эту фразу от всех посвящённых уже казалось ритуалом. Она даже успела устать от этого, и мысленно поблагодарить Какаши-сана за засекречивание информации. Девушка лишь надеялась, что список посвящённых больше не пополнится, а Итачи-сан не станет бросаться подобными заявлениями. — Извини, — искренне раскаялась Хината, — в следующий раз ты будешь первым, кто узнает о всех моих подработках, — она хитро улыбнулась, — После моего мужа, разумеется. Обито фыркнул и схватил книгу, лежащую рядом с Хинатой, в надежде, что автор этого произведения не Джирайя. — И ты меня извини, — добавил он на тон тише, все еще рассматривая обложку книги, — что ничего не заметил, — Хината просто кивнула, зная, что спорить с этим человеком бессмысленно, — И если мой братишка тебя обидит, я выбью из него все дерьмо. — Он не будет меня обижать, — улыбнулась Хината. — Я знаю, — Обито перевел взгляд на девушку и с теплотой посмотрел на нее. Удивляясь как его дураку-братцу повезло, — он хороший парень. Конечно Обито ее не воспитывал, это была лишь одна из его глупых шуток, за которыми он привычно прятал свои сожаления. Он всегда был благодарен Хиаши-сама за его вклад в то дело о дезертирстве. Тогда была война, и его легко могли казнить за то, что оставил поле боя, поставив спасение стратегически неважной девчонки выше выполнения миссии. Поэтому Обито часто посещал Хьюга ичизоку, так часто, как ему позволяли обстоятельства. Почти год шла его проверка на лояльность деревне после того случая, потом клановые миссии, забота о резко постаревшей бабушке, миссии от хокаге, война в конце концов. Впервые он обратил пристальное внимание на девочку с короткой стрижкой и большими ясными глазами, когда услышал о ее первом похищении. Обито ощутил по отношению к ней какое-то родственное чувство, долг перед Хьюга по защите их химе. Поэтому он страдал от чувства несправедливости и вины из-за того, что при последующих попытках ее похищения даже не был в деревне. Зато он помогал ей в преодолении ужасных последствий после каждого события. А она всегда внимательно его слушала и тепло застенчиво улыбалась. Во всяком случае ему хотелось в это верить. Все, что мог делать Обито с ней, пока она была маленькой, это болтать ни о чем и есть мороженое. Зато потом он заметил, что это была поистине действенная тактика, так как Хината была довольно закрытым ребенком, а все произошедшее сделало ее еще и пугливой. Она не любила говорить о себе, как остальные дети, была довольно молчаливой, пока не начинала доверять человеку. В сильно эмоциональные моменты девочка даже заикалась и теряла сознание. Плюс обстановка в клане, врожденная застенчивость и строгое воспитание отца не делали ее психологическое состояние лучше. Переход на другой уровень их взаимоотношений произошел резко. Это случилось после последнего неудавшегося похищения. Она тогда впервые убила человека. Ей было семь или около того. Хиаши-сама, отпаиваясь сакэ, рассказал Обито, что нашли ее наполовину раздетой, когда один из похитителей уже заносил над испуганным ребенком катану, а труп второго лежал прямо на ней. Обито тогда попросил отпуск, подключил Рин (что кстати их сблизило в конце концов) и вместе с Ко пытался вытащить ее из того состояния. Она полгода даже не ходила в академию из-за пережитого стресса. Хината просто не хотела больше быть шиноби, не осознавала себя и ради чего должна жить и бороться. Хиаши-сама в тот период старался не обращать на девочку внимание, а когда обращал, бесконечно давил на нее. Слава ками детская психика отличается особой гибкостью и в конце концов маленькая, сломленная девочка справилась, вернулась и избрала свой собственный путь. — И вообще я же просил называть меня нии-саном, — надулся Учиха. — Мне неловко, я же говорила, — тихо рассмеялась брюнетка. Обито закатил глаза и наконец оставил чтиво в покое. — Это раньше было неловко, а сейчас ты без пяти минут моя невестка, — он хитро подмигнул девушке и та не нашлась с ответом, молчаливо признавая его довод. — Расскажи лучше, как Рин-сан и как вы назвали дочь. Хината знала как отвлечь Обито от не радужных мыслей, которым судя по его лицу, он придавался. Нужно было назвать всего одно имя. И так и вышло, следующие полчаса великовозрастный шиноби с умилительным лицом рассказывал о своей драгоценной, красивой и самой замечательной дочурке. Еще полчаса он посвятил красочному рассказу о родах, на которых изъявил желание присутствовать, восхвалял силу женщин, в частности своей удивительной жены, что стойко перенесла многочасовые схватки. — Мы назвали ее Мэнэми, — мечтательно протянул Учиха. — Очень красиво, — прокомментировала Хината. — Да-а, — продолжал пребывать в своих грезах Обито, потом встрепенулся, — я сейчас тебе ее покажу, — девушка увидела активированный мангёке и начавшую формироваться воронку. — Стой, — она рывком схватила руку Учиха, чем отвлекла парня от дзюцу, — не надо тревожить мать и ребенка, — она отпустила руку, когда поняла, что завладела вниманием Обито. Это было так в его духе, — Приходите в следующий раз. — Да, ты права, — он замялся и почесал затылок, а Хината с умилением заметила сходство между Обито и Шисуи и широко улыбнулась.

***

Оставшись в одиночестве Хината действительно признавала сколько же людей в течение ее жизни помогали ей. Не только Обито с его детской в то время непосредственностью и жизнерадостностью, но и Шино с Кибой, постоянно оберегающие ее на заданиях, молча поддерживающие ее и глубоко верящие. Ну это в основном Шино, а Киба в своей шумной манере дарил ей заботу. Они всегда брали грязную работу на себя, поэтому Данзо стал вторым убитым ее руками человеком. А это для шиноби не то, что редкость, почти единичный случай. Та же Сакура, кажется, перешла на второй десяток. Хьюго Ко, сильно подверженный клановому воспитанию и обязанностям, все равно поддерживал Хинату и по-своему любил. Он профессионально сглаживал углы, когда отец перегибал палку, а старейшины настаивали на физическом наказании за слабость. Хидан. Странный виток ее жизни, абсолютно не связанный с остальными ее сферами. Наверное, только благодаря ему в период своего осмысленного осознания она смогла выдержать то давление, которое на нее оказывало общество. Только с ним она могла почувствовать себя не шиноби Конохи, не наследницей великого клана, не старшей сестрой, а просто человеком. Человеком, кто заслуживает все прелести жизни, не нуждаясь в одобрении или осуждении. Он помог ей перебороть свою необоснованную застенчивость. Почти перебороть. Бабушка, которая безусловно ее любила. Просто за то, что она есть. Прощала детские шалости, не манипулируя, не понукая воспитанием. Именно она помогла осознать и простить свою маму, которая, не выдержав давления клана и холоднокровия отца, сбежала, оставив двух малолетних дочерей. Будь Хината слабее всего на миллиметр, она бы тоже сбежала, наверное. Не будь у нее Ханаби, слишком импульсивной для Хьюга и непроницаемой для девушки. Не будь у нее Неджи, который за своей ненавистью и болью потери не видел дальше своего носа и был главным мучителем и сожалением ее детства. На самом деле сейчас, лежа в своей временной квартире, на заботливо застеленных простынях, Хината понимала, что не может перечислить всех людей, что так или иначе помогали ей, сделали ее той, кем она являлась сейчас, но она невероятно им благодарна. Наруто, Саске, Сакура, Шикамару, Тен-тен, Ино, Ли, Хидэо, Микото-сан, Какаши-сан, Кушина-сан, Ибики-сан, бабушка из молочного магазина. Даже Данзо и Сай. Их было так много, что всех и не упомнить, не проанализировать роль, сыгравшую в ее жизни. Но она будет бороться за себя, за счастье, за путь который выбрала и который уже прошла. Ради себя, ради них. Из последнего осознанного она могла выделить Шисуи, который помог ей осознать себя как девушку. Желанную, любимую. Не как трофей, не как выгодную партию, а просто Хинату. Неидеальную, неуклюжую, постоянно ошибающуюся. Это было даже странно, с 14 лет она никогда не была обделена вниманием противоположного пола: будь то мальчик из булочной или сын даймё. Могли ли чувства Шисуи быть ложными? Как у нее по отношению к Наруто. Мог ли он обмануть ее? С одной стороны все возможно, но с другой — она не видит причин в его неискренности, не видит причин, чтобы не попробовать. В чем его заинтересованность, если не в искренних чувствах? Зачем одному из сильнейших шиноби страны Огня бесплодная жена, предательница? Хината не хочет сомневаться в нем сейчас. Сейчас, когда она снова решила бороться, продолжать идти по выбранному когда-то пути. Хочется верить, что правда получится семья, о которой Хината всегда в тайне мечтала. И она сделает для этого все, что в ее силах. Будет молиться за благополучие мужа, за возможность подарить ему наследников, за отчаянное желание создать новую жизнь и подарить ему всю свою материнскую любовь, которой у нее не было.

***

— Что-то ты задержался, — констатировал Какаши, заметив в кабинете своего советника, который отлучался на обеденный перерыв, а теперь стоял перед его столом с очередными документами на подпись. Обито фыркнул и не ответил, что для него вообще было несвойственно. — Ты принёс что-то для меня? — Хокаге отложил подписанный отчет за прошедший месяц по миссиям ранга В и протянул руку к другу. Учиха молча и небрежно вложил в руку Хокаге принесенный запрос на секретную миссию с письменным предложением от себя отправить на нее один из отрядов АНБУ. — Долго ты еще будешь строить из себя обиженную девочку? — в ответ тишина. — Если это все Хокаге-сама, я хотел бы уйти сегодня пораньше. — Нет, это не все, — со стальными нотками отчеканил Какаши, — уже месяц прошел, как ты не разговариваешь со мной, придурок. Обито устало выдохнул, он уже вроде и не злился на друга, а вроде и заводился каждый раз, когда заходила эта тема. Во-первых, Учиха раздражала сама эта ситуация, как Хокаге военного поселения профукал такое. Такоооое, от чего мог пострадать не только его клан, его молодая и горячо любимая жена и еще не родившийся ребенок, но и остальные ни в чем неповинные люди. Как «самый умный идиот» на свете позволил, чтобы использовали Хинату? Во-вторых, Обито был в ярости, что никаких подробностей Какаши не выдавал, хотя прекрасно знал, что Хината для него как младшая сестра. Он любил ее и оберегал по мере своих возможностей. — Если вы не готовы расширить мой допуск, мне нечего вам сказать, Хокаге-сама, — выплюнул Обито. Какаши закатил глаза и сдался. Он размашистым почерком написал что-то в свитке и поставил печать. — Потом не приходи плакаться на свою слепоту, — он с психу бросил свернутый свиток в друга и вернулся глазами к запросу на миссию. Обито быстро пробежался по пойманному свитку. — Какаши-бака, причем тут клановый архив? — нахмурился Учиха. — Увидишь, — буркнул Шестой, не поднимая головы.

***

Шисуи лично занялся обстановкой в доме. Уже пару дней он освобождал его, справлялся с запустением и составлял списки того, что нужно докупить. Сегодня он гордился тем, что занялся этим так скоро, потому что придя в мебельный магазин, его огорошили сроками изготовления и доставки мебели. Получается, что он успевает ровно к церемонии, но это было лучше, чем не успеть вовсе. На данном этапе ему нужно было сделать запрос на команду генинов, чтобы они освободили стены от старых обоев и нанять бригаду из гражданских, чтобы поклеить новые. Но проблема была в том, что новые обои он не купил, он вообще в этом не разбирался. Итачи только послезавтра отбывал на очередную миссию в качестве капитана отряда АНБУ, поэтому помогал другу как мог. Точнее он лишь отвлекал внимание, чтобы Шисуи не нарушил запрет Хьюга. Тренировки, спарринги, приведение дома в порядок — Итачи считал это достойными факторами для отвлечения внимания, однако это не мешало Шисуи два раза в день отправлять ворона к окну Хинаты, чтобы убедиться в ее безопасности и комфорте. Они уже возвращались в клановый квартал в полной мере вымотанные торговой улицей. Шли молодые люди в приятной расслабляющий тишине, которая считалась наградой после гомона магазинов. — Ка-сан с удовольствием бы занялась этими хлопотами, — сказал вдруг Итачи, перехватывая поудобнее коробку с новой посудой. — Так вот в чем дело, — Шисуи тащил на себе вторую коробку с кухонной утварью, поверх которой лежал пакет с миленьким пледом на будущий диван, — я то думаю почему она так обиженно на меня смотрит, — Итачи усмехнулся, поражаясь недалёкости своего друга. Ведь по его мнению все женщины любят наводить в доме красоту. — Если ты не займешь ее чем-нибудь, она учинит что-нибудь в нашем доме. — А разве недостаточно того, что на Микото-сан организация церемонии и свадебные кимоно? — Итачи пожал плечами, — Я не хотел нагружать ее сверх меры, к тому же я хотел бы заняться этим лично, но я что-нибудь придумаю. Там работы непочатый край. — Саске и Сакура до сих пор думают, что Хината восстанавливается после сложной миссии в поместье Хьюга. Может быть стоит рассказать хотя бы отото? — Ты нарушишь приказ Хокаге, — возвратил его же слова Шисуи, — Ты же любишь делать все по правилам, — не удержал еле заметного смешка парень, замечая, что на них пялятся почти все встречные люди. Итачи фыркнул, но на колкость не ответил. — Ка-сан, снимала мерки для кимоно Хинаты с Сакуры. Ты бы слышал как ржал Саске, когда мы остались с ним наедине, хотя до этого стоял с каменным лицом. — Почему? — удивился Шисуи, даже слегка притормаживая, — они вроде бы одного роста, хотя я, честно говоря, никогда не обращал на это внимание. — Саске сказал, что ему кажется, что Хинате будет мало в области груди, — снова пожал плечами Итачи, сдерживая улыбку. — Это абсолютно не смешно, — возмутился Шисуи то ли от того, что Хинате действительно не будет комфортно на церемонии, то ли от того, что Саске обсуждает с братом грудь ЕГО невесты. — Было довольно забавно, — безэмоционально констатировал Учиха. Шисуи ничего не ответил, потому что, подходя к дому, заметил сгорбленную фигуру, в которой узнал своего старшего двоюродного брата. — А я вас везде ищу, — загробным голосом проговорил Обито куда-то в землю. — Что-то случилось? — Шисуи переложил свою поклажу на ступеньку рядом с Обито. Не нравился ему его тон. — Ничего особенно, — Обито поднял голову и положил ее на кисть руки, опиравшуюся об колено, — Просто вот думаю, как же могло произойти такое? — Что именно? — Итачи повторил действия Шисуи, но коробку положил ближе к крыльцу, ведь так будет удобнее. — Сколько мне лет? — Эмм, — Шисуи перевел обескураженный взгляд на друга, — тридцать четыре? — Тридцать три, — поправил его Итачи с видом эксперта. — Так как так вышло, что я прожил как Учиха тридцать три года, живя в клане, выполняя блядские клановые миссии, но ни сном ни духом о неудавшемся перевороте? Оба парня сглотнули. Итачи понимал, что они в этом точно не виноваты, не им было принимать решения. А то, что старейшины не доверяли Обито из-за тесных связей с Какаши и Минато, это вообще не его дело. Однако волосы на руках встали от ощутимо приближающейся опасности. Рука у Обито тяжелая, а скрыться от него почти невозможно. — Думаю дело в том, что старейшины не доверяли тебе, подозревая тебя в предательстве, — широко улыбнулся Шисуи, чем выдал свою крайнюю степень напряжения. — Ну меня они тоже подозревали, — сказал, не подумав, Итачи. — Ты не помогаешь, — на грани слышимости прошипел Шисуи. — Допустим, — Обито стал источать физически ощутимую жажду убийства, чем напомнил Шисуи, что перед ним сидит один из сильнейших шиноби Листа, глава АНБУ. Причем разъяренный, — Почему же я не знаю о твоем дзюцу, отото? — Я забыл, что ка-сан просила ей помочь, — пытался спокойно сказать Итачи, но получилось лишь протараторить на одном дыхании. — Хорошо, Итачи, иди, помоги Микото-сан, — он поднялся со ступеней, рывком поднимая, оставленные Шисуи вещи, — жду тебя завтра в шесть утра на четвертом клановом полигоне, будете с Шисуи показывать чему научились. — Хай, — Итачи поклонился, хотя делал это перед Обито в последний раз, когда ему было лет семнадцать. Однако сейчас он снова почувствовал себя мальчишкой, которым строгий Обито протирал полигоны после академии. — А ты, — он кивнул Шисуи, — братишка, иди за мной. "Это будет долгий разговор". Они зашли в дом Шисуи, который сейчас казался непривычно пустым. Обито со стыдом пытался вспомнить, когда был здесь последний раз. Они вышли на задний двор, потому что в внутри буквально было некуда сесть. — Так почему ты не говорил? — Обито первым опустился на террасу, замечая каким запустелым был двор. — Ты никогда не спрашивал, — спокойно ответил Шисуи, и он был прав. Обито никогда не интересовался кланом больше положенного, поэтому ему показалось, что Шисуи дал ему как минимум пощечину. — Я твой старший брат, о таких вещах нужно рассказывать, несмотря на то, спросил я или нет. — Мы никогда не были близки, так что рассказывать тебе что-то я не должен. Давай будем честны, — Шисуи не злился на Обито, просто не понимал. Будь у него младший брат, пусть и не родной, он бы заботился о нем, как мог. Взять хотя бы Кацу-куна, который тянулся к нему, когда был маленьким, он ему не родственник, но Шисуи заботился о нем, как наставник. Однако не все люди одинаковые, поэтому осуждать кого-то он не намерен, признавать свое разочарование Обито спустя столько лет было бы странно. — Я был глуп и недальновиден, — со вздохом признал Учиха, — я никчемный старший брат, — Обито весь ссутулился и был огорчен даже больше, чем когда Шисуи только заметил его на крыльце своего дома. Шисуи молчал, не зная как реагировать, что ответить. Да и продолжать этот разговор не было никакого смысла. — Фугаку-сан хочет, чтобы я возглавил полицию, — Обито просветлел. И был благодарен не то за смену темы, не то за откровение. — Ты бы справился лучше всех, — с придыханием отмечая, какой у него на самом деле уже взрослый и крутой братишка. И как он обязан Хинате... Шисуи не был в этом уверен, но с каждым днем отсутствия в его жизни Хинаты склонялся ответить на предложение положительно. Эти три дня кажутся ему вечностью, поэтому он даже не хочет думать, что если его отправят на долгосрочную миссию. Ему было достаточно просто смотреть на нее или разговаривать о неважных вещах. Он бы хотел знать много-много всего о ней. Черт. Он желал знать все и прямо сейчас. Гладить ее мягкую теплую руку, целовать в покрасневшие щеки... С одной стороны, должность главы полиции является неким иммунитетом от подобных миссий. Ему больше не надо будет учавствовать в разведывательных или диверсионных отрядах. Максимум его могут подрядить командиром. С другой стороны, что он будет делать в деревне, когда Хината будет на миссиях. Два года пролетят быстро. И девушка как раз таки будет учавствовать и в разведке, и в диверсии, так как это ее профиль. А это, как известно, самые долгие миссии. Шисуи про себя потер загребущие руки, понимая, что теперь у него в резиденции есть человек, свой человек. С огромным чувством вины, и будет большим попустительством этим не воспользоваться. Учиха лишь надеялся, что за два года ничего кардинально не поменяется, и Обито так и будет просиживать штаны в штабе АНБУ и при Хокаге.