Глава 40. Если твое мнение никто не разделяет, тебе же больше достанется

Малкольм-младший

      — Произошли две большие неприятности, пока тебя не было, — проинформировал я возвращенку с того света. Да, точно. Теперь неприятностей три.       — Интересно, какие? — взглянула она мне в глаза, словно хотела прочитать там ответ. Ха-ха, я тренировался с пяти лет, и теперь в моих глазах нельзя увидеть ничего кроме насмешки.       — Первую ты знаешь, а вторая… я встретил старых знакомых.       — Каких знакомых?       — Ричарда и Джейн, — нехотя ответил я, зная, что она все равно это из меня выпытает.       — А поподробнее?       — Хочешь поподробнее? Изволь. Дик — архивариус. Сидит дома, день деньской по уши зарываясь в свои бумаги, книги и прочий хлам. Невыносимый педант. Джейн — его мелкая сестра. Запуганная, как кролик. Или как белка, потому что рыженькая. Она переплетчица.       Пожалуй, в моем голосе было больше неприязни, чем нужно, ибо Летти тут же заинтересовалась этими… личностями.       — Что они ему сделали? — обратилась она к сестре, которая с томным видом смотрела куда-то в мою сторону.       — Не знаю, — задумчиво отозвалась та. Кажется, она не слышала вопроса. Но, впрочем, она действительно не знает. Я не очень распространяюсь о своем прошлом… как и о своем настоящем. Думаю, у меня есть на то причины.       Разумеется, мисс в каждой бочке затычка тут же намылилась к моим соседям и принялась печь пирожки, наивно полагая, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Возможно. Но к Ричарду это никак не относится.       — Как ты думаешь, с чем лучше пирожки: с вишней или клубникой? — услышал я вопрос Летти, обращенный к сестре, когда уже убежал от них в свою комнату.       — С серной кислотой! — крикнул я. — Или с мышьяком!