Обещания, данные после смерти

      Сириус Блэк посмотрел на свою кузину Беллатрису Блэк-Лестрейндж. Она не была той дамой, к которой он испытывал какие-то, гм, добрые чувства. Она была верна Волдеморту больше, чем кто-либо другой, которого он знал. А знал он многих.       Теперь Сириус перевел взгляд на своего крестника, Гарри Поттера, который сражался с Люциусом Малфоем.       — Сириус! — крикнула Беллатриса, прежде чем наслать на него темное заклинание. Он не был к этому готов, хотя должен был.       Заклинание попало ему прямо в грудь, и он обнаружил, что проваливается сквозь пелену.       Он не мог поверить в происходящее. Он собирался умереть. Он никогда не увидит, как Гарри закончит Хогвартс. Он никогда не будет свободным человеком. Он не мог поверить, что ослабил бдительность на мгновение. Он не был хорошим дуэлянтом, как большинство членов его семьи. Еще одна причина, по которой он позорит дом Блэков. Еще одна, из множества других.       Сириус оказался на… вокзале Кингс-Кросс? Он моргнул. Сюда люди отправляются в загробную жизнь?       — Сириус. — прошептал знакомый голос. Сириус развернулся, чтобы встретиться лицом к лицу с Регулусом Блэком.       — Регулус? — спросил Сириус, с трудом веря своим глазам.       В последний раз он видел своего брата в тот день, когда убежал из дома. Глядя на него, он испытывал столько эмоций, что они захлестывали его не хуже, чем цунами домики у берега, — Регулус, прости. — слабо сказал он.       — Долгое время у меня были только мысли о компании, и я понял, что даже если я попытаюсь сбежать от своей семьи, это не изменит того, что я буду вести себя так же, как они. Хорошо? — Регулус кивнул, показывая, что слушает.       — Когда я убегал, я думал только о себе, и таким образом я вел себя как слизеринец, — сказал он со вздохом, — я говорил с Гарри о тебе, я называл тебя «мягким идиотом» и говорило о том, как сильно ты хотел быть похожим на наших родителей. Я должен был попытаться уговорить тебя пойти со мной, но я так-же знал, что ты откажешься. Регулус грустно улыбнулся.       — Но я был другим, Сириус, — ответил Регулус, — я понятия не имел, во что ввязываюсь, и да, я согласен, что отказался бы. Ты спас меня от ссоры.       Сириус слегка улыбнулся ему.       — Иногда, единственный способ научиться — это пройти трудный путь, — задумчиво ответил он, — погоня за Питером мне дорого обошлась. Может быть, я не буду больше так смело лезть на рожон.       Они засмеялись.       — Может быть да, может быть, нет, но я надеюсь, что ты сказал правду.       — Я тоже на это надеюсь, — честно сказал ему Регулус. Затем Сириус снова вздохнул.       — Но если я не смог защитить тебя дома, то должен был сделать это в Хогвартсе, — заявил он.       — Тогда это был бы фаворитизм, — напомнил ему Регулус.       — Но все знают, что мы — братья, — заметил он, — нас нельзя спутать ни с какой другой семьей.       Регулус ухмыльнулся.       — Какой-то пуффендуец-первокурсник принял меня за тебя, когда я был на втором курсе, а ты был на третьем курсе. Тогда мы только начинали расходиться, — с любовью вспоминал младший, пока Сириус смеялся.       — Это смешно! — закричал пес Анимаг.       Рукав мантии Регулуса поднялся, обнажая его запястье. На запястье красовался шрам. Пропало хорошее настроение.       — И я сожалею о каждом заклинании, которое я наложил на тебя, будь то в Хогвартсе, или после.       — Семья и война разлучили нас, — тихо ответил его младший брат, — Однако, я прощаю тебя и прошу прощения за причиненную тебе боль. Мы оба виноваты.       — Я тоже прощаю тебя, Редж, — ответил Сириус, — и, может быть, это происходит слишком быстро, но время дает нам более ясную перспективу.       Регулус кивнул.       — И это дало мне возможность понять, что ты был прав, Сири, — сказал он, — однако, извинения могут зайти так далеко. Услышав, как младший брат называет его «Сири», он понял, что Регулус едва ли старше Гарри. Разница в возрасте у них была больше, чем в жизни.       — Если бы я только мог все изменить, — прокомментировал Сириус. Они молчали, казалось, целую вечность.       Они переглядывались, что это выглядело, как соревнование в гляделки. Они оба выигрывали.       Сириус разорвал их зрительный контакт, и Регулус улыбнулся. Раньше его руки были сцеплены за спиной, но теперь они были слегка вытянуты в стороны в молчаливом приглашении. Сириус взял их, не нуждаясь в том, чтобы Регулус повторил дважды.       Когда они были моложе, они любили друг друга. Регулус приблизился ко рту брата. Они стояли так несколько мгновений, прежде чем разошлись.       — Ты сказал, что хотел бы изменить прошлое? — спросил Регулус.       — Да, — решительно ответил Сириус. Регулус кивнул сам себе. Затем он заговорил:       — Сириус, тебе здесь не место, — сообщил ему Регулус, — Смотри, — перед ними появился экран, отображающий, как Гарри бежит за Беллатрисой со слезами гнева, катящимися по его лицу. — Он очень расстроен. Он только что потерял единственного человека, который действительно заботился о нем. Мерлин знает, что его тетя и дядя обращались с ним как с подонком.       — Подожди, его кто-то обидел? — спросил Сириус, надеясь, что ошибся.       — Да, — просто ответил его брат.       — Но Дамблдор заботится о нем, верно? — спросил Сириус, — если Гарри расскажет Дамблдору, он сможет переместить Гарри в более безопасное место. Дом Уизли был бы хорошим местом. Местом, которое защитило бы Гарри.             — «Сириус Орион Блэк!» — рявкнул Регулус, — Если вы хоть на секунду подумали, что Дамблдор заботится о Гарри, вот кое-что, что вы должны увидеть. Это с того времени, когда он учился в Хогвартсе только год! Он махнул рукой, и экран снова изменился. Гарри было одиннадцать, и он находился в больничном крыле, разговаривая с Дамблдором.       — Сэр, я действительно не хочу возвращаться к Дурслям этим летом, — заявил Гарри.       — Почему ты не хочешь, дорогой мальчик? — спросил Дамблдор.       — Они не любят меня, и им не нравится магия, — объяснил Гарри, — Меня называли уродом, мне приходилось делать всю работу по дому, я спал в чулане, пока не пришли письма из Хогвартса, я…       — Мой дорогой мальчик, разве это настолько плохо? — спросил Дамблдор.       — Да, сэр, это ужасно, — ответил Гарри, — пожалуйста, не отпускай меня туда. Я пойду куда угодно. Я даже пойду в приют, или, может быть, в дом Рона или Гермионы.       — Боюсь, тебе придется жить там и дальше, — твердо сказал Дамблдор, — ты должен понимать, что защищен в доме своих родственников. Сириус зарычал, как собака. Его трясло от ярости.       — Как. Смеет. Он. Игнорировать. Оскорбления! — прогремел Сириус. Его доверие к Дамблдору было подорвано.       — И когда он рассказал Молли Уизли о своей семейной жизни после того, как Фреду и Джорджу пришлось вызволить его из комнаты, она ему не поверила, — продолжил Регулус, — Сири, они поставили решетки на окно Гарри. Одного этого должно было быть достаточно, чтобы Молли забрала его к себе. Сириус не мог поверить в то, что услышал. Молли Уизли казалась человеком, который не потерпит жестокого обращения с ребенком. С другой стороны, она была верна Дамблдору.       — Но я мертв! Что я могу сделать? — спросил Сириус.       — Как я уже сказал, тебя здесь быть не должно, — заявил Регулус, — Ты можешь все исправить, Сириус. Ты можешь вернуться в прошлое, чтобы все исправить. Я не знаю, как далеко это тебя заведет, но ты можешь изменить прошлое, настоящее и будущее к лучшему.       — Но что, если я снова стану мальчиком? — спросил Сириус, — я не хочу снова иметь дело с нашей семьей.       Регулус вздохнул.       — Сириус, послушай меня, — твердо сказал он, — это правда, что наши родители были ужасными людьми, наряду с Беллатрисой и некоторыми другими, но не все в семье злые. Поэтому, вместо того, чтобы автоматически думать, что все черные злые, имей непредвзятость.       Сириус фыркнул.       —Почему я должен? — спросил Сириус, — они слишком сосредоточены на чистокровных разговорах, чтобы заботиться о чем-то еще.       —Пожалуйста, Сириус, пожалуйста, пообещай мне, что у тебя будут непредвзятые взгляды, — настаивал Регулус, — тебе может понадобиться помощь семьи Блэков, чтобы добиться нужной цели.       Сириусу захотелось возразить, но, увидев умоляющее выражение лица младшего брата, он вздохнул.       —Хорошо, но у наших родителей не будет и шанса, — предупредил он.       Регулус рассмеялся.       — В этом я с тобой согласен, — согласился он, — а теперь иди. И измени ситуацию к лучшему.       Сириус кивнул.       — Если я смогу спасти тебя, Редж, я это сделаю, — пообещал он прежде, чем почувствовал, что его уносят прочь. Он просто надеялся, что сможет сдержать данные Регулусу обещания.